Сильвия Лайм 
Не буди короля мертвых

«Сильвия Лайм «Не буди короля мертвых»»: Альфа-книга; Москва; 2018
ISBN 978-5-9922-2804-5
Аннотация

Его боялись миллионы. Он покорил полмира армией нежити, прежде чем удалось заживо запечатать его в могилу, обрекая на вечные страдания.
Минуло семьсот лет, некромантия и ожившие мертвецы превратились в страшные сказки. Но сказка всегда может стать реальностью. Что произойдет с миром, если освободится древнее зло? Скоро мы это узнаем. Меня зовут Ангелина, и я сломала печать короля мертвых.

Сильвия Лайм
НЕ БУДИ КОРОЛЯ МЕРТВЫХ

ПРОЛОГ

«Больно. Отец Тьмы, как же все горит! Мышцы, кости, каждый миллиметр тела.
Проклятая саранча. Как будто заживо сдирает с меня кожу. У меня вообще осталась кожа? Кажется, это никогда не закончится.
Сколько лет уже прошло с тех пор, как я похоронен здесь? Год, два, десять? Может, сотня?
Время слилось в одно сплошное сумеречное марево. Кровавое и беспощадное.
Все перемешалось в голове с тех пор, как я оказался заточен в этом каменном саркофаге. Без мельчайшей возможности выбраться. Без шанса на свободу.
Бесконечность агонии под крохотными зубами призрачных тварей. Маленькие кинжалы, раз за разом кромсающие бессмертную плоть. Раз за разом сводящие меня с ума.
Но я найду выход, или мое имя — не Рейв Эридан Кастро-Файрел. А затем, клянусь, убью каждого, кто причастен к моим пыткам. Ульфрик, предательская твоя задница. Надеюсь, твой дух так и не нашел упокоения и мучится где-нибудь в бездне Сумерек, пока я гнию здесь в бессмертии. Надеюсь, ты ответил за каждую минуту, что я провел в этой могиле. За каждую секунду. А если и нет, обещаю, я уничтожу всех твоих родственников. Каждого, кто был тебе дорог. Жену, детей, родителей, внуков. Любимого, на хрен, кота…»
Внутренний монолог мужчины прервался сдавленным рычанием.
«Демоны, как больно… Ну ничего. Кто-нибудь обязательно забредет снова на это проклятое поле. Кто-нибудь, кого я убью, даже не поднимаясь из земли. Высосу до капли всю магию. И однажды наконец смогу выбраться из этой ловушки.
A-а, кого я обманываю. Здесь так давно никого не было. Даже животные опасаются приходить на мое поле. Я не чувствую ни одного живого существа, чью силу можно было бы выпить, хоть немного уняв это жжение… Они все чувствуют меня. Не понимают, но чувствуют, что под их ногами смерть.
Отец Тьмы, я буду гнить здесь вечно! Демонов Ульфрик, чтоб твою душу банши утащила в Сумерки и залюбила там до смерти».
Голос внутри снова прервался, и мужчина замер, напряженно вслушиваясь в окружающий мир.
«О, не может быть… Впервые за такое долгое время! Женщина. Девушка. Совсем молодая. Почти слышу, как бьется ее сердце… Чувствую силу, скрытую в крови.
Подойди поближе, детка. Мне не нужно выбираться отсюда, чтобы с тобой поиграть.
Сладкая… Практически ощущаю твой запах. Странный, необычный аромат крови. Что с тобой не так? Ты — некромант, определенно. Сестра по разуму, значит. Что ж, это тебя не спасет.
Еще немного ближе, милая… Да, вот так.
Тьма, как же от тебя фонит магией! Но не черной, определенно, не черной.
Плевать. Мне сгодится любая сила…»
В этот момент где-то на поверхности, совсем рядом, раздалось женское пение. Про  клятый, скованный заклятием в живой могиле, затаился, вдруг позабыв дыхательный рефлекс, который не смогли вытравить из него столетия под землей. Без воздуха и жизни.
«Красивый голос. Очень, очень красивый голос. Я не слышал человеческой речи так долго…»
Широкая грудная клетка мужчины снова приподнялась. А затем цепочка черных мыслей продолжила бег:
«Звонкая девочка со странной магией… Зря ты пришла сегодня на Пепельное поле. Такая загадочная и смелая.
Живая…
Это ненадолго».

ГЛАВА 1

Ангелина  

Я шла по пустынному полю, и ноги вязли в густой траве. Мысли путались от с трудом сдерживаемого гнева и разочарования.
И как меня угораздило так попасть? Как?
Я готовила этот проект полтора года! Да почти два, если считать поиск материала. Так тщательно язык костяных драконов еще никто не изучал! Теперь на эшгенрейском я не только писать и читать могу, но и немного разговаривать. Более того, я уверена, что мое произношение получше, чем у самого профессора Гардарена! Мне с детства бабуля говорила, что лингвистика у меня в крови. Я и профессору так сказала, когда просила меня в аспирантуру принять. А он засмеялся, вручая мне троечный диплом, и ответил:
— Горжусь! Теперь можешь смело переводить на эшгенрейский все детские сказочки, которые помнишь. Если, конечно, осилишь словарь на пятьдесят тысяч слов!
И ушел. Хамское его профессорство. Нет, ну что за несправедливость? Мог бы пойти навстречу юному дарованию. Что с того, что я завалила теорию? Зато древние заклятия у меня от зубов отскакивают! И не только от зубов. Вообще скачут хорошо.
Только с такими знаниями и троечным дипломом историка некромантии я на фиг никому не нужна. Вся надежда была на аспирантуру. А теперь, как говорится, катись дипломированный некромант колбаской за кладбищенской сказкой.
Я ж даже проклятие снять не могу, силенок не хватит. И тут не свезло. Мой анарель очень слабый. С таким источником только историю и изучать. Собственно, этим я и занялась. Да только редиска-профессор мне всю малину попортил.
И вот теперь я — свободный некромант на вольных хлебах.
Пнула ногой комок земли и села на круглый, нагретый солнцем камень. Устремила вдаль романтично-философский взгляд и вздохнула.
Нет, философ из меня тоже не очень. Желание ругаться никуда не пропало.
Хорошо хоть вокруг нет никого, кто мог бы стать свидетелем моего позора. На Пепельное поле не захаживают, чтобы прогуляться. Даже не знаю почему. Дурная слава у этого места. Зато можно хоть недолго побыть в одиночестве, подумать о том, что делать дальше.
У меня не было ни достаточного количества денег на самостоятельную жизнь, ни дома, куда можно вернуться.
Сорвала пару одуванчиков, машинально вплетая их в венок. Потом нашла несколько маленьких палочек одинаковой длины и воткнула их между цветков. Получилась забавная желтая корона. Надела на голову и улыбнулась.
— Ну, и чем я не королева-некромантка? Нет, лучше — мертвых. Чем я не королева мертвых?
Откуда-то сбоку раздалось громкое «ква».
Я повернула голову и заметила крупную лягушку, с интересом разглядывающую меня. Казалось, она даже специально забралась на ближайший валун, чтобы было лучше видно.
— Что, глупо я выгляжу, да? — спросила у лягушки. — Наверняка хочешь сказать, что не бывает никаких королев мертвых. Сейчас даже кошку никто не может поднять с того света. А ты знаешь, что семь сотен лет назад все было не так? Именно тогда родился Рейв Эридан Кастро-Файрел. Человек, поднимавший нежить целыми армиями!
Лягушка продолжала на меня внимательно смотреть. Иногда даже издавала какие-то звуки, как будто поддакивала. Было приятно представлять, что у нас диалог, а не я тут одна в короне из одуванчиков вещаю с теплого камушка.
Я спрыгнула со своего «подиума» и начала вышагивать по мягкой травке, продолжая рассказывать:
— Это был великий некромант, у которого в качестве ручного зверька водился костяной дракон. Ты понимаешь — дракон! Тот самый, чей язык я с таким трудом учила. Рейв успел покорить полмира, пока его не удалось остановить.
Я широко развела руки в стороны и начала пританцовывать.
— А еще он умел играть Ноктюрн смерти. Ты знаешь, что это такое? Это легенда, настоящая легенда. Дивная мелодия, одновременно страшная и прекрасная. Удивительная. Под ее звуки духи оживают и начинают танцевать, покоряясь воле колдуна. Поговаривали, что это ужасно красиво. Жаль, ноты Ноктюрна утеряны. Я бы послушала мелодию, способную заставить давно ушедших броситься в пляс.
Я остановилась передохнуть, тяжело дыша.
— У нас в академии даже была традиция: в конце каждого года обучения пытаться сыграть Ноктюрн смерти. Но, увы, как ты понимаешь, никому пока это не удалось. Усопшие не отзываются. Музыка нежити — это тебе не комаров языком ловить.
Лягушка громко квакнула и прыгнула прочь, скрывшись в густой растительности.
— Да что б ты понимала, — махнула рукой я и шлепнулась попой прямо в траву.
Только зеленый ковер на этот раз оказался вовсе не мягким. Я взвизгнула от неожиданности и перекатилась в сторону. Кажется, мне не повезло приземлиться на какой-то острый камень.
Раздвинула руками стебельки осоки и увидела крупный кусок каменной плиты. Он ни капли не походил на обычный валун. Правильные прямоугольные углы, стесанные от времени, намекали на то, что передо мной, похоже, какой-то монумент.
Внутри всколыхнулось любопытство. Я принялась раскапывать мягкую землю, очищая ровную поверхность, на которой проступали какие-то надписи. И чем дольше я это делала, тем сильнее становились любопытство и наивный восторг. Я узнавала буквы эшгенрейского языка!
Через какое-то время вся плита уже лежала передо мной. И старый текст выглядел вполне читабельно! Время и условия среды совсем не испортили выдавленные на камне письмена.
Внутри меня загорелся нешуточный азарт. Я села рядом с находкой и отряхнула ладони от грязи. Пробежалась глазами по тексту, убеждаясь, что легко смогу его прочесть, и тут же начала воплощать на практике навыки, полученные в академии. Не зря же я полтора года зубрила произношение!

Dfiera re fjynde sjfndalie dornoren,
Siantar releviont transier goren vald,
Usjera dafn sarhgerte yortonjer reido,
Salvego — gortento irontar jon…

Зачитав последнюю фразу, я едва не захлопала в ладоши, настолько хорошо у меня вышло. В этот момент на крохотное мгновение мне даже захотелось, чтобы профессор Гардарен сейчас видел мои успехи. Как легко у меня получилось прочесть совершенно неизвестный текст. Во всем Ихордаррине едва ли найдется больше десятка человек, кому это под силу.
Но в следующее мгновение произошло нечто странное, выбившее из головы все желание хвастаться.
Земля задрожала. Я буквально задницей почувствовала эту вибрацию неприятностей. Мне едва хватило времени, чтобы отползти назад, прижавшись спиной к крупному валуну, как комья земли разлетелись в разные стороны, словно от небольшого взрыва.
— Что там было по теории мертвых языков? — лихорадочно начала вспоминать я. — Не читать вслух неизвестные надписи? Ясненько теперь, почему нельзя читать… — пробубнила нервно.
А дальше передо мной появился мужчина. Мрачный, высокий и весь с ног до головы в земле. Я не успела его рассмотреть. Только черную хламиду вместо одежды и спутанные волосы, упавшие на лицо. А в следующий миг он посмотрел на меня.
Вокруг резко стало темнее. Будто и не светило над нашими головами солнце. Глаза незнакомца сверкнули кроваво-алым, вызывая у меня безотчетный ужас.
В долю секунды он приблизился ко мне и с силой схватил за горло, заставив вжаться в горячий камень.
Воздух вышибло из легких.
Единственное, что в этот момент промелькнуло у меня в голове, было: «Правильно профессор мне трояк за диплом влепил. Очень правильно!»

Рейв  

«Запах. Тонкий, дурманящий, пьянящий. Как же давно у меня не было женщины… До ехидниной матери долго…»
Мужчина наклонился к дрожащей девушке и втянул носом горячий воздух около ее уха. Кажется, незнакомка еще сильнее задрожала.
«Сладкий, смешанный с ароматом страха… Кожа под ладонью обжигает. Чувствую, как бьется пульс под пальцами…»
Рейв замер, не решаясь сделать то, что собирался. Как только воздух коснулся его тела, столько лет не чувствовавшего свежего ветра, настрой мыслей резко поменялся. Словно вместе с могильным тленом в нем растворялось и исчезало что-то совсем другое. Старое и когтистое, жестокое и озлобленное до хруста костей. Как только он вдохнул запах, почувствовал биение пульса, дрожь и близость женского тела, внутри зажглось что-то горячее. Жестокость, приобретенная годами пыток под тяжелыми плитами заклятия, начала понемногу уменьшаться. Хоть и не пропадала до конца.
Мужчина чуть отодвинулся и взглянул в глаза своей жертве. Светло-зеленые, почти травяные. Наполненные чернотой зрачка.
Он так много лет не видел ничего, кроме черноты.
В висках пульсировал голод. Желание. Кровь струилась по не вполне восстановившимся венам, возвращала организму привычную силу. И сводила с ума.
«Повалить на траву, жестко взять, высосать без остатка…»
Им владели дикие, животные желания, в которых он сам себе не давал отчета. Кем он был сейчас? Голодным зверем, очнувшимся ото сна.
«Магия… — чуть спокойней потекли его мысли, когда он придвинулся ближе, — снова этот странный привкус магии. Словно кто-то запечатал булочки с ванилью в плотную коробку, но сквозь щели проникает горячий, щекочущий ноздри аромат… Надо только чуть сильнее сдавить горло. До хруста. Выпить весь анарель. На первое время хватит, чтобы наполнить опустевший источник. Тьма, как же сладко она боится…»
Но вместо того, чтобы убить девушку, как ему и подсказывал внутренний голос, он глубоко вздохнул и вдавил в нее свои бедра. Прижался, наклонился ближе, уже почти коснувшись губами шеи. Маленькой, быстро бьющейся жилки. Такой жаркой, такой…
— Эй, может, хватит уже об меня тереться? — бросила вдруг девушка, отвернув голову. — Первый раз вижу такого озабоченного. Тьфу, блин. Слезь с меня, ты весь в земле.
Рейв сдвинул брови и от неожиданности отпустил свою добычу. Впрочем, так и не отодвигаясь далеко. Ему стало любопытно.
«Какое новое чувство. Словно я лет сто не испытывал ничего подобного».
Он склонил голову набок, рассматривая девушку. Ее длинные серо-русые волосы, забранные сзади в косу. С виду такие обычные, ничем не примечательные, но, если приглядеться, блестящие на солнце каленой сталью.
— Я уже тебя за короля мертвых приняла, — фыркнула она, отряхиваясь от комьев грязи. — А ты просто грязный парень в лохмотьях.
Мужчина изумленно приподнял брови.
«Как ударила, клянусь Черной смертью…»
— О чем ты? — спросил он, выдавливая слова. Голос отказывался повиноваться. Как старый, много лет не смазываемый механизм.
Получилось хрипло и отрывисто.
— Ну, ты же живой? — невозмутимо пожала плечами она. — Значит, не можешь быть королем мертвецов. Тот почил уже лет как семьсот.
— Сколько?! — выдохнул мужчина, округлив глаза. Не веря, что это происходит на самом деле.
«Семь сотен лет… Словно убила второй раз, — думал он ошарашенно. — Меня не было более полтысячелетия. Как я еще речь-то этой малявки понимаю?.. У этого засранца Ульфрика успели умереть даже правнуки. Лысая его облезлая задница. И все же он смог запечатать меня, как и обещал…»
Мужчина усмехнулся, вспоминая тот последний день в своей и его жизни. Как монах с пронзительными сине-зелеными глазами читал страшное заклятие, которого до того момента не знала земля. А он, Рейв, смеялся, не веря, что у мужчины получится. Но в последний миг все же выбросил руку вперед, вырвав сердце бывшего друга. Заглядывая в его стекленеющие глаза, полные редкой золотой магии, и сжимая еще пульсирующую жизнь.
А затем навалилась Тьма.
Рейв усмехнулся. Губы искривились, во рту появился неприятный привкус горечи.
— Чего ты ржешь? — беспардонно вырвала его из воспоминаний девушка.
Мужчина посмотрел на нее, чуть прищурившись, и ничего не ответил. Сунул руку в карман тряпья, некогда бывшего черным фраком, отороченным бархатом, и достал оттуда сморщенный, осыпающийся пылью комок праха. Сжал пальцы, наблюдая, как падает на землю бренный тлен.
— Что это за гадость? — Девушка сморщила нос и с отвращением отвернулась.
— Сердце, — ответил задумчиво Рейв.
— Какое еще сердце, что за бред? — фыркнула она, снова привлекая к себе внимание невероятной дерзостью. — Как ты вообще в земле оказался? Маг природы, что ли?
Мужчина осмотрел незнакомку с ног до головы.
Худенькие плечи, чуть вздернутый нос, большие блестящие глаза, в которых за показной самоуверенностью плещется нечто потаенное, не поддающееся определению, скрытое от чужого взгляда.
«Малявка. Совсем ребенок…»
— Сколько тебе лет? — бросил почти презрительно, с трудом отводя взгляд от длинной аристократичной шеи.
— Двадцать три вчера исполнилось. Прямо перед выпуском из академии, — ответила гордо, словно не желторотый цыпленок, а уже прямо-таки целая цапля.
Мужчина все же опустил взгляд на весьма привлекательную грудь под тканью серо-голубого платья, напоминающего плащ нищего бродяги. Презрительно выгнул бровь.
«Это сейчас такая мода у них или малышке не на что одежду покупать?..» — мелькнула в голове мысль. Но затем он вновь взглянул в ее слегка раскрасневшееся лицо.
Она была так мила в своем смущении. Длинные, чуть загнутые ресницы слегка подрагивали, взгляд потемнел, губы, которые она то кусала, то облизывала, приобрели слишком уж эротичный влажный блеск.
За показной дерзостью скрывалось что-то совсем другое. Что-то настолько манящее, что хотелось распробовать.
У Рейва перехватило дыхание. Как зачарованный он смотрел на ее мягкий манящий рот и не мог оторваться. Задумчиво приблизился, терзаемый лишь одной мыслью: узнать его вкус. Прижать к себе девчонку, проникнуть внутрь пухлых губ языком. Узнать, такая ли она горячая, как кажется.
Мужчина завороженно поднял руку, чтобы прикоснуться. Дотронуться большим пальцем до ее ротика…
Неожиданно девушка дернулась, и в следующее мгновение маленькая ладошка с силой шлепнула его по кисти, мешая достигнуть желаемого.
Сказать, что Рейв был ошеломлен, — ничего не сказать.
— Да ты совсем умом тронулся! — воскликнула она, пытаясь выползти из-под него. Но в силу серьезной разницы в весовых категориях у нее это не слишком-то вышло. — Я из-за тебя вся в земле!
Такой наглости от малявки он никак не ожидал. Это уже начинало порядком раздражать.
— Кажется, наш разговор затянулся, — бросил он жестко, нахмурившись.
Отклонился чуть назад, как будто давая девушке больше простора.
— Вот уж точно, — немного нервно усмехнулась незнакомка, пытаясь вложить в голос побольше самоуверенности. Начала демонстративно отряхиваться, исподлобья поглядывая на мужчину. — И постарайся больше не набрасываться на меня. Я, конечно, понимаю, что понравилась тебе, и вся фигня…
Но Рейв больше не собирался этого терпеть.
«Некромант я или нет?» — подумал он, стиснув зубы.
Сделал короткий пасс пальцами, вплетая в магический символ те крохи Тьмы, что сейчас были ему доступны.
На мгновение воздух привычно сгустился.
«Как давно я не чувствовал этого… Когда Тьма струится по венам…»
Заклятие сработало, едва маленькая нахалка подняла на него ничего не подозревающий взгляд своих зеленых глаз. Рейв даже успел в очередной раз поразиться их необычному оттенку, как у дикого мха, как у папоротника в летнюю ночь.
А в следующую секунду ее веки уже закрылись. Сумеречная паутина лишала чувств мгновенно.

ГЛАВА 2

Рейв  

Ему нужно было немного подумать. Самую малость привести мысли в порядок. Тьма, его не было семьсот лет!
Рейв посмотрел на неподвижную девчонку и прищурился. Она успела изрядно его взбесить. Некромант наклонился, подтянул ее за ноги и, не церемонясь, перекинул бесчувственное тело через плечо. Перед этим он окинул придирчивым взглядом свою говорливую незнакомку и пришел к выводу, что фигурка у нее что надо. Как говорится, все на месте.
Не то что у него.
Рейв посмотрел на собственную левую ладонь и поморщился. Если бы минуту назад он не вырубил малышку, сейчас она наверняка уже визжала бы как испуганный павлин. Стоило признать, что с этой кистью у него малость проблемы. Рука не до конца восстановилась и представляла собой голый скелет, едва обросший хлипеньким мясцом.
Некромант хмыкнул.
Он был не мертв, но и не жив в привычном понимании этого слова. Интересное действие заклятия. Хотя, несмотря на кисть, которой можно было и драугра напугать, все остальное оказалось в норме.
Рейв приложил ладонь к груди и убедился — сердце бьется. Он не нежить.
Губы изогнулись в мрачной улыбке.
— Ну что, кто еще здесь сомневается, что я король мертвых? — бросил он, нахально шлепнув по заднице бесчувственную девушку.
Некромант не задумывался над тем, зачем тащит с собой случайную спутницу. Это было очевидно любому не обремененному совестью человеку: он собирался использовать ее в качестве живого кристалла магии. С его собственным источником сейчас можно разве что фокусы для детишек показывать. Могильник не только удерживал Рейва под землей, но и лишал магии. Не давал надолго восстановить резерв.
Но некромант все равно пытался. Все эти годы. Каждый раз, как по его полю пробегала хоть одна теплокровная тварь, сквозь недра земли он набрасывался на нее призрачными нитями Тьмы, высасывая жизнь и магию без остатка. В основном это были лисы, кроты или зайцы. Изредка, когда на поле оказывался человек, некромант пытался убить и его. Но последний раз это случилось так давно, что Рейв уже и не помнил, удалось ли ему довести дело до конца. Колдуны обычно сопротивлялись его воздействию, и только полностью бездарный в магическом плане человек оказывался беззащитен перед ним.
Но после нескольких случаев потери сознания и полного иссушения анареля люди перестали захаживать на Пепельное поле. Это место обросло кучей легенд и приобрело дурную репутацию. С тех пор хоть как-то поддерживать силы Рейву стало сложнее. В этом и была причина того, что одна из его рук оказалась едва ли не полностью уничтожена.
Рейв поднял голову и всмотрелся в горизонт. Впереди уже виднелась кромка леса. Туда-то некромант и двигался.
Закрыв глаза, он сверился с направлением. Все верно. Тьма подсказывала: королевский замок Файрел находился в десяти километрах по прямой.
Его замок. Скоро, совсем скоро он будет дома…
Подходя к лесной опушке, некромант постарался вернуться мыслями в настоящее. Честно говоря, это было не так-то просто сделать, учитывая, как сильно он привык находиться в полном одиночестве. Развлекать себя полетом фантазии и игрой воображения. Но теперь рядом с ним была девушка, которая, признаться, даже в бесчувствии неплохо справлялась с переключением его внимания.
От нее распространялся еле уловимый запах ванили. Такой теплый и домашний, что мужчина невольно прикрывал глаза и вдыхал глубже. Она напоминала ему горячую булочку, только что вынутую из печи. Так же сильно хотелось вонзиться в нее зубами и почувствовать, какая она мягкая и сладкая внутри.
— Тьма, я так давно не ел булочек с ванилью! — усмехнулся мужчина, думая вовсе не о выпечке.
У него слишком много лет не было женщины. Однако он не привык иметь дело с дамами в бессознательном состоянии. А потому не собирался пользоваться представившейся возможностью даже в мелочах.
Через некоторое время Рейв забрел в густую чащу и, осматривая окружающий мир сумеречным зрением, успел обнаружить медвежью берлогу. Маленькую узкую пещеру, в которой могли прекрасно поместиться два человека, решивших провести ночь в лесу.
Вряд ли такая перспектива понравится его спутнице, но некромант не видел другого выхода. Пока что в городе ему появляться нельзя. Нужно сперва разведать, что там и как. Понять новые правила игры.
Рейв сбросил девушку в угол пещеры, накидав на пол небольшую кучку веток. А сам принялся разводить костер у выхода. Следовало подкрепиться. Все же первая трапеза за полтысячелетия.
Не опасаясь, что спутница очнется раньше времени, мужчина покинул берлогу и довольно быстро обнаружил поблизости дикую лису. Алые токи жизни безошибочно вели его к жертве. Подобравшись поближе к зверю, Рейв выставил костлявую руку вперед, сложив пальцы в подобие лапы ворона, и просто высосал из животного жизнь.
Тьма неохотно отзывалась на приказы старого хозяина. Некромант поморщился, чувствуя, что восстановление займет больше времени, чем он надеялся.
Впрочем, рука теперь была полностью цела. Как только энергия животного перетекла в мужчину, поврежденная кисть мгновенно обросла плотью и покрылась смуглой кожей, под которой явственно запульсировали вены.
Схватив лису за хвост, довольный мужчина вернулся к стоянке. Сел возле входа, сооружая из веток нечто вроде мангала.
Рейв, хоть и принадлежал к благородному и богатому семейству, неплохо умел справляться и с освежеванием дичи в лесу, и с жаркой мяса. Он многому успел научиться с тех пор, как в двадцать один год взял свой первый небольшой город с отрядом упырей.
Разделавшись с приготовлением, колдун принялся за свою одежду. К сожалению, спасти магией удалось только длинный камзол с серебряными пуговицами. Остальное сгнило.
Чуть позже недалеко от берлоги Рейв обнаружил жиденький пруд. Он почти весь зарос тиной, но некроманта это не остановило. Окунувшись в холодную воду с головой, он наконец-то почувствовал себя по-настоящему живым.
Таким образом, когда пришло время пробуждаться его зеленоглазой спутнице, мужчина выглядел терпимо.
Сложив для нее на лист лопуха порцию мяса, он осторожно лег с ней рядом на ветки.
Ресницы незнакомки дрогнули, давая понять, что она вот-вот очнется. Некромант подпер голову рукой, лежа на боку возле девушки, и невозмутимо ждал. Жутко хотелось пить, но бросать малышку он уже не хотел. Как ни странно, ему нравилось находиться рядом с ней. Возможно, потому что за столько лет он соскучился по человеческому обществу. Возможно, просто из любопытства или чего-то еще. Он не задумывался об этом.
Закрыв глаза, Рейв осмотрел окрестности сумеречным зрением. В десятке шагов от берлоги обнаружилась крупная черная точка мрака. Кажется, это был мужчина. Вероятно, охотник, задранный медведем. Мертвое тело, которое не планировало видоизменяться и самостоятельно превращаться в нежить.
Рейв решил ему в этом помочь, перебирая в голове подходящие заклятия. Седьмой уровень казался хорошим выбором: создание полуразумного зомби. Ничего сложного.
Оттолкнувшись от земли, некромант сел, уперев руки локтями в колени. Его веки медленно опустились, а когда поднялись вновь, глаза вспыхнули алым. Королю мертвых не нужно было произносить слова древнего языка. Сила и опыт позволяли творить магию почти молча.
Он еле заметно шевельнул пальцами, расположив их в нужном символе, и произнес одно-единственное слово-ключ:
— Kherileyr!
«Восстань».
Земля не дрогнула, а ветер не взметнул в небо клубы острой пыли. Но если бы рядом были еще колдуны, способные повелевать мертвыми материями, они ощутили бы, как ожила Тьма. Как тонкая, но прочная черная нить стрелой вонзилась в тело мертвеца, наполняя его тело паутиной сумеречной магии.
Рейв вздохнул и снова улегся на спину, сложив ногу на ногу и сцепив под головой руки.
Как только зомби доковылял до своего нового хозяина, злобно блеснув зеленоватым светом из потемневших глаз, некромант бросил:
— Принеси воды. Котелок найдешь рядом с местом, откуда пришел.
Зомби кивнул и медленно вышел. После пробуждения ноги ему явно повиновались с трудом.
Некромант скривил губы в подобии ухмылки. Сегодня он прекрасно понимал своего нового слугу.
— Какого лешего тут происходит? — раздался недовольный женский голос, как только мертвец скрылся из виду.
Некромант повернул голову и, встретившись с горящим взглядом, улыбнулся. Незнакомка опять эротично краснела.

Ангелина  

Это вообще никуда не годилось. Я не поняла, что произошло, но в какой-то момент меня словно отключили от внешнего мира. Никогда у меня не случалось обмороков. Логично было предположить, что и эта потеря сознания — не случайность, а дело рук странного незнакомца.
— Почему я лежу на горе веток в какой-то берлоге? И чего ты так радостно улыбаешься? — выдохнула я возмущенно.
Мужчина даже не думал оправдываться. Только еще шире улыбнулся. А у меня от неловкости в горле резко пересохло.
Этот нахал мало того что притащил меня невесть куда, так еще и разделся. На нем был один-единственный то ли плащ, то ли длинный пиджак с блестящими серебристыми пуговицами, надетый на голое тело. Черные волосы чуть ниже плеч влажно блестели, обрамляя узкое смуглое лицо с правильными чертами. Темно-карие глаза весело сверкали из-под густых бровей, а крупные губы иронично изогнулись.
К моему сожалению, эти его губы оказались очень даже ничего. А обнаженное тело под распахнутым плащом слишком сильно приковывало взгляд. Хорошо хоть засранец застегнул нижние пуговицы.
— Что, приглянулся? — спросил он нагло.
Как обухом по голове. Открыла рот, глупо хватая воздух. Остроумный ответ никак не шел в голову.
— Чтоб тебя дохлая шишига покусала, — фыркнула я, отвернувшись и усиленно делая вид, что ему показалось и вовсе я не таращилась на кубики на его животе.
Цепкий взгляд темно-шоколадных глаз чувствовался даже кожей.
— Где это мы? Это что, медвежья берлога?!
Последний вопрос получился, пожалуй, излишне визгливым.
— Да, а что, у тебя какие-то претензии к медведям? — совершенно невозмутимо поинтересовался мужчина.
— Что, какие претензии? — выдохнула я. — Нет у меня никаких претензий.
— Ну вот и славно, — улыбнулся он.
Явно издевался, наглец.
— Медведь же может вернуться!
— Не переживай, милашка, в этом мире есть вещи пострашнее медведя.
Он все так же странно улыбался, и его приподнятые уголки губ казались мне хищными.
— Все, я ухожу, — бросила уверенно, чувствуя, что нервничаю все больше и больше.
— Останься, — спокойно проговорил он, словно у него уже был какой-то план, о котором я не знаю. — У меня есть вкусное жареное мясо. А скоро будет и чем запить.
Даже думать не хотелось, что он там имеет в виду. Официант, что ли, к нам заявится в медвежью пещеру?
— Слушай, может, у тебя не все дома? — спросила я, но нос уже уловил запах жареного мяса, и желание сбежать резко притупилось.
Все же я не ела с самого утра. Академия больше не предоставляла никчемной выпускнице общежитие и столовую. Мне мало того что некуда было идти, так и нечего было кушать. Так что я решила: не случится ничего ужасного, если я немного задержусь.
Незнакомец оказался достаточно наблюдателен, чтобы заметить перемену в моем поведении. Тут же подложил мне на лопух три палочки с нанизанными на них кусками мяса и, скрестив ноги, уселся рядом.
— Как тебя зовут, малышка? — спросил он, пока я вгрызалась в сочный и невероятно вкусный кусок чуть жестковатого мяска.
— Я не малышка, — буркнула в ответ, но уже не так категорично. Все-таки сытый желудок голодному не товарищ. Или что-то вроде того. — Меня зовут Ангелина. А тебя, полуголый незнакомец?
Мужчина улыбнулся:
— А меня… Рейв.
— Рейв? — спросила, на миг перестав жевать и всматриваясь в мужчину внимательнее.
Какое интересное совпадение. Я ведь приняла его за короля мертвых, которого звали точно так же. Но ведь он не может быть тем самым… Правда?
Встряхнула головой, схватив еще один кусок мяса. Какие только глупости не лезут в голову, когда мозгу не хватает пищи. Король мертвых умер так давно, что уже и не верится в его существование. Ну правда, как мог один человек поднять целую армию нежити? Сейчас даже самые сильные некроманты не могут воскресить одного мертвеца.
Конечно, некроманты у нас не очень-то в моде. Совсем не в моде, надо заметить. Да и все заклинания призыва уничтожены еще полтысячелетия назад. Но ведь мог же кто-то восстановить утерянные знания? Но нет, не получилось. Значит, либо не так-то это просто, либо и вовсе невозможно.
— Так кто ты такой и откуда взялся? — продолжала я беседу.
Все-таки, может, не такой уж этот Рейв и хам? Девушку накормил, руки не распускает.
Под ложечкой тоскливо засосало. Как будто мне даже хотелось, чтоб распускал. Ну не дура ли? Пьянею от пары кусков жирного мяса. Говорят, что женщины любят ушами, а мужчины — желудком. Может, я мужчина?
— Я — некромант, как и ты, — спокойно ответил он.
— О, правда? — удивилась я, отчего-то не задумываясь, как он определил мою специализацию. Только маги довольно высокого уровня видят цвет анареля. У некромантов он черный. Спутать невозможно. — Значит, тебе так же не повезло, как и мне. Сочувствую.
Стоит признать, после этого известия мужчина начал нравиться мне еще больше. Мы как будто два собрата по неудаче.
— Не повезло? — приподнял бровь он, и во взгляде читалось самое настоящее непонимание. — Ты смеешься? Я счастлив быть некромантом.
Я нахмурилась. Все же он и правда не в себе. Кто же в здравом уме будет радоваться такому дару, когда с ним ни работы нормальной не найти, ни друзей? Некромантов никто не любит. Да и в быту мы почти бесполезны. Упокоить дикую нежить никто из нас давно не способен. А поставить защитные ловушки и тотемы, способные напугать незваных мертвяков, может любой лекарь или даже элементалист.
— А какое у тебя направление? — решила я немного смягчить линию разговора, надеясь, что причины радости Рейва вот-вот станут ясны.
— Направление? — не понял он.
— Ну да. Некромант-философ, менталист, психолог, проклятийник или, может, историк, как я? Философ изучает отношение к некромантам в литературе и искусстве, менталист специализируется на разных мороках, проклятийник — самая востребованная профессия. Он умеет снимать порчу, как наведенную специально, так и полученную случайно на местах гибели людей. А историк занимается теорией вопроса, хронологией событий, знает корни возникновения эшгенрейского языка.
Мне показалось, что в глазах мужчины сверкнул смех. Он поднес кулак к губам и закашлялся, опустив взгляд.
— Я практик, малышка. Некромант-практик.
— Никогда о таком не слышала, — нахмурилась я. — Что значит практик?
— Это значит, что я умею все, что положено уметь некроманту. Проклятия, язык и еще очень много всего, чего ты не перечисляла.
— Да брось, — фыркнула я. — Ты, часом, не магистр-полиглот?
По спине пробежала дрожь, когда я взглянула в его темные глаза, на дне которых что-то опасно сверкнуло.
Я ведь не могла попасть в цель? Рейв ведь не магистр магии?
Еще раз оглядела мужчину с ног до головы. На вид — лет тридцать. Ну какой из него магистр? Тем как минимум под полтинник.
Успокоилась и отложила жирный лопух с деревянными палочками. Мясо закончилось, и я была вполне готова простить самодовольному мужчине маленькую ложь. Ну хочется ему делать умный вид — на здоровье.
Но в следующий миг на лице Рейва мелькнула едва уловимая хитрая улыбка. Он мягко протянул ко мне руку, скользнув пальцами по тыльной стороне ладони.
Горячее прикосновение лизнуло огнем, пустив под кожу волну искр. Я задержала дыхание, ощутив, как неожиданно утягивает в свою глубину его взгляд цвета горького шоколада.
— Хочешь, докажу тебе, что не лгу, — вкрадчивым, чуть мурлычущим голосом проговорил он. — Поверь, я умею удивлять.
Он придвинулся ближе. Теплое, ласкающее дыхание коснулось кожи. Прокатилось по щеке, заставляя ощутить близость губ. Опустилось к шее, обжигая, унося в какой-то темный водоворот, где я неожиданно начала забывать, кто я и где нахожусь.
— Что ты делаешь?.. — выдохнула, закрывая глаза, чувствуя странное спокойствие рядом с ним. Словно это и не незнакомец вовсе, а человек, которого я знаю много лет. Словно он просто не может причинить мне вред.
— Ничего, что тебе бы не понравилось, малышка, — с мягким придыханием проговорил он, а я вдруг отчетливо услышала, как сорвался его голос на слове «малышка». Как перешел во что-то сдавленное, хриплое. Отчего стало еще жарче.
Мозги уже вот-вот собирались включиться, а губы — произнести что-то типа «я не такая, дай каравая», но в следующий миг случилось нечто ужасное. Нечто, заставившее воздух покинуть грудь, а горло — сжаться в страшном спазме. Зубы стиснулись, и я едва не прикусила язык.
Тело начало неконтролируемо трясти.
Темные боги, если ничего не сделать, я вот-вот задохнусь.

ГЛАВА 3

Рейв  

В первый момент Рейв не понял, что случилось. Внезапно вокруг грудной клетки Ангелины вспыхнуло черное пятно, длинными липкими щупальцами опутывая легкие. Она начала задыхаться прямо у него на глазах.
Темные брови некроманта сдвинулись, острый взгляд, привыкший подмечать любые изменения обстановки, мгновенно переметнулся с лопуха, на котором прежде лежало мясо, на ветки, на которых дрожала девушка, и затем по всему периметру помещения. Рейв искал причину ее тяжелого состояния.
Но причины не было. В пище отсутствовал яд. Сухой валежник не источал ни грамма проклятийной магии. А само укрытие было обычной берлогой.
Все это могло означать лишь одно: Ангелина больна. И проблема заключалась в том, что Рейв не был лекарем. Он был некромантом. Так что если малышка прямо сейчас склеит ласты, то максимум, чем он сможет помочь, — сделать из нее после смерти в меру симпатичную умненькую нежить. Скажем, стрыгу. Или даже лича. Хотя магии на это сейчас вряд ли хватит.
Девушку начало трясти. Глаза закатились, а изо рта пошла пена.
— Дело дрянь, малышка, — мрачно бросил мужчина и решил предпринять едва ли не единственную отчаянную попытку помочь ей.
Положил ладони на черное пятно в центре груди девушки и приказал Тьме подчиниться. Впитывал ее кожей, старался почувствовать источник проклятия, если все дело было в нем. Заставлял неизвестную порчу сменить цель и перекинуться на него.
Очень неразумный поступок — ставить себя под удар ради девчонки, которую узнал-то всего пару часов назад. Которую хотел использовать в качестве подзарядки. Как сухой паек на черный день. Но Рейв встряхнул головой, откидывая упавшую на лицо прядь, а заодно отгоняя прочь дурацкие мысли. Что такое одно хлипенькое проклятие для короля мертвых? И не с таким справлялись.
Но, к сожалению, фокус не удался. Это было не проклятие, и оно никуда не исчезло. Однако приступ внезапно сошел на нет.
Мужчина наклонил голову, хрустнув шейными позвонками. По спине прокатилась неприятная волна жжения. Все же львиная доля негативного эффекта впиталась в его тело.
— М-да… Лечить тяжелобольных мне еще не приходилось. Вот убивать из милосердия — это да. А лечить…
Губы Рейва скривились в мрачном подобии улыбки.
Но девушке хотя бы стало легче. Черные щупальца снова исчезли, словно их и не было.
Ангелина тяжело вздохнула, пока не приходя в себя. Длинные ресницы дрожали, бледное лицо покрылось испариной.
— Похоже, у тебя тоже неслабые проблемы, малышка, — тихо проговорил он, снова ложась на спину и закидывая руки за голову. — Как и у меня.
Прошло немного времени, в течение которого новая знакомая дышала все легче и свободнее, а некромант снова блуждал в собственных мыслях.
Сегодня утром Ангелина прочитала заклятие, выдавленное на его могильной плите, и решила, что подняла короля мертвых.
Рейв посмотрел на легкий румянец, выступивший на щеках спутницы, и воспоминание почти заставило его улыбнуться. Девушке больше ничего не угрожало, а значит, можно было расслабиться.
Но как же наивно было предполагать, что какая-то малявка, почти подросток, сможет разрушить заклятие, которое он сам не мог сломать в течение семисот лет!
Глупость. Ульфрик Айрис, чтоб ему икалось в посмертии, постарался на славу. А те, кто после этого хоронил запечатанного короля мертвых, тоже не оплошали. Зарыли так глубоко, что и плиту с письменами было не найти.
Но прошло слишком много лет. Могильник всплыл под действием дождей. Плита показалась на поверхности, а сам некромант смог хоть немного наполнить свой источник с помощью проходящих поблизости случайных жертв. Рейв давно подтачивал прутья своей тюрьмы, разрушал звенья колдовства. А дерзкая незнакомка ему в этом лишь помогла. Ударила по стеклу, в котором было уже слишком много трещин.
Хотя стоило признать, у девчонки оказалось прекрасное произношение в эшгенрейском. Она смогла правильно прочесть заклятие. А ведь большинство магов прочитали бы его таким образом, что только сильнее запечатали бы ловушку. В этом состоял невероятно хитрый секрет Ульфрика. Только очень старый и мудрый колдун мог воссоздать правильное произношение. Но этим колдуном оказалась малышка-выпускница.
Рейв презрительно фыркнул. Ясно дело, об умственных способностях Ульфрика он был невысокого мнения.
Теперь он свободен, и дело за малым — восстановиться до прошлого уровня. Конечно, чтобы наполнить источник, возможно, придется уничтожить не одну сотню людей, но разве это когда-нибудь было проблемой? Когда-то Рейв едва не покорил весь мир войском мертвых. Так что от парочки вымерших деревень никому хуже не станет.
Но для начала нужно разведать, что и как. Понять, какие изменения случились в мире за его отсутствие. И помочь ему должна была именно Ангелина.
Некромант повернул голову к малышке. Он тешил себя мыслью, что помог ей именно по этой меркантильной причине. Потому что дерзкая нахалка ему еще нужна. Но на самом деле были и другие, более глубокие поводы, над которыми он раздумывать пока не собирался.
Рейв прищурился, уронив взгляд на оголившиеся женские ножки. После приступа платье бесстыдно задралось, хотя и прежде-то не особенно многое прикрывало. Серо-голубая юбка поднялась так высоко, что стройные молочно-белые бедра внезапно заставили мужчину дышать глубже.
— Что она там говорила?.. — пробубнил он. — Выпускной экзамен сдавала? В этом?
Захотелось провести рукой по ноге, почувствовать, насколько горячая у нее кожа. Добраться до того, что все еще скрыто довольно безвкусными оборками.
Отвернулся, нахмурившись.
— Удивлюсь, если сдала, — бросил мрачно, нехотя устремив взгляд в каменный потолок.
В этот момент его случайная спутница наконец открыла глаза.
— Прям дежавю, клянусь Сумерками, — улыбнулся он. — Рад тебя видеть, малышка.
— Что… что случилось? — Девушка провела по волосам трясущейся рукой и бросила на мужчину испуганный виноватый взгляд. — Ах да… Прости.
— То есть ты все же знаешь, в чем дело, да? — безошибочно угадал некромант.
Девушка кивнула.
— Только не знаю, почему еще жива. У меня эпилепсия. Редкие, но очень сильные… припадки. Во время них я задыхаюсь. Помогает только порошок ларники, который надо принять заранее. И у меня он, к сожалению, недавно закончился. Я собиралась купить его в городе сразу после того, как сдам экзамен и поступлю в аспирантуру. Но провалилась. Если бы все прошло как нужно, мне выплатили бы пособие…
Девушка сморщилась и потерла глаза руками, поднимаясь с веток и усаживаясь рядом с мужчиной.
— Тебе это, должно быть, неинтересно.
— Нет, отчего же, — ответил Рейв, испытав странное чувство. — Я был бы рад узнать, откуда взялась эта болезнь. Никогда не встречал ничего подобного. А я много повидал, поверь.
— Вряд ли тебе понравится, если я расскажу правду, — вдруг проговорила она, поджав к груди колени и уперев в них подбородок.
— Испытай меня… — сказал Рейв и сам удивился, когда голос понизился в ожидании ответа.
Ангелина окинула его задумчивым взглядом, словно последний раз обдумывала, стоит ли говорить, а затем вздохнула и начала:
— Я бракованная.
— Что за чушь? — нахмурился мужчина.
Не поднимая на него глаз, она продолжила:
— Мое имя — Ангелина Вальбур. Я выросла в семье горшечницы Илоны Вальбур в провинции Арк. Но женщина, которая заменила мне мать, не была мне родной. Я знала это с детства, хотя говорить об этом не принято и по сей день. Моя мать отдала меня Илоне и ежемесячно переводила крупные суммы на то, чтобы я ни в чем не нуждалась. А еще на то, чтоб никогда не узнала своих настоящих корней. Но однажды мне удалось подслушать правду.
Девушка сделала паузу, а затем бросила на некроманта нервный, затравленный взгляд.
Рейв внутренне напрягся, чувствуя, как голос молоденькой выпускницы завладевает его вниманием. Не отпускает. Заставляет с интересом слушать ее рассказ дальше.
— Так вот, моей настоящей матерью оказалась влиятельнейшая женщина. Герцогиня Мирия Клариан Кастро-Аркс. Владелица и сюзерен всей провинции Арк. Сестра его величества короля. Она скрывала мое рождение, потому что я — дитя, рожденное вне брака.
— Ну, в этом ничего постыдного нет, — сказал мужчина, попытавшись рассеять тучи во взгляде девушки. — Более того, я сказал бы, что тебе полагается хоть какой-то титул, несмотря на отсутствие брака родителей.
— А это еще и не конец, — выдохнула она и отвернулась. — Я узнала также и имя своего отца.
Снова пауза. Гораздо длиннее прежней. Рейву даже захотелось в нетерпении бросить — мол, незачем тянуть, он все равно не знает в этом мире никого, кроме нее.
Но мужчина промолчал, не торопя собеседницу.
— Моим отцом оказался сам король…
Некромант нахмурился, припоминая, что пару секунд назад она упоминала, будто ее мать является сюзерену сестрой. Но когда девушка произнесла имя, Рейву вообще стало, мягко говоря, не до смеха.
— Герхард Айрис Кастро-Файрел, — мрачно закончила она. — Властитель Четвертого королевства, король солнца и туманов. Думаю, теперь ты понимаешь, что о моем рождении не должен был знать никто. Мне повезло еще, что не придушили в младенчестве. Если вскроется связь государя с собственной сестрой, это вызовет серьезное недовольство правительства и народа.
Рейв был мрачнее голодного упыря. Ангелина поджала губы, явно думая, что противна некроманту. Но он в этот момент размышлял вовсе не о ее кровосмесительном рождении. Признаться, это казалось и вовсе мелочью. В том, что ее мамаша любила перепихнуться с собственным братом, вины девчонки точно не было.
Некроманта бесило другое. Бесило до дрожи в руках и плотно стиснутых зубов.
Король Герхард носил фамилию его убийцы. Айрис. Он был потомком Ульфрика. Это означало, что за его, Рейва, смерть засранец Ульфрик получил титул короля посмертно. А его дети надели корону и приобрели приставку к имени — Кастро-Файрел. Его приставку!
Файрел — название замка, который Рейв десятилетие строил для себя. Облагораживал магией, гонял рабочих и казнил архитекторов. Каждый камень в нем знал своего настоящего хозяина — короля мертвых.
И семь сотен лет после его «смерти» в этом замке гнездились потомки предателя. Семь сотен лет, которые Рейв пролежал в могиле, мечтая, как вернется и отомстит. Когда лишь одна фраза, пульсирующая в мозгу, сохраняла его жизнь: «Я должен отомстить Ульфрику, даже если он сам уже мертв. За его предательство ответят все его близкие…»
И Рейв даже не задумывался о том, насколько это глупая затея. Ведь мертвому врагу от его мести ни горячо ни холодно. Было бы интереснее поднять его самого в качестве какой-нибудь полуразумной нежити. Заставить мучиться от посмертия, выполняя команды собственного убийцы. Но, увы, тело Ульфрика уже давно сгнило. И даже костей не найти.
Рейву была нужна месть. Нужна как воздух. Он думал о ней веками, переживая один и тот же день. Одну и ту же секунду, когда маленькие зубастые рты обгладывали его кости. И только железная воля и какая-то невероятная жажда жизни сохранили ему здравый рассудок. Они и кровавая баня, которую он мысленно обещал устроить своим врагам. Ведь Ульфрик должен был оставить потомков. Таких же засранцев, каким был он сам. И все эти годы Рейв собирался найти каждого из них.
Это помогало выжить. Держаться, сохранить разум и не свихнуться от боли.
И вот теперь даже это последнее желание ускользало. Ангелина оказалась дальней правнучкой его врага. Это совершенно выбивало из колеи.
Нет. Он не мог позволить планам, лелеемым так долго, просто раствориться.
— Я кажусь тебе отвратительной, да? — вырвала его из размышлений девушка.
Рейв поднял на нее хмурый взгляд чуть прищуренных глаз, молча вглядываясь в испуганное, расстроенное лицо.
Что он должен был ответить? Что сотнями лет мечтал убить именно ее?
Травянисто-зеленые болотные радужки, засасывающие в свой омут…
Почему-то видеть ее страдания некроманту совсем не нравилось.
— Да мне плевать, что за люди были твоими родителями, — бросил он, стиснув зубы и выдохнув. — Поверь, малышка, это должно быть только их проклятием. Не твоим.
Брови девушки немного разгладились, и некромант с некоторым раздражением почувствовал, что ему стало легче.
— Правда? — переспросила она.
Мужчина кивнул, едва не взяв ее за руку. В последний момент отдернул ладонь, страшно ругаясь про себя.
— Спасибо, — облегченно выдохнула она.
— Почему мне кажется, что ты рассказываешь эту историю не каждому встречному? — спросил тогда мужчина.
— Потому что так и есть. Мы с тобой едва знакомы. И вряд ли продолжим знакомство и дальше. — Рейв при этих ее словах сдержал темную ухмылку. Он был на этот счет немного другого мнения, но малышке об этом знать пока не обязательно. — Так что тебе вряд ли есть до меня хоть какое-нибудь дело. А мне нужно было выговориться.
— Рад, что сумел помочь, — улыбнулся он, на этот раз вполне естественно.
Ангелина улыбнулась в ответ, развернулась, опершись руками о ветки, и вдруг вскрикнула. Поднесла к губам палец, с которого на ладонь стекла небольшая блестящая капля крови.
— Ну вот, поцарапалась, — выдохнула она.
Время перед глазами некроманта будто замедлилось.
Веки тяжело опустились, накрывая мир чернотой. И за их чертой появились смутные картины прошлого.
Миловидная девушка с длинными каштановыми волосами, отливающими медом. С большими глазами, сверкающими как звезды. И с жестокой улыбкой, от которой внутри некроманта все перевернулось. Словно кто-то вспорол ему живот, вытаскивая зазубренным кинжалом кишки наружу.
А затем ее лицо сменилось другим. Бледный мужчина, поседевший явно раньше времени. Довольно молодой, но с морщинами под зелеными, как малахит, глазами. Он смотрел на него с ненавистью и осуждением, и от этого взгляда Рейва тянуло убивать.
Веки некроманта поднялись, гоня наваждение прочь, возвращая к реальности. Но совершенно неожиданно кошмар стал явью. Мужчина с седыми волосами никуда не исчез. Он сидел на валежнике рядом с Ангелиной и мерзко улыбался, а девушка его не замечала.
— Что, не ожидал встретить старого друга? — спокойно протянул Ульфрик, сжигая его мертвой зеленью своих глаз.
— Я убил тебя, — еле слышно ответил некромант, стиснув зубы.
Призрак отвратительно оскалился.
— Что с тобой? — спросила девушка, нахмурившись, но Рейв не смотрел на нее. Все его внимание было приковано к врагу, к старому другу, что сидел рядом.
— Ты мертв, — произнес Рейв одними губами.
— Ты тоже, но что это меняет? — смакуя каждое слово, протянул Ульфрик, усмехаясь.
Рейв вздрогнул, но в следующую секунду резко опустил голову вниз. На его сжатом кулаке лежала маленькая женская ладонь. Контрастно-светлая по сравнению с его смуглой кожей. Обжигающе теплая.
Пульс застучал в висках.
Некромант вновь посмотрел на седовласого врага, но того уже и след простыл. Словно все это мужчине привиделось.
— Ты в порядке? — тихо спросила Ангелина, вглядываясь в него широко раскрытыми глазами.
Она была так близко, что он чувствовал ее дыхание. Еле уловимо. Но ему вдруг ужасно захотелось ощутить его сильнее.
Тонкий, чуть сладковатый женский запах начал проникать куда-то глубоко-глубоко внутрь него. Будоражить там что-то темное и голодное, пробуждая дикое животное. Рисуя в голове смутные образы, легко и быстро выбрасывая оттуда все мрачные мысли.
Малышка…
Ее мягкие приоткрытые губы, по которым так хочется провести языком. С силой проникнуть внутрь. Опрокинуть на спину, почувствовать под собой горячее изнывающее тело. Зарычать, кусая пошлый влажный рот, когда она сожмет свои ноги у него на бедрах и будет приглушенно выстанывать его имя.
Рейв схватил девушку за запястье и резко дернул на себя. Ангелина вскрикнула и упала на него, на одно короткое мгновение очутившись сверху.
— Что ты?.. — только и успела произнести она.
А на большее времени не хватило.
У Рейва слишком много лет не было женщины.

Ангелина  

Он очень странно себя вел. Внезапно его взгляд будто расфокусировался. А затем на лице появились отблески глухой безысходности. Захотелось коснуться его, провести пальцем по чуть заостренным уголкам глаз, возвращая им уверенное насмешливое выражение с легким хищным блеском в самой глубине.
Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг подняла руку и коснулась его ладони. Она была такой гладкой и горячей… На какой-то миг в груди вспыхнуло неправильное, иррациональное беспокойство. А потом сквозь кончики пальцев по нервам начали бить крохотные молнии. Чем дольше я не убирала руку, тем сильнее становилось это странное искрящееся напряжение, растущее между нами.
Но я могла быть собой довольна. Растерянность и тягучее непонимание исчезли из глаз мужчины. Теперь его взгляд горел. Направленный только на меня, казалось, он вот-вот сожжет дотла.
На меня никто и никогда так не смотрел. И от этого в желудке что-то беспокойно скручивалось, раскаляясь жгучей спиралью.
— Ты в порядке? — спросила я, испытывая нестерпимое желание убежать куда-нибудь подальше. Или совсем наоборот.
Я не понимала, что происходит. А он молчал. И только шоколадно-карие глаза становились все темнее.
А в следующий миг он вдруг взял меня за запястье и потянул на себя.
Секунда — и я уже лежу на нем сверху, боясь вздохнуть. Опасаясь лишний раз пошевелиться, потому что чувствую его каждым миллиметром кожи.
Еще секунда — и он перевернул меня на спину, сжав руки над головой.
— Что ты?.. — хотела было сказать я, но слова застряли в горле.
Рейв наклонился к моему лицу. Совсем близко.
Я чувствовала, как тяжело и быстро поднимается его грудная клетка. Ощущала затаенное напряжение в его мышцах, словно перед прыжком.
Все это отзывалось внутри меня тяжелым жаром. В висках пульсировало, голова горела и, кажется, мне не хватало воздуха. Я дышала сквозь приоткрытый рот. Как рыба на раскаленном песке.
В следующий миг Рейв наклонился еще чуть-чуть и потерся носом о мой нос. Осторожно. Будто дразня. Глубже вдыхая.
— Держи себя в руках, некромант… — еле слышно проговорила я. Слабо и вяло.
Взгляд упал на его губы, уголки которых были так игриво приподняты. Мужчина склонил голову набок, уже почти касаясь меня ими.
— Не похоже на сопротивление, — выдохнул он, и голос получился рваным и хриплым. Таким, что голова закружилась.
Его губы . Я вот-вот почувствую, насколько они мягкие…
В этот момент боковым зрением я засекла движение у входа в наше прибежище. Невольно бросила туда рассеянный взгляд и обомлела. Кровь ударила в виски. Крик сдержать не удалось.
Такого ужаса я, кажется, не испытывала никогда в жизни. На пороге стоял живой мертвец. Он слегка пошатывался. Сквозь грязные спутавшиеся волосы просвечивало солнце. Зомби взглянул на Рейва, и на его лице образовалось довольное выражение, неприглядно перекосившее мертвую кожу.
Я кричала так громко, что у самой начало закладывать уши. А от страха подташнивало.
В Ихордаррине нежить не встречается. По всему периметру города стоят защитные тотемы. Вокруг каждого кладбища есть зачарованный забор. А мертвецов либо сжигают, либо хоронят исключительно в стальных гробах — в зависимости от достатка семьи почившего.
Все эти меры позволяли избежать разгула нежити в столице королевства. Но, говорят, на окраинах дела обстоят гораздо хуже. Я стараюсь об этом не думать. В провинции Арк, где я выросла, моя мать-герцогиня тоже приказала установить все возможные элементы защиты. Так что и в детстве мне не довелось узнать, что такое голод и злоба неупокоенных.
За все спасибо мамуле. Чтоб ей всю жизнь икалось во время секса.
В общем, об упырях, гулях, стрыгах и прочих созданиях сумеречной магии я знала только то, что преподавали в академии. Только теорию. И, признаться, я и дальше собиралась оставаться некромантом, ни разу не встречавшим живого мертвеца.
Поэтому зомби на пороге пещеры совершенно выбил меня из колеи. Но в этот момент Рейв вдруг широко улыбнулся и проговорил, лишая меня остатков самообладания:
— Ну, тебя как за смертью посылать, клянусь Сумерками!
И засмеялся.
Хотелось упасть в обморок и больше никогда-никогда не открывать глаз. А лучше — не открывать до тех пор, пока отвратительный мертвец не исчезнет.
Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, улавливая странную беспечность Рейва и будто впитывая ее кожей.
Он не боялся. Он был доволен.
— Что это значит? — Я перевела взгляд на ладони нежити. В серых сухих пальцах он держал котелок, наполненный водой.
«У меня есть вкусное жареное мясо. А скоро будет и чем запить…»
— Ты что… ты… — Все слова застряли на кончике языка.
Не могло это быть правдой.
— Ты поднял этого зомби? — выдохнула я, считая себя полнейшей дурой.
Ну невозможно это. Даже магистры не могут…
— Конечно, — кивнул Рейв невозмутимо и рукой подозвал монстра. — Вот тут поставь и выйди. Жди у порога, охраняй вход. И не вздумай соваться сюда. Видишь, ты пугаешь даму!
Некромант протянул руку, и ужасающий до визга мертвец мотнул мне головой.
Холодная волна прокатилась по позвоночнику.
В темных провалах под бровями на мгновение блеснул кровавый огонь. А затем все вернулось к прежнему состоянию.
Немного отстраненно я подумала о том, что этому зомби очень повезло: у него сохранились глазные яблоки. Сейчас они были желтовато-серые с темными радужками. И издали могли показаться вполне нормальными.
Если бы не зажигались вот так голодным багряным светом.
Ужасно захотелось прижаться к Рейву. Схватить его за руку, спрятаться за спиной, не вздрагивающей, как у меня, от каждого движения мертвяка.
А потом ко мне наконец пришло осознание: человек, сумевший поднять нежить, гораздо опаснее этой самой нежити.
Я перевела взгляд на мужчину, которого узнала всего пару часов назад. И который за это время уже успел один раз вырубить меня заклятием, а один — спасти от приступа удушья.
Неоднозначный тип, да?
А потом он посмотрел на меня в ответ. Его губы изогнулись в мягкой улыбке, на которую оказалось слишком сложно не ответить.
— Не бойся, малышка, — проговорил он. — Зомзом уже ушел.
— Зомзом? — удивленно захлопала глазами я.
Рейв пожал плечами.
— Производное от «зомби». Никогда не умел придумывать им имена. Но должны же мы его как-то звать?
Он рассуждал так, будто выбирал кличку коту. Немного жестикулировал длинными аристократичными пальцами, а я не могла оторваться от этих ненавязчивых движений.
Рейв был очень необычным мужчиной. Что-то в нем выбивалось из привычной картины мира. Мельчайшие детали, такие, как манера речи, привычка держать голову слегка приподнятой, некоторая осторожность в словах, не присущая сейчас даже высокородным. Все это заставляло присматриваться к нему получше, привлекало внимание и вызывало живой интерес.
— Ну, хочешь, придумай сама, — предложил он и взмахнул рукой, будто приглашающе перевернув ее ладонью вверх.
Вот так вот, вроде бы ничего сверхъестественного, и все же никто среди моих знакомых никогда так не делал.
Я склонила голову набок и прищурилась:
— Зачем ты поднял этого мертвеца и, главное, каким образом?
Рейв усмехнулся, снова придвинувшись чуть ближе.
— Малышка, кажется, я это уже рассказывал…
Слегка занервничав оттого, что полуголый некромант опять оказался рядом со мной на расстоянии вытянутой руки, я встала с веток. Сделала крохотный шажок в сторону выхода, незаметно стараясь рассмотреть мертвеца, примостившегося неподалеку от берлоги.
Рейв позади меня глубоко вздохнул. Я же в это время глядела на неподвижную фигуру зомби. Он сидел на земле, скрестив ноги и опустив голову. Если не обращать внимания на страшную рану на груди, пугающую запекшейся кровью, могло показаться, что это обычный бездомный.
Но вот мертвец медленно поднял голову и повернулся ко мне, словно чувствуя мой взгляд.
Ледяная лента страха обвила позвоночник, спускаясь в живот, попутно обдавая изнутри морозным дыханием. Мурашки прокатились по спине. Я затравленно отшатнулась, сделав резкий шаг назад. И вдруг, сама не поняла как, очутилась в крепких объятиях.
Горячее кольцо рук обвило талию. Моя спина прижалась к широкой мужской груди, а над ухом послышалось тихое, но такое будоражащее кровь дыхание.
Воздух вышибло из легких. Я вздрогнула, почувствовав, как каждый нерв вдруг стал болезненно чувствительным.
Рейв опустил подбородок на мое плечо, сжимая объятия, вдавливая меня в свое тело. А затем коснулся губами основания шеи.
«О, мрак и демоны…»
Пульс ударил в виски. Я закрыла глаза, чувствуя опьяняющее наслаждение от этого касания. Невесомого, дразнящего.
Что это? Я сошла с ума?..
— Мы, конечно, можем подискутировать про природу существования некромантии как направления магии, — мурлычущим голосом проговорил Рейв, не отрывая губ от моей кожи, — но я бы хотел сделать это чуть позже…
Провел носом по шее вверх и прикусил мочку уха, чуть посасывая, едва не вырывая у меня стон удовольствия.
Мне не хватало воздуха. Безумие какое-то…
Его руки мягко опустились, сильнее вдавливая меня в него. Скользя по подолу к ногам, чтобы уже через мгновение забраться под оборки в попытке задрать платье повыше.
— Нет, стой, — испуганно выдохнула я, сжав пальцы на его запястьях.
Рейв выпустил мою мочку и хрипло проговорил, целуя чувствительную область за ухом, у самой кромки волос:
— Нервничаешь? Не переживай, у меня тоже давно не было секса… — А потом как-то странно усмехнулся и добавил: — Даже готов поспорить, что чуть дольше, чем у тебя. Самую малость дольше…
Спустился губами вниз и вдруг прикусил основание шеи.
Горячая волна ударила куда-то вниз. Проклятье, он меня с ума сводит!
— Нет, я… Рейв, я не буду заниматься с тобой… этим.
Все. Сказала.
Казалось бы, должно было стать легче. Но мужчина вдруг развернул меня к себе, крепко держа за талию, и внимательно посмотрел.
Темно-шоколадный взгляд обжигал, уносил в неведомую пропасть, глубокую и манящую. Звал меня, словно именно в этой пропасти мне и есть самое место.
На меня никто так не смотрел.
А затем некромант поднял руку и мягко коснулся пальцем моего рта. Провел по нижней губе, то ли поглаживая, то ли лаская.
От этого движения у меня искры взорвались в животе.
— Почему? — спросил он так проникновенно, что едва не захотелось разрешить ему все на свете.
Я медленно моргнула и снова распахнула глаза. Шумно сглотнув, проговорила, стараясь, чтобы голос не дрожал так предательски:
— Ну, во-первых, я тебя едва знаю…
— Это не причина, малышка, — вкрадчиво протянул он, скользнув рукой мне на затылок и притянув к себе. — Тебе самой хочется.
Его низкий тембр отдавался во мне тревожной ноющей вибрацией.
Я задрожала. Каждое его движение было настолько уверенным и непоколебимым, но в то же время осторожным и чувственным, что я не могла не реагировать. Я шла навстречу его движениям, как кошка к рукам хозяина.
Но все же, набрав в грудь побольше воздуха, произнесла:
— А во-вторых, я девственница.
Рейв замер, а затем отклонился чуть назад, посмотрев прямо мне в глаза. Без иронии или смеха, который я ожидала, честно говоря. Где ж это видано, чтоб девушка в двадцать три года оставалась не при делах? Это ж значит, что она ни одному парню за все время так и не приглянулась. Конечно, есть еще один вариант: девушка высокородная. Среди знати приветствуется брак с девственницами.
Но, увы, я принадлежала к первому варианту. За время моей учебы в академии внимание мужской половины было приковано к кому угодно, но не ко мне. Не знаю, то ли я оказалась малопривлекательной для однокурсников, то ли не нашлось того, кто понравился бы мне.
Рейв глубоко вздохнул и вдруг улыбнулся, ласково проведя согнутым указательным пальцем по моей щеке.
— Первый раз, конечно, не должен проходить в пещере, малышка…
А я смотрела на него и не могла поверить, что он улыбается. Вряд ли кого-то из моих знакомых некромантов смутила бы такая малость, как душевные переживания девственницы, которая не хочет секса в медвежьем убежище.
Рейв будто через силу отодвинулся, продолжая сжимать мою кисть и мягко растирать ладонь большим пальцем. Словно не хотел совсем отпускать. И в его карих глазах, которым заходящее солнце придавало медовый блеск, читалось чуть больше, чем он говорил. Только я не понимала, что именно.
Но вдруг ни с того ни с сего его брови сдвинулись, а зрачки переместились в сторону. Словно он увидел кого-то у меня за плечом.
В этот момент мне тоже показалось, что краем глаза я вижу там какую-то тень.
Внутри вспыхнул страх: либо это пришел медведь, либо Зомзом сошел с ума и таки решил съесть наши кишки.
Но за плечом никого не оказалось.
Когда я вновь посмотрела на Рейва, он был бледнее обычного, и его челюсти плотно стиснулись. Он отпустил мою руку и натянуто улыбнулся.
В берлоге резко стало холоднее.

ГЛАВА 4

Рейв  

— Что случилось? — беспокойно спросила девушка.
Некромант сжал зубы. Похоже, он потихоньку слетает с тормозов. Побочный эффект после воскрешения? Или, может, это проклятая саранча за семь сотен лет его все же доконала?
— Ничего… ничего. Вспомнил кое-что неприятное, — говорил он, и сам себя еле слышал. Его взгляд был направлен немного влево от спутницы, туда, где снова стоял его старый знакомый. Гадко ухмыляющийся Ульфрик, на хрен, Айрис.
Но Ангелина явно никого не видела.
Рейв медленно моргнул, мысленно приказывая видению убираться в бездну к тварям. Туда, где и место предателям.
— А где место таким, как ты, Рейви? — усмехнулся призрак.
Некромант открыл глаза, но засранец Ульфрик никуда не пропал. Напротив, он закинул руки за спину и с заинтересованным видом начал прохаживаться вокруг девушки.
— Что, понравилась тебе детка, да? — спросил старый друг, похотливо облизываясь. — А она ничего. У тебя всегда был неплохой вкус.
Он бросил на некроманта взгляд, полный злого веселья. Рейв повернул голову в сторону, до хруста сжимая челюсти. Слишком ярко видя образ длинноволосой Шайны. Своей жены.
Воспоминание обожгло старую рану где-то на подкорке.
— Рейв, ты в порядке? — спросила в этот момент Ангелина, не на шутку испугавшись. Ее большие зеленые глаза наполнились чернотой зрачка в ожидании ответа.
— Да, малышка, я… выйду освежусь. Подожди меня минуту.
Некромант выскочил прочь из пещеры, как будто его преследовал сумеречный огонь. Мерзкое видение и было этим огнем.
— Не убегай, друг, — бубнил над ухом Ульфрик. — Дама долго ждать не будет. Разве ты не хотел ее жестко поиметь?
— Закрой рот, — тихо выдохнул мужчина, когда свежий воздух ударил в лицо. Но, к сожалению, легче от него не стало.
— Фу, как грубо. Очень по-некромантски, — бросил Ульфрик, — вот так бросить возбужденную женщину. Или не возбужденную. Какая разница. Ты не собираешься ее убивать?
— Убирайся. Ты всего лишь моя галлюцинация.
— Уверен? — гадко скривил рот призрак. — Подумай хорошенько, ты же некромант. А потом возвращайся в пещеру и сделай то, что хотел. Трахни эту девчонку, высоси ее магию без остатка. Ты же почувствовал, что с ней не все так просто, правда? Ты должен знать, да… Высоси ее, а затем убей.
Рейв прищурился. Закрыл глаза, растирая виски.
— Тебя не существует. Твой дух не мог восстать через семь сотен лет, — твердил он. — А если нет, я разотру твое посмертие в сумеречную пыль.
— Конечно, — фыркнул Ульфрик. — Именно это ты и сделаешь. Убьешь меня, потом убьешь ее. Некроманты берут то, что хотят, правда?
Рейв открыл глаза. Ульфрик завис прямо напротив его лица, на расстоянии пары сантиметров.
Но некромант даже не дернулся.
Несколько секунд оба молчали. А затем призрак открыл рот и тихо прошептал:
— С мертвыми проще, чем с живыми. Так, Рейв?
И в следующий момент исчез, словно его и не было. А на пороге появилась взволнованная фигурка Ангелины.
— Ты расстроился, что… ну…
Она махнула рукой в сторону пещеры и прикусила губу. По щекам разлился румянец. Некромант в очередной раз отметил, что ему очень нравится, как она краснеет. Нравится настолько, что даже вышибает из головы неприятные мысли.
Однако мерзкий голос в мозгу все же тихо повторил слова Ульфрика: «Высоси ее, а затем убей…»
Рейв зарылся рукой в собственных волосах, отбрасывая их с лица назад. И улыбнулся. Похоже, малышка в самом деле переживала. И о чем?..
— Перестань, — бросил он, подходя ближе.
В этот момент зомби, сидевший в полутора метрах от девушки, протянул к ней длинную руку. Тут-то она его и заметила. Взвизгнула, шарахаясь назад как от смертельной проказы.
Рейв обхватил ее за талию и невозмутимо оттолкнул руку зомби.
— Малышка, ты точно некромант? — фыркнул он.
— Д-да, а что? — спросила она нервно.
— Так почему ты не видишь, что этот мертвец привязан ко мне?
Рейв внимательно посмотрел на Ангелину, начиная улавливать искры понимания в ее глазах. Девушка перевела взгляд с него на зомби и обратно.
Некромант осторожно усадил ее на землю у костра и сам расположился рядом. Нежить осталась сидеть по другую сторону пламени в трех метрах от них.
Сумасшедший король мертвых, некромантка, которая боится мертвецов, и зомби. Маленькое хре  ново трио.
— Мы изучали нити привязки только в теории, — тихо произнесла девушка, все еще вглядываясь в зомби. Похоже, рассматривала сумеречным зрением длинные прочные жгуты, соединяющие некроманта и его мертвого слугу. — Ведь сейчас в мире нет ни одного мага, способного поднимать нежить. Ну… нас так учили.
Глаза зомби сверкнули алым и потухли.
— Все заклятия по воскрешению были уничтожены со смертью короля мертвых. Рейва Эридана, — продолжала девушка, вдруг странно взглянув на мужчину.
Некромант оставался серьезен. Если в этом мире не осталось ни одного нормального заклинателя сумеречной магии, придется долго объяснять, каким образом все тайные знания стали известны ему одному.
Но и скрывать свои возможности он не собирался.
— А чем же тогда занимаются ваши колдуны? — без задней мысли спросил Рейв.
— Ну, я уже говорила… — протянула девушка. — Но еще есть, например, черные некроманты. Они умеют создавать неразличимые яды из мертвой плоти. Из костей — эликсиры. Умеют высасывать из покойников трупное разложение, превращая их в мумии. А затем отравлять этим разложением живых людей. Умеют создавать чуму и останавливать ее. Очищать реки от трупного яда… Некоторые, особенно сильные, способны поднять из мертвых мышь или кошку. Или любое другое животное. Но это — максимум, на который они способны.
Рейв задумчиво кивал головой.
— А где же ты учился, что все это тебе неизвестно и непонятно? — Ангелина прищурилась и оглядела собеседника с ног до головы так, словно видела впервые.
Рейв нахмурился. Пугать девушку он совсем не хотел. Она еще была ему нужна. Более того, он просто не желал терять ее, пока ему не надоест их общение.
А значит, секрет стоило сохранить.
— Я рос в отдаленном поместье, малышка. Далеко за городом. И меня учил… отец.
Когда-то его и правда учил отец. Но это было так давно, что даже сам некромант уже в этом сомневался.
— Понятно, — кивнула Ангелина, и лицо ее разгладилось.
Вроде поверила.
— И все-таки мне кажется слишком нереальным, что ты и зомби связаны. Да, я вижу эту нить, — задумчиво протянула она, снова глядя на мертвеца с другой стороны потухающего костра. — Но, возможно, это нить просто какого-то сумеречного заклинания.
Рейв улыбнулся, разворачиваясь к девушке всем торсом и упирая кулаки в скрещенные ноги. Ему хотелось немного поиграть.
— Что нужно, чтобы ты поверила? Малышка, я готов на все. Ну хочешь, наш новый друг сделает тебе массаж ног?
Рейв махнул рукой в сторону мертвеца, и тот мгновенно задрал голову.
Ангелина широко открыла глаза, возмущенно хватая ртом воздух.
Некромант снова засмотрелся на ее пухлые розовые губы, чувствуя, как желание возвращается.
— Пусть он лучше уберет тебе волосы в хвост! И сплетет косичку! — отрывисто воскликнула она.
И Рейв засмеялся.
— Я бы предпочел, чтобы это сделала ты, Ангел.
Девушка снова покраснела. Как будто специально подливала масла в огонь.
— А я могу сделать тебе массаж ног, — закончил он понизившимся голосом, с жадным хищным вниманием подмечая, как потяжелело дыхание собеседницы. Выхватывая вздрогнувшие ресницы. Затвердевшие вишенки груди под платьем…
Ангелина промолчала, опустив взгляд в костер. А Рейв не настаивал. Да, он чувствовал в себе животное. Старое и голодное. Но его животное хотело слишком многого. Крови, плоти, магии.
Власти.
Рейв не хотел раньше времени будить это чудовище.
— Малышка… — мягко начал он, надеясь, наконец, повернуть разговор в нужное ему русло. — Ты не знаешь, какие сейчас новости в королевстве? Я жил почти что затворником и совершенно не в курсе свежих, как бы это сказать, — Рейв задумался, как сделать этот вопрос поинтереснее для молоденькой девушки, — сплетен.
Глаза Ангелины на миг вспыхнули. Некромант уже подумал, что все получилось. Но внезапно девушка стала чернее тучи.
— Есть новости, как же без них…

Ангелина  

Остатки костра уныло потрескивали перед глазами. Солнце садилось, и я уже не думала о том, что целый день провела со странным незнакомцем. С ним же чуть не переспала в медвежьей берлоге, с ним чуть не погибла от приступа и с ним теперь смотрю в догорающие угли в компании нежити по имени Зомзом.
Мне впервые за долгое время спокойно и комфортно. Несмотря на то что все должно быть совсем наоборот, я чувствовала себя хорошо. Мне уже приходилось рассказывать Рейву историю собственного рождения. Я поведала ему то, чего не слышал от меня никто и никогда в течение пяти лет обучения в академии. В течение всей жизни. И теперь не было никакого смысла утаивать продолжение.
— Через месяц состоится королевская свадьба, — проговорила я мрачно. — Мой кровный отец нашел себе новую невесту. И теперь все достаточно богатые и высокородные люди собираются во дворце, чтобы весь месяц праздновать помолвку и будущий союз правящей четы.
— И тебя это так расстраивает, потому что… — Некромант вопросительно приподнял брови.
И как он умудрился заметить? Неужели у меня на лице все написано?
— Не расстраивает, — нахмурилась я. — Хотя нет, наверно, ты прав. Просто… все, что связано с моей настоящей семьей, заставляет меня чувствовать себя изгоем. Иногда кажется, что лучше бы я жила где-то очень далеко отсюда. Тогда мне не приходилось бы слышать обо всех этих пирах, балах, королевских охотах и новых папиных фаворитках. Хорошо хоть новости о герцогине Мирии Клариан не появляются так часто. Сплетни еще и про собственную мать окончательно бы меня уничтожили.
Губы Рейва напряглись и сжались в одну линию. Он смотрел на меня не отрываясь и, казалось, что у него на языке вертится какая-то мысль, которую он никак не решается озвучить.
— Может быть, ты хочешь поучаствовать в придворных гуляниях? — спросил он вдруг, приподняв бровь.
Я вздрогнула, пожалуй, слишком резко выпрямившись. Позвоночник превратился в напряженную струну.
— Что? Зачем мне это? Нет, конечно же я не хочу!
Взгляд сам собой упал в огонь, а потом губы закончили:
— Да и никто меня туда не пустит. Я безродная. Воспитанница горшечницы. А туда могут попасть только обладатели кровного титула.
Некоторое время Рейв молчал, шевеля длинной палкой угли в костре. Словно обдумывал что-то.
— А скажи, твой отец, он узнает тебя, если увидит? — спросил он вдруг.
— Сомневаюсь, — покачала головой. — С какой стати? Моим финансовым обеспечением занималась мать. И даже она никогда со мной не встречалась.
— Ясно, — кивнул он. — Тогда я не вижу причин, почему бы тебе не явиться в замок в качестве, скажем, невесты графа. Посмотришь в глаза своему папаше, погуляешь, развлечешься.
Рейв сделал паузу, а потом, хитро поглядывая на меня, добавил:
— Заодно составишь мне компанию…
Я широко распахнула глаза, не до конца понимая, что именно он предлагает.
— А невестой какого графа я могла бы стать?
На этот раз губы Рейва медленно поползли к ушам, открывая белозубую улыбку, перед которой совершенно невозможно устоять.
— Например, невестой графа Рейва Эридана, — закончил он, и ответная улыбка быстро сползла с моего лица.
— Издеваешься? Я должна стать невестой мертвого короля мертвых?!
Было так обидно, что захотелось в него чем-нибудь кинуть. Я уже почти решила, что он хочет взять меня с собой в замок. Размечталась, что мой странный незнакомец сейчас окажется графом, посадит меня на своего прекрасного крылатого коня, и мы улетим в закат.
Ага, ну что за дура?
Но Рейв быстро поднял ладони в примирительном жесте и проговорил, ухмыляясь:
— Перестань злиться. Рейв Эридан — это мое имя. Успокойся. Я действительно граф.
— Ты? Тебя зовут так же, как короля мертвых? Или ты…
Весь мой пыл резко улетучился, и осталось лишь одно недоуменное непонимание. Как это может быть?
Некромант улыбнулся:
— Скажем так, я потомок того самого Рейва Эридана Кастро-Файрела. У нас в семье принята преемственность имен. Я много лет жил один в отдаленном от столицы поместье. Наша семья никогда не появлялась в свете, потому что фамилия Эридан носит дурную славу. Но наследовать некоторые старые заклятия короля мертвых это мне не помешало. Хотя, конечно, с прапрапрапрапрапрадедом в магии никто не сравнится.
Он сдвинул брови и важно вытянул губы, отрицательно качая головой в подтверждение последних сказанных слов. Но мне отчетливо мерещилось, как подергиваются уголки его рта, словно некромант вот-вот заржет как конь.
И я совершенно не могла понять, что все это значит.
— То есть… ты правда потомок короля мертвых? — недоверчиво спросила я.
— Ага, — весело кивнул мужчина.
Сердце гулко застучало.
В следующую секунду я резко вскочила с места и, слабо отдавая себе отчет в происходящем, перебирая ладонями по земле, быстро подползла к Рейву.
— Не может быть, — выдохнула, вглядываясь в насмешливые темно-карие глаза. — Потомок самого короля мертвых? А можно я тебя потрогаю?
И осторожно положила ладонь на его колено.
И что только творилось у меня в голове? Кажется, что-то вроде «в жилах этого парня течет кровь великого мага! Я трогаю легенду!».
По факту же все выглядело довольно странно. Рейв напрягся, а затем чуть прищурился и с натянутой улыбкой проговорил:
— Ангел, ты же помнишь, что у меня под камзолом ничего нет?
Я испуганно отпрянула, нервно кусая губы. И правда, у него же там…
Ой, Тьма!
В следующее мгновение некромант заливисто рассмеялся. А я, кажется, еще сильнее покраснела.
— Не переживай, — тут же добавил он с немного виноватой улыбкой. — То, что я сижу тут полуголый, это моя вина, а не твоя. Так что прости.
А еще через секунду снова вернулся к теме дворца:
— Ну, так что, ты согласна стать моей фиктивной невестой?
И, судя по довольному взгляду, он уже знал, что я отвечу:
— Согласна.
Честно говоря, мне не верилось, что все получится. Что я действительно увижу замок Файрел собственными глазами. Смогу посмотреть в лицо отца и понять, действительно ли злюсь на него. Или, может, на самом деле мне все равно. В любом случае это шанс оставить позади ядовитую горечь правды, преследующую меня с детства.
— Но… — начала я неуверенно, боясь следующим вопросом не только обидеть некроманта недоверием, но и разрушить только что появившуюся надежду. — Скажи мне, Арка крови точно пропустит нас?
Арка крови — древнее строение перед входом в замок. Говорят, ее построил сам король мертвых. В прежние времена она служила ему чем-то вроде привратника, пропуская на званые приемы только особ с некромантским анарелем. В гости к хозяину замка по традиции мог прийти любой человек, лишь бы он был сумеречным колдуном.
После смерти короля мертвых замок Файрел перешел в собственность семьи Ульфрика Айриса, далекого предка нынешнего короля. И с тех пор Арку сумели перенастроить.
Рейв сдвинул брови.
— Ваш король зовет на гуляния только некромантов? — удивился он.
— Нет! Арка уже давно работает иначе. Теперь она пропускает лишь высокородных, вот и все. Если ты не принадлежишь хотя бы к какому-нибудь самому задрипанному дворянскому роду, в замок не попасть.
В этот момент я вдруг поняла одну вещь:
— Меня она тоже наверняка не пропустит. Ведь у меня нет титула.
Плечи как-то сами собой поникли.
Рейв склонил голову набок, не сводя с меня глаз.
— Малышка, запомни, пожалуйста, одну вещь. Если Рейв Эридан приглашает тебя куда-то, значит, тебе нужно только согласиться. Об остальном он позаботится сам.
Его голос звучал мягко, но непоколебимо серьезно.
Где-то внутри у меня вспорхнуло облако бабочек.
— Значит, мы все же попадаем на королевские гуляния?..
Некромант с улыбкой кивнул, продолжая передвигать палкой угли в костре. А я не знала, радоваться или пугаться. Ведь я никогда не была в столь богатых домах. Не умела вести себя правильно. А сейчас мне предлагалось посетить не просто важный прием, а целый месяц прожить в королевском замке.
— Но у меня совсем нет нормальной одежды, в какой ходят благородные, — проговорила я вдруг, хватаясь за голову. Затем взглянула на свои ноги и поморщилась. — Из благородного у меня только туфли. И то одна.
Я постучала невзрачной обувью без каблука.
— Тетя Илона, которая меня воспитывала, подарила мне на поступление в академию пару жутко дорогой обуви. Но как-то на прогулке я умудрилась уронить в озеро правую туфлю. Пришлось заказать у башмачника дешевую копию. С тех пор я хожу в разной обуви.
Рейв уронил взгляд на мои ноги, и мне стало ужасно стыдно. На левой ноге красовалась потрепанная, но довольно красивая лодочка с серебряным тиснением и замшевой отделкой. А на правой — лапоть из грубой кожи, разрисованный серой краской в тон тиснению. И обшитый обычной тканью. Издали они казались одинаковыми. Но вблизи…
— Поверь, малышка, — совершенно спокойно ответил Рейв, — я тоже не собираюсь появляться в замке в этом.
Он указал рукой на свой странный плащ, надетый на голое тело.
— Да, когда-то этот камзол был очень даже ничего. Пуговицы из серебра с алмазной гранью. Отделка из бархата. Сшит по последней моде…
— По последней моде? — фыркнула я. — Да в таком не ходили, даже когда я родилась. Хотя, может, у вас там, в глуши, была своя мода.
Я улыбнулась, видя, как Рейв сжал губы, тщательно скрывая смущение. Но я заметила!
— Ладно, не стесняйся, у меня вообще туфли разные, — хмыкнула я примирительно.
— Стесняйся? — воскликнул он, выпрямив спину. — Да кто тут стесняется? Этот камзол, да ты знаешь, какой он был? Да каждый мечтал себе такой сшить! Ай, да что б ты понимала.
Рейв махнул рукой и возмущенно выдохнул. Кажется, так смешно мне давно не было.
Некоторое время мы молча переглядывались, и я даже успела немного привыкнуть к молчаливому присутствию Зомзома. Кстати, кличка мне его все больше нравилась, так что, похоже, другого имени мертвяку не видать.
— Рейв, а ты… не собираешься упокоевать зомби? — спросила я задумчиво.
Нежить перевела на некроманта страшный, но слишком уж умный взгляд.
— Ни в коем случае.
Мертвые глаза вспыхнули алым и потухли.
— Мне пригодится слуга и носильщик, — продолжал он. — А тратить силы на воскрешение еще кого-то…
— Тратить силы на воскрешение? — хмыкнула я. — Вообще-то в таких случаях носильщика принято нанимать. Рейв, ты рос, случайно, не в замке, полном мертвецов?
Мужчина поднял на меня странный взгляд и ничего не ответил. А мне стало немного не по себе.
Солнце уже почти зашло, и на небе показалась бледная луна.
— Слушай, — немного нервничая, проговорила я. — Мы что, проведем эту ночь в берлоге?
Некромант вызывающе улыбнулся.
— Если ты не против, малышка.
— Вдвоем? — задержала дыхание я.
Кажется, мужчина улыбнулся еще шире.
— Ну, если ты стесняешься, позовем к нам Зомзома. Он все равно скучает.
— Нет-нет, я не стесняюсь! — поторопилась бросить в ответ и вскочила на ноги. Мне вдруг стало ужасно стыдно, стоило представить, что в таком узком и маленьком помещении мы с Рейвом будем спать вдвоем.
— Что с тобой, малышка? — все еще улыбаясь, спросил некромант и тоже встал.
— Я… мне бы ручеек найти, умыться перед сном… — А на самом деле мне нужно просто сделать хоть что-нибудь, чтоб отвлечься и не краснеть так сильно. У меня все отчетливее создавалось впечатление, что от моего смущения Рейв приходит в восторг.
— Конечно, Ангел, здесь рядом есть небольшой пруд.
Мужчина повел меня сквозь кустарники и деревья куда-то в одном ему известном направлении. А я, глупая овца, с интересом смотрела на него и даже не задумывалась о том, что, оставь он меня сейчас здесь одну, я из леса не выберусь.
— А почему ты зовешь меня Ангелом? — спросила я, пока мы шли.
— Очень-очень давно так назывались таинственные существа, парящие высоко-высоко в небе, — с готовностью начал рассказывать он. — Говорят, это создания других миров. Там, где нет некромантии и привычной нам магии.
— А разве есть другие миры? — удивилась я, осторожно хватаясь за мужчину, чтобы не упасть. На земле было много кочек и веток, я сделала это скорее инстинктивно. Но когда поняла, что крепко и с удовольствием держусь за малознакомого некроманта, отдергивать ладони было уже поздно. Рейв взял меня под руку, продолжая рассказ.
— Да, малышка, — говорил он, и мне рядом с ним было так тепло и легко, что невольно становилось страшновато. — Но я был только в одном из них. Когда искал себе драк… В общем, я там оказался в качестве эксперимента. Это была огромная империя, населенная самыми разными существами. Не людьми, а оборотнями, разумными животными, русалками, гидрами, вампирами. И все жили в мире. Удивительное место.
— Да ты, должно быть, шутишь, — выдохнула я. — Так не бывает.
Я думала, Рейв сейчас начнет спорить, доказывать, что эта нелепица — чистая правда. Но он просто задержал на мне долгий взгляд и отвернулся. Уголки его губы были еле заметно приподняты.
— Как знаешь. Шучу, значит, шучу.
А я так и не поняла, правду он говорит или нет.
Через пару минут мы подошли к широкому болоту. Оно целиком заросло ряской и водорослями, а по краям торчали темные свечки камыша. Рейв подошел к воде первый, отодвинул траву и опустил руки в воду.
Я приблизилась к нему и сделала то же самое. Потом умылась и почувствовала себя гораздо лучше. Подняла глаза на некроманта, который в это время стягивал с руки массивный перстень в форме когтя.
— Какое интересное кольцо, — проговорила я, впервые обращая внимание на филигранную работу. Судя по цвету металла, это было белое золото.
Едва не ляпнула что-то вроде: «Должно быть, оно очень дорого стоит», — но вовремя прикусила язык. Если Рейв граф, для него наверняка в этом кольце нет ничего необычного.
— Ты хотела что-то сказать, малышка? — многозначительно улыбнулся он, словно мысли мои читал.
— Да… я не… Красивое кольцо.
Тьма. Я опять покраснела, а Рейв заулыбался еще шире. А затем протянул мне перстень.
— Хочешь посмотреть поближе? — спросил он, пока я осторожно брала украшение. — Это фамильный. Передавался от отца к сыну не одно столетие в семье Эриданов.
На довольно остром наконечнике в форме когтя было выгравировано огромное количество завитушек, между которыми проглядывали смутно различимые символы.
— С ума сойти, — протянула я. — Много веков передается? Значит, его мог носить еще сам король мертвых?
Некромант улыбнулся и, кажется, едва заметно качнул головой. Словно я спросила что-то по-детски наивное. Но разве это наивно — интересоваться такой значимой исторической личностью? Пусть он и был вовсе не положительной фигурой.
— Да, король мертвых его определенно носил, — кивнул мужчина. — И еще много некромантов до него.
— В вашей семье все изучают эту науку? — удивилась я.
— Да, так принято.
Теперь уже я покачала головой.
— Зачем? — Мне это было действительно непонятно. — Некромантия абсолютно бесполезна в жизни. Да, ты умеешь поднимать мертвых. Но кому это нужно?
Я попыталась вопросительно развести руками, но неожиданно кольцо выпало и провалилось куда-то на дно пруда, затерявшись между густыми водорослями.
— О, нет! — ахнула я. — Прости!
И уже полезла было к самым корням камышей, как некромант меня остановил.
— Погоди, ничего ужасного не произошло, — спокойно сказал он, развернувшись ко мне. — Кроме того, что ты считаешь некромантов бесполезными.
И неожиданно нахмурился. Вот уж я не думала, что потеря фамильного кольца расстроит его меньше, чем мое мнение о сумеречной науке.
— Ну а разве это не так? Зачем нужен миру человек, который может управлять тем, что уже умерло?
— Для баланса, — довольно жестко ответил он. — А еще потому, что быть жрецом и друидом — смертельная скука.
И в следующий момент воздух вокруг завибрировал. Почти незаметно где-то на границе различимого пространства всколыхнулась Тьма. Та самая, какой управляют некроманты. И та самая, с которой я не умела обращаться, будучи по специализации простым историком.
Рейв провел ладонью над камышами, и тут же вслед за движением его руки живые густо-зеленые стебельки начали увядать, на глазах превращаясь в прах и осыпаясь в воду. Уже через пару секунд перед нами образовалось небольшое пространство, полностью лишенное растительности.
Полезное умение. Оно пригодилось бы, реши мы искупаться в этой воде. Или очистить пруд от заболоченности. Но эта магия выглядела настолько устрашающе, что я не смогла не спросить, нахмурившись:
— Зачем?
Рейв не ответил. Он казался мрачным и даже немного пугающим, и сейчас я видела перед собой другого человека. Не того, с которым провела этот день.
На короткий миг радужки некроманта вспыхнули алым и тут же потухли. Он снова провел рукой над прудом, и темные воды зашевелились. А спустя мгновение со дна вверх потянулась страшная костяная рука.
Старые кости блестели серовато-белой чистотой. Кисть была полностью лишена плоти, но сочленения пальцев и суставов все равно казались крепкими, несмотря на отсутствие мышц и сухожилий.
Рука держала фамильное кольцо Рейва.
Некромант, не глядя на плоды свой страшной магии, забрал перстень и надел. Его мрачное внимание было целиком приковано ко мне. Словно он, как хищник, наблюдал за моей реакцией.
— Ну и зачем было нужно это представление? — с трудом фыркнула я, стараясь показать, что не впечатлена.
Как будто меня можно поразить вот такими фокусами. Ну испугалась я, что с того? Я и мышей, может быть, боюсь. И муравьев. Если их слишком много.
— Чтобы тебе не пришлось лезть на дно к пиявкам, — спокойно ответил он.
Невозмутимо приподняла подбородок и бросила на Рейва скучающий взгляд.
— А зачем траву выкашивать? Такой красивый был камыш.
— Все имеет свою цену, малышка. Чтобы что-то ожило, что-то должно умереть. Или придется использовать собственный резерв.
— Поня-я-ятно, силенок, значит, своих не хватает. А король мертвых мог поднять костяного дракона, — проговорила я, борясь с желанием высунуть язык и поддразнить мужчину. — Вот это магия была! Это тебе не пару костяшек из воды вытащить!
Я развернулась и медленно пошла обратно в лес по направлению к пещере, через плечо бросив:
— Ну, ты идешь? А то не дождешься тебя.
Еще несколько секунд Рейв не двигался с места. А я затылком чувствовала его взгляд, прожигающий насквозь. Если он не придушил меня после такой наглости, то за ночь, которую мы должны провести вместе, можно не опасаться.
Зомби по кличке Зомзом все так же ждал нас у пещеры. Его глаза приветственно сверкнули алым, и больше он ничем не ознаменовал наше возвращение.
Я начинала привыкать к его присутствию.
Рейв, подойдя к мертвецу, мрачно бросил:
— Иди поймай кролика. Душить можно, рвать зубами и когтями — запрещено. Не повреди шкуру. Вернешься, можешь снова сторожить вход.
Мы зашли в берлогу, и я не смогла не поинтересоваться:
— А почему нельзя повредить шкуру? Шапку новую хочешь?
И широко улыбнулась. К счастью, некромант оказался отходчивым и тоже улыбнулся в ответ.
— Нет, малышка. Просто если он повредит шкуру, мясо заразится трупным ядом. А нам это ни к чему.
Солнце совсем село, и на лес опустилась непроглядная тьма. Мне, наверное, было бы очень страшно, не будь рядом Рейва. Но сейчас с ним вместе я чувствовала себя в неожиданной безопасности.
Рейв снова развел у выхода костер, позволяя тем самым нам хоть немного видеть друг друга. Затем пожелал мне сумеречной ночи, закрыл глаза и, кажется, почти мгновенно уснул.
Странный тип. У нас на юге страны не принято желать ничего, кроме спокойных снов. И где он понабрался этих словечек?
Спать мы улеглись почти рядом. Места в берлоге было совсем мало, и потому, если бы я протянула руку, смогла бы дотронуться до темных прядей мужчины, небрежно раскинувшихся по нашей импровизированной постели. До его лица. Могла бы провести ладонью по щеке. К самой шее. Коснуться кромки волос, а затем проникнуть к затылку и зарыться пальцами.
К сожалению, в отличие от некроманта, мне расслабиться так и не удалось. Я долго смотрела на его лицо, едва различимое в свете костра. Рассматривала правильные черты, отмечая, что вообще-то Рейв — довольно привлекательный мужчина. Если бы только не был таким пафосным. Хотя, наверное, с графьями всегда так. У них высокомерие в крови. У кого-то больше, у кого-то меньше. Рейву с этим почти повезло. Он это качество перенял в меньшей мере, чем мог бы.
И чего я боялась спать с ним в одной пещере, спрашивается? Вон задрых быстрее меня. Нахал. Нет бы к девушке поприставать.
Я усмехнулась и откинулась назад на ветки, устремив взгляд в черный свод пещеры. В тот момент на душе у меня было совершенно спокойно, ведь я еще ничего не знала о Рейве. Если бы знала, вряд ли уснула бы вообще.

ГЛАВА 5

Зомзом  

«Кости и кровь… Тьма и демоны Сумерек. Холодно. До чего же холодно. Но чувств нет. Холод — лишь привычка…»
Зомби неподвижно сидел в двух метрах от ярко горящего костра и смотрел на него немигающим взглядом.
«Проклятое пламя. Ненавижу огонь. Жжет кровь. Съедает душу…»
Оранжевые блики сверкали в мертвых глазах зомби, вызывая внутри него безотчетный страх. Остатки мозга, еще не успевшие разложиться до того, как Рейв прочел заклятие воскрешения, посылали мертвецу яркие образы. Жгучие желтые языки на руках, на груди. Голодный огонь, жадно поедающий его податливую несвежую плоть. И кровавые глаза, пылающие злой алой магией.
Но зомби должен был выполнять приказ. Тушка зайца уже лежала возле его ног. И шкура животного нигде не была повреждена.
Поймать зверя не составило труда. Зомзом уже вполне пришел в себя после пробуждения, и его силы потихоньку росли. Скорость и ловкость увеличивались. Он был не обычным зомби, которые по большей части неповоротливы и медлительны. Он был нежитью, которую создал сильный некромант.
Так что у зайца не было шансов. Вот только Зомзом с трудом подавил в себе желание выпотрошить жертву, вгрызаясь зубами в теплую плоть. Хотелось почувствовать, как кровь течет в желудок, как наполняет организм чужая жизненная сила.
Но приказ есть приказ. Скрипя зубами, зомби выполнил и его.
Привалившись к входу в пещеру, он незаметно наблюдал за двумя людьми. Ничто не выдавало его любопытства, ночные тени скрывали тело, а абсолютная неподвижность, не присущая живым, делала зомби почти незаметным.
Мертвец смотрел на хозяина. Долгое время тот делал вид, что спит. Но зомби видел: его пульс бьется слишком быстро. Маленькая аппетитная жилка на горле, в которую он с удовольствием впился бы зубами.
Жуткое желание убивать щекотало кожу. Пальцы зудели.
Но хозяина трогать нельзя. Да и не очень хочется, честно говоря. От некроманта разило такой мощной черной магией, что во рту ощущался привкус собственной смерти.
Зомзом перевел взгляд на девушку. Как только она уснула, хозяин тут же оторвал голову от лежанки и перекатился на бок, разглядывая свою спутницу.
Да… она хорошенькая. Зомби она нравилась. Он бы с удовольствием убил девчонку и высосал кровь. Прямо из шеи. Он был бы осторожен. Сделал бы это так, чтоб она меньше кричала.
Но слишком страшно. Хозяин не одобрит. От мысли, что некромант разозлится, у мертвеца начинали стучать зубы и дрожать голодные челюсти.
Зомзом вздохнул. По старой привычке, въевшейся в кости и плоть. Кем он был прежде? Зомби не помнил. Помнил лишь, что дышать приходилось часто.
Но Зомзом был рад, что снова жив. Иногда в голове вспыхивали отрывки воспоминаний. Например, о том, как сверкнули перед глазами лезвия звериных когтей. Как заболела грудь, когда ее распорола медвежья лапа.
Умирать не хотелось. Хозяин дал ему возможность снова ходить по земле. Зомзом был благодарен.
Хотя, не раздумывая, разорвал бы ему горло, если б не знал, что умрет раньше, чем наступит этот сладкий момент.
В эту секунду некромант, лежа на боку, одной рукой подпер голову, а второй осторожно коснулся волос девушки. Убрал прядь, закрывающую ее лицо.
Зомзом даже сквозь мрак и разливающуюся вокруг мужчины Тьму видел горящий взгляд хозяина. Жгучий, голодный.
Почти такой же голодный, как у него самого…
Может, хозяин тоже хочет ее растерзать?
Зомби склонил голову, и глаза его едва уловимо блеснули алым.
Нет, теперь он видел: во взгляде некроманта был совсем другой голод. Хозяин медленно, почти не дотрагиваясь, провел рукой по женской щеке. Спустился ниже, кончиками пальцев касаясь шеи. И только в нескольких миллиметрах над грудью ладонь замерла. Казалось, вот-вот девушка сильнее вздохнет во сне, и некромант прикоснется к ней. Вот-вот его рука опустится, жадно стягивая вниз ворот платья, обнажая светлую, почти светящуюся в темноте кожу.
Но в этот момент девушка вдруг заерзала и повернулась на бок, слегка вздрогнула во сне и свернулась в комочек.
Хозяин вздохнул. Затем сел на ложе, стянул с себя свою длинную хламиду, названия которой зомби не помнил, и осторожно накинул на спутницу. Сам мужчина при этом оказался совершенно голым.
Но и это было еще не все. Сложив руки на коленях, некромант задумался. Некоторое время он сидел неподвижно, вглядываясь во мрак. И мертвец нервно ежился, потому что Тьма вокруг приходила в движение. Потоки сумеречной магии всколыхнулись, выстраиваясь в какой-то странный, известный одному только хозяину символ.
Зомзом никогда не был магом. И он не понимал, что происходит. Но после смерти он начал видеть Тьму так ярко, как не видит ее ни один колдун. И сейчас черный туман магии свился в круглую ловушку с паутиной нитей внутри. Хозяин поднял ладонь, и странный символ повис в изголовье импровизированной постели.
Уже после этого, закинув руки за голову, некромант лег на спину, закрыл глаза и уснул по-настоящему, ничуть не переживая насчет своей наготы или температуры в берлоге.
Магическая пентаграмма мягко колыхалась в воздухе, и зомби с интересом наблюдал, как темные сущности, которые не видны обычному глазу, но не скрыты от взгляда мертвого, отлетают от девушки, боясь попасться в смертельную ловушку.
Зомзом и сам больше не хотел приближаться к девушке. Словно слышал скрежет когтей по могильной плите. Внутри появилось настойчивое желание отойти подальше.
А еще после того, как он увидел такой странный горящий взгляд хозяина, что-то в нем самом изменилось. В его мертвом сердце, оживленном сумеречным заклятием, всколыхнулось нечто знакомое. Старое как мир. И больше не осталось желания убивать девушку.

Рейв  

Не хотелось пропускать восход солнца. Первый восход после сотен лет во мраке. Рейв проснулся, когда на горизонте едва забрезжил янтарем рассвет. Он вышел из пещеры, оценивая на ходу состояние дел. Зомби был все так же надежно привязан к нему и послушно сидел у входа в берлогу. Сумеречное зрение подсказывало, что на приличном расстоянии вокруг них нет ни одного человека или крупного хищника. Все было спокойно.
Некромант некоторое время шел по лесу, направляясь к возвышенности на опушке неподалеку. Оттуда должен был открываться прекрасный вид.
И он не ошибся. Усевшись на пригорок, выстланный мягкой травой, Рейв сцепил руки в замок, упершись локтями в колени, и весь отдался созерцанию золотого марева.
Восход был прекрасен. Он пробуждал внутри некроманта не только жажду жить, но и какие-то более глубокие переживания. Рождал желания, в которых он не отдавал себе отчета. Тогда, много лет назад, пока холодная могила еще не заточила некроманта в своей каменной утробе, он не знал, как прекрасно утро. Не замечал простой и понятной, но от этого не менее глубокой и величественной красоты вокруг. У него внутри горел свой восход. И это был восход мертвецов. Рейв хотел объединить десятки королевств. Мечтал стать правителем целого континента.
У него это почти получилось. Он вернул трон деда, который был отнят у того вероломным братцем. И не только вернул, но и прибавил к родному государству множество соседних королевств. Рейв создавал империю.
Но Ульфрик одним точным ударом уничтожил все. Кто еще мог бы свергнуть короля мертвых, как не тот, кто всегда был рядом? Друг детства. Человек, которому он безраздельно доверял, даже несмотря на то что тот был далек от некромантии и вечно твердил ему, как отвратительны мертвецы. Рейв смеялся в ответ. Что еще мог сказать жрец жизни и друид?
Но разрушить дело всей жизни, присвоив себе лавры спасителя, Ульфрику было мало. Он увел у него жену.
Успокаивало одно: насладиться плодами своего предательства друиду не удалось. Рейв вырвал его сердце за секунду до того, как сработало заклятие. За секунду до собственного заточения.
На самом деле некромант до сих пор не понимал, за что друг поступил с ним так. Ульфрик знал, что Рейв почти бессмертен благодаря особому секрету. Знал, что король мертвых не сможет умереть веками. И добавил в ловушку призрачных тварей, бесконечно поедающих плоть.
Зачем он это сделал? Не только отобрал жену, растоптал дело всей жизни, но и подверг участи, которая была гораздо хуже смерти?
Рейв даже примерно не представлял себе причин такого поступка. И, наверное, уже не хотел представлять. Годы во тьме и агонии выжгли в нем слишком многое. Он сам пока боялся проверять, осталось ли что-то от прошлого Рейва. Того, которого звали королем мертвых.
Когда солнце окончательно поднялось над горизонтом, некромант глубоко вздохнул и перевел взгляд немного в сторону. Туда, где на обширном плато раскинулся Ихордаррин. Среди прочных каменных домов с алой черепицей, похожих на грибы красноспинники, гордо возвышался Файрел. Его фамильный замок. Тот самый, который он строил кровью и потом, и тот, в котором теперь жили потомки его убийцы.
— Но это ненадолго, — бросил некромант мрачно.
Опустил растопыренные пальцы в землю и закрыл глаза.
Тьма послушно всколыхнулась под ладонью. Анарель отозвался гулкой ноющей пульсацией. Самые простые заклятия еще давались тяжело. Но Рейв не привык отступать. Он влил в мысленный призыв побольше силы и замер.
На лбу выступили капли пота. А затем тысячи черных нитей со всех сторон устремились к нему сквозь земные недра. Как тончайшие вены, пронизывающие твердь, они несли темные знания. И некромант удерживал их все в своих руках.
Перед глазами вспыхнула сумеречная карта мертвых. На многие километры вперед она показывала королю количество и качество трупов, закопанных в пределах столицы.
Рейв насчитал три кладбища в Ихордаррине. И на каждом из них около полутора тысяч мертвецов, способных подняться.
Некромант улыбнулся, не открывая глаз. Затем сжал пальцы, между которыми застряла влажная земля.
Нити сумеречной Тьмы натянулись.
И в следующий миг мужчина послал по черным магическим венам Зов. Один короткий пучок силы. Один удар пульса.
Никто из живых не понял, что произошло. И никто не видел, как вспыхнули кроваво-алым глазницы четырех тысяч мертвецов, похороненных в стальных гробах. И еще тысячи тайно закопанных без необходимых предосторожностей.
Их громкий вой, разрывающий тьму, был заглушен плотным слоем почвы и мягкой травой. Затем мертвые вновь успокоились, и багряный блеск потух, будто и не было его.
Некромант открыл глаза и удовлетворенно выдохнул, отряхивая руки от земли. И в этот момент где-то в стороне пещеры раздался крик.
Крик Ангелины.
Что было сил некромант сорвался с места и помчался в сторону берлоги. Уже через минуту он был на месте.
Девушка сидела внутри в полумраке. Ее глаза были широко расширены, а сама она тяжело дышала. У порога с ноги на ногу переминался Зомзом.
— Что случилось?! — воскликнул мужчина, стискивая женские плечи.
Дыхание Ангелины постепенно приходило в норму. Некромант видел, что она успокаивается.
— Просто… не знаю, я спала… А потом раздался страшный звук, напоминающий то ли скрежет кикиморы, то ли визг умирающего. Я проснулась и увидела у выхода… Зомзома.
Девушка убрала волосы с лица нервным отрывистым движением. Рейв жадно проследил за тонкими пальчиками и остановился на обнажившемся плече.
— Его глаза горели, — продолжала она, но в этот момент ее взгляд вдруг упал на мужчину, и краска стремительно начала разливаться по симпатичному лицу. — А из огромного рта доносился этот ужасный звук…
Ангелина затихла, хватая воздух и продолжая краснеть. По участившемуся дыханию некромант с улыбкой отметил, что с девочкой все в порядке.
— А… ты голый… совсем… — протянула она, на этот раз стараясь смотреть в глаза.
— Ага, — кивнул он и лениво потянулся. — Такая жара была ночью!
Ангелина поежилась, бросая косой взгляд на его камзол, все еще прикрывающий ее ноги, и промолчала.
Рейв, пряча ухмылку, вышел из берлоги и бросил:
— Пошли умываться, малышка, а то нам еще кролика жарить. Обещаю, Зомзом больше не будет кричать.
Ангелина быстро поднялась и последовала за ним. Рейв чувствовал ее, даже не оборачиваясь. Слышал быстрые, легкие шаги…
— А почему он кричал? — спросила она, стараясь не отставать от очень уж быстрого некроманта.
Мужчина обернулся через плечо и бросил, приподняв бровь:
— Да кто ж знает этих мертвецов? Может, сон плохой приснился.
Девушка открыла было рот, чтобы возразить всем известную истину, что пробужденные не спят, но промолчала. Очевидно, в последний момент до нее дошло, что это была шутка, и ей это не слишком понравилось.
— А чего это ты так торопишься? — с нарочитым любопытством спросила она. Похоже, уже совсем пришла в себя после испуга. — Я только твою голую задницу и вижу! Стесняешься, что ль, чего-то?
Рейв замер как вкопанный. А затем медленно развернулся к Ангелине.
— Малышка, то, что я начну стесняться, так же невероятно, как научить енота поднимать мертвецов. Енота или тебя. С точки зрения затраченных усилий это примерно идентично.
С этими словами он усмехнулся и подошел к водоему. Не тратя времени, в очередной раз нырнул в пучину с головой, ничуть не опасаясь запутаться в водорослях.
— Чтоб тебе пиявка на задницу прицепилась, — буркнула девушка вслед, стараясь больше не смотреть на нахального некроманта. А еще на те упругие и мускулистые части тела, что представали ее глазам.
Но Рейв знал, что она все равно наблюдает. И да, забери ее отец Тьмы, он немного стеснялся. Хоть и ни за что не признался бы в этом даже самому себе.
Ангелина умылась и привела себя в порядок, после чего они направились обратно к их маленькому лагерю.
Там Рейв накинул на себя камзол, с некоторой тоской отмечая, что Ангелина почти сразу же перестала краснеть.
— Ну что, малышка, завтракаем и во дворец? — бросил он весело.
— Да, — неуверенно протянула она в ответ и тут же добавила: — Ой, Рейв, подожди!
На губах загорелась озорная улыбка. Она подбежала к некроманту и потянулась куда-то ему за спину.
— Что случилось? — спросил мужчина и тут же начал меняться в лице.
Ангелина повернулась к нему, весело подхихикивая. В двух сжатых пальцах у нее шевелилась крупная зеленая саранча.
— Рейв, смотри какая здоровая!
Руки некроманта задрожали. Рейв почувствовал, как земля уходит из-под ног. Как все вокруг начало кружиться и заливаться кровавым маревом. В ушах застучало, перед глазами поплыло.
— Нет, — отшатнулся он, едва не закричав. А может, и закричав. — Нет!

Ангелина  

В одно мгновение некромант превратился в загнанного зверя. Он отпрыгнул от меня так, словно увидел самое страшное чудовище на свете. Из его горла вырвалось то ли рычание, то ли крик. Такого ужаса в его глазах я еще не видела. И не представляла, что он там может быть.
— Рейв, ты чего? Испугался насекомого? — спросила, медленно заводя руку с саранчой назад и выпуская насекомое.
Раздалось громкое жужжание крыльев, и «жуткий монстр» улетел.
Некромант тяжело дышал, по лбу катился самый настоящий пот, как будто мужчина только что пробежал километра три. Темно-карие глаза стали черными. Бледное лицо превратилось в восковую маску.
— Все… все нормально, — прошептал он, опираясь о дерево рядом. Закрыл глаза и попытался вздохнуть.
Я видела, как трясутся его руки.
Когда человек находится в таком состоянии, смеяться совсем не хочется. Даже если он испугался простого насекомого.
— Хочешь, я принесу воды? Ты бледный…
Рейв открыл глаза и посмотрел на меня. Долго, тяжело и будто не видя. Постепенно во взгляд возвращалась осмысленность, и он ответил:
— Малышка, я… Прости…
Провел ладонью по лицу, потирая переносицу.
Звенящие от напряжения мышцы расслаблялись.
— Я был немного не в себе. Давай не будем об этом вспоминать, если ты не против.
Я была не против. Ужасно хотелось вернуть того странного некроманта с хитрым блеском в глазах, который мне так нравился. Оставалось надеяться, что если взрослый мужчина вдруг до смерти боится простого насекомого, то этому есть какая-то причина. И я планировала однажды ее узнать.
Следующий час Рейв молчаливо разделывал кролика и жарил мясо на костре. Надо заметить, у него это получалось на диво ловко. А я в это время разглядывала его и пыталась понять, что вообще происходит.
Похоже, я, нищая некромантка-историк без имени и титула, собралась в королевский замок на свадебные гуляния с человеком, которого знаю всего сутки. С человеком, который представляется графом Рейвом Эриданом, дальним правнуком короля мертвых. И, несмотря на всю абсурдность происходящего, меня это устраивало.
В голову периодически продолжали лезть дурацкие предположения о том, кто он на самом деле. Кто этот мужчина, появившийся из земли, как восставший мертвец, наделенный давно забытой магией и именем, которое стало легендой?
Ответ «король мертвых» напрашивался сам собой. Но кроме того, что это просто бред сивой кобылы, существовал еще один нюанс. Рейв абсолютно точно не был нежитью. Уж на то, чтобы понять это, моих некромантских познаний хватало. Если бы мой Рейв оказался тем самым Рейвом, он сейчас был бы восставшим мертвецом. Еще ни одному колдуну не удалось продлить себе жизнь на семь сотен лет. На сто — да, бывает. Кто-то даже умудрялся дотянуть до двух сотен. Но семь!
Нет, мой полуголый мерзавец абсолютно точно жив, а значит, мертвым королем он быть не может.
Таким образом, остается лишь тот вариант, который озвучил он сам. Рейв — потомок погибшего полководца и наследник его имени. Граф Эридан. Возможно, единственный. А ведь эта дворянская ветвь считалась полностью вымершей. Но, если вдуматься, Рейв как преемник короля мертвых является одним из претендентов на трон. С какой-то стороны, он имеет на него гораздо больше прав, чем мой не в меру похотливый папуля. Замок Файрел, как и все королевство Альденор, — это дело жизни погибшего некроманта. Именно при нем государство обрело те границы, что имеет сейчас. Просто после его свержения и убийства трон заняли победители, вот и все.
От этой мысли отчего-то стало очень горячо внутри. На крохотный миг я представила, что мои мать и отец узнают меня. Увидят, в чьей компании я пришла на праздник. И…
Я не знала, что «и». Похоже, мне просто ужасно хотелось, чтобы они обратили на меня внимание. Чтобы пожалели о том, что бросили, как бракованную куклу. Что спрятали, как урода, который порочит честь семьи.
Такая глупость…
— Ангел, ты что? — спросил вдруг мужчина. Первый раз за последние минут пятнадцать.
Я подняла на него вызывающий взгляд и хмыкнула:
— Это все, на что тебя хватило? Я думала, мы играем в игру «кто кого перемолчит». А ты даже полчаса не протянул.
Губы Рейва растянулись в дерзкой улыбке.
— Я люблю игры немного другого толка, малышка, — проговорил он, продолжая нанизывать мясо на палочки. — Как-нибудь обязательно тебя научу…
В его словах скользил такой проникновенный насыщенный флирт, что у меня по спине прокатилась волна дрожи. Я не стала спрашивать, что мужчина имел в виду, но щеки все равно покраснели. И некромант заулыбался еще шире.
Дурацкие щеки.
Когда с приготовлением пищи было закончено, мы снова расселись втроем у костра. И сегодня присутствие зомби меня почти совсем не напрягало.
Кролик оказался гораздо вкуснее лисы. Кроме того, Рейв натер его какой-то травой, от которой аппетит возрос многократно. В результате позавтракали мы довольно быстро.
— Ну что, малышка, ты готова выдвигаться в город? Завтра мы уже будем ночевать в Файреле. Или мое имя не Рейв Эридан, — уверенно произнес он.
— А… Зомзом пойдет с нами? — удивилась я, видя, как мертвец деловито встал с земли и, глядя на хозяина, невозмутимо отряхнул свои лохмотья.
— Конечно, — ответил мужчина, словно я глупость какую-то сморозила. — Будет моим славным оруженосцем. Я к нему уже привязался, а ты разве нет?
Было не совсем понятно, шутит ли он.
— Ладно, я готова, — выдохнула тогда, добавив только: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. А то, на мой взгляд, компанию из полуголого мужика, девчонки в грязном студенческом платье и зомби вряд ли пустят вообще хоть куда-нибудь. Не то что в королевский замок.
— Ты мне эту панику брось, — нарочито строго сказал Рейв, подавляя ухмылку. — Негоже графской невесте сомневаться в своем будущем муже. Тем более когда он так великолепен!
Я кашлянула, маскируя смех, когда Рейв с улыбкой раскинул руки, отставив одну ногу в сторону. Ступня без ботинка весело торчала вверх, мускулистые ноги горделиво выглядывали из-под неприлично короткого плаща. И где он достал эту хламиду, которой так гордится?
В результате я все же не выдержала и прыснула в кулак. А вместе со мной засмеялся Рейв. Громко и заливисто.
Затем я демонстративно сделала серьезное лицо, подошла к некроманту и манерно взяла его под руку.
— Не пойму, над кем это вы смеетесь, уважаемый? Уж не над моим ли женихом? Уверяю, вам это выйдет боком! — задрала нос повыше и бросила через плечо: — Где там наш оруженосец? Зомзом, поторопись, старый пройдоха!
Где-то в стороне на мой призыв дернулся зомби.
Я стала гордо вышагивать по траве в разных туфлях, старательно имитируя походку высокородной леди на балу, хотя понятия не имела, какая она на самом деле. А потому, надеюсь, вышло достаточно смешно, ибо я чувствовала себя ужасно глупо.
Но Рейв смеялся и смотрел на меня неожиданно теплым шоколадным взглядом из-под приспущенных ресниц.
А затем в какой-то момент резко развернулся, потянув за руку, и заставил сделать неожиданный поворот вокруг себя. Как в танце. И в следующую секунду прижал к себе, обхватив за талию.
— Это вы, значит, невеста того самого  графа Эридана? — спросил он, глядя на меня сверху вниз в паре сантиметров от моего лица.
Я улыбнулась:
— Именно я, господин! Именно я!
Рейв замер и вдруг стал очень серьезен. Только в глубине темных глаз все еще сверкали озорные искры.
— Значит, именно вас я и искал, — тихо проговорил он с легкой вибрацией в голосе. И вдруг склонился ко мне.
Кажется, у меня сердце остановилось. Горячее дыхание обожгло кожу.
Неужели он меня поцелует? Прямо сейчас?
Все мысли резко перепутались. В висках стучало. А грудь жгло так, словно у меня лихорадка.
Я видела его губы так близко. Одно короткое движение, чуть-чуть привстать на мысочках. Ощутить, насколько они мягкие, эти губы…
— Ну, раз ты и есть моя невеста, — сказал он, — то у меня будет для тебя небольшой подарок. А то куда ж невеста без подарка от жениха?
С этими словами он отпустил меня, сунув руку за отворот плаща.
Я едва не топнула ногой от возмущения. Надо было самой его поцеловать! Ну что за несносный некромант! То чуть не лишает меня последнего, хоть и довольно бесполезного женского достоинства прямо в медвежьей берлоге, то не может просто поцеловать. Что, все? Караван ушел, что ли?
Я уже почти открыла рот, чтобы высказать мужчине все, что о нем думаю, как он достал из скрытого кармана толстую цепь темно-серебристого цвета. Невольно засмотревшись на работу неизвестного мастера, я мгновенно забыла все, что вертелось на языке.
Звенья были выполнены в форме небольших черепов, между которыми алыми каплями оказались вставлены круглые бусины.
— Что это? — выдохнула я, изумляясь мрачноватой красоте украшения.
— Это… подарок, малышка, — улыбнулся мужчина. А затем ловко отстегнул соединительные кольца, разделив цепь на две части. Одну он зажал в кулаке, а вторую протянул немного вперед. — Можно?
Дрожь прокатилась по спине.
— Конечно, — пробормотала я, и вышло довольно хрипло.
Сегодня утром я заплела волосы в косу, потому что после ночи в лесу у костра вид у них был так себе. Так что сейчас некромант мягко проскользнул мне за спину и без труда надел на оголившуюся шею украшение.
Как только замочек щелкнул, я почувствовала, как плотно прилегает цепь, превратившись почти в ошейник.
Рейв опустил ладони мне на плечи, мягко растирая кожу.
О Тьма! До чего ж это было приятно.
— Ты выглядишь великолепно, — прошептал он у самого уха, продолжая поглаживать, уверенно касаясь пальцами каких-то волшебных точек, от которых кровь превращалась в огонь.
По спине прокатилась волна мурашек. Как только затихло последнее произнесенное слово, Рейв коснулся губами мочки, будто случайно. Обжигая кожу, пуская под нее лавину искр.
Я едва не застонала, закрыв глаза.
А мужчина просто отошел в сторону и весело сказал:
— Ну, вот и все, малышка. Не засыпай, нам придется еще полдня провести в дороге!
И невозмутимо посмотрел вдаль, словно оценивая расстояние.
Пристукнуть его, что ли?
В этот момент мой взгляд упал на его руки, застегивающие остаток цепи на запястье. Маленький кусок легко превратился в мужской браслет. Как только некромант щелкнул застежкой, глаза черепов вспыхнули алым, а в глубине бусин закрутилась крохотная опалесцирующая спираль. Но в следующий миг все исчезло.
— Это что за цепи такие? — выдохнула я, дотрагиваясь пальцами до собственного ошейника. — Магия какая-то?
Рейв улыбнулся:
— Это древний, очень редкий сплав и настоящие рубины. Ангел, твои бусики стоят, как небольшое поместье в пригороде Ихордаррина.
Я прищурилась.
— Милый, я спрашивала не об этом, — ответила с широкой улыбкой, беря его под руку, как настоящего жениха.
Рейв вздернул брови и глубоко вздохнул, когда я будто случайно прижалась к нему грудью. На губах сама собой расцвела довольная улыбка. Ничего, отольются кошке мышкины…
— Да, дорогая, — тут же подхватил некромант. — В этом украшении и правда есть немного магии.
— Но какой именно?
— О! Этого я тебе сказать не могу, — хмыкнул он, потянув меня в сторону дороги. — Зомзом, не отставай.
— Как же так? Я не буду носить то, что может иметь упырь знает какой скрытый эффект!
Рейв покачал головой, и уголки его губ приподнялись. А потом он повернулся ко мне и просто ответил:
— Малышка, ты в любой момент можешь снять это ожерелье. Никто тебя принуждать не будет. Все сводится лишь к тому, доверяешь ты мне или нет.
— Но!.. — Я подняла палец в воздух, намереваясь сказать, что у меня вообще-то нет оснований доверять ему. Мы знакомы-то всего сутки.
Однако слова застряли в горле, и я просто захлопнула широко раскрытый рот, готовый произнести еще десяток причин, чтобы снять это ожерелье.
Правда была в том, что мне не хотелось его снимать. Можно было бы сказать, мол, вот глупая гусыня. Первый раз в жизни ей подарили дорогую побрякушку, так она не готова с ней расстаться даже при условии наложенной на нее порчи. Может, так и есть. А может, мне хотелось верить Рейву. В конце концов, если никто не мешает мне снять этот ошейник, значит, ничего ужасного в нем нет.
— Скажи хоть, он не сожмется у меня на горле в самый ненужный момент и не высосет кровь? Или еще что-нибудь в этом роде? — выдохнула я.
Рейв усмехнулся, выводя нас из леса на тракт.
— Нет, малышка. Это не черный артефакт. Я сам его носил прежде. — Он показал мне браслет, задрав рукав. — И собираюсь носить дальше.
Красные бусины между серебристых черепов красиво блестели на солнце.
— Ну и ладно тогда. Считай, я поверила и ужасно польщена, — улыбнулась в ответ. — Только скажи, когда нужно будет возвращать, а то я привыкну к твоей цепочке. Потом клещами не отдерешь.
Я же не думала, что потомственный граф подарит безвестной простушке ожерелье стоимостью в маленькое поместье? Конечно, не думала. И не предполагала.
А он подарил…
— Малышка, клянусь черной смертью, ты уже не первый раз пытаешься меня задеть, — нахмурился он, едва не прожигая во мне дыру горячим шоколадом своих глаз. — Сперва я грязный и озабоченный, потом мой модный зачарованный камзол, видите ли, далеко не модный. А теперь вот это. Я же сказал, что украшение теперь твое. Не нравится — можешь выкинуть. Или продать в первой попавшейся лавке.
Рейв сдвинул брови и отвернулся. Губы были плотно сжаты.
Некоторое время мы шли молча, а я перебарывала в себе желание остановиться и пальцами растереть его рот, чтобы снова сделать мягким. Заставить Рейва перестать хмуриться, а потом самой приподняться на мысочках и…
В общем, уши опять начали гореть.
— Прекрати злиться, я хотела как лучше, — выдавила наконец. — И скажи уже, что мы будем отвечать случайным встречным на неудобные вопросы.
— Что ты имеешь в виду? — тут же отозвался некромант, словно и не обижался вовсе. Подозреваю, что он меня слегка обманул, делая вид, что сердится.
— Я имею в виду, что вряд ли кто-то из людей способен не понять, что Зомзом — мертвец.
— Что, правда? Думаешь, так бросается в глаза?
Я перевела взгляд на зомби, который плелся за нами. Посмотрела на огромную рану у него на груди и животе. Оценила рваную одежду и запекшуюся кровь в трех глубоких прорезях от когтей, куда можно было запихнуть палец.
— Да, думаю, да, — кивнула я уверенно и все же заметила, как Рейв скрывает улыбку.
Опять меня обманул, мерзавец.
— Тогда не беспокойся, милая невеста. Закрой глаза и все поймешь.
Я не стала спорить, хотя это и звучало абсурдно. Хорошо, что некромант все еще держал меня под руку. Через мгновение я споткнулась о камень и едва не упала.
— Детка, что ты делаешь? — Рейв удержал меня и прижал ближе к себе. — Вас там, в академии, вообще ничему не учили, что ли? Сумеречным зрением смотри.
Я послушалась. И перевела сознание на другой уровень, позволяя себе воспринимать окружающий мир как потоки Тьмы. У меня не очень хорошо получалась эта практика, поэтому я не так часто ею пользовалась. Все же некромант из меня очень слабый.
Но сейчас все выходило гораздо легче прежнего. Словно мужчина мне помогал. И я с удивлением стала рассматривать, как от фигуры Рейва во все стороны расходятся едва уловимые черные нити. Их были даже не десятки — сотни!
Но едва у меня на кончике языка созрел вопрос, как некромант воскликнул:
— Малышка, я, конечно, настолько красив, что от меня даже через Сумерки невозможно оторвать взгляд. Но все же смотри уже на зомби!
Я прикусила губу и повернулась в сторону мертвяка.
Зомзом плелся позади нас. И вокруг его груди и живота клубилось плотное красновато-черное марево. Еще немного магии было над головой.
— Увидела… — утвердительно протянул некромант. Каким-то образом он и так знал ответ. — Это иллюзия мрака. Каждый, кто встретится нам на пути, примет Зомзома за простого, немного грязноватого парня.
— Удивительно, — без лукавства ответила я. — А мы во дворец попадем так же? Под иллюзией?
Мужчина улыбнулся и вдруг сжал мою руку, пустив по нервам легкую волну дрожи.
— Нет, милая, — покачал он головой, и лицо казалось ужасно довольным и не менее ужасно хитрым. — Более того, хоть у меня в кармане нет ни гроша и, как я понимаю, у тебя тоже, но перед посещением замка мы приоденем даже Зомзома.
— Но как же? — выдохнула я, вглядываясь в мужчину едва ли не как в божество.
Опять его дерзкая улыбка. Опять его мягкие губы, от которых подкашиваются ноги.
— О! Поверь, малышка, у меня есть чем тебя удивить…

ГЛАВА 6

Рейв  

Рейв беспечно переговаривался с девчонкой, то и дело весело подшучивая над ней. Ему нравилось, как протекают их беседы. Похоже, именно этого ему и не хватало после стольких лет — разговоров, от которых становится легче и вся кровавая каша ненависти, злобы и мести медленно выветривается из головы.
Но одновременно с беседой он продолжал обдумывать собственные планы. Пока девчонка улыбалась, что-то ему рассказывая, он чувствовал успокаивающее тепло ее руки и размышлял.
Чем ближе они становились к столице, тем отчетливее он ощущал вибрации сознания его старого друга. Единственного, которого он мог назвать настоящим. Бьельндевир. Костяной дракон.
Эманации посмертия такого огромного существа было сложно не заметить, особенно если вы с этим существом неразрывно связаны. Но, похоже, некроманты Ихордаррина уже давно не те, что были раньше. Иначе кто-то из них наверняка нашел бы одного из тех, кто принес в этот мир язык магии. Эшгенрейский. Язык костяных драконов.
Но Бьельндевир находился в городе и был явно свободен. За семь сотен лет ни один колдун не подчинил его душу. Собственно, поэтому, вероятно, сам Рейв до сих пор был жив, но это совсем другая история.
Главное, что теперь Рейв в первую очередь должен как можно быстрее вернуть старого друга. От этого зависела не только мощь возродившегося короля мертвых, но и его жизнь.
Мужчина пошевелил кончиками пальцев, едва заметно дернув черные нити управления, тянувшиеся от него по всей округе. В ответ на это сотни мертвецов под землей на миг распахнули кровавые глазницы. Их черные рты раскрылись, чтобы под толщей земной тверди разнесся могильный шепот:
«Мы слышим тебя, некромант… мы готовы…»
Но до жителей столицы не донеслось ни слова. Только особенно сильные некроманты, обладающие большим даром, хоть и слабыми знаниями, ощутили сильный поток злобы, пронесшийся по округе. Они видели, как всколыхнулась Тьма, но не знали, в чем дело.
А еще Ангелина нахмурилась, бросив странный озабоченный взгляд в ближайшую канаву вдоль тракта, по которому они шли уже час. Вряд ли девочка заметила, но там лежал полуразложившийся труп мужчины, убитого не меньше месяца назад. Вероятно, дело рук разбойников. Какой-нибудь торговец или ремесленник, не добравшийся домой поздней ночью.
Сегодня и он отозвался, почуяв короля мертвых.
Рейв успокоился и продолжил размышлять.
По дороге их троице встретилось не так много людей. Все они с интересом и легкой насмешкой косились на странно одетую парочку, идущую под руку. Но один долгий внимательный взгляд некроманта заставлял их торопливо отворачиваться. Мужчина знал, как выглядит со стороны. А еще он знал, каким может казаться, если захочет.
Когда-то королевские наместники сдавали свои крепости, лишь завидев этот взгляд военачальника, ведущего с ними переговоры. Рейв не обещал расправы, не демонстрировал ненависти. Нет. Он всегда улыбался. Только каждый, кому доводилось испытать на себе внимание короля мертвых, видел в его улыбке скалящуюся смерть, а во взгляде — тысячи трупов, встающих на закате багряным заревом.
Ангелина тихо засмеялась, сказав что-то и вырвав мужчину из воспоминаний.
Рейв огляделся. Столица была уже недалеко. Чем ближе они подходили к городу, тем больше народу встречалось по дороге и тем меньше на них обращали внимания. Какого отребья тут только не попадалось! Рейву, конечно, было не слишком приятно сливаться с толпой нищих и бродяг, но другого выхода не представлялось. К счастью, совсем скоро конец пути. И некромант его уже видел.
— А вот и место, куда мы идем, малышка!
Среди узких улочек Ихордаррина почти на самой окраине расположился двухэтажный дом из белого кирпича под красной черепичной крышей с крупной яркой вывеской «Волшебник иглы и шелка» над входом. Сразу было видно — это заведение не для бедняков. Два невероятно натуралистичных манекена мужчины и женщины в дорогих костюмах по последней моде стояли на крыльце по обеим сторонам от дверей. Они смотрели друг на друга, протянув руки, словно вот-вот собирались начать танцевать.
Подходя к зданию, некромант бросил заинтересованный взгляд на фасоны одежды, выставленной на показ. Немного нахмурился и даже, признаться, расстроился. Его бедный камзол и вправду безнадежно устарел.
Рейв подтолкнул неуверенно мнущуюся девушку вперед, едва не шлепнув ее по аппетитной заднице. Исключительно для ускорения. В последний момент остановил себя, удивляясь, откуда только понабрался таких грубых манер.
Скрипнула дверь, и они втроем оказались внутри. Зомзома тоже следовало привести в порядок, да и оставлять его на улице — только внимание привлекать.
— Приветствую вас в моей швейной лавке волшебника, — протянул из-за стойки низкорослый усатый мастер. — Надеюсь, вы найдете у меня то, что хотите.
Затем он оглядел внешний вид своих новых посетителей и еле уловимо изменился в лице.
Ангелина покраснела и прикусила губу, стыдливо уронив взгляд в пол. И на этот раз некроманту это не понравилось. Казалось, еще немного, и девушка либо выскочит из магазина, как будто ее здесь голодная стрыга поджидает, либо зароется в рядах одежды так, что сам хозяин не найдет.
Пора было брать происходящее в свои руки.
— Милейший, — учтиво обратился к хозяину Рейв. Сделал три широких шага к мужчине, намертво приковывая его внимание, и продолжил: — Нам от вас кое-что потребуется сегодня.
— Вы кто, позвольте-с? — спросил вдруг хозяин лавки.
— Рейв, может, ну его, этот замок, а?.. — раздалось сзади.
Некромант не повернул головы. Он медленно оперся локтями о стойку и сплел пальцы в замок, неотрывно глядя на продавца.
— Во-первых, — начал он, — вы закроете лавку, чтобы нам никто не мешал. Во-вторых, вы поможете нам троим выбрать готовые костюмы и подгоните их по размеру. В-третьих, вы сделаете это бесплатно и в довесок дадите нам кошель с золотом.
Хозяин смотрел на него не отрываясь, и взгляд его становился все более затравленным.
— Позвольте-с?.. — немного дрожащим голосом повторил мужчина.
Рейв широко улыбнулся, хрустнул костяшками пальцев. Он уже знал, что произойдет дальше.

Ангелина  

Я была в шоке. Мне казалось, что мужчина натурально сошел с ума. Может, он вообще никакой не граф, а обычный разбойник? Сейчас из какого-нибудь потайного кармана достанет перочинный ножичек и хвать по горлышку продавца. А там уже можно и костюмы забирать, и все остальное.
Я склонила голову набок, борясь с желанием хлопнуть себя по лбу и завыть. Однако не сделала ни того, ни другого. Вместо этого взглянула в горящие надменно-веселым огнем глаза некроманта и едва не улыбнулась. Если Рейв и разбойник, то ужасно обаятельный.
Хозяин лавки за стойкой жадно хватал воздух широко открытым ртом, как рыба, которую выплюнул на берег кит. Я уже ждала, что он вот-вот позовет стражу или просто скажет нам убираться отсюда поскорее. Может, еще пинка даст на прощание.
Но неожиданно мужчина побледнел, пригладил длинные усы и… широко улыбнулся. Его губы подрагивали, но продолжали тянуться к ушам.
— К-к-конечно, господин, — ласково сказал он, слегка присвистывая на концах слов. — Извольте-с пройти в зал, пожалуйста. Литочка, лапушка, закрой магазин, у нас особые гости!
Он махнул рукой, и тонкая, изящно одетая девушка поспешила к выходу, повернув ключ в двери и перевернув вывеску. На ее лице как раз не было страха. Только недоуменная улыбка и интерес. Она просто выполняла приказ хозяина.
Через несколько минут нам принесли чай со сладкой пахучей травкой, от которой разыгрался аппетит. Когда некромант об этом упомянул, на столе тут же появились восхитительные белые зефирки.
А я никак не могла понять, что происходит. Если мне не изменяет память, то не существует ни одного черного заклятия, которое могло бы повлиять на человеческую волю. Рейв не мог повлиять на продавца магией. Некромантия не способна управлять живыми. Только мертвыми. Это основа основ.
Кроме того, я была уверена, что потоки Тьмы вокруг нас находятся все в том же покое, как и прежде. Рейв абсолютно точно не использовал свои странные способности рода Эриданов.
И все же нас обслуживали по высшему разряду.
Литочка перетаскала для нас не один десяток костюмов и платьев. Я перемерила их все, штук пятнадцать отбраковал сам Рейв. В результате для меня выбрали пять парадных нарядов, еще пять повседневных, пару плащей и несколько коробок обуви. Для некроманта — пять костюмов, дюжину рубашек и кучу различных кашне, запонок и ремней. Для Зомзома — пять ливрей. Кажется, Рейв решил оторваться по полной.
Когда все было почти кончено и некромант допивал свой чай, развалившись на диване так, словно он тут по меньшей мере владелец всего магазина, к нему подсел продавец. Они начали о чем-то негромко переговариваться. Потом хозяин улыбнулся и пожал руку некроманту. На этот раз он явно был чем-то очень доволен. Хотя я была уверена, что денег ему Рейв не давал.
Затем некромант нагрузил Зомзома тюками одежды и направился к выходу, бросив мне:
— Малышка, мы на улице. Не задерживайся.
Я в это время в примерочной снимала кружевные чулки нежного мятного оттенка и между делом подглядывала в щель.
— Да-да! — бросила, поторапливаясь. Такой шанс выпал поговорить с хозяином лавки с глазу на глаз!
Как только Рейва с нежитью и след простыл, я подскочила к стойке и, перегнувшись через нее, спросила у продавца:
— Скажите, так, получается, вы знакомы с моим другом?
Усатый мужчина перевел на меня долгий пронзительный взгляд и ответил в своей странной манере:
— Впервые увидел сегодня этого господина. Как и вас, милая госпожа.
Я нахмурилась.
— Но… как же так? Почему тогда вы… ну…
Я взмахнула рукой, нервно зажевав щеку изнутри.
— Почему я позволил милейшему господину не только забрать все эти прекрасные костюмы, так еще и снабдил его кошельком, полным золота?
Я поспешно кивнула, едва не открыв рот в ожидании. Но продавец невозмутимо опустил взгляд, записывая что-то в накладных, лениво бросая:
— Понравился он мне. И вы мне понравились. Прекрасная пар… компания.
Я смутилась и уже почти развернулась, чтобы стыдливо уйти прочь, но в последний момент собралась с духом и выпалила:
— Вы должны мне сказать!!!
Продавец вновь посмотрел на меня, и в его взгляде на миг проскочил знакомый страх. Он медленно наклонился и совершенно серьезно проговорил, опершись локтями о стойку:
— Эта лавка досталась мне от отца, милая госпожа. А ему — от его отца. Возможно, вам это покажется маловероятным, но нашему бизнесу уже очень много столетий. Волшебная швейная мастерская Ринелонов существует давно-с. Да-да. Давно-с! Мы лучшие во всей столице. Во всем королевстве. И это не хвастовство.
Он на миг замер, а я нетерпеливо спросила:
— Простите, а при чем здесь мой друг?
— Ваш друг… — протянул мужчина, внимательно оглядывая меня. А затем вздохнул и продолжил: — Так вот, когда отец передавал мне управление хозяйством, он сказал: «Джеф, запомни одну важную вещь. Это наказал мне еще твой дед. Если придет к тебе однажды мужчина с перстнем, на котором будет изображен коготь костяного дракона с эшгенрейскими рунами, обслужи его по высшему разряду, сынок. Выполняй все, что он попросит. И не спрашивай ни о чем».
— И это все? — удивилась я и выдохнула: — Просто кольцо? Так ведь таких колец может быть сколько угодно.
Мужчина покачал головой:
— Это большая редкость, госпожа. Да и не знает никто об этом завете нашей семьи, чтобы пользоваться возможностью.
— Теперь понятно, — кивнула я. — Кто-то из ваших родственников когда-то обслуживал владельца фамильного кольца Эриданов. Рейва по прозванию король мертвых. И вроде как ваш дед считал благородным держать в клиентах и потомков короля, поэтому дал вам такой наказ.
Джеф Ринелон, а похоже, именно так звали этого мужчину, бросил на меня взгляд, полный скепсиса, и пожал плечами.
— По сути, для меня это не имеет никакого значения, милая госпожа. Нет-нет, никакого-с! Мне дороже мое спокойствие, чем пара сотен золотых.
— Пара сотен?! — ахнула я. — Это мы на столько денег барахла набрали?
На сотню золотых можно было снять апартаменты в лучшей гостинице города на полгода вперед, включая еду.
Мужчина нахмурился:
— Не барахла, а самых модных и дорогих туалетов, достойных короля и его невесты. Только деньги не имеют никакого значения, милейшая госпожа. Я помню, что в самом конце своего монолога отец добавил всего одну фразу. Хотите знать какую?
Он внимательно посмотрел мне в глаза.
Пришлось кивнуть.
— «Отдай ему все, если не хочешь, чтобы мертвые забрали твою жизнь…» — Джеф снова выпрямился и покачал головой. — Милая госпожа, поверьте-с, мне не хочется знать, чьим потомком является ваш друг. Для меня это не имеет совершенно никакого значения! — С этими словами Джеф многозначительно поклонился. — Прошу меня простить, кажется, приехал конный лекарь.
Он поспешил на улицу, а я за ним. Там и впрямь к дверям подъехала телега, внутри которой лежала больная лошадь. Черное тело лоснилось от пота. Животинка еле дышала.
— Господин Ринелон, — поклонился мощный мужчина и спрыгнул с козел.
— Ну, что там, что? — нервно заломил руки хозяин лавки, подходя ближе.
Мужчина, который, похоже, был ветеринаром, развел руки в стороны.
— Увы, господин. Коня не спасти. Думаю, он проживет не более суток.
— Ох, как жаль! — покачал головой Джеф. — Как жаль! Ну, что ж делать.
В это время Рейв, с любопытством осматривающий городские окрестности, наконец заметил меня и подошел ближе.
— Ты уже закончила? Нам пора. Я тут присмотрел замечательный постоялый двор…
— Согласен! Досадно, конечно, что вас так обманули, но я бессилен, увы, — продолжал лекарь.
— Обманули? — вклинилась в их разговор я.
Рейв вздохнул и нехотя повернулся к двум мужчинам.
— Да, госпожа, — посетовал Джеф. — Один из клиентов давеча расплатился со мной конем редкой масти. Сказал, что на таком и принцу ездить не стыдно. Уверял, что конь очень дорогой. Я в лошадях немного разбираюсь и увидел, что он не обманывает. Согласился на сделку. Да вот только животное оказалось больным. Неизлечимо.
— Действительно, обидно, — проговорила я.
В этот момент Рейв обошел повозку, невозмутимо сцепив руки за спиной. Заглянул внутрь, бросив странный взгляд на коня, и так же беспечно вернулся обратно, едва ли не насвистывая.
— Не буду вас задерживать, милейшие господа и дама, — проговорил Джеф, — мне нужно возвращаться к делам.
Рейв подошел к нему и протянул руку.
— Рад был знакомству, — сказал он так, словно не лишил пару минут назад этого человека крупной суммы денег.
А Джеф пожал эту руку, широко улыбаясь, словно и впрямь ничего не потерял.
— Хорошего дня, господин.
Некромант хлопнул его по плечу и, приблизившись, шепнул что-то на ухо. Глаза хозяина лавки сперва округлились, а затем он торопливо покивал головой.
Честно говоря, в тот момент я так сильно хотела узнать, о чем шла речь, что не задумываясь отдала бы за это палец.
Мизинец.
На ноге.
У Зомзома.
Нет, передумала. И его мизинец тоже жалко. Но в любом случае любопытство сжигало меня еще целые сутки.
Однако правда сама открылась уже через два дня. Через два долгих дня, в течение которых случилось так много самых невероятных событий.

ГЛАВА 7

Рейв  

Они уже приближались к постоялому двору, который некромант присмотрел поблизости. Довольно крупный пятиэтажный дом с великолепными верандами и шикарным палисадником. Сразу видно, это место было предусмотрено для зажиточных граждан. Именно то, на что Рейв и рассчитывал, будучи графом и сюзереном одной из самых крупных провинций королевства. Конечно, сейчас его титул уже ничего не значил. После стольких лет фамильные земли наверняка принадлежали кому-то другому. Но привычку к роскоши и достатку это отменить не могло.
Пока они подходили к воротам, Ангелина робко спросила, явно скрывая жуткое любопытство:
— Рейв, там, около лавки, ты так внимательно смотрел на больную лошадь… Скажи, ее что, можно вылечить?
Мужчина повернул голову и удивленно бросил:
— Разве я похож на лекаря? Понятия не имею. Просто конь и впрямь был красив. Жаль, что кончит вот так.
Девушка вздохнула:
— Да, жаль.
Некромант нахмурился, увидев, как поникли узенькие плечи.
— Малышка, не стоит грустить о том, чего все равно не изменить. Лучше скажи мне, ты предпочитаешь пообедать в наших комнатах или в общем зале? — спросил, едва ли не заталкивая свою спутницу в двери постоялого двора.
Девушка была так не уверена в себе, что почти тряслась.
— Рейв, это очень дорогое место… — пробубнила она, выпучив глаза. — Давай поищем другое…
— Глупости, — фыркнул некромант, еле сдерживая раздражение.
И что с этим миром стало не так? Если мужчина куда-то ведет девушку, разве стоит ей беспокоиться о деньгах?
Конечно, вполне возможно, она считает, будто своих средств у него нет. И буквально пару минут назад он обворовал местного портного. Это, конечно, неприятно. Но, в конце концов, она может думать все, что взбредет в ее милую маленькую головку. Он не обязан отчитываться и переубеждать в чем-то.
— Я хочу принять нормальную ванну, — продолжал мужчина. — Хочу позвать брадобрея и поспать на мягкой чистой перине первый раз за долбанных семьс… семь суток. Я неделю, знаешь ли, нормально не спал.
— А что ж ты делал эту неделю? — удивилась Ангелина, все же позволяя затащить себя в просторный нижний зал. — Все в земле, что ль, сидел? Лягушек пугал?
И озорно улыбнулась.
— Ага, — ответил некромант. — Ждал, пока появится одинокая незнакомка. Исключительно чтобы затащить ее в берлогу и накормить жареным мясом.
И усмехнулся.
Девушка вытянула губы.
— Ну, Рейв! Скажи правду!
Некромант скривил губы. Вот ведь нахалка. Вот-вот начнет из него веревки вить.
— Дела у меня были на том поле. Неотложные, — мрачно ответил он.
И чуть не добавил: «На семь сотен лет…» — но промолчал. И вместо этого сказал мужчине, стоящему по другую сторону барной стойки:
— Любезный, извольте выделить нам комнаты. Да попросторнее. Принесите обед на две персоны. Вниз мы спускаться не будем. Также подготовьте ванную. Мы устали после… дальней дороги.
Мужчина — похоже, хозяин или, как минимум, управляющий — скептически оглядел Рейва. Его кустистые брови приподнялись.
Некромант слегка прищурился. Он внимательно следил за реакцией собеседника, готовый в любой момент заткнуть ему рот, если он будет недостаточно вежливым.
Но в этот момент мужчина за стойкой бросил взгляд на неторопливо следующего за Рейвом зомби. И лицо его разгладилось.
Вряд ли кто-то был способен заподозрить в Зомзоме мертвеца, пока на нем темный морок. Похоже, в данном случае хозяин обратил внимание на нечто совсем другое. А именно на одежду с логотипом самого дорогого ателье в королевстве.
— Это ваш слуга, господин? — с улыбкой спросил он у Рейва, указав на зомби.
— Именно, милейший, — ответил хмуро некромант. — И сделайте все быстро. Мы остановимся у вас только на сутки.
С этими словами он развернулся, на ходу забирая ключи от комнат, и пошел в направлении лестницы, утягивая за собой и Ангелину. Честно говоря, управляющий уже исчерпал предоставленный ему резерв терпения короля мертвых.
— Малышка, поторапливайся, — бросил некромант, поднимаясь по ступеням. — Я ужасно хочу в ванну, но, так и быть, предоставлю тебе право сделать это первой.
— Э-э-э… Рейв, — позвала девушка, слегка сопротивляясь тому, как уверенно мужчина вел ее вперед. — Прости, пожалуйста, может, это, конечно, наглость с моей стороны, но ты почему не заказал два номера?
Мужчина повернул к ней голову, удивленно усмехнувшись:
— Ты что, стесняешься?
— И ничего я не стесняюсь, просто… ну…
Ангелина снова начала краснеть, и некромант глубоко вздохнул, стараясь отвлечься от ее алых щек и пухлых надутых губ.
— Малышка, ты провела ночь в медвежьей берлоге в компании голого незнакомца. Я думал, мы теперь близки как никогда.
Казалось, она застеснялась еще сильнее.
— Ну… наверное, ты прав… просто…
— Вот и незачем платить за лишний номер, — хитро улыбнулся он, поворачивая ключ в замочной скважине и открывая дверь.
Конечно, он лукавил. До денег ему не было никакого дела. А вот потерять возможность провести еще одну ночь рядом со скромняшкой Ангелиной он совсем не хотел.
Вообще-то, он и сам не понял, зачем ему сдалась эта бездарная колдунья, в которой от некроманта одно название. Но он и вправду не хотел терять ее. По крайней мере, пока. Кроме того, что Рейв до сих пор не мог отделаться от навязчивых фантазий о ее розовом ротике и невинно дрожащих ресничках, она пробуждала в нем вполне объяснимый охотничий интерес. Ему хотелось, чтобы Ангелина пришла к нему сама. Хотелось увидеть, как она привстанет на мысочках, чтобы дотянуться до него губами. Как закроет свои большие, блестящие от волнения глаза.
Хотя это желание немного усложняло предыдущие планы — лишить девчонку магии, полностью высосав ее анарель. Но, в конце концов, для подобной цели может подойти и кто-то другой.
Еще одна проблема заключалась в самой магии Ангелины. Рейв так и не понял, что не так с ее источником. Он видел тонкие черные спирали, свидетельствующие о некромантской структуре, но между ними абсолютно точно изредка проскальзывали зеленоватые всполохи. А такого просто не могло быть, потому что не существовало в природе. Не способен один человек стать носителем двух типов силы. Единожды выбранный путь полностью окрашивает изначально нейтральный анарель колдуна в определенный цвет. И если ты выбрал стезю некроманта, то цвет магии навсегда станет черным. Если только…
В этот момент Рейв и Ангелина зашли в отведенный им номер, едва успев бегло осмотреть его. Девушка повернула к некроманту голову, и ее испуганно расширенные глаза дали Рейву понять, что он не только король мертвых, но и безнадежный тупица.
— Отец Тьмы, прости, малышка, — проговорил он, подхватывая на руки задыхающуюся и на глазах синеющую некромантку. — Я совсем забыл про твое лекарство…

Ангелина  

Когда я открыла глаза, на столе стоял флакон с порошком ларники, я лежала на огромной мягкой постели, а солнечный свет из окна сочился через белый балдахин.
Было так хорошо, что хотелось петь. У меня ничего не болело, усталость после длительной пешей прогулки и ночи в лесу на ветках улетучилась, словно ее и не было вовсе.
Рейв сидел в кресле рядом и читал свежий разворот «Новостей Ихордаррина». Сложенный пополам крупный лист бумаги желтого цвета пестрил мелкими, не слишком ровными буквами.
— Мне уже нравятся приступы рядом с тобой, — улыбнулась я, садясь в постели. — Открываю глаза отдохнувшей и здоровой без малейшего понятия, как все произошло.
— О, проснулась, малышка, — тут же отбросил газету мужчина и сел рядом со мной на кровать.
Постель прогнулась под его весом, а я с легким волнением почувствовала, насколько он вновь близко ко мне.
На этот раз Рейв выглядел просто удивительно. Его черные волосы были аккуратно зачесаны назад и, похоже, уложены гелем. Лицо и виски оставались открытыми, а черный водопад спускался только по спине. Один из тех дорогих костюмов, что мы приобрели в мастерской Ринелона, сидел на нем как влитой. Темно-вишневый жилет под шоколадным камзолом в цвет глаз. Черная рубашка, золотая оторочка и богатая вышивка. Из кармана выглядывала тонкая дорогая цепь.
— А где Зомзом? — удивилась я отсутствию мертвеца.
— Вот уж не думал, что именно это ты спросишь первым делом после пробуждения, — засмеялся некромант.
— Ну… я просто привыкла, что он следует за тобой, — неловко смяла уголок одеяла.
Глаза мужчины хитро сверкнули.
— Не беспокойся о нем. У нашего друга появилось небольшое дело.
Я огляделась по сторонам. Тюки и пакеты с одеждой также пропали.
— Я принял ванну вперед тебя, Ангел, так что не обессудь, — улыбнулся Рейв, заметив мой заинтересованный взгляд. — Как ты себя чувствуешь?
— Прекрасно. Ничего не помню только.
Правда, стоило на миг опустить веки, как перед глазами начали вспыхивать смазанные картины агонии и страха, сквозь которые проглядывали крохотные вспышки: как Рейв укачивает меня на руках, обещая, что лекарь вот-вот появится. Как всасывается в его ладони клубящаяся тьма, и мне становится легче дышать. Как вдруг становятся обжигающе близко его губы, и мне уже жарко вовсе не от приступа. А оттого, что хочется ощутить его поцелуй.
И снова чернота.
Тьма. Он поцеловал меня или нет?
Я неосознанно облизнула губы.
Рейв опустил взгляд, поймав этот жест, и с едва заметной ухмылкой приподнял бровь.
Снова стало стыдно. Казалось, у меня на лице написано все, что я думаю.
— Если ты закончил, теперь я, пожалуй, займу ванную!
И, не глядя в его смеющиеся глаза, я вскочила с кровати, умчавшись в поисках нужной комнаты.
— По коридору направо! — крикнул некромант, и я почти видела, как он улыбается вслед.
Большая медная ванна, начищенная до блеска, встретила меня остывшей водой. К счастью, рядом стояли два ведра с кипятком, внутри которых лежали шаэдрские заговоренные камни. У нас в королевстве не было иных магов, кроме некромантов и друидов. Просто не существовало академий, которые могли бы их обучить. Зато в соседних государствах можно было встретить и элементалиста, и заклинателя зверей, и стихийника. Может, живи я там, моя судьба сложилась бы иначе…
Хотя кого я обманываю? С детства мои слабенькие способности склонялись именно к сумеречной магии, не оставляя шансов на что-то другое.
Впрочем, сейчас меня интересовало вовсе не это. Я была рада, что камни, нагретые какими-то забугорными магами, все-таки греют мне воду.
Налила кипятка в ванну, сняла с себя грязное платье и с удовольствием погрузилась в теплую воду.
Отец Тьмы, это было прекрасно! По всему телу прошла волна удовольствия, отдаваясь в пальчиках ног и заставляя их сладенько подгибаться.
Только в этот самый момент в коридоре раздался бодрый голос Рейва:
— Малышка, ты уже разделась?
Я чуть водой не захлебнулась, вспоминая, закрыла ли дверь.
— Да!!!
— Прекра-а-асно, — протянул он весело.
Я оглянулась и убедилась, что дверь закрыта, а в щели под ней видна тень от ног.
— Значит, ты там полностью обнаженная лежишь в воде и на тебе только одно ожерелье?
Голос мужчины стал, пожалуй, даже слишком дерзким.
Я нервно дотронулась до цепочки на шее, чувствуя, как становится нестерпимо жарко. И вовсе не от воды. Одна мысль о том, что Рейв может войти и увидеть меня такой, заставляла сердце пульсировать в горле.
— Скажи, нам обязательно сейчас это обсуждать? — выдохнула я.
— Да, малышка, я ужасно любопытен. Иногда любопытство бывает так сильно, что, клянусь Тьмой, я не могу найти себе места! Если ты не ответишь, я могу сойти с ума и, может быть, мне даже придется заглянуть к тебе. Но, уверяю, только ради дела! Я должен быть уверен, что с тобой опять не случился приступ! Мне же нужно убедиться, правда?
— Рейв, я не настроена на разго…
— Отвечай, а то мне кажется, твой голос уже становится тише! Мне вот-вот придется войти!
Он откровенно издевался.
— Да, на мне только твой подарок, успокойся!
— Спасибо, дорогая невеста, — тут же совершенно невозмутимо ответил некромант, а мне показалось, что я через стену вижу его ухмылку.
А затем раздался звук, словно он придвигал кресло к двери.
— Я хотел бы обсудить с тобой пару вопросов, малышка, — начал он. — Заодно буду знать, что с тобой все хорошо.
Тут я окончательно поняла, что спокойно помыться он мне не даст.
— Что?
— Я хочу знать чуть больше о твоем недуге. Он ведь врожденный, так?
Хорошее настроение начало улетучиваться.
— Да, Рейв. Мне казалось, я тебе уже все объяснила.
— Ангел, прости за эти вопросы. Я, к сожалению, не силен в геральдике. Учился плохо в детстве. Твои родители, герцогиня Мирия Клариан Кастро-Аркс и король Герхард Айрис Кастро-Файрел, они родные брат и сестра, правильно?
Я фыркнула.
— Кто ж этого не знает, конечно, родные.
— Нет-нет, я, конечно, знаю, — говорил мужчина за дверью. — Выходит, они оба имеют в своем роду родоначальником Ульфрика Айриса, так?
— Рейв, я не понимаю, к чему ты клонишь, — нахмурилась я. — Династия Айрисов идет от Ульфрика, и, естественно, герцогиня и король принадлежат одному роду. И при чем тут моя болезнь? Каждому ребенку ясно, что от близких родственников не рождаются здоровые дети. Вот и мне не повезло. И нечего тут искать подводные камни.
Некромант некоторое время молчал.
— Дед Ульфрика был болен слабой формой эпилепсии, — ответил он медленно. — И, похоже, тебе просто не повезло унаследовать заболевание своего рода. Сходные гены от отца и матери наложились друг на друга, и ты получила усиленный недуг.
— Даже если так, какая разница? — нервно бросила я.
— А ты не замечала за собой… кхм… других странностей? — немного тише спросил мужчина. И я словно через дверь увидела, как вспыхивают его темные глаза.
Внутри шевельнулась настойчивая змея подозрения. Рейв как будто понимал что-то такое, чего не понимала я сама. Словно скрывал что-то важное.
— Каких? — резко спросила я. — Дед Ульфрика был болен еще какой-нибудь гадостью? И вообще, откуда ты знаешь это все?
— Не бери в голову, малышка. — Некромант тут же сменил тон на повседневный. — Я просто пытался понять, лечится ли эта болезнь.
— Ты пытался понять? — хмыкнула я, протягивая руку к бутылочке с шампунем. — Кто-то говорил мне недавно, что он некромант, а не лекарь.
Пока я намыливала голову, за тонкой перегородкой послышался смешок.
— Ты очень наблюдательна, малышка.
А затем дверь ванной тихо скрипнула и открылась.

ГЛАВА 8

Рейв  

Рейв чувствовал себя последним негодяем. Забраться в ванную к беззащитной обнаженной девушке. Смущать ее. И получать от этого удовольствие.
Во что он превратился? Для высокородного графа это несказанная невоспитанность. Но ничего не поделать. Его тянуло к Ангелине магнитом.
Вот что значит провести без женщины семьсот лет.
Рейв уверял себя, что дело именно в этом. Но на самом деле все было не совсем так.
Некромант прошел в узкое помещение и нарочито громко закрыл за собой дверь. Пульс стучал в висках, как перед хорошей дракой.
Какого драугра он творит? Все равно ведь то, что ему так требуется, пока неосуществимо. Придется подождать. Не только потому, что у малышки никогда не было мужчин, но и по еще одной крайне важной причине, которая стала ясна ему буквально пару минут назад.
То, чего он так долго не мог понять, теперь стало очевидным. Ангелина была наследницей Ульфрика. Магия в венах потомков старого предателя за семь столетий сильно разбавилась. Но именно то, что король и герцогиня, его последние прямые наследники, смешали свою кровь, дало удивительный результат. В девушке не только проросла болезнь предка, но, судя по всему, возродился его дар.
Во всем мире было всего несколько человек, обладающих так называемой золотой кровью или кровью солнца. Ульфрик был одним из них. И теперь, похоже, благодаря роковой случайности рождения Ангелины эта особенность появилась и у нее.
Только девушка об этом еще не знает. Золотая кровь позволяла человеку быть одновременно и некромантом, и друидом. Воплотить в себе два магических начала. А может быть, и гораздо больше.
Вот только в случае его малышки дар оказался спящим.
Рейва переполняло нервное возбуждение, так сильно хотелось проверить. Узнать, не ошибся ли он.
Золотая кровь с большим трудом передавалась по наследству, быстро угасая. И только кровосмешение могло гарантированно дать такой странный результат.
— Какого упыря ты делаешь?! — взвизгнула Ангелина, почти повторяя его собственные мысли пару минут назад.
Рейв сделал шаг, и теплый пар коснулся кожи, укутал в мягкое одеяло, проник в легкие, разогревая изнутри.
— Малышка, я принес тебе полотенце, — как можно бодрее сказал он, хотя голос уже приобретал мягкие рычащие нотки. — И поверь, я не смотрю!
«Ага, как же…»
Рейв специально отвернул голову, испытывая почти болезненное желание рассмотреть девушку в деталях. Увидеть ее блестящую влажную кожу, волосы, распустившиеся по плечам. Округлые полные груди с мокрыми розовыми вершинками…
В виски глухо ударил пульс так, что в глазах потемнело. Рейв шумно сглотнул, краем глаза видя, как двигается хрупкое женское тело в медной ванне в каких-то двух шагах от него.
— Ты совсем уже!.. Зачем ты?.. Тьфу, блин!
Ангелина даже ругалась забавно.
— Успокойся, малышка, я правда не смотрю, — слишком хрипло проговорил мужчина и закрыл глаза.
В ванне прекратились беспорядочные всплески. Судя по всему, девушка внимательно следила за ним.
— Ну и зачем надо было сюда приходить? — фыркнула она, выхватывая у него полотенце.
«Зачем…» — мысленно повторил мужчина, напряженно вспоминая ответ на этот вопрос.
Да, точно. Ему же не терпелось проверить свою догадку. Взглянуть сумеречным зрением на анарель девушки.
Конечно, он уже делал это. И ничего конкретного не увидел. Но был и еще один способ расставить все по местам.
— Малышка, что ты знаешь, про Сумеречный мир?
Ангелина вздохнула:
— Да, вот сейчас самое время поговорить об этом…
Но в ее голосе некромант отчетливо расслышал любопытство.
Ему нравилась эта ее черта. Нравилась молодость ее духа. Что бы ни случилось, Ангелина сохраняла задор и яркую заинтересованность. Она никогда не оставалась равнодушной.
Поэтому ему даже не пришлось переспрашивать.
— Так что там с Сумеречным миром? — воскликнула она сама.
Рейв улыбнулся, подняв веки.
— А ну, закрой глаза! — добавила тут же.
— Я смотрю в стену, ты же видишь, — ответил некромант, вкладывая в слова все те крохи невинности, которые в нем могли остаться хотя бы в теории. — Итак, насчет Сумерек. Ты когда-нибудь была там?
Ангелина громко фыркнула и, судя по звуку, начала намыливать губку.
— Там никто не был. Сумеречный мир состоит из тринадцати уровней, наполненных черной магией. И на каждом живут отвратительные твари. Кроме того, на самых нижних обитают темные боги и Тьма, неподвластная некромантам.
— Скажи, а ты хотела бы оказаться там? Хотя бы ненадолго? — спросил мужчина, проигнорировав ее выпад о том, что в Сумерках никто и никогда не был. Уж он-то знал, что это не так.
Ангелина замерла.
— Но… это же невозможно. Да и что мне делать в мире, где живут одни чудовища?
— Не знаю, может, сыграть в прятки с крикулем, поболтать с банши?
Девушка посмотрела на него с таким молчаливым непониманием, что некромант усмехнулся, покачав головой.
— На первом уровне чудовищ нет. Даже духи обычно обитают на втором. Ну так что, малышка?
Рейв устремил взгляд в стену напротив, выложенную светло-розовой плиткой. Ангелина была позади и чуть левее, и он затылком чувствовал ее взгляд. А еще ему ужасно хотелось посмотреть на нее в ответ.
— Меня терзают смутные сомнения, что ты хочешь предложить мне какую-то авантюру, — протянула она. — Только я никак не могу понять какую.
Рейв улыбнулся. Догадливая.
— Я хочу предложить тебе прогулку. Ничего запретного и ужасного.
— Звучит все равно подозрительно, — раздался звонкий смех.
Некромант снова улыбнулся. А затем прикрыл веки, заставляя Тьму перед собой спуститься, размазаться по плиткам впереди, а затем показать ему то, что находилось за его спиной.
Черная магия послушно расползлась по стене, превращаясь в нечто наподобие зеркала, видимого лишь сумеречным зрением. Отражение напоминало жидкий обсидиан, в котором двигались контуры и очертания предметов.
И теперь Рейв видел Ангелину.
— А где будет проходить эта прогулка? — весело спросила девушка, чуть приподнявшись, чтобы взять шампунь.
Зачарованные плитки не скрыли ничего. Ни блестящих от воды волос, прилипших к спине и плечам, ни тонкой талии и эротичного прогиба позвоночника, ни полукружий груди, с которых стекала мягкая пена. Они не могли передать лишь цвет. Все, что видел некромант, было серым, как пепел и сажа.
Мужчина напряженно выдохнул, желая только одного. Чтобы это проклятое зеркало показало ему оттенок женской кожи.
— Это сюрприз, малышка, — ответил Рейв низким хриплым голосом, словно мертвец сдавил ему горло костлявой рукой. — Одевайся, твой наряд вон там, под чехлом.
Он не глядя махнул рукой в сторону, одновременно разрушая колдовство.
Тьма разлетелась по комнате черными ошметками, постепенно растворяясь.
— И… распусти волосы.
Ангелина как-то подозрительно затихла. Затылок снова заныл от ее взгляда.
— Хорошо…
Некромант как можно быстрее вышел из нагретого помещения, в котором его мозги плавились, как смола на костре.
На пороге комнаты Ангелина появилась удивительно быстро. Как будто ей ужасно хотелось узнать, куда ее пригласили. И это было… приятно.
Рейву даже стало немного не по себе от того, что причина приглашения была такой меркантильной. Впрочем, некромант быстро выбросил из головы всякую чепуху. Для короля мертвых слишком важно узнать всю правду о золотой крови в венах девушки. Если она, конечно, имела место быть.
— Ты великолепно выглядишь, — проговорил мужчина, бросив восхищенный взгляд на свою спутницу.
Ангелина слегка краснела, сминая подол одного из повседневных платьев, которое он для нее выбрал. Темно-вишневый шелк и полупрозрачные кружева. Синяя накидка и несколько небольших светлых цветочков в качестве вышивки на груди.
Длинные стального цвета волосы лежали на плечах блестящей волной, приковывая взгляд.
— Ничего, что я с мокрой головой?
— Там, куда мы отправимся, это не имеет никакого значения, — сказал Рейв, протянув руку.
Женские ресницы дрогнули, и хрупкая ладошка немного нервно коснулась его в ответ.
Рейв улыбнулся.
— Не бойся, малышка, — проговорил он. А затем резко дернул ее на себя, заставив прижаться к собственному телу.
И в следующую секунду Тьма всколыхнулась вокруг них, как огромное голодное море.

Ангелина  

Я не успела испугаться. Только почувствовала, как сильные руки некроманта сжимают меня в объятиях. Ощутила тонкий дурманящий аромат его тела, окутавший мягкими крыльями. Услышала стук его сердца. Быстрый, громкий.
А затем все мои магические рецепторы, если таковые вообще имелись, возопили об опасности. Я очень плохо чувствую Тьму. Мой анарель почти пуст, и наполнить его не получится. Но то, что сейчас творилось вокруг, наверное, мог не заметить только полностью лишенный дара человек.
Темный вихрь закружился вокруг нас, и я перестала чувствовать пол под ногами. Схватилась крепче за некроманта, чувствуя, как сердце выпрыгивает из горла.
Рейв в ответ мягко прижал меня к себе, отчего мне, кажется, стало только хуже. Во рту пересохло, а где-то под желудком кольцом свилась раскаленная змея, усиливая напряжение.
По позвоночнику прокатилась волна дрожи.
— Расслабься, — прошептал некромант таким мягким проникновенным голосом, что весь мир вдруг перестал иметь значение.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. Втянула сладкий яд его запаха, чувствуя, как он проникает в каждый миллиметр тела. В каждую каплю крови.
Рейв медленно поднял руку и зарылся пальцами в волосах у меня на затылке.
Краем глаза я заметила, как ярко горит браслет на его руке. Кроваво-алые рубины в глазницах маленьких черепов.
Значит, цепочка у меня на шее светится точно так же.
Рейв был значительно выше меня, и сейчас я чувствовала его дыхание у себя в волосах. Это было так неожиданно приятно.
Я подняла голову и вдруг встретилась с ним взглядом.
Десяток молний прошили одновременно каждый нерв. Темные глаза, жгучие, как горячий шоколад с ромом, смотрели на меня не отрываясь. Рейв словно пытался мне что-то сказать. Что-то, чего и сам, кажется, не понимал. А его рука у меня на затылке придвигала меня все ближе.
Тьма, как же я хотела… Его губы так близко. Дыхание, которое вот-вот станет моим.
Я боялась, что по сложившейся привычке все прекратится. Боялась до ужаса. Казалось, мне просто болезненно необходимо, чтобы его губы коснулись моих. Необходимо ощутить их вкус. И если сейчас он просто отпустит меня, сердце разорвется.
Рейв наклонился, и между нами почти не осталось пространства. Короткий промежуток, не толще волоса.
Пульс стучал в ушах. Бился в висках, в горле. Я не видела, что происходит вокруг. Не понимала, что мы уже давно не в комнате постоялого двора, а мрак знает где. Свет, льющийся из окна, пропал, и вокруг было невероятно, опустошающе темно. Только глаза некроманта чуть светились вместе с багряным браслетом.
А в следующую секунду я почувствовала его губы. Мягкие, обжигающие, осторожные. Медленное, едва уловимое касание, нежное, как прикосновения ветра. Горячее, как оголенное безумие.
Я подалась ему навстречу, все еще не веря, что это происходит.
Рейв резко выдохнул. Закрыл глаза, сжимая волосы у меня на затылке. Придвигая меня ближе. Так близко, что я чувствовала, как напряжено его тело, каким горячим он стал и как стучит его сердце.
А затем вдруг все исчезло.
— Что происходит? — спросила я, безуспешно пытаясь контролировать срывающийся голос.
Над нами зажглись два красных огонька. Как огромные звезды, далекие и близкие одновременно. И я наконец смогла разглядеть, где мы находимся.
— Что это за место, Рейв? — выдохнула, не веря своим глазам.
Тут не было неба. Только бесконечная чернота. И огромные облака Тьмы, которые было видно невооруженным глазом. Тьма была здесь повсюду. Сумеречная магия клубилась и растекалась как туман. Невероятное раздолье для некроманта! Столько силы, разлитой буквально повсюду. Даже мне, наверное, удалось бы наколдовать что-то.
Я огляделась по сторонам и поняла, что мы стоим посреди какой-то странной аллеи. Под ногами лежала блестящая каменная кладка с причудливым рисунком, а по обеим сторонам от нас из земли росли низкие темно-фиолетовые розы.
— Как мы здесь оказались? — продолжала я расспросы, а Рейв молчал. Обернувшись к нему, я поняла, что мужчина наблюдает за мной из-под слегка опущенных ресниц.
— Нравится? — спросил он тогда и еле уловимо улыбнулся.
— Я… не знаю, — ответила честно. — Тут так тихо.
Но на самом деле тут было не совсем тихо. Где-то в отдалении слышался странный звук. Эдакое тихое дребезжание где-то на границе реальности и сна. Фантазии. Было не совсем ясно, что это. Но стоило начать вслушиваться в него, как все тело пронизывал страх. Проникал в мышцы. До костного мозга.
— Рейв, только не говори мне, что это Сумеречный мир, — выдохнула я, оглядываясь по сторонам в непонимании.
— А на что это еще похоже? — спросил он тихо, медленно отпуская меня, чтобы я могла осмотреться.
Но не тут-то было. Я в ужасе схватила некроманта за руки, проговорив:
— Не отпускай! Не надо…
Кажется, меня трясло.
На лекциях о строении магии нам рассказывали, что Сумеречный мир — это сердце и основа сил некроманта. Именно из этого места в наш собственный мир перетекает Тьма. И теперь я видела, что так оно и есть. Сам воздух здесь был магией.
Но, кроме всего прочего, нам говорили, что людям сюда путь заказан. Только после смерти неупокоенные духи могут пересекать границы миров и появляться здесь на первом уровне.
— Рейв, мы же не мертвы? — ахнула я, подскакивая к нему еще ближе.
— Нет, малышка, — проговорил он, обнимая меня одной рукой за талию и разворачивая в сторону дороги, вымощенной блестящей плиткой. — Чего ты так испугалась?
— Но ведь… — промямлила я, теперь поднимая голову вверх. Неба и правда не было. Ни звезд, ни облаков, ни луны. — Но ведь здесь живут только чудовища.
— Здесь все как в жизни, Ангелина, — спокойно сказал он, посмотрев куда-то вдаль. Туда, где светились две алые точки. — Если ты не будешь тревожить их, они не потревожат тебя.
Далекий пугающий звук на короткий миг стал чуть громче, а затем все снова стихло. Однако этого момента мне хватило, чтобы понять: это чьи-то крики.
— Не слишком обнадеживающе, — проговорила я, радуясь, что Рейв крепко держит меня. — Ты меня не отпустишь?
Он улыбнулся:
— Ни на мгновение.
Я посмотрела в его темные глаза и, кажется, снова покраснела.
— Куда мы идем?
Все это время некромант неторопливо вел меня вперед. Иногда создавалось впечатление, что он то и дело смотрит на меня, а потом отводит взгляд. Это было немного странно. Но мне нравилось, что я привлекаю его внимание.
— Я хочу показать тебе кое-что, — ответил мужчина, и уголки его губ загадочно приподнялись.
— Что же это?
Рейв повернул ко мне улыбающееся лицо и весело спросил:
— Малышка, как хорошо ты знаешь эшгенрейский?

ГЛАВА 9

Рейв  

Мужчина не мог поверить своим глазам. Ему так не терпелось привести Ангелину в Сумеречный мир, что теперь он не знал, как поступить дальше. Все его подозрения подтвердились. Девушка и правда оказалась наследницей золотой крови.
Как только они очутились здесь, все стало ясно. Анарель некроманта в мире темных богов сыто пульсирует, готовый в любой момент использовать разлитую повсюду Тьму. Но с магами, чей источник далек от черного цвета, все происходит наоборот. Собственная магия колдуна начинает поддерживать его силы, пока Тьма потихоньку высасывает его жизнь.
Да, только некромант может беспрепятственно гулять по Сумеркам. Для других это место становилось чем-то вроде огромной пиявки, которая рано или поздно высосет всю кровь. Вопрос лишь во времени.
С Ангелиной все вышло совсем интересно. Ее возможности как некроманта многократно выросли, но черный анарель внутри груди начал сверкать ярким зеленовато-желтым светом, пытаясь блокировать негативное воздействие Тьмы. Воздействие, которого не было.
Другими словами, ее золотая кровь, так тщательно маскирующаяся под некромантскую, себя выдала.
И теперь оставалось решить, что делать дальше. По правде сказать, где-то глубоко внутри Рейв боялся, что его предположения подтвердятся. Наследница золотой крови — это именно то, что было ему нужно, чтобы быстро восстановить собственный резерв. Магии в источнике такого колдуна было так много, что королю мертвых хватило бы уничтожить одним махом весь город.
Если бы он, конечно, захотел. А цель у некроманта была немного другой. Впрочем, для нее тоже Ангелина подходила как нельзя лучше.
— Скажу без ложной скромности, мое произношение эшгенрейского просто великолепно, — гордо вздернув носик, бросила девушка и улыбнулась. — А зачем тебе?
Рейв сдержал ухмылку, хотя и знал, что она не преувеличивает.
— У меня есть старый друг, который говорит исключительно на эшгенрейском, представляешь?
Девушка сдвинула брови и надула губы так, что некроманту нестерпимо захотелось остановиться и продолжить то, что пару минут назад они так сладко начали.
Но, увы, теперь все было иначе. И теперь он не знал, что делать дальше.
— Что же это за друг такой? — фыркнула она. — Может, костяной дракон?
Мужчина пожал плечами.
— Сама увидишь.
Ангелина еще сильнее сдвинула брови.
А через пару шагов они приблизились к огромной статуе. Девушка смотрела во все глаза и, кажется, не верила, что видит ее.
— Только что же не было… — протянула она ошарашенно.
Рейв кивнул:
— Такова особенность Тьмы в Сумерках. Ты можешь не видеть сквозь нее ничего, что расположено дальше нескольких метров. Хотя будет казаться, что впереди просто пустота или дорога, которая никогда не закончится.
Девушка подняла голову, с изумлением изучая громадное изваяние в форме костяного дракона. Оно было сделано из камня, но столь натуральными казались сочленения костей, что создавалось впечатление, будто вот-вот чудовище раскроет крылья и взлетит в воздух.
А еще у него кроваво-алым горели глазницы.
— Рейв… — тихо проговорила Ангелина. — А почему глаза сверкают? Это такие фонари?
Некромант подавил глухой смешок.
— Нет, малышка. Просто Бьельндевир смотрит на тебя.
— Бьельн… что?
Голос девушки стал хриплым, а от лица отлила кровь. Мужчина не на шутку испугался, что его храбрая некромантка вот-вот шлепнется в обморок.
Он взял ее за плечи и крепко сжал. Затем развернул в сторону молчаливой статуи и прижал спиной к своей груди.
«Как громко бьется ее сердце…» — мелькнуло где-то на подкорке.
Во рту появился привкус горечи и металла. Неприятный привкус.
— Не бойся, поприветствуй его и назови свое имя, — прошептал Рейв, склонившись к ее уху, чувствуя, как расслабляется в его руках женское тело. Ощущая, какое оно горячее и податливое.
Проклятие… Зубы сами собой сжались. Когда это, Тьма побери, он успел стать таким чувствительным?
Ангелина глубоко вздохнула и тихо произнесла:
— Ertea, yn sajferre Angelina. Iny darke, Bjelndr… Bjelnder…
— Bjelndev’ir, — закончил король мертвых, произнеся имя своего друга.
Глаза огромной статуи вспыхнули ослепительно ярко.
Ангелина вздрогнула, явно готовая к тому, чтобы отпрыгнуть подальше. Только руки некроманта останавливали ее от побега.
И через мгновение взгляд статуи погас. Рейв улыбнулся.
— Что, все? — переспросила девушка. — Он не оживет?
Мужчина покачал головой:
— Нет, Ангел. Это ведь статуя.
— Тьфу ты. А я испугалась, — выдохнула она, поворачиваясь к нему.
— Ну… по крайней мере, он тебя слышал. И теперь вы знакомы.
Ангелина затаила дыхание, не сводя с него напряженного взгляда.
Рейв тоже замер, не понимая, что за ерунда с ним происходит. Кровь клокотала где-то в горле. Под кожу будто забралась сотня-другая призрачной саранчи и тянула из него жилы.
Болезненно. Жгуче.
— Малышка, ты знаешь, что в твоих зрачках можно утонуть? — хрипло усмехнулся некромант, всматриваясь в ее огромные испуганные глаза.
«Не может этого быть. Неужели придется… убить?» — скользили в голове отрывистые мысли. Лишенные спокойствия и порядка. Бешеные и нервные.
Ему нужен был костяной дракон. Нужен не только потому, что он был его старым другом, который прошел с ним сквозь все победы и поражения. А потому что в нем заключалась сама суть короля мертвых. Его смерть. В прямом смысле этого слова.
Семь веков назад Рейв создал заклятие. Единственное в своем роде. Колдовство, равного которому было не найти ни в мире под солнцем, ни в Сумеречном. И это заклятие делало своего хозяина бессмертным. Не позволяло умереть до тех пор, пока в целости виал его жизни. Маленький артефакт, который теперь был спрятан в сердце Бьельндевира.
Рейв был обязан достать этот артефакт. А значит, и воскресить старого друга. Но существовала небольшая проблема. Чтобы поднять костяного дракона, требовалась прорва магии, которой у возрожденного короля мертвых просто не было. Прорва магии или всего одна жизнь — наследницы золотой крови.
Ангелина улыбнулась и снова покраснела. Только теперь некромант готов был провалиться сквозь несколько уровней Сумерек, лишь бы не видеть этого смущенного румянца. Он его не заслужил.
— Пойдем, малышка. Пора выбираться отсюда, — нервно проговорил он и отвел взгляд.
— А разве нельзя просто взять и переместиться снова туда, откуда мы появились? — удивилась она.
Мужчина покачал головой:
— Нет, Ангел. Выйти из Сумеречного мира нельзя так же просто, как вошел. Есть специальные двери, способные выпустить колдуна. Если не знать, где они находятся, можно остаться здесь навсегда. Ну или не навсегда, а до тех пор, пока тебя не найдет какой-нибудь голодный крикуль или стрекотун. — Рейв усмехнулся, а потом взглянул на еще сильнее побледневшую девушку. — Прости, малышка. Ну чего ты испугалась? С тобой же я. А значит, бояться нечего.
«Вот только это неправда…» — глухо прозвучал внутренний голос некроманта, заставив его сжать челюсти.
«Королю мертвых нельзя доверять…»
Ангелина прижалась к нему, позволяя обнять себя покрепче. Доверяя.
Рейв глубоко вздохнул, безуспешно стараясь выкинуть из головы лишние мысли. Затем зашел вместе с некроманткой за статую Бьельндевира и коснулся рукой теплого когтя чудовища.
В то же мгновение на камне зажглись несколько символов древнего языка. Ангелина подалась вперед, чтобы рассмотреть их поближе. Но вряд ли у нее хватило на это времени.
«Любопытная малышка…»
Тьма закрутилась вокруг них по спирали, мгновенно выдирая из мира мрака в мир света. И уже через несколько секунд они стояли на широкой дороге под ослепительным солнцем.
— Что случилось? Где мы? — Его малышка забавно щурила глаза, приставив ладошку ко лбу. Ветер развевал ее платье и давно высохшие распущенные волосы.
Его малышка… 
Со всех сторон по дороге ехали и шли люди. Все в одном направлении: они стекались к огромному замку впереди. Острые шпили причесывали облака, стены из богатого черно-серебристого камня призывно блестели. А чуть поодаль стоял Зомзом, доверху нагруженный пакетами с одеждой.
— Это что, королевский замок? — ахнула Ангелина, явно не веря своим глазам.
— Именно, милая невестушка, — мрачно улыбнулся некромант, щелкнув пальцами, чтобы подозвать слугу. — И мы вот-вот окажемся в числе его обитателей.

Ангелина  

Как, как мы очутились здесь? Около огромного дворцового комплекса, который я прежде видела-то только издали. А теперь вот он, весь как на ладони. Высокая стена, подъемный мост, сейчас призывно опущенный. Широкая Арка крови, которая должна пропускать входящих только по знаку высокородного.
Неужели мы попадем туда сегодня? Прямо сейчас?
Я бросила нервный взгляд на свой наряд. Конечно же в платье от лучшего мастера Ихордаррина я выглядела достаточно хорошо, чтобы сойти за высокородную даму. Но уверенности мне это почему-то не прибавляло.
— Рейв, а как же подготовиться, приодеться…
Некромант оглядел меня с ног до головы скептическим взглядом.
— Кажется, ты не голая. — Потом оглядел себя и добавил: — Я тоже. — В его глазах снова играли озорные искры. А затем он взял меня под руку, жестом указав зомби следовать за нами, и проговорил: — Значит, все в порядке. Так что, любезная невеста моя, думаю, пора нам нанести визит вежливости его величеству.
Я вымученно улыбнулась и кивнула. Стоило признать, Рейв очень быстро принимал решения и претворял их в жизнь. Мне, чтобы решиться на самый простой поступок, бывало, требовалось полдня. У некроманта таких проблем не было. И это подкупало. Очаровывало.
Я приняла предложенную руку и последовала за ним. На ходу бросила взгляд через плечо, осматривая мертвеца, который стал то ли лакеем, то ли носильщиком, то ли личным слугой. И то, что предстало моим глазам, удивляло до крайности.
Честно говоря, я опасалась, что тот покров Тьмы, который Рейв наложил на Зомзома, в замке будет развеян. Конечно, некроманты — самая малочисленная каста колдунов в королевстве. И вряд ли во дворце окажется хотя бы десяток сумеречных адептов, способных различить и снять морок. Однако рассчитывать на то, что их не будет вовсе, точно не стоило.
А значит, зомби с нами делать нечего.
Но Рейв меня снова удивил. Вместо мертвеца с разорванной грудной клеткой позади нас шел хмурого вида мужчина, одетый в модную дорогую ливрею с серебряным шитьем. На нем была красивая широкополая шляпа с пером, скрывающая бо  льшую часть лица. А те части тела, что оставались на виду, совершенно ничем не отличались от нормальных. Сероватый цвет кожи превратился в нежно-персиковый. Синие губы приобрели нормальный цвет. И я готова была поклясться, что сумеречный морок не имеет к таинственному перевоплощению никакого отношения. Судя по всему, на зомби был наложен великолепный грим!
Лишь изредка, когда мертвец поднимал голову, можно было увидеть его странные немигающие глаза с желтыми белками. От такого взгляда натурально бросало в дрожь. Жажда в зрачках мертвеца пробирала до костей. Видимо, поэтому наш новый лакей получил указ как можно меньше глядеть по сторонам.
В нескольких шагах впереди горделиво возвышалась Арка крови. Высокое сооружение, испещренное сотнями символов, знаков и рисунков. Она была встроена в крепостную стену в качестве ворот. Поэтому попасть в замок как-то иначе, чем пройдя через магический распределитель, было невозможно.
Но Рейв явно ни капли не переживал. Изредка на его лице мелькало странное выражение, словно некромант погружался слишком глубоко в свои мысли. И там, на их дне, его что-то терзало. Но очень быстро на его аристократическое лицо возвращалась улыбка, стирая следы мрачной задумчивости.
— Рейв, а ничего, что мы появились посреди дороги у всех на виду невесть откуда? — поинтересовалась я у крайне уверенного в себе мужчины.
Некромант невозмутимо продолжал идти вперед к Арке, рядом с которой столпился народ. Из красивой красновато-коричневой кареты в это время выбиралась молодая женщина в длинном кремовом платье. Ей подавал руку грузный немолодой мужчина, одновременно нещадно ругающий прислугу.
— По-моему, до нас тут совершенно никому нет дела, малышка. — Он слегка кивнул, обращая мое внимание на пару впереди. Теперь грубиян уже хмурился и отчитывал свою даму за то, что она испачкала в грязи подол платья.
Впрочем, вся эта шумная компания вместе со слугами очень быстро проскочила через арку, не заставляя нас ждать. Поэтому, когда подошла наша очередь, Рейв вышел вперед, туда, где стояли двое празднично одетых стражников и один слуга, кто-то вроде церемониймейстера. Форма стражей блестела позолоченными пуговицами и многочисленными воинскими знаками отличия. В руках у них покоились длинные алебарды, в лезвиях которых ярко играло солнце. Слуга же держал длинный свиток, испещренный десятками фамилий.
Как только некромант поравнялся с ними, у меня замерло сердце. А вдруг ничего не получится? Вдруг его не пропустят и окажется, что Рейв и вправду вовсе не граф?
— Назовите, пожалуйста, ваши имена и предъявите артефакт дворянской крови, — проговорил церемониймейстер, почти не глядя на нас.
— Граф Рейв Эридан и его невеста Ангелина Вальбур.
Без всякого дальнейшего приглашения некромант поднял руку и немного лениво коснулся перстнем каменного рисунка на арке. В ту же секунду пространство между колоннами чуть подернулось, словно в воздухе приподнималась невидимая ткань.
— Можете проходить, — кивнул мужчина, записав наши имена в длинный свиток, волочившийся по земле.
Пока Рейв держал перстень прижатым к колонне, я и Зомзом прошли под аркой без всяких проблем, а за нами последовал и некромант.
— Вот так просто? — удивилась я, когда мы уже отошли на значительное расстояние от стражей и можно было не бояться, что нас остановят и выгонят.
— Судя по твоему виду, готов предположить, что ты во мне сомневалась. — Рейв вызывающе прищурился.
— Я… нет, просто… До конца не верилось, что попаду в замок.
Мужчина улыбнулся и пожал плечами.
— Когда-то в Файрел мог попасть любой некромант. Этот замок был создан для таких, как мы. Так что тебе здесь самое место.
— Да из меня некромант, как из курицы… — сравнение в голову никак не шло, — страус.
Рейв фыркнул.
— Это не важно. Твои врожденные способности, конечно, слабоваты. Но настоящий колдун всегда найдет способ стать сильнее. Даже самый талантливый некромант проиграет в схватке невыдающемуся, но более опытному и тренированному сопернику. Если захочешь, ты сможешь все что угодно.
Я улыбнулась. Приятно, конечно, было узнать, что я не совсем бездарна. Тем более что мне это так редко приходилось слышать. Да вообще никогда. Но я все же хитро переспросила:
— Я смогу все что угодно? А как же: «Малышка, научить тебя поднимать мертвецов — все равно что научить енота! С точки зрения затраченных усилий, бла-бла-бла…»
Я сложила губы в трубочку и высокомерно задрала нос, размахивая руками и имитируя жестикуляцию некроманта. А еще тщательно стараясь не заржать как конь.
Рейв повернул ко мне голову, и его губы изогнулись в мягкой улыбке.
— Считай, что я погорячился. Если хочешь, научу тебя поднимать нежить.
Кажется, у меня сердце остановилось.
— Что, правда? — выдохнула я, схватив его за рукав.
— Малышка, слово графа Эридана не подвергается со…
— Да, поняла-поняла, — прервала я его, пока он не произнес очередную напыщенную фразу в стиле «я мегакрут, и точка». — А когда ты меня научишь?
Рейв хитро улыбнулся:
— Как насчет сегодня?

ГЛАВА 10

Рейв  

«Файрел. Мой замок. Моя кровь…»
Рейв видел перед собой высокий дворец из темного камня. Он светился на солнце и одновременно будто поглощал его свет. Кирпич, способный концентрировать Тьму внутри. Не накапливать, нет. Для этого потребовались бы невероятные затраты. Создать артефакт такого размера невозможно. Но когда-то много лет назад король мертвых сделал нечто другое.
Камни этого громадного комплекса были зачарованы так, что Файрел заставлял всю окрестную Тьму медленно перетекать в собственные стены. Он ее привлекал, позволяя ей свободно и беспрепятственно курсировать внутри. И в результате любой некромант, оказавшийся в стенах дворца, довольно сильно увеличивал собственный потенциал.
Конечно, это не могло сделать рядового пустышку сильным магом, а самому Рейву — вернуть прежнюю мощь. Однако в стенах своего дома сотворить любое колдовство королю мертвых было гораздо легче. Камень отзывался на приказы хозяина словно живой.
Рейв смотрел на это сооружение и молча вздыхал. Сегодня ему не очутиться внутри. Увы. Гостей селили в отдельных пристройках на территории комплекса.
Распорядитель, мужчина преклонного возраста по имени Редшер, указал им с Ангелиной в сторону пятиэтажного особняка довольно сомнительного вида. Он был построен из белого кирпича, а на его фасаде сверкала немного безвкусная, по мнению некроманта, лепнина.
В любом случае все это ненадолго. Рейв шаг за шагом приближался к возвращению собственного замка. С улыбкой бродил в какой-нибудь сотне метров от его главного входа и чувствовал: Файрел уже узнал своего истинного хозяина.
Довольно быстро «будущую чету Эриданов» поселили в просторных комнатах, приставив к ним личного слугу. Питаться им полагалось за свой счет в местной ресторации. И только если его величество вышлет им личное приглашение на церемонию помолвки, то «любезные гости» будут иметь удовольствие отужинать за одним столом с королем и будущей королевой.
— Значит, на сегодня мы свободны? — спросила Ангелина, когда они успели немного прийти в себя и осмотреться.
— Думаю, вполне. И чтобы не сидеть в этой безвкусной камере заключения, — некромант с презрением окинул взглядом унылые комнаты, — я предлагаю тебе прогулку и пикник. Здесь неподалеку есть чудное место. Было… чудное место.
Рейв немного нахмурился, представляя, как за семь сотен лет мог измениться ландшафт. Сады и леса, к которым он привык, уже могли располагаться вовсе не там, где прежде. Дивные тенистые тропинки, по которым он любил гулять в тени горицвета, могли превратиться в какое-нибудь новое отвратительное здание.
— Безвкусная камера? — переспросила девушка, с улыбкой осматриваясь по сторонам. — Рейв, тут очень здорово, разве тебе не нравится? Посмотри, какая картина на стене! А вон на той кровати поместится, наверное, слон!
В этот момент она снова начала краснеть, и некроманту даже не пришлось гадать, в чем причина. Кровать-то в их комнатах была одна.
Он улыбнулся, подавив на корню все грязные мыслишки, которые в этот момент начали лезть в голову. Он еще не придумал, что дальше делать с девушкой. И решил отложить этот вопрос до того момента, как разберется с более насущными проблемами. Совсем скоро король прочтет в списке прибывших его имя: Рейв Эридан. И вот тогда начнется самое интересное.
А пока некромант позволил себе просто наслаждаться жизнью.
— Ладно, — протянула Ангелина, отвернувшись от постели и тщательно скрывая смущение, — я в любом случае согласна на пикник. Кушать хочется ужасно. Скоро мы выходим?
Король мертвых улыбнулся. Ему нравилось, что молодая некромантка перестала задавать дурацкие вопросы в стиле «я не доверяю тебе, Рейв». Она не спросила, где они достанут еду, как будут добираться до поляны. Такие вопросы должен решать мужчина. А девушке достаточно протянуть ему свою маленькую ручку.
— Выходим прямо сейчас, милая, — кивнул он.
Бросив Зомзому, чтобы оставался здесь и караулил вещи, некромант взял под руку свою фальшивую невесту и вывел во двор. Все, кто встречался им на пути, приветственно кивали, заметив молодую пару. Признаться, Рейву даже нравилась эта игра, но он не пытался задуматься, по какой причине.
Слуги легко указали путь до ресторации, где им быстро собрали мешок со снедью и парой бутылок вина.
Конюшня замка Файрел оказалась там же, где и прежде. Рейв невозмутимо попросил конюха седлать двух коней, но в этот момент девушка его резко остановила:
— Дорогой, — многозначительно протянула она таким мягким голоском, что у него мурашки пробежали по спине. — Я бы хотела ехать с тобой на одной лошади. Или идти пешком.
Конюх улыбнулся, покачав головой. И в глазах его читалось что-то вроде «ах, эти влюбленные!».
Рейв приподнял бровь, не вполне понимая, что происходит. И когда конюх отошел подальше, девушка подошла к нему и приподнялась на носочках, затаив дыхание.
Склонив голову, некромант уперся взглядом в высокую грудь, аппетитно выглядывающую из декольте. Ангелина будто специально прижалась к нему сильнее, наконец достав губами до его уха.
В этот момент Рейв готов был провалиться в бездну Сумерек, лишь бы остаться там с Ангелиной наедине. Лишь бы утащить ее подальше от посторонних глаз. И зацеловать до смерти каждый сантиметр ее тела. Ее светлой гладкой кожи. Ее влажных горячих губ, которые сейчас будто случайно коснулись его мочки.
Некромант закрыл глаза и резко выдохнул, пытаясь сконцентрироваться и не обращать внимания на резко ударивший в виски жар. Кажется, девушка ему что-то говорила.
— Я не умею кататься на лошади, Рейв! — шепнула она. Обожгла своим дыханием. Чуть не вышибла остатки мозгов.
— Я… понятно.
Конечно, она не умеет ездить верхом, она же не высокородная. Тьма, кажется, эта поездочка обещает быть непростой.
— Конечно, дорогая, — проговорил он нарочито бодро. — Никаких проблем.
Запрыгнул в седло и протянул девушке руку. Ангелина неловко улыбнулась, вложила свои пальчики в его ладонь и…
Одно резкое сильное движение — и она уже сидит впереди него. Вставила одну ногу в стремя, а вторую легко перекинула через луку так, что юбка задралась и складками улеглась на бедрах. Хорошо, что платье было достаточно длинное, сейчас край подола едва прикрывал колени. Окажись крой немного иным, и некроманту с семисотлетним воздержанием пришлось бы совсем тяжко.
Рейв взялся за поводья по обеим сторонам от Ангелины, испытывая примерно те же ощущения, как если бы обнимал девчонку. Руки зудели.
Девушка прижалась к нему спиной. Ее ноги касались его. А тонкий сладковатый аромат будоражил фантазию.
— Куда мы поедем? — звонким голоском спросила она, как только конь тронулся с места.
— Есть одно местечко, малышка. Оно довольно примечательно, — немного хрипло ответил он, чувствуя жар в груди, как будто воздух превращается в смолу и забивает легкие. Замечая, как медленно Ангелина перекидывает волны волос цвета жидкой стали, оголяя плечо. Словно нарочно подставляя взгляду некроманта длинную, аристократично тонкую шею, выемку ключицы, по которой хочется пройтись языком. А еще маленькое ушко, которому так не хватает сережек к его кроваво-алой цепочке.
Рейв опустил взгляд на подарок, который сделал девушке совсем недавно. Получившееся ожерелье не слишком шло к ее платью. Но зато оно прекрасно подходило некромантке.
Рейв поднял руку и поднес ее к женской шее. Девушка едва заметно дернулась, но головы не повернула. И он дотронулся до цепи.
Багряные глазницы черепов вспыхнули, но еще очень слабо.
Ангелина боялась, что он подарил ей проклятый артефакт. Но это было не так. Всего лишь мощный аккумулятор Тьмы. Эманации смерти, в ничтожном количестве витающие в воздухе, впитывались в него как губка. Это было именно то, о чем он говорил малышке не так давно. Даже очень слабый, но умелый некромант способен на многое. Например, вот с таким артефактом. Пока девушка будет носить его, ее потенциал станет расти.
Этим он захотел ей помочь, как только кровожадное желание убивать все живое выветрилось из головы. Ему стало жаль девушку, которая выглядела такой слабой, что, кажется, погибла бы от одного дуновения ветра Сумерек.
В тот день он подарил ей собственную цепь мертвых. А она испугалась, что вместе с ним получит проклятие.
— Что ж. Правильно делала, что боялась…
Рейв повернул голову и встретился взглядом с бледной тенью Ульфрика Айриса, который уже битый час преследовал его и никак не желал убираться.
Призрак оскалился, заметив, что некромант смотрит на него.
— Ну что, Рейви? Нашел наследницу золотой кровушки? — мерзко прохихикал он. — Про  клятое дитя для короля мертвых. Как это поэтично!
«Заткнись…» — не выдержал мужчина. А видение продолжало рассуждать, то ли повторяя его собственные мысли, то ли извращая их:
— Ты же все еще хочешь ее, правда? Теперь ее смерть стала еще более ценной. Да… Сделай это  по-особенному.
Голос Ульфрика стал жестким и одновременно мурлычущим. Словно он гладил котенка и в то же время сдирал кожу, вытягивая кишки наружу.
— Заодно отомстишь моей правнучке за то, что я сделал с тобой, — продолжал он, капая горячим свинцом на нервы некроманта. — Трахни и убей. И золотая кровь пробудит Бьельндевира.
Рейв закрыл глаза.
— Тебе необходим твой костяной дракон. Без него тебе рано или поздно наступит конец, Рейви. А без магии Ангелины дракона не поднять. Ты слишком слаб. Так убей ее, и дело с концом!
Некромант напряженно растер переносицу пальцами. Голова разболелась. В левый висок словно кто-то воткнул раскаленный стилет, вместе с которым вспыхнула и ярость. Злость на Ульфрика, на себя. На то, что мертвый друид в чем-то прав.
Собственных сил ему не хватит. Даже с поправкой на то, что совсем скоро он собирался немного исправить эту проблему. Еще очень долго он не сможет сделать то, что задумал.
Рейв глубоко вздохнул и открыл глаза. Руки сами собой сжались на поводьях.
Нет ничего важнее его цели.
Он поднимет Бьельндевира. Вернет свой замок, свое королевство и свою жизнь.
Подул легкий ветерок, и волосы Ангелины защекотали его кожу. Рейв улыбнулся. Он уже знал, что делать дальше.

Ангелина  

Мне было невероятно хорошо. Свежий ветерок обдувал кожу, хоть немного остужал разгоряченную голову. Рейв сидел позади, и я чувствовала, как он едва ли не обнимает меня. Чувствовала его руки, грудь, бедра. Даже его дыхание иногда, когда ветер стихал, а лошадь, казалось, шла сама. Я не оборачивалась, чтобы проверить, но, если закрыть глаза, можно было представить, как он медленно опускает голову к моей шее. Как замирают его губы в нескольких миллиметрах от ключицы.
Глупости. Но мне хотелось так думать.
Обеденное время уже прошло, и солнце начинало клониться к горизонту. Рейв выехал за пределы крепостной стены, но не через главные ворота, а совсем иным путем.
Казалось странным, что он как граф не очень хорошо знал геральдику и родословную королевской семьи. Частично это можно было объяснить уединенным образом жизни где-то в глуши и странностями, присущими каждому некроманту. Удивляло другое. При всем том он неплохо ориентировался в Ихордаррине и свободно чувствовал себя в Файреле, словно был здесь не раз.
Пожалуй, стоило поразмыслить об этом на досуге. И спросить его. Но сейчас меня занимал другой вопрос:
— Рейв, как думаешь, мы получим приглашения на закрытые празднования или будем, как и все, в общей массе?
Дело в том, что в Файрел сейчас стекались дворяне со всех концов королевства. Но все они не могли участвовать в церемониях и балах. В данный момент мы могли рассчитывать лишь на то, чтобы посмотреть на свадьбу королевской четы из толпы. И это считалось большой удачей.
Некромант хлестнул поводьями, и лошадь пошла чуть быстрее. Впереди показалась опушка небольшого подлеска. Справа вдали раскинулось огромное озеро, которое мы благополучно проезжали мимо.
— А ты разве не заинтересовалась бы странным дворянином по имени Рейв Эридан? — негромко спросил некромант.
Я почувствовала на его губах привычную тень улыбки и не смогла не улыбнуться в ответ.
— Если его величество Герхард Айрис хотя бы вполовину любопытен, как я, он вышлет приглашение, только чтобы узнать, что за самозванец использует имя прежнего короля Альденора.
— Короля Альденора? — переспросила я и тут же прикусила язык. Спиной ощутила, как Рейв напрягся в седле.
«Нет-нет, пожалуйста, только не разводи руки, не переставай делать вид, что обнимаешь меня…»
Он не перестал. Продолжал крепко держать поводья, касаясь моих боков, почти прижимая к себе.
— Рейв Эридан был официальным правителем Альденора шесть лет, — сказал спокойно некромант. — После того, как убил своего предшественника, Свена Шеррана Кастро-Ларета, правителя альтов и деноров, короля-друида.
— Да, ты, конечно, прав, — поспешно кивнула я.
Вероятно, ему болезненно вспоминать историю семьи. Ведь если бы много веков назад короля мертвых не уничтожили, сейчас Рейв был бы королем.
Рейв, а не мой любвеобильный папочка…
— Просто книги по истории описывают этот момент не слишком подробно. Как правило, ограничиваются парой строчек о том, что король мертвых в это время бездарно управлял страной. Вот и все.
Мужчина у меня за спиной напрягся еще сильнее.
— Он присоединил к Альденору пять провинций, увеличив площадь королевства в три раза, — процедил он. — И это за шесть лет.
— Наверное, ты прав. Но как-то учебники выставляют все в ином свете. Жестокий завоеватель, который не чурался убивать всех, кто ему не нравился. Убивал и превращал в нежить, пополняя огромную армию.
— Да уж, — мрачно протянул некромант. — История немилосердна к проигравшим.
— Не расстраивайся. Я понимаю, тебе неприятно слышать такое про родственника. Но в любом случае Рейва Эридана Кастро-Файрела помнят как великого короля мертвых. Как человека, который владел некромантией на таком уровне, что она была объявлена вне закона. Несколько веков после его смерти все заклятия по подъему нежити были запрещены. За это легко можно было угодить в тюрьму и не выйти оттуда до самой смерти. Ты сам видишь, к чему это привело. Теперь ни один колдун уже не помнит, как это делается. И сейчас, когда запрет вроде бы сняли — ради того, чтобы появился хоть кто-нибудь, умеющий упокоивать эту самую нежить, — ничего не изменилось. Некроманты — самые бесполезные маги в королевстве.
Рейв презрительно фыркнул:
— Не говори ерунды. Ну, допустим, большинство известных тебе некромантов — желторотые слабаки. Но должны же быть и сильные. Настоящие маги. Может, какие-нибудь отшельники. Вроде меня.
— Это вряд ли, — покачала я головой. — Иначе нашествия нежити на незащищенные деревни не заканчивались бы так плачевно. В местах, где защита периметра организована недостаточно хорошо, смерть в лапах гуля или стрыги — привычное дело.
Рейв, казалось, задумался.
В это время мы подъехали к небольшой поляне, расположившейся недалеко от торгового тракта. С одной стороны возвышалась огромная гранитная скала, а с другой стояло старое сгоревшее дерево. Оно было невероятно толстым. Даже вдвоем нам вряд ли удалось бы обхватить его ствол.
Некромант посмотрел на мертвое растение и глубоко вздохнул. Мне показалось даже, что в его глазах промелькнуло нечто вроде тоски.
Затем он достал из седельного мешка широкое пестрое покрывало и быстро соорудил нам место для пикника.
— Прошу, невестушка, — улыбнулся он, протягивая мне руку.
И через пару мгновений мы уже сидели вдвоем в окружении высокой травы.
— Когда ты называешь меня невестушкой, я чувствую себя неловко, — проговорила я, немного нервно расправляя подол платья и чувствуя, как жарко стало ушам.
Рейв хитро приподнял бровь:
— Почему же, дорогая невестушка?
Лошадь стояла неподалеку, привязанная к черному стволу. А я, прикусив губу, наблюдала за тем, как некромант ловко расставил на покрывале сыр, мясную нарезку, фрукты, две порции копченых утиных ножек, две бутылки вина и пару бокалов.
— Потому что слово «невестушка» очень странное. И после него я чувствую себя то ли тушкой, то ли толстушкой, то ли еще какой-нибудь «ушкой», — проговорила, стараясь не смотреть на мужчину.
«А еще я чувствую себя настоящей невестой, а это ведь совсем не так…»
— Хорошо, дорогая, — усмехнулся некромант, наливая нам по бокалу солнечно-желтого, светлого, как утренний луч, вина. — Я постараюсь вернуться к «малышке», но ничего не могу обещать. Раз уж мы с тобой временно помолвленные влюбленные, придется придерживаться выбранной линии поведения.
— Кстати, насчет «малышки», — начала я, надеясь, что и так он перестанет меня называть.
Но в этот момент некромант вложил мне в руку бокал с вином и проговорил:
— За некромантию, малышка. И за самую обворожительную некромантку, которая когда-либо встречалась на моем долгом, — в этот момент он странно усмехнулся, — очень долгом жизненном пути.
Я улыбнулась в ответ и смущенно отпила.
Мне редко доводилось употреблять алкоголь. Но все, что я пробовала прежде, меркло по сравнению с этим вином. Оно было до того легким, сладковатым, с тонкой кислинкой, что, казалось, именно этого-то мне и не хватало на пикнике под золотистым солнцем Ихордаррина.
— Мне нравится твой тост, женишок, — проговорила я, отставляя почти пустой бокал и стараясь вернуть себе задорное расположение духа. Рейв приподнял бровь, бросив на меня внимательный, чуть насмешливый взгляд. — Особенно его вторая часть. Вот только за некромантию пить не очень хотелось. Не будь у меня с детства этой дурацкой предрасположенности к Тьме, может, взяли бы к друидам. Сейчас бы работала где-нибудь в лавке аптекаря или в лечебнице. А может, стала бы…
Тут Рейв меня резко оборвал, закинув виноградинку в рот:
— Кем стала бы? Травницей в соседнем селе? Коров бы лечила?
И презрительно фыркнул.
— Ну почему сразу коров? Хотя и в этом ничего плохого нет.
— Не мели чепухи, кому нужны лекари? — сдвинул брови Рейв, положив еще одну виноградину в рот. — Ни силы, ни ума, ни воображения.
В его голосе было столько яда, что мне тут же захотелось поспорить. Но я, почти не отрываясь, смотрела на его рот. Как он жевал очередную ягоду, а затем облизнул мягкие губы.
Сладкие губы, которые умеют так горячо целоваться…
Проклятье.
Что он там говорил?
— Лекари спасают людей, — пробубнила я неуверенно. — А некроманты занимаются только мертвечиной.
Мужчина скривил губы.
— И что сделает лекарь, если на его жену среди ночи нападет голодная нежить? А если в дом заберется вор, готовый перерезать глотку за кусок хлеба? А если…
— Я поняла, Рейв, — оборвала я, взмахнув рукой. — Но как же жизнь? Как же то благородное дело, которое они делают? Разве оно ничего не значит?
На лице некроманта сверкнула темная улыбка, в которой угадывалось снисходительное превосходство.
— Бесспорно, этому миру нужны не только боевые единицы, но и рабочие. Муравьи, которые будут строить муравейник и выносить мусор из норок. Но истинная сила всегда будет на стороне некроманта.
С этими словами он налил в бокалы еще вина и, не сводя с меня темного взгляда, выпил.
Я как завороженная следила за его движениями. Не могла оторваться. А каждое слово некроманта, как бы мне ни хотелось его оспорить, проникало в мозг, пуская там прочные корни.
— Ты должна гордиться, что ты некромант, — закончил Рейв и улыбнулся.
У него была ужасно эротичная улыбка. Ужасно заразительная. Дерзкая, темная. А еще мне казалось, что с таким умением убеждать Рейв мог бы собирать трибуны, пропагандируя какую-нибудь идею. И люди слушали бы его, раскрыв рты, точно так же, как и я.
— Я постараюсь запомнить, — проговорила в ответ. — Вот только некромант из меня слабоватый. Кто-то обещал научить поднимать мертвецов. Да вот, похоже, только зря слова на ветер бросал. — Я вызывающе улыбнулась. — Не помнишь, кто это был?
В этот момент в конце тракта послышался скрип повозки. Рейв повернул голову и приподнялся, чтобы выглянуть из высокой травы. Уголки его губ приподнялись, и он сел обратно. Из такой густой растительности нас совсем не было видно, так что меня ни капли не волновало, кто там едет.
— Я все помню, невестушка, — ответил некромант, специально сделав ударение на этом обращении. — И совсем скоро мы с тобой совместим приятное с полезным. У меня есть один подарок… — Он сделал небольшую паузу, дождавшись, пока я с любопытством отставлю бокал в сторону, а затем закончил: —…для твоего отца.
Улыбка сползла с моего лица, а сама я резко нахмурилась.
— Не сердись, малышка, — серьезно проговорил некромант, неожиданно положив ладонь на мою руку и придвинувшись ближе. — Нам придется преподнести королю Альденора хоть какой-то подарок, как только мы будем иметь сомнительную честь с ним познакомиться.
Я стиснула зубы, невольно чувствуя раздражение при упоминании отца. Однако то, что Рейв явно не думал о нем ничего хорошего, оказалось неожиданно приятно. А то, как он держал мою руку… Легкое, щекочущее тепло разлилось где-то под желудком.
— А ты хотела подарок для себя? — спросил он, иронично изогнув бровь. — Поэтому так расстроилась?
— Что? Не-э-эт! — замахала руками я.
В этот момент некромант вдруг подался вперед, взял меня за руку и резко потянул на себя.
Сердце подскочило к горлу. Я и глазом не успела моргнуть, как оказалась лежащей на его коленях в объятиях.
Дыхание перехватило.
Его губы улыбались, как и глубокие темные глаза, на дне которых горел такой яркий таинственный огонь. Рейв смотрел на меня не отрываясь. А потом медленно наклонился, мягким щекочущим движением коснувшись моих губ.
Перед глазами вспыхнули разноцветные круги.
Отец Тьмы, какой же он был горячий!
Горло сдавило спазмом, когда я почувствовала, как его язык проник в меня, оставляя чуть сладковатый привкус винограда.
Руки сами собой зарылись в его волосы. Казалось, я никогда не трогала ничего мягче. Провела ладонью по его затылку, чуть сжав длинные пряди, и спустилась по шее вниз.
Проклятье. Мне хотелось его трогать. Каждый сантиметр его тела. Его гладкой обжигающей кожи. Подушечки пальцев, едва дотрагиваясь, двигались по выпуклым венам на его шее. К ключице, немного скрытой распахнутым воротом рубашки. К ямке, над которой так отчаянно быстро бился пульс.
Дыхание Рейва стало тяжелым и отрывистым. Выбивало из колеи. Мешало мне думать о чем-то другом, кроме его горячих губ. Кроме рук, что мягко блуждали по моему телу, но с каждым мгновением становились все более нетерпеливыми.
В висках стучала кровь. Мне не хватало воздуха рядом с Рейвом. Не хватало его самого. Казалось, чем сильнее он прижимал меня к себе, тем отчаянней я сходила с ума. Чем более беспокойным и отрывистым становилось его дыхание и чем более жадными были губы, тем жарче становилось у меня внутри.
Я нервно опустила руку на его плечо, сквозь одежду пытаясь почувствовать изгибы тела. Но мне было этого мало. До дрожи в коленях хотелось дотронуться до него самого. И тогда я коснулась ворота рубашки, легко просунув ладонь прямо под тонкую ткань.
Рейв набрал воздух в легкие и на миг замер, схватив меня за запястье и прикрыв глаза. Он не останавливал меня. Наоборот, звеня напряжением, как натянутая пружина, словно впитывал мои движения.
Подушечки пальцев рисовали под моими опущенными веками карту его мышц. Напряженных, рельефных, слишком твердых сейчас. Рейв больше не целовал меня. Его губы замерли чуть приоткрытыми в нескольких миллиметрах от моих.
А я провела рукой вниз, очертив тугую мышцу его груди и застыв над твердым как камень маленьким соском.
Задержала дыхание, чувствуя, как горят легкие, голова. Как сводит напряжением где-то под желудком. И провела пальцем по гладкой вершинке, одновременно с этим немного высунув язык и мазнув им по его нижней губе.
Рейв широко распахнул глаза и выдохнул, не двигаясь с места.
В этот момент на дороге откровенно громко послышался скрип колес. Он вывел нас обоих из этого состояния пьяного, сводящего с ума транса.
Я осторожно вздохнула, словно воздух мог внезапно стать водой и задушить. И проговорила, так и не отодвинувшись от его губ:
— Откуда ты взялся на мою голову?..
Рейв медленно опустил веки. А когда вновь открыл глаза, в уголках его губ мерещилась знакомая ухмылка.
— Из могильника, конечно. Разве я не говорил, что я — король мертвых?
Остатки наваждения мгновенно сдуло. Я усмехнулась и шлепнула некроманта по плечу.
— Да ну тебя. Я же серьезно спрашивала. Ну, почти серьезно.
Рейв улыбнулся и встал на ноги, выглянув поверх травы. Помахал кому-то рукой, а затем повернулся ко мне и сказал:
— Малышка, как насчет урока некромантии?

ГЛАВА 11

Рейв  

У него кружилась голова. Мышцы ныли, как у волка, который полночи гнался за добычей, но в итоге так и не поймал ее. Ладони до сих пор ощущали мягкость кожи юной некромантки, а тело звенело от напряжения, испытывая острую необходимость снова почувствовать ее. Прижимающуюся к нему. Горячую. Вздрагивающую от каждого сознательно осторожного движения.
Рейв не собирался совершать необдуманные поступки. Не собирался прямо на траве раскладывать девчонку и жестко брать. Это больше не входило в его планы. Он… хотел просто дотронуться.
Но руки двигались сами. Стоило ей оказаться рядом, и все стремительно выходило из-под контроля.
И это можно было объяснить. Можно понять. Но нельзя контролировать.
Хорошо, что хозяин швейной лавки, Джеф Ринелон, уже приехал. Весьма кстати, пока у некроманта совсем не сорвало башню.
Рейв поднялся на ноги, потянув за собой раскрасневшуюся девушку. Ангелина оправляла платье на бедрах, прикусывая нижнюю губу.
Снова приковывая к себе взгляд. 
Некромант отвернулся и вздохнул, с вымученной веселостью бросив:
— Малышка, а вот и твое наглядное пособие по некромантии приехало. Вставай!
— Что?.. — Забавно хлопая глазами, Ангелина поднялась и уже через мгновение с интересом смотрела на переминающегося с ноги на ногу у повозки Джефа.
Оставив позади место своего уютного пикничка, они вдвоем подошли к старому знакомому.
— Вот, значится, и я, уважаемые-с, — неуверенно улыбаясь, кивнул хозяин мастерской. — Покойного вечера вам!
— Джеф — мое пособие по некромантии? — открыла рот Ангелина.
— Что, простите-с? — еще шире открыл рот Джеф.
Некромант засмеялся.
— О, это будет очень покойный вечер, — протянул он, видя, как вытягивается лицо портного. — Но только для вашей лошади, уважаемый Ринелон.
Джеф расслабленно выдохнул.
Девушка бросила взгляд в сторону повозки, уже заметив там несчастное животное.
— Прошу простить, господин, — еще раз поклонился Джеф, — конь-с отбросил копыта, как вы и говорили-с. Вы и правда хотите его купить?
Рейв с улыбкой кивнул:
— Несомненно! Оставайтесь тут.
Отошел назад, вынул из седельного мешка увесистый кошель и вернулся к повозке.
Сегодня в кошельке денег было в пять раз больше, чем сутки назад он брал у несчастного торговца. Этой суммы должно было хватить не только на оплату купленных нарядов, но и на возмещение ущерба продавцу. А еще на приобретение одной очень дорогой лошади редкой масти. Которая сейчас лежала мертвой на ворохе соломы.
— Да, я беру этого… — Рейв бросил веселый взгляд на неподвижную тушу и продолжил: — резвого скакуна. За такого красавца не жаль отдать крупную сумму. Остального, надеюсь, хватит на возмещение расходов, которые вы понесли по моей вине.
С этими словами он вложил тугой кошель в руку Джефа.
Хозяин ателье с изумлением глядел в кожаный мешочек, кажется, не веря собственным глазам. Ангелина смотрела на происходящее не менее ошеломленно.
— Тогда оставлю вам повозку, господин, — быстро проговорил продавец, словно боялся, что Рейв передумает. — Был рад иметь с вами дело-с! Господин, госпожа. — Он поклонился им обоим. А затем отстегнул другого, на этот раз живого жеребца от телеги, вскочил в седло и резво умчался прочь.
Ангелина все еще удивленно хлопала глазами, глядя вслед удаляющемуся портному.
Рейв выждал пару секунд и удовлетворенно улыбнулся. Он знал: его малышка наверняка больше всего на свете желает понять, откуда взялись деньги. Но некромант был рад, что у нее хватило такта этот вопрос не задавать.
На самом же деле все было довольно просто. Ведь король мертвых после семисот лет заточения наконец вернулся в свой дом.
Сегодня утром, пока девушка была без сознания, некромант проник в Сумерки. Прошел сквозь старый склеп одного из темных богов и назад выбрался уже в собственной сокровищнице. Похоже, следующие после него хозяева так и не смогли открыть в нее дверь, опечатанную магией.
Взяв увесистый мешок, набитый золотом, некромант явился к антиквару. Как оказалось, за прошедшие века деньги времен проклятого короля приобрели высокую цену. И за сотню монет он получил сумму, превышающую накопления в пять раз.
Вернувшись мыслями к реальности, некромант повернулся к девушке и проговорил:
— Ну что, магиана Вальбур, готовы к первому уроку некромантии?
Зеленые глаза колдуньи вспыхнули такой яркой радостью, что Рейв на пару секунд отключился от реальности, разглядывая свою спутницу. Такой она казалась ненастоящей, эфемерной. Волшебной.
— Конечно, я готова! — усмехнулась Ангелина, шлепнув мужчину по руке. — Твоя невестушка готова переплюнуть енота.
Рейв улыбнулся.
— Тогда вставай вот сюда, — потянул он ее за собой, размещаясь в конце телеги, из которой торчали окоченевшие копыта.
— Мы будем поднимать лошадь? — восторженно спросила девушка, едва ли не потирая ладошки от нетерпения.
— Именно. Больше серьезности, магианочка. Меньше вопросов.
Ангелина выпрямилась и, кажется, даже сдвинула брови для солидности. Рейв готов был засмеяться в голос, но сдержался.
— Малышка, есть тринадцать уровней сумеречных заклинаний. Но обычный некромант способен произнести от силы восемь или десять. Остальные обладают такой мощью и силой, что использовать их не только не рекомендуется, но и практически невозможно. Заклинаний поднятия мертвецов тоже довольно много. Есть более сильные, есть менее. Есть такие, которые из мертвеца поднимут простого зомби, а есть те, после которых из могилы восстанет высший лич.
— Мы, конечно, начнем с чего-нибудь попроще? — спросила Ангелина, вдруг громко сглотнув.
Мужчина прищурился, разглядывая немного беспокойное женское лицо.
— Нет, Ангел. Сегодня мы должны поднять сильную нежить. Этот конь не только сохранит память, разум и собственное тело. Он превратится в шельмугра. Чудовище, которое еще иногда зовут Багряным копытцем. Оно довольно редкое и почти никогда не появляется в природе самостоятельно, без помощи некроманта. А все потому, что требует прорвы магии.
— Рейв, но я не могу…
— Тебе потребуется заклинание шестого уровня, — перебил мужчина. — Будешь повторять за мной.
— Но я не тяну магию выше первого!
Некромант вздохнул. И почему она все время подвергает его слова сомнению?
— Тебе нужно лишь делать то, что я говорю, — терпеливо произнес он.
«Помни, Рейв, учителем быть непросто!..»
Ладошки девушки сжались, но она уверенно кивнула. Однако в ту же секунду схватила его за руку, резко спросив:
— Ой, Рейв, а что мы потом с этим конем будем делать?
Некромант закатил глаза к небу.
Неугомонная какая.
Но его губы все равно продолжали улыбаться.
— Мы подарим его твоему папе.

Ангелина  

Казалось, что от волнения у меня вот-вот сердце выпрыгнет из груди. И поскачет по дороге как мартовский кролик.
— Мы же должны сделать подарок его величеству, верно? — На красивых губах некроманта появилась какая-то темная ухмылка. — И этим подарком станет чудесный конь «редкой масти, на каком и принцу ездить не стыдно». — Рейв в точности повторил слова и интонации Джефа Ринелона.
— Э-э-э… Рейв, но ведь конь-то будет мертвый, — протянула я неуверенно, косясь на тушу в повозке.
— И это, малышка, будет его изюминкой, — с мрачным удовольствием ответил мужчина. — Ладно. Хватит болтовни.
Некромант повернулся ко мне, и лицо его резко стало серьезным.
— Чтобы прочесть заклятие шестого уровня, тебе понадобится удержать в руках очень прочную нить Тьмы. Очень тяжелую, жесткую и неподатливую. Если упустишь, темные потоки обернутся против тебя. Тогда вся накопленная мощь рикошетом пройдет через твое сердце вместо сердца коня, превращая тебя в шельмугра.
От этой новости у меня челюсть упала в траву и там и осталась лежать.
— Я надеюсь, это шутка, — только и промямлила в ответ.
Рейв не улыбнулся.
Честно говоря, иногда он меня по-настоящему пугал. Словно где-то внутри него жил еще один человек. Беспощадный, дикий, темный. Привыкший делать страшные вещи так же легко, как мыть руки перед едой. Чтобы чувствовать это, мне не требовалось слов. Просто иногда в карих глазах с оттенком горячего шоколада я видела настоящий мрак.
— Приготовься, — только и сказал он.
А затем встал у меня за спиной.
— Рейв, я не буду. Это убьет меня.
Положил ладонь мне на глаза, полностью лишив возможности видеть. Создавалось впечатление, что он меня вообще не слушает. Ну что за несносный некромант?
Прижал к своей груди, одной рукой обнимая за талию, касаясь напряженного от волнения живота. А второй продолжая закрывать глаза. Наверное, сейчас мне стало бы очень жарко, если бы не было так страшно.
— Рейв…
— Сумеречное зрение, малышка, — проговорил он. И спиной я чувствовала, как легкая вибрация его голоса перетекает в меня.
Перед глазами вспыхнули темные потоки. Как туман смерти, они витали вокруг в огромном количестве.
Снова Рейв помогал мне увидеть Тьму. И сейчас у меня перехватило дыхание ничуть не меньше, чем в первый раз. Это было удивительно.
Еще мгновение, и картинка стала четче. Словно с ударом сердца к глазам прилило больше крови и больше магии, позволяющей видеть.
Очертания мира приобрели сумрачную серость. Мои глаза были закрыты, но я видела все, что происходило вокруг. Даже больше.
Труп лошади, опутанный черной паутиной смерти. Внутри него отчетливо проступал кокон Тьмы, словно большое яйцо шелкопряда.
Кокон был неподвижен, что, судя по всему, должно было свидетельствовать о простой гибели животного. Без дальнейшей трансформации в нежить.
Я перевела взгляд чуть левее и вздрогнула. В паре десятков шагов от нас, примерно в метре, под землей покоилось еще одно тело. Человеческое. Старое. Нити Тьмы уже истончились, и их стало почти совсем не видно. Однако тут было кое-что пострашнее. Вместо черного яйца смерти в сердце мертвеца пульсировал пугающий алый сгусток.
— Да, ты все правильно понимаешь, малышка, — одобрительно прошептал Рейв, почувствовав, как я дрожу. — Это не просто труп. Это уже нежить.
— Но… — Страх внезапно сковал горло. — Но ведь здесь в округе нет ни одного защитного столба! Что будет, если он восстанет?
— Тише, тише, — спокойно ответил некромант. — Это гуль. Его ядро еще слишком слабое. Он накапливает силу, а потому не восстанет еще ближайший год. Если, конечно, кому-нибудь не вздумается поднять его пораньше.
Мужчина расслабленно хохотнул.
А я сглотнула ком в горле.
— В любом случае не отвлекайся, малышка, — снова проговорил Рейв. — Сконцентрируйся на коне. Тебе предстоит непростая задача. Потому что нужно не только поднять нежить, но и изменить ее. И начнем мы с последнего пункта. Повторяй за мной.
Его голос зазвучал уверенно и твердо. А я с удивлением поняла, что рядом с Рейвом мне было не страшно.

Einer th’irte un varge,
Darge sier’e kujanblde rent sauren,
Larg’enblad un marga trent,
Vierge darblin ca’jso dartan…

Я никогда не слышала, чтобы кто-то говорил на эшгенрейском с таким мастерством. Произношение некроманта было великолепным. Каждое слово казалось музыкой. Каждая буква переливалась, перетекала, отдавалась у меня в груди то ли мурлыканьем дикого зверя, то ли рычанием голодной бездны.
Я старалась повторять каждую фразу с маниакальной точностью. Вслушивалась в сильный мужской голос, пропускала его через себя. И произносила заклятие, вкладывая в него все, на что была способна.
Мне очень не хотелось, чтобы Рейв считал меня неудачницей. Слабачкой, какой я и была на самом деле. Ведь он единственный, кто верил, что это не так. Что я смогу.
После третьего четверостишия окружающий мир неуловимо изменился. Воздух словно сгустился. А некромант у меня за спиной ощутимо вздрогнул.
Я хотела открыть глаза, посмотреть, что происходит. Но Рейв все еще не убирал руку, прижимая меня к себе. И сейчас, казалось, крепче, чем прежде.
Внезапно сердце словно сдавило ледяными щипцами. Воздух с трудом проникал в легкие. В ребрах вспыхнула такая боль, словно кто-то безжалостно пытался вскрыть грудную клетку.
Я стиснула зубы, не хотела показывать слабость. Заклятие подходило к концу. Осталось продержаться совсем немного.
Любая сила требует жертв. А значит, если я хочу стать хоть сколько-нибудь полезным некромантом, мне нужно уметь терпеть боль. А потому я сконцентрировалась на мужчине, стоящем у меня за спиной. Хотела думать только о нем. И вдруг поняла, что дыхание некроманта участилось. Стало отрывистым. Но он все еще продолжал медленно произносить фразы на древнем языке.
Я терпела жуткую боль, которая с каждым мгновением словно становилась ярче. Терпела молча, хотя, кажется, под опущенными ресницами стало мокро.
Слабая. Я не могу быть такой слабой!
Кончики пальцев покалывало. Все сильнее и сильнее, пока кожа не начала зудеть. Я опустила взгляд и внезапно прямо сквозь ладонь Рейва увидела, как пульсирует алым браслет на его руке.
В этот момент мужчина наконец перестал читать.
Я перевела сумеречный взгляд на труп лошади и поняла: черный кокон превратился в алый пульсар. Кроме того, пугающая темная паутина оплела животное, словно кольчуга. От нее разило силой. Опасной голодной мощью.
— А теперь представь, что из твоих пальцев в сторону коня двигаются темные нити управления. Представь, что ты кукловод, который вот-вот заставит танцевать свою игрушку, — хрипло говорил некромант.
Болезненно хрипло.
Сердце прострелила ледяная молния страха. Что с ним происходит?
Но я не произнесла ни звука, боясь разочаровать Рейва.
Глубоко вздохнула. Мне не нужно было представлять, как я перехватываю нити управления нежитью. Как ни странно, из кончиков пальцев уже тянулись вперед сумеречные иглы, будто мои собственные вены. И они прочно связывали меня с трупом лошади.
— Потяни за нити, Ангелина, — отрывисто произнес мужчина. — И в ту же секунду мертвый конь восстанет.
— И все? — еле слышно переспросила я. — А разве не нужно специального заклинания?
Не увидела, почувствовала, как он покачал головой. Чуть прижал меня, заставив отклонить голову себе на плечо. Наклонился к уху, тяжело дыша:
— Давай, сделай это, малышка…
Горячо…
Отец Тьмы, как это было горячо! Словно он говорил вовсе не о подъеме нежити. А о чем-то совсем другом.
Мурашки побежали по спине, ударив куда-то вниз жгучей волной.
Я дернула за нити. И телега перед нами содрогнулась.
В ту же секунду некромант отпустил руки. Убрал ладонь с глаз и сделал шаг в сторону. А меня на миг ослепило вечернее солнце.
То, что предстало моим глазам, было просто невероятно. Я никогда не читала ни о чем подобном. Я никогда не слышала о существовании таких существ. А еще я не верила, что когда-нибудь смогу поднять подобное чудовище сама.

ГЛАВА 12

Рейв  

Да, это оказалось совсем неожиданно. Друидская магия в девчонке спала так глубоко, что простое воздействие на анарель не помогло. Не помогло и чтение заклятия, заведомо превышающее силы ее источника.
Заставив Ангелину произносить слова магии шестого уровня, он рассчитывал на то, что золотая кровь не даст девушке погибнуть от истощения. Ее резерв некроманта был почти пуст, а значит, в ключевой момент обязан был подключиться резерв друида.
Но он ошибся. И Ангелина едва не отключилась прямо у него в руках. Ее источник выжег бы ее изнутри, превратив либо в умалишенную, либо в мертвую. И некроманту пришлось вкладывать собственные, едва начавшие восполняться силы.
Мужчина сжал челюсти, глядя перед собой почти безразлично. Его раздражало, бесило до кровавой пелены перед глазами, что он больше не тот, каким был прежде. Что он не может одним движением руки поднять те сотни мертвых, что привязаны к нему незримыми нитями. Не может вернуть тело Бьельндевиру. Не может вернуться в свой замок как победитель. Как настоящий хозяин.
И теперь он сам едва не свалился без памяти, отдав часть собственной Тьмы девчонке.
— Рейв… это… это удивительно! — громко прошептала девушка, вырывая некроманта из плена темных мыслей. — А еще жутко страшно.
Одновременно с этими словами она сделала крохотный шаг назад, прячась за его руку.
Мрачная улыбка подернула губы некроманта. Он поднял голову и наконец взглянул на их с Ангелиной совместное творение.
Огромный черный конь разглядывал их обоих кроваво-алыми глазами. Его бока лоснились серебряным блеском, а белоснежно-седая грива колыхалась в воздухе, несмотря на то что вокруг не было ни ветерка. Вокруг копыт горело багряное пламя. И когда животное било ногой по доскам, во все стороны разлетались рубиновые искры.
Это существо могло бы показаться волшебно-красивым, если бы не голод в сияющих мертвых глазницах.
— Сжимай крепче нити управления, чтобы шельмугр не вырвался на свободу, — проговорил Рейв. Впрочем, в этом не было надобности. Девушка была настолько неопытной, что теперь вообще вряд ли смогла бы прогнать нежить, которую сама же и удерживала на привязи.
— Я стараюсь, — проговорила она. Довольно твердо. Видимо, и правда старалась. — Рейв, а он не нападет?
— Ты не должна позволять. Помни, он слышит твои приказы. Понимает каждое слово. Но если ты хочешь беспрекословного подчинения, должна использовать только эшгенрейский. Даже мысленно. Ясно?
— Ясно, — кивнула она.
Рейв сморщился. Ничего ей было не ясно. Он видел, что нежить она не удержит, а это значит, что снова придется вливать в нее свои силы.
И это при том, что он едва на ногах стоит! Во время обряда он даже вынужден был использовать весьма скромный резерв браслета и цепи. Артефакты успели накопить совсем мало энергии, и ее едва хватило, чтобы Рейв не осушил себя до состояния вышедшей из могилы мумии.
Да, не так он представлял себе торжественное возвращение короля мертвых после семи сотен лет заточения.
— Рейв, ты бледный, — выдохнула девушка, вдруг повернувшись к нему. — Что-то не так?
На ее лице вспыхнуло самое настоящее беспокойство.
Некромант приподнял бровь и едва заметно улыбнулся. Медленно поднял руку и провел костяшками пальцев по женской щеке.
Ангелина вздрогнула и тихо выдохнула.
Давно о нем никто не беспокоился. Да и беспокоился ли когда-нибудь вообще? Шайна, его жена, похоже, вообще не любила его. Чем чаще он вспоминал все ее улыбки и поцелуи, тем более лживыми они казались.
Женщина, которую он любил много лет, тогда, семь веков назад, пришла к нему сама, как только слетела с плеч голова старого короля, а Рейв надел корону. Почему же он не понимал, что Шайна желала вовсе не его, а власти?
Видимо, потому что в тот момент ему было наплевать.
— Все в порядке, малышка, — проговорил он, откашлявшись. — Думаю, нам пора возвращаться в замок. Теперь у тебя есть собственный жеребец, и нет смысла ехать со мной вместе.
Казалось, в травянистых глазах блеснуло разочарование.
— Но я ведь не умею…
Рейв улыбнулся этому наивному расстройству. И уже почти готов был пойти на поводу желаний маленькой некромантки, так удачно совпадающих с его собственными. Посадить девчонку к себе в седло и прикасаться к ней всю дорогу.
Но мало того что это смахивало на мазохизм, так еще и грозило разрушить его план. Если анарель наследницы золотой крови не удалось пробудить магическим истощением, то оставался только один путь. И для этого малышка должна оставаться девственницей.
— Я тебя научу, дорогая невестушка, — невозмутимо ответил он и нарочно отвернулся, словно вовсе и не замечал надутых женских губ. — Выбирай коня.
Ангелина испуганно округлила глаза, переводя взгляд с мертвого скакуна на живого. Когда они отвязали своего коня от дерева и подвели к шельмугру, он то и дело в ужасе дергался и громко ржал.
— Кстати, вот по этой причине мы не взяли с собой Зомзома, — кивнул мужчина на сходящую с ума лошадь. — Животные слишком хорошо чувствуют мертвых. Ну, так что? Белое или черное, жизнь или смерть? Выбирай, некромантка.
Рейв победно улыбнулся. Он уже знал, что она выберет. А может, надеялся, что Ангелина именно такая, какой он не видел: слабая, но способная перешагнуть через свой страх. Неуверенная в себе, но готовая рисковать.
И девушка его не разочаровала. Живая лошадь, так символично оказавшаяся светлой масти, осталась в стороне. А Ангелина неуверенно шагнула к шельмугру.
— Как мне сесть на него?
— Седло тебе не понадобится. Багряное копытце все равно не позволит надеть его. Но, поверь, тебе будет удобно.
Рейв коснулся девушки, с удивлением заметив, что его пальцы на ее талии почти соприкоснулись, такая она была тонкая. Легко поднял вверх и посадил на черный круп.
Ангелина всплеснула руками, не зная, за что хвататься. Сбруи ведь тоже не было.
— Не бойся, — проговорил Рейв. И тут же добавил, повернувшись к коню: — Eiderte g’alde. Ren velde un gal’ibjer xenwer biolk, er daljer sairet.
Это обозначало: «Езжай осторожно. Не вздумай сбросить хозяйку. Я раздавлю твой череп голыми руками, если она хотя бы вскрикнет».
Шельмугр вскинул голову, тряхнув гривой. Из ноздрей вырвался белый пар, словно вокруг царила зимняя стужа, а не теплый летний вечер. Алые глаза сверкнули яростью. Но прошла секунда, и конь опустил морду, осторожно ударив копытом о землю.
Из-под черных ног вырвалось кровавое пламя. Белая грива взвилась в воздухе как туман мертвых. Шельмугр громко заржал, заставив семисотлетнего некроманта залюбоваться его темной пугающей грацией. И тут же успокоился, демонстративно медленно шагнув по дороге.
Рейв закинул их вещи в седельные сумки и запрыгнул на своего скакуна, на котором ему теперь предстояло ехать в одиночестве.
— Что ты сказал? — нахмурилась Ангелина. — Я смогла понять только: «Езжай осторожно». А дальше что-то невразумительное, вроде: «Раздавить череп хозяйки, если вскрикнет». И, честно говоря, меня эта перспектива не очень впечатлила.
Смех Рейва, раздавшийся в ответ на ее слова, превзошел по громкости ржание мертвого коня.
— Тебе надо подучить эшгенрейский, малышка, — проговорил он, с трудом успокаиваясь. — Произношение у тебя великолепное, а вот словарь прихрамывает. Я просто пригрозил ему, чтоб слушался. Тебе тоже не мешает поступать так, если хочешь чего-то добиться от живого мертвеца. Тем более от такого сильного.
В это время их скакуны спокойно двигались рядом, и даже живой конь почти перестал шарахаться от шельмугра. Даром что некромант слегка подшаманил с мороком Тьмы, забив ноздри слишком чувствительного животного магией. Теперь лошадиные рецепторы совсем не ощущали тонкого, еле уловимого запаха мертвечины.
Всю оставшуюся дорогу до их нового пристанища он рассказывал Ангелине, как нужно вести себя с нежитью. Как управлять потоками Тьмы, как призывать силу. И даже поведал ей наконец настоящее предназначение цепочки на шее, настоятельно рекомендуя пользоваться ею только в крайних случаях — например, когда собственной магии не хватает, а колдовство необходимо завершить.
Ангелина радовалась как новорожденный котенок. Она бы, наверное, даже запрыгала прямо на лошади, если бы под ней не ехала страшная трансформированная нежить шестого уровня. С собственным сознанием.
Так они добрались до конюшен, где и сдали живого коня. Мертвого Рейв окутал Тьмой и сбросил в Сумеречный мир.
— А мы сможем найти его потом? — забеспокоилась Ангелина, заметив, что он не привязывал шельмугра, а просто выпустил на свободу. — Или вдруг его там монстры съедят?
— Нет, — покачал головой мужчина, открывая дверь в их комнаты, где, степенно сидя на стуле у входа, их ожидал Зомзом. — На первом уровне нет ни одной твари, способной навредить Багряному копытцу. А так как конь привязан к… нам обоим, вызвать его будет легко.
Как только двери за ними закрылись, зомби вдруг встал со стула и подошел к мужчине, протянув руку. В тонких, немного суховатых пальцах было зажато письмо.
Рейв сдвинул брови, принимая конверт. Но как только увидел на бумаге герб с королевской короной, губы изогнулись в торжествующей улыбке.
Молча он развернул бумагу, пробежал глазами короткий текст. А затем проговорил, бросив на девушку хитрый взгляд:
— Готовься, дорогая. Завтра вечером в Золотом зале дворца состоится прием, на котором гости будут иметь возможность выразить свое почтение будущей королевской чете. Графа Эридана с невестой будут ожидать к шестнадцати часам.
— Это правда? — недоверчиво выдохнула девушка, приложив ладонь к губам.
— Правда, Ангел, — кивнул Рейв. — Завтра мы попадем во дворец.
Некромантка еще долго не могла поверить ни своим ушам, ни глазам, которые рассматривали обычную бумагу с гербовой печатью и подписью самого короля. Ее отца, который от нее отказался.
Рейв, в принципе, слабо представлял себя папой, и вопросы детей его, как правило, не интересовали. Но Герхард Айрис с каждым разом все больше его раздражал, несмотря на то что они еще не успели познакомиться. Некромант сжимал челюсти при мысли, что его малышку бросили в детстве, как кота, который плохо себя вел и никак не приучался ходить в лоток.
Конечно, это была не единственная причина. Все началось с того, что король носил приставку к имени: Кастро-Файрел. Его приставку. Остальное, пожалуй, стало лишь довеском к лавине ненависти короля мертвых. Связь с собственной сестрой, брошенная дочь, дурацкое имя. Кого вообще могут назвать Герхардом? Только распоследнего мерзавца.
И это не сулило королю ничего хорошего.
Вечером, когда пришло время ложиться спать, Рейв предоставил в распоряжение девушки единственную кровать, которая была им доступна, одновременно накидывая на плечи один из камзолов. Бросив скептический взгляд в высокое напольное зеркало, некромант отметил, что в прошлом мода была куда интереснее.
— Ты что, собрался на прогулку? — недоверчиво спросила Ангелина, присаживаясь на огромное ложе с балдахином, которое теперь было доступно только ей одной. — В такое время?
— Да, мне нужно немного освежиться, ты же не возражаешь, дорогая? — с улыбкой спросил мужчина, отмечая вновь появившийся на ее щеках румянец. — Но если хочешь, я могу остаться и, например, удовлетворить свое любопытство, подглядывая за тем, как моя невеста раздевается.
Ангелина закусила нижнюю губу и еще гуще покраснела. Рейв в этот момент подумал, что остаться — не такая уж плохая идея.
— А где ты будешь спать? — спросила тогда девушка, невинно отводя взгляд.
— Найду, где примоститься, не беспокойся, малышка.
Казалось, девушка хотела сказать что-то еще, но промолчала. Так было даже лучше. Стоило представить, как она раздевается, медленно снимая с себя одежду, как укладывается на постель… как сияет в ночном полумраке ее обнаженное тело на простынях, — и перед глазами темнело.
Он покинул особняк для гостей вместе с Зомзомом, когда солнце совсем скрылось за горизонтом. Так было меньше шансов привлечь внимание к зомби и почти не стоило беспокоиться насчет животных, которые могли бы почуять мертвеца.
Сегодня у некроманта были дела в городе. Выйдя за территорию замка, он пешком направился на окраину. Туда, где еще недавно заприметил высокое здание местной больницы.
Старые улочки столицы были такими же узкими, как и семьсот лет назад. Но все остальное невероятным образом преобразилось. Исчезли грязь и нечистоты, которые в его время наполняли каждый овраг. Дома стали выше и крепче. Крыши блестели совершенно удивительными материалами и расцветками. Повсюду стояли фонари, сияющие каким-то синевато-призрачным светом через вставленные в них кристаллы. А еще через каждые сто метров в каменные плиты мостовой были прочно вставлены тонкие металлические шесты, испещренные символами эшгенрейского. От них фонило магией, силой. Рядом с одним из них некромант даже остановился, чтобы изучить диковинку повнимательнее.
Это оказался отпугиватель для нежити, как и говорила Ангелина. Сам Рейв никогда не встречался с подобным заклинанием, но оно не казалось сложным. Разве что конструкция была весьма любопытна. В шесте зияли отверстия, пропускающие воздух. И когда дул ветер, символы активизировались, словно заклятие читал некромант. Предполагалось, что все это отпугивает нежить от города. Но вот она — Зомзом стоял за его спиной, и никакие символы его не пугали.
Рейв усмехнулся. Дилетанты. Как некромантия могла настолько измельчать всего за несколько веков?
Король мертвых потянул за нити, связывающие его с мертвецом. Именно они позволяли зомби беспрепятственно гулять рядом со своим хозяином. В его время каждому ученику с первого года обучения вдалбливали одно: нежить, прикрепленная к создателю, весьма отличается от дикой. Она гораздо сильнее. Гораздо опаснее. Теперь же об этом все благополучно забыли.
Бросив последний взгляд на артефакт, некромант двинулся дальше. Зомби безмолвно следовал за ним, и Рейв почти не обращал внимания на его присутствие. Хотя именно он должен был сыграть важную роль в сегодняшнем променаде.
Как только они приблизились к зданию больницы, король мертвых ощутил именно то, что и ожидал, — всплески Тьмы, эманации смерти и боли, привлекающие Сумеречную магию. Темные потоки клубились вокруг окон, безошибочно подсказывая, где находятся самые тяжелые больные.
Нехотя некромант снял с руки цепь-браслет и посмотрел на звенья. Маленькие черепа голодно пульсировали.
— Держи, — проговорил мужчина, отдавая его мертвецу.
Зомзом послушно взял украшение и тут же болезненно взвыл, впрочем, так и не выпустив его из рук.
— Да, неприятно, — кивнул Рейв. — Но придется потерпеть, приятель. С этой штукой ночью ты должен будешь ходить вокруг всех лечебниц Ихордаррина. Спрячь в кармане, чтоб никто не увидел. Да, вот так. По возможности заходи внутрь зданий, может быть, даже в палаты. Если будут выгонять, прикидывайся немым и глуповатым. Твоя цель — собрать в эту цепь как можно больше Тьмы. Но помни, если вздумаешь лениться: чем меньше магии ты скормишь амулету, тем больше он вытянет из тебя. Ясно?
Зомзом что-то недовольно промычал.
— Старайся не показываться людям на глаза, — мрачно закончил мужчина. — Если поймают — убьют на месте.
Глаза мертвеца блеснули алым.
— Нет, жрать людей я тебе запрещаю, — спокойно покачал головой Рейв. — Все. Esher’lier!
Ответа от мертвого слуги некромант ждать не стал. Он просто развернулся и побрел обратно к замку, тихонько напевая какую-то старую мелодию и любуясь растущим месяцем на черном, как ветер Сумерек, небе.

Ангелина  

Стоило мне закрыть глаза, как я видела его лицо с сильной линией подбородка, полными, чувственными губами, которые так часто иронично изгибались. С темным, чуть насмешливым взглядом, в котором таилась какая-то загадка.
Рейв не выходил у меня из головы. В мозгу застряли его слова: «Ну, так что? Белое или черное, жизнь или смерть? Выбирай, некромантка…»
Он просил всего лишь выбрать коня. Но почему-то для меня эти слова приобретали совсем иной смысл. Словно он предлагал нечто большее.
И я сделала свой выбор.
Мягкие простыни холодили спину. Я долго ворочалась, пока не легла на бок, стараясь заснуть. Завтра намечался сложный день. Мне предстояло встретиться с отцом и матерью. И если король у меня не вызывал никаких эмоций, кроме раздражения, то мать…
Я хотела ее увидеть. Где-то в глубине души я все еще надеялась, что она следила за моей судьбой. Знала, как я расту, что со мной происходит.
Хотя вряд ли это могло быть правдой. Ведь тогда она наверняка была бы в курсе, что горшечница Илона Вальбур давно пустила все ее деньги, выделяемые на мое существование, в новую гончарную мастерскую. А меня сбагрила в столичную академию. Со стороны могло показаться, что это жест заботы о моем образовании. На самом же деле Илона просто отправила нежеланную приемную доченьку так далеко от себя, как могла.
Но, несмотря на все это, надежда продолжала теплиться в груди.
Где-то через час я провалилась в глубокий сон. Переживания и впечатления сегодняшнего дня полностью лишили меня сил. А потому я открыла глаза часам к девяти, полностью выспавшаяся и отдохнувшая.
Каково же было мое удивление, когда оказалось, что Рейв, закинув руки за голову, лежит рядом со мной на кровати поверх одеяла, укрытый лишь тонким покрывалом, но, хвала Сумеркам, я заметила на нем вчерашнюю рубашку со штанами.
Признаться, мне хотелось снова рассмотреть кубики на его животе. Напряженные рельефные мышцы груди. Но если бы я спала в одной постели с обнаженным мужчиной, моя стыдливость точно прожгла бы дырку на простынях.
— Рейв! — воскликнула я, подскакивая с кровати и улепетывая в сторону выхода из комнаты. — Какого облезлого дракона ты тут делаешь?
— Мм, малышка, что же ты так кричишь? — сонно протянул некромант, поворачиваясь на бок и открывая глаза.
— Почему ты спишь рядом со мной, ты же обещал…
— Что я обещал? — вяло усмехнулся он, приподнимая голову, а затем снова падая на подушку. Черные волосы обсидиановой каплей расплескались по наволочке. — Что кровать целиком в твоем распоряжении? Ну, так я на нее и не претендую. Она твоя, честное слово!
Я схватила новое платье, которое подготовила еще вчера вечером, и прижала к себе. Сорочка, которая была на мне ночью, вряд ли скрывала хоть что-то.
— Рейв!
— Малышка, не кричи, — потянулся мужчина и медленно встал. — А еще советую тебе быстрее занять ванную комнату. Иначе я сделаю это вместо тебя.
Я возмущенно выдохнула, скрывшись за дверью душевой. И как у этого мужчины так легко получалось переводить тему?
Приведя себя в порядок, мы с Рейвом приступили к очень важному делу. Как оказалось, некромант собирался продолжить мое обучение магии и обещал, что совсем скоро я даже смогу продемонстрировать окружающим свои знания. Последнее изрядно напугало, но я решила, что в крайнем случае никто не сможет меня заставить колдовать на людях, если я сама того не захочу. Так что бояться нечего.
Но Рейв оказался прав. Всего через пару часов мне все же пришлось это сделать.
Завтракали и обедали мы в местной ресторации, которая оказалась самым приличным местом из тех, где мне довелось бывать. На Рейва, как обычно, оно не произвело никакого впечатления. Мне уже начинало казаться, что в той глуши, откуда он приехал, у него в собственности есть как минимум второй по величине замок в королевстве. А еще целая армия слуг с лучшими поварами в мире.
Вот только где же может находиться такое место?..
Как только время приблизилось к заветному часу, я все больше начинала нервничать. Мы вышли из особняка для гостей в сопровождении зомби и одного лакея, которого к нам приставили буквально сегодня. Его звали Ласьер, и он косился на молчаливого Зомзома с некоторым подозрением. Впрочем, вряд ли он догадывался, кто на самом деле составляет ему компанию. А по легенде Зомзом у нас нем как рыба.
В черно-серебристые стены Файрела нас впустили без проблем. Мы медленно шли по коридорам, рассматривая архитектуру, лепнину и внутреннее убранство дворца. Рейв словно нарочно не торопился, чтобы я могла побольше привыкнуть к этому месту. Хотя иногда, когда я поворачивала к нему голову, мне удавалось перехватить его странный задумчивый взгляд, который он бросал то на портьеры, то на картины, то на изукрашенный потолок.
А еще в это время случилось нечто неожиданное. Наверное, близость к некроманту сыграла свою роль. А может, то, что на мне была цепь Рейва, способная подпитывать магией. Но в какой-то момент, моргнув как обычно, я открыла глаза с сумеречным зрением. И то, что я увидела, меня сильно удивило.
Вокруг было невероятно много Тьмы. Гораздо больше, чем где-либо еще. Словно темная материя стекалась сюда, как река в глубокий каньон. Но и это было не самое интересное.
Краем глаза я видела, как Рейв поворачивал голову к стене, и в тот же миг Тьма в том месте будто пульсировала в ответ. Потом он отворачивался и смотрел в другую сторону, и под его взглядом начинала шевелиться лепнина. А глубоко под несущими плитами будто вздыхало что-то.
Через пару секунд наваждение прошло, и я уже сомневалась, а не почудилось ли мне все это.
Мы шли дальше, и неподвижные стражники с торчащими вверх алебардами, казалось, не обращали на нас никакого внимания. А вот у Золотого зала герольд любезно ознакомился с нашим приглашением, прежде чем открыть двери.
— Рейв, я нервничаю, — сказала тихо некроманту, радуясь, что всю дорогу он держал меня под руку.
— Не переживай, малышка, — спокойно улыбнулся мужчина. — Это всего лишь ужин. Думай о том, что здесь должны подавать блюда качеством значительно выше, чем в нашей ресторации.
— Но…
В этот момент двери открылись, и яркий свет десятков волшебных светильников ударил в глаза. Глашатай громко провозгласил:
— Граф Рейв Эридан и его невеста Ангелина Вальбур!
Как только глаза привыкли к освещению, я увидела примерно три десятка людей. Красивые платья из множества слоев шелка шуршали по полу. Невысокие каблуки перестукивали по начищенной до блеска плитке.
Я бросила неловкий взгляд на собственный наряд. Его для меня выбирал Рейв, и это невозможно было забыть. Несмотря на то что в моду сейчас явно вошли пышные фасоны, моя юбка почти не топорщилась, но смотрелась великолепно. Она была насыщенного алого цвета с черно-серебряной вышивкой. При этом я даже примерно не представляла, что это за ткань. Тонкая, струящаяся как вода. На лифе было нашито такое количество камней, что я боялась прикидывать их стоимость. Полупрозрачный, темный дымчатый хрусталь.
Прическу мне делала полдня какая-то девушка, которую нашел Рейв. И теперь мои волосы были убраны в удивительную воздушную конструкцию, из которой на шею падало несколько кудрявых прядей. А сам серый цвет, который мне никогда не нравился, начал отчетливо сверкать сталью.
С нашим появлением зал затих. Словно нас никто не ждал.
Словно именно нас и ждали… 
— Рейв… — прошептала я, чувствуя, как белеют губы.
— Тише, малышка, — незаметно погладил он мою ладонь большим пальцем. — Все хорошо.
Впереди, в самом конце зала, стоял массивный диван с высокой спинкой, на котором могли с удобством рассесться человека четыре. Он сверкал белым золотом и привлекал внимание черной кожей, которая давно потеряла блеск. Как только мы подошли ближе, я заметила, что на металле было начерчено множество букв эшгенрейского, стертых от времени. Стало очевидно, что этому предмету мебели очень, просто очень много лет. И сейчас на нем сидели король и молодая женщина.
Они пока не обращали на нас внимания, потому что напротив них с подобострастным видом стояла немолодая дворянская чета. Они отвешивали низкие поклоны и, кажется, сыпали комплименты будущей королеве. Мужчина при этом протягивал королю на вытянутых руках длинный меч в ножнах, усыпанных крупными синими сапфирами.
— Благодарю за подарок, господин Дершан, госпожа Дершан, — с вежливой улыбкой проговорил король глубоким низким голосом, от которого мурашки пробрали до костей.
Я все еще старалась не смотреть на него. На того, кто, по всей видимости, был моим отцом.
— Рейв, — незаметно прошептала я, склонив голову, — так ты знал, что понадобятся подарки?
Некромант улыбнулся одними уголками губ:
— Догадывался, милая невеста.
Так вот зачем он весь день учил меня призывать из Сумерек шельмугра. Вот зачем я мну в левой руке маленькую заговоренную Рейвом бумажку. Потому что мне предстоит сделать это через пару томительных нервных минут на глазах у всех собравшихся!
Я тяжело выдохнула. И наконец подняла глаза на короля.
Его величество Герхард Айрис оказался довольно высоким мужчиной, насколько можно было судить сейчас, пока он сидел. На вид — не более сорока лет. Совсем не старый. Зеленые глаза смотрят остро и цепко, будто проникают в самое сердце. У него короткая борода, закрывающая всю нижнюю часть лица. Волнистые волосы зачесаны назад и кажутся светлее, чем у меня. Похоже, из-за легкой, почти незаметной седины, которая придает оттенку еще больше металлического ртутного блеска.
Я не знала, похожи ли мы. Не могла понять. Не узнавала в этом человеке ничего знакомого и не испытывала никаких чувств, глядя на него.
А вот молодая женщина, что сидела рядом, неожиданно вызвала внутри легкую дрожь.
У нее были длинные волнистые волосы удивительной красоты. Темно-коричневые с легким медным блеском. Маленькая золотая диадема прекрасно оттеняла их и делала из Ливии Рендан настоящую принцессу.
Собственно, невеста моего отца и была почти принцессой. Герцогиня, древний род которой был едва ли не богаче рода Айрис. Им принадлежало несколько огромных провинций на юге государства. Братья Ливии, герцоги Валосский и Корнельский, вполне могли претендовать на корону в случае смерти нынешнего короля. Ведь пока что прямых и признанных наследников мой отец не имел.
В это время дворянская чета, преподнесшая королю усыпанный сапфирами меч, наконец, откланявшись, отошла в сторону. Рейв сжал мою руку, и мы двинулись вперед.
По спине прокатилась волна страха, приподнявшая на коже каждый крохотный волосок. Интересно, если я сейчас поскользнусь и распластаюсь на этом начищенном полу как подстреленная цапля, нам позволят тихонько уйти, не привлекая внимания?
Наверное, не привлекать внимания все же не получится. Но, зомбушки-стыдобушки, как же мне хотелось исчезнуть отсюда! Хоть бы в Сумерки провалиться прямо к шельмугру на спинку. Да вот только конь-то с минуты на минуту станет собственностью моего любвеобильного папаши!
Рейв подвел меня к дивану короля (а троном это назвать у меня язык не поворачивался даже мысленно!), и мы оба поклонились. Я, как могла, попыталась скопировать движения женщины, что шла перед нами. Но не знаю, насколько хорошо вышло. Лицо горело, словно его мазью от радикулита намазали.
У левого плеча короля слуга в праздничной ливрее, вышитой красным золотом, не слишком громко проговорил:
— Граф Рейв Эридан и его невеста Ангелина Вальбур!
Два цепких взгляда скользнули сперва по моему некроманту, а затем остановились на мне. Я же пыталась понять, что вижу в этих глазах. В зеленых, как и у меня. И в других — светло-карих с красивой желтоватой каймой.
Глаза отца безразлично скользнули по мне и вернулись к Рейву. Вот на нем его величество король сконцентрировался гораздо сильнее. В мрачноватом малахите радужек светились недоверие и любопытство.
В то же время Ливия мне откровенно улыбнулась!
— Позвольте узнать, граф, — начал Герхард, вовсе не озаботившись приветствиями, — по какому праву вы присвоили себе имя короля мертвых? И каким способом проникли в Файрел?
Краем глаза я старалась наблюдать за реакцией некроманта. Честно говоря, именно этого момента я и боялась. Видимо, не только для меня стало сюрпризом воскрешение рода Эридан, который, как известно, оборвался вместе со смертью того самого  Рейва.
Мужчина рядом со мной даже не вздрогнул.
— Ваше величество, — начал он, не думая даже склонить голову и как-то иначе сгладить возмущение короля, — полагаю, вы никоим образом не собирались оскорбить меня в присутствии вашей и моей прекрасных невест. И ваш гнев — лишь следствие низкой осведомленности. Однако все сказанное мной — правда. Я последний и единственный наследник Рейва Эридана Кастро-Файрела, именуемого королем мертвых.
Последние слова прозвучали в гробовой тишине. Оказалось, присутствующие в зале гости внимательно прислушиваются к разговору. От этого стало еще более тяжко. Стоило представить, какая толпа народу сейчас глазеет на нас, и тошнота подступала к горлу. Заговоренная бумажка у меня в руке уже превратилась в смятый влажный комочек.
— И, как вы понимаете, мои слова легко проверить, — продолжал Рейв звонким как металл голосом.
Уверенным движением, не сводя почти вызывающего взгляда с короля, он снял с руки свое огромное кольцо на две фаланги и с незначительным поклоном протянул.
Слуга за спиной Герхарда метнулся вперед и схватил украшение-артефакт. Передал королю и снова удалился за диван.
Его величество с интересом крутил перед глазами блестящий металлический коготь, испещренный древними буквами.
Брови монарха были сдвинуты.
Осторожно наклонившись к будущему мужу, Ливия посмотрела на украшение. На ее красивых алых губах то и дело мелькала тень улыбки. Затем она мягко положила тонкие пальчики поверх руки короля и проговорила:
— Ваше величество, полагаю, дорогой гость вряд ли стал бы обманывать нас в нашем же собственном доме. Если граф Эридан говорит, что он наследник короля мертвых, значит, так оно и есть.
И обворожительно улыбнулась Рейву.
А у меня в груди что-то неприятно кольнуло. Ревность, что ли?
Было бы смешно. Не собираюсь же я ревновать некроманта к без пяти минут королеве? Ведь не собираюсь?..
— Хм… — протянул Герхард. — Арка-кровь, конечно, пропустила кольцо. И на обороте действительно зачарована фамилия Эриданов. — Он поднял взгляд на Рейва, будто не зная, что сказать. Но через мгновение снова нахмурился. — Кольцо короля мертвых, которое подтверждало наличие дворянского титула, было похоронено вместе с владельцем. За новым артефактом наследники не обращались. Так откуда могло взяться это?
Рейв выдержал еще один удар со спокойствием гранитного утеса. Темные глаза уверенно сверкнули.
— Полагаю, кольцо все же не было похоронено, вот и все. Иначе остается три варианта. Либо я — умелый артефактор и смог подделать магическую жилу точно так же, как это делает ваш придворный мастер. Либо я нашел могилу настоящего Рейва Эридана и забрал кольцо… — Тут он сделал уверенную паузу и улыбнулся, а затем закончил: — Либо я и есть король мертвых.
На последней фразе из зала послышались дружные смешки. Ливия улыбнулась и подалась вперед.
— Дорогой, — мягко протянула она моему отцу, — ты же знаешь, что подделать артефакт невозможно. Жила крови есть только в королевской мастерской. Также вряд ли дорогой граф отыскал могилу, которую не могли найти все существующие колдуны за семь сотен лет. И, думаю, последний пункт в пояснениях не нуждается.
Она повернулась к Рейву и весело рассмеялась. Ее голос звучал так звонко и красиво, что король нервно тряхнул светлой шевелюрой, засмотревшись на невесту.
— Пожалуй, ты права, дорогая Ливия. Прошу прощения за недоверие, граф. Но вы же понимаете, такая новость, как возвращение ко двору рода Эриданов, не могла пройти без внимания.
Рейв кивнул и улыбнулся в ответ. Однако я видела, что его глаза холодны как лед.
— Я все понимаю, ваше величество. Вы конечно же в своем праве. Я лишь ваш скромный слуга. — Он с достоинством поклонился. — А теперь позвольте мне и моей невесте принести вам свои поздравления с грядущей свадьбой. Вы выбрали невероятно красивую жену…
Некромант бросил восхищенный взгляд на Ливию, которая улыбалась с откровенным удовольствием.
Странно, конечно. Может, кто-то подумал бы, что я действительно ревную (хотя это абсолютно не так). Однако в тот момент мне захотелось совершенно откровенно заявить, что эта Ливия — невоспитанная нахалка! А еще у нее явно что-то на уме. И с чего вообще я решила, что она красивая? Ни кожи ни рожи. Ясное дело, что папаша женится на ней только ради какой-то личной выгоды!
— Благодарю за комплимент, граф, — ответила Ливия своим мягким голоском. — Ваша невеста тоже хрупка и нежна как подснежник.
Герцогиня одарила меня теплейшим покровительственным взглядом, от которого я явно обязана была воспылать к ней священной любовью.
— Скажите, вы ведь не принадлежите дворянскому роду, верно? — продолжила она, глядя прямо мне в глаза.
Я гневно сжала руки, пристойно сцепленные между собой.
— Верно, ваша светлость.
Ливия произнесла с лучезарной улыбкой:
— Ну, это ненадолго, дорогая. Я уверена, вы станете прекрасной графиней.
Мне показалось, что меня накормили сахарной пастилой.
В этот момент Рейв снова сжал мою руку и, многозначительно взглянув, проговорил:
— Позвольте нам преподнести вам подарок, ваше величество, герцогиня. От будущей четы Эриданов будущей чете Айрисов.
Король благосклонно кивнул и махнул рукой.
Некромант повернулся ко мне и мрачно улыбнулся. Он был абсолютно уверен в том, что сейчас произойдет. В том, что я не оплошаю и не испорчу все. Откуда в нем бралась эта уверенность — не знаю. Но все чаще я замечала, что именно его доверие придает мне сил.
Повернувшись вполоборота к королевскому дивану, я глубоко вздохнула и закрыла глаза. Рейв говорил, что Файрел поможет мне. Что даже самый слабый колдун в его стенах способен на многое.
Оставалось лишь надеяться, что все и правда получится.
Раскрыв ладонь, я распрямила мятый листок бумаги, на котором расположились по кругу около десятка необычных символов и самых обыкновенных букв эшгенрейского. Необходимо было мысленно воссоздать идеальную последовательность. Идеальное начертание. Ошибиться было нельзя, потому мне как новичку некромант посоветовал воспользоваться подсказкой и наполнять Тьмой не мысленные символы, а те, что нарисованы на бумаге.
Так я и поступила.
Сумеречное зрение на этот раз пришло само. Без поддержки некроманта. Я видела темные потоки, во множестве курсирующие по залу. И мне хотелось схватить их все.
В ушах стучал пульс, отбивая такт заклятию ударами сердца. Прикрыла глаза и из-под опущенных ресниц увидела, как на листке, зажатом в вытянутой руке, замерцали буквы.
Дыхание перехватило. В груди растекалось сосущее ощущение нехватки воздуха. Словно вокруг его было совсем мало. Но я знала, что на самом деле мне не хватает собственного анареля.
Источник колдуна — это чаша, в которую поступает магия извне, циркулирует там и двигается дальше, преобразовываясь в требуемое колдовство. Если чаша большая, то магии через нее может пройти больше. Если чаша маленькая, то сколько бы Тьмы ни разливалось вокруг, сил полностью использовать ее не хватит.
Однако все же клубящаяся повсюду мощь играла важную роль. Ведь мне не нужно было прикладывать дополнительных усилий, чтобы призывать Тьму. Она уже была рядом.
Я напряглась, чувствуя, как звенит каждая мышца. Было страшно. Но затем я посмотрела в глаза Рейва, который глядел на меня с напряженным вниманием. Казалось, зрачок целиком заполнил его радужку. Я снова вспомнила, что он верит в меня, и страх отступил.
Игнорируя настойчивый звон в ушах, я резко выдохнула и с силой тряхнула в воздухе листком с символами. Хрустнула бумага. Зачарованные буквы высыпались наружу, словно были игрушечными. Словно Рейв не писал их собственной рукой.
В следующий момент символы закрутились в воздухе, превращаясь в кольцо, искрящееся черненым серебром. А еще через секунду в центре кольца появилось отверстие, из которого с громким потусторонним ржанием выпрыгнул огромный конь цвета обсидиановой мглы.
Испуганный выдох прокатился по залу. Все присутствующие дышали в унисон. Глядели во все глаза. Боялись шелохнуться.
Воронка перехода захлопнулась, и шельмугр остался стоять напротив короля и его невесты. Он бил кровавым копытом о зеркальные плиты пола. Багряный огонь с его ног растекался вокруг пугающими лужами. Призрачная грива колыхалась, словно на ветру, и таяла. Мертвые глаза сверкали неприкрытой злобой.
— Ч-ч-что это?.. — проговорил Герхард, с трудом сдерживая нервную дрожь.
А затем, не успели мы и глазом моргнуть, с двух сторон от дивана откуда ни возьмись выпрыгнули два колдуна и направили в коня горящие посохи.
Воздух рядом сильно затрещал. Я плохо разбиралась в чужих заклятиях, но, судя по всему, его величество с невестой накрыло защитным куполом.
— Немедленно объяснитесь! — рявкнул Герхард, прочищая горло. Как только подоспели маги, самообладание начало возвращаться к нему.
Рейв повернулся к монарху и ответил:
— Ваше величество, это конь. Ручаюсь, что у вас никогда не было такого скакуна. Его не надо кормить, ему не надо отдыхать. На нем можно ездить сутками, и он не падет от изнеможения. Усталость ему неведома, как и болезни, голод и смерть.
Герхард перевел изумленный взгляд на Багряное копытце и прошептал:
— Это что, конь-нежить?..
— Именно, ваше величество, — кивнул некромант. — И теперь он ваш.
С этими словами Рейв сделал шаг вперед и протянул слуге маленький алый камень. Рубин. Я знаю, что мой «жених» купил его сегодня утром в ювелирной лавке. Выбрал самый большой, какой там был. И за пару минут, пока я изучала призыв шельмугра, каким-то образом зачаровал драгоценность. Я не вникала в процесс. Это было слишком сложно. Но, кажется, с этой вещицей любой, кто угодно теперь мог управлять мертвым конем.
Герхард быстро кивнул головой на камень, молчаливо приказывая слуге принести. Королю явно не терпелось.
Как только рубин попал в его руки, он сказал:
— И с камнем я смогу приказывать этой твари?
Шельмугр ударил копытом в пол, и одна плитка с треском лопнула.
Рейв улыбнулся:
— Сможете. Только помните, что он понимает не только каждое ваше слово, но и обладает своим разумом.
— А если он нападет? — выдохнул Герхард, уже с восторгом разглядывая животное, которое совсем не выглядело мертвым.
— Ваше величество, я бы вам не советовал… — начал один колдун-стражник, что все еще угрожал коню жезлом.
Король нетерпеливо дернул рукой, недвусмысленно приказывая ему заткнуться.
В этот момент Ливия широко улыбнулась и положила руку на ладонь будущего мужа.
— Чудный подарок! — произнесли ее мягкие губы. — Достойный короля, не правда ли, ваше величество?
Герхард улыбнулся одной половиной рта и кивнул. Он все еще испытывал некоторый страх, но возникший интерес пересиливал его.
— Благодарю вас, граф, госпожа, — удовлетворенно проговорил он. — Если позволите, я хотел бы просить вас дать мне пару уроков общения с этим животным. Скажем, завтра?
— Конечно, ваше величество, — подозрительно послушно ответил Рейв, беря меня за руку. Никогда не слышала у него такого сладкого голоса. — Как вам будет угодно.
— Вот и славно! А сейчас, я думаю, пора к столу, — закончил монарх и тут же встал с дивана, подавая знак присутствующим отправляться в трапезный зал.
Толпа высокородных гостей зашевелилась и зашумела, превращаясь в небольшой человеческий улей.
Итак, начинался вечер, который уже через пару часов должен был закончиться самым неожиданным образом.

ГЛАВА 13

Рейв  

Ангелина справилась с вызовом блестяще. Хотя Рейв и видел, как побледнело ее лицо и участилось дыхание. Заклятие далось нелегко.
Однако теперь можно было смело утверждать, что из этой колдуньи получится неплохой некромант, несмотря на слабый анарель. Король мертвых всегда говорил, что главное в магии — это упорство.
И сегодня Ангелина его не разочаровала.
Он взял девушку за руку и одобрительно сжал. Малышка вздрогнула и покраснела как мак. Опять.
Почти сразу после «представления» Герхард вежливо попросил Рейва временно убрать коня «туда, откуда он пришел». Иначе ужин мог быть испорчен.
Король мертвых пожал плечами, не понимая, чем шельмугр может повредить трапезе, но спорить не стал.
В соседнем зале, выдержанном в розово-золотых тонах, уже был накрыт стол. Во главе его возвышались два настоящих трона, и королевская чета расположилась за ним первой. Дальше несколько шустрых и обходительных слуг начали помогать гостям рассаживаться по местам согласно карточкам.
Вот только когда пришла очередь Ангелины и Рейва, один из слуг спешно сменил карточки, приглашая будущих супругов Эриданов сесть почти совсем рядом с королевской четой! Старый маркиз едва не начал ругаться, когда его заставили подвинуться, но, осознав, что его место займет «сам граф Эридан», насупившись, согласился. Ангелине повезло меньше. Дама, чье место заняла она, окинула ее ледяным взглядом и шепотом назвала тощей выскочкой.
Рейв нахмурился, но, заметив, что девушка лишь еле зримо усмехнулась в ответ, успокоился.
Его малышку от королевской невесты и, по сути, собственной мачехи отделяли каких-то два человека — пышнотелая дама, увешанная нитями жемчуга, и подслеповатый мужчина с медалью маршала на левой стороне груди.
Сам Рейв сидел напротив, со стороны короля. Между ним и довольным монархом сидели двое молодых мужчин, на чьих карточках значилось «герцог Валосский» и «герцог Корнельский».
Некромант понятия не имел, кто все эти люди. Но его внимательный взгляд быстро выхватывал множество важных мелочей. Необычный цвет и разрез глаз. Одинаковый оттенок волос: темно-коричневый с легким медным блеском, как у Ливии Рендан. Судя по всему, это были ее братья или другие близкие родственники.
Таким образом, Рейв понял, что им с Ангелиной явно пытались оказать честь. Ведь ближе к венценосному правителю Альденора сидели лишь два родственника невесты, маршал королевства и какая-то дама в жемчуге.
Однако короля мертвых это ни капли не тронуло.
Герхард Айрис поднял руку и пригладил намазанные воском волосы. Затем поднял вилку с двумя зубьями и невозмутимо воткнул в устрицу, политую каким-то темным соусом.
Это был официальный знак, что гости имеют право приступить к трапезе. Тут же застучали столовые приборы. Люди разом зашуршали, усаживаясь поудобнее и протягивая руки к самым аппетитным блюдам.
Рейв не торопился следовать их примеру. Исподлобья он внимательно изучал повадки короля. Наблюдал за его невестой, которая то и дело бросала на него самого короткие странные взгляды.
Впрочем, за этим столом кто только не бросал на него таких взглядов. Все же сам наследник короля мертвых пожаловал в Файрел!
Рейв тихо хмыкнул, разглядывая гостей сумеречным зрением. Оказалось, что вокруг нет ни одного стоящего колдуна. Из тридцати человек только четверо в той или иной степени развивали свой дар. Три друида и один некромант. И последним, кстати, оказалась Ливия Рендан.
Еще два средненьких мага терлись за креслами Герхарда. Стражей Рейв смог бы назвать их только под страхом смерти. Да и то, наверное, язык бы не повернулся.
Впрочем, здесь была еще парочка колдунов. Но их способности оказались невероятно слабы, а магией они вообще никогда не занимались.
Теперь Рейв своими глазами видел, что некромантия совершенно не популярна в Альденоре.
Как только первичный голод Герхарда немного притупился, он вытер губы салфеткой с золотыми вензелями и обратился к Рейву:
— Граф, расскажите нам наконец, как получилось, что столько лет мы не знали о вашем существовании. Где же вы жили?
Ангелина бросила на него любопытный взгляд.
Некромант глубоко вздохнул и улыбнулся. Легенды ему было придумывать не впервой.
— Я жил в провинции Кернтар. Как и многие поколения Эриданов до меня. У нас там есть небольшой особняк, который был построен еще семь веков назад. Король мертвых после смерти оставил наследство своему единственному ребенку. И это помогло нам выжить. Сын в свою очередь продолжил дело отца и стал сильным некромантом. С тех пор все в нашем роду занимаются этим направлением магии.
Глаза Ливии с любопытством вспыхнули.
— Значит, вам доступны секреты самого короля мертвых? — спросила она, мягко улыбаясь.
— Не знаю насчет секретов, госпожа, — кивнул с улыбкой Рейв. — Но кое-что мне все же известно. Например, я могу с уверенностью сказать, что сильнее меня в этом зале нет ни одного колдуна.
Ливия благосклонно улыбнулась в ответ. Так широко, что стали видны ее белоснежные зубы.
Зал же в ответ возмущенно зашелестел тихими голосами.
Рейв так и не понял, что так обрадовало королевскую невесту. Но в следующий миг она повернула голову к Ангелине и вдруг спросила:
— Милая, а как вы себя чувствуете рядом с таким самоуверенным женихом?
Рейв склонил голову набок, не зная, что сделать: ответить вместо девушки или подождать, что скажет она сама.
Но Ангелина, кажется, чувствовала себя вполне неплохо и была готова вести беседу с будущей королевой. Удивительно, учитывая полное отсутствие опыта.
Сперва она опустила задумчивый взгляд на белоснежную скатерть, на которой стояли тарелки розового фарфора, а затем снова посмотрела на Ливию.
— Боюсь, что он не лжет, ваша светлость, — выдохнула она, и ее губы тронула неуверенная улыбка. — Это он научил меня вызывать шельмугра. Он создал его. Он… умеет еще много всего удивительного…
От этих слов в груди некроманта что-то странно перевернулось. И легкий румянец на щеках девушки лишь усиливал это ощущение.
Герцогиня посмотрела на Рейва, не переставая улыбаться.
— Что ж, в таком случае ваш опыт может оказаться поистине незаменимым, граф!
Некромант перевел взгляд на Ливию, с трудом отвлекаясь от смущенной улыбки Ангелины.
Брови сами собой немного сдвинулись. Что ж, если будущая королева интересуется его навыками в магии, это можно понять. Ведь она и сама некромант. Пожалуй, это могло бы объяснить ее странное внимание, которое он то и дело чувствовал на себе.
— Милая, не наседай так на дорогого гостя, — усмехнулся король. — Граф Эридан уже обещал мне свою помощь в укрощении шельма… шемлу… шеглу…
— Шельмугра, — поправил Рейв с улыбкой. — И я к вашим услугам. Не стоит беспокоиться, мы все успеем.
— Великолепно! — воскликнула герцогиня.
— Граф, вы просто находка, — добавил впервые за весь разговор один из мужчин, что сидел по правую руку короля. — В наше-то время, когда даже заговоренные жезлы плохо справляются с разгулом нежити в регионах. Иолин Рендан, герцог Валосский, — между делом представился он. — Может быть, у вас есть какие-нибудь идеи о том, как улучшить защиту периметров?
— Кстати, да, было бы неплохо поднять уровень некромантии в нашем королевстве на новую ступень, — добавил его сосед и тоже представился: — Бальтар Рендан, герцог Корнельский.
Они оба и правда оказались родней будущей королеве.
— Да бросьте, — вдруг вставил с другой стороны стола немолодой мужчина с медалью маршала. Он мрачно посмотрел на Рейва и продолжил: — Некромантия никому не нужна. Ваш фокус с этим конем, конечно, довольно эффектный, но от этого не менее мерзкий. Животное так и осталось падалью, только теперь приобрело совершенно неконтролируемые свойства! — Он тут же повернулся к королю и добавил: — Прошу прощения, ваше величество, но я официально заявляю, что согласен с вашими колдунами. Впервые в жизни они говорили дело: этот монстр может быть смертельно опасен, и пусть меня в лесу кикимора сожрет, если он не таков и есть!
Под конец речи мужчина так разнервничался, что начал пыхтеть и размахивать руками.
Рейв молча прищурился, скрывая улыбку. Ему не было совершенно никакого дела до того, что думают о некромантии люди вокруг. Уж он-то знал ее настоящую цену.
— Маркиз, вам следовало бы успокоиться, — сморщился Герхард Айрис, своим тяжелым монаршим взглядом прекращая готовый вот-вот разгореться спор. — Или вы забыли, что моя невеста и ваша будущая королева — тоже некромант?
Мужчина поджал губы, все еще порываясь что-то сказать, но уже не так активно.
— Это Трант, маркиз Дельсан, — представил его величество ворчуна. — Наш многоуважаемый маршал. Он может быть немного резок в словах. Старая школа, вы понимаете.
— Все в порядке, — ответил Рейв спокойно, закидывая в рот маринованную креветку. — Каждый имеет право на свое собственное мнение. Даже если оно неправильное.
Маршал едва не поперхнулся. А король засмеялся так громко и раскатисто, что совсем скоро весь стол наполнился смешками по его примеру.
— Граф, вы меня повеселили, — сказал он, как только успокоился.
После этого неторопливый разговор потек как по маслу. Некоторые гости задавали свои вопросы Рейву, он отвечал. И с каждым разом все больше казалось, что король приходит в восторг от его ответов. Вот только самому Рейву Герхард Айрис нравился все меньше. И еще больше подозрений вызывала его невеста, проявляющая странный интерес к нему и Ангелине.
В это время Ливия как раз вновь повернула голову к девушке и с приторной улыбкой произнесла:
— Милочка, а где вы воспитывались? Чем занимались ваши родители?
Ангелина побледнела. Рейв нахмурился. Задавать такой вопрос безродной девчонке за королевским столом — только подчеркивать ее статус. И герцогиня делала это уже во второй раз.
— Моя… приемная мать была горшечницей.
— Значит, вы тоже умеете лепить горшки, правильно? — с притворным восторгом распахнула глаза она.
«Лиса под маской кролика…» — подумал некромант.
Рейв мысленно усмехнулся, нанизывая на вилку маленький рулетик из баклажанов. Он был почти уверен, что не ошибся. Что невеста Герхарда не так проста, как кажется. Король мертвых мгновенно распознавал гниль и червоточины, пронизывающие души людей. Чувствовал кожей их черную сердцевину. Потому что когда-то сам был таким.
Был самой Тьмой.
— Ну да, я частенько помогала ей. Горшки, вазы, кувшины. Иногда фигурки для детей… — продолжала тем временем Ангелина, опустив взгляд на свои руки, стараясь вовсе их спрятать.
За столом зашептались.
Рейв стиснул зубы.
— Значит, вас и обучать было некому, правильно? — продолжала герцогиня, и никто даже не думал ее останавливать.
Девушка быстро подняла голову и ответила:
— Я училась в столичной академии магии имени Джоша Белого.
— Ах, ну конечно, — сладко кивнула герцогиня, словно она все понимает и это обучение ровным счетом ничего не стоит. — Ну ничего, став графиней Эридан, вы и думать забудете обо всей этой ерунде, и придворный этикет уже не будет вызывать столько проблем и трудностей.
Мягкий тон, шелковый голос. Словно она искренне хотела поддержать, но все оборачивалось публичным унижением.
«Лиса… Лиса под маской кролика… Или змея…»
Дама в жемчугах прикрыла рот веером, снисходительно посмеиваясь. Еще одна дама, с другой стороны от Ангелины, откровенно злобно скалилась.
Некромантка опустила голову и вяло улыбнулась.
Король мертвых ощутил, как внутри жгутся ростки ярости, пронзая те области в груди, которые прежде он считал и вовсе нечувствительными.
Он внимательнее посмотрел на Ливию Рендан, пытаясь обнаружить в ней что-нибудь, скрытое от глаз. Могла ли герцогиня знать, что перед ней сидит внебрачная дочь ее будущего мужа?
Желтовато-карие глаза будущей королевы влажно блестели. На их дне сверкало что-то острое и ядовитое. И это не нравилось Рейву гораздо сильнее, чем бесхребетность Герхарда Айриса.
В этот момент некромант решил пойти на отчаянный шаг и задать вопрос, который мог поставить под сомнение его легенду о жизни в глубинке. Ведь ответ на него, возможно, Рейв должен был бы знать сам.
— Скажите, ваше величество, а где сейчас герцогиня Мирия Клариан Кастро-Аркс? Я думал, она должна присутствовать на таком важном мероприятии как свадьба вашего величества. Возможно, она подъедет позже?
Ангелина подняла на него испуганный взгляд.
Да, он запомнил имя ее матери. Эта информация была не той, которую он мог бы так просто забыть.
Герхард скривился. Верхняя губа Ливии на короткое мгновение презрительно дернулась и тут же вернулась к привычно-сладкому состоянию.
Но Рейв успел заметить.
— Моя сестра пребывает в монастыре Северной звезды вот уже лет пять, — ответил король с пренебрежением.
Ангелина побледнела и прикусила губу.
Ливия добавила с улыбкой, сквозь которую сочилась отрава:
— Бедняжка сошла с ума! Говорят, совсем недавно снова пыталась покончить жизнь самоубийством, поедая собственные руки. Лекари едва успели спасти ей пальцы. Ах, несчастная!
— Перестань, Лив, — нахмурился король. — Не стоит распускать слухи. Все же это моя сестра.
— Прости, дорогой, я не подразумевала ничего плохого. — Женщина сделала брови домиком и посмотрела на своего жениха. — Надеюсь, ей помогут!
«Змея…»
Ангелина совсем уткнулась в тарелку, бестолково тыча во что-то ножом и вилкой. Секунда — и вот уже она от неловкости кольнула лезвием палец. Тихо ахнула и явно в последний момент подавила в себе желание засунуть палец в рот. Некромант видел, как дернулась ее рука, занесенная в воздухе, и вновь опустилась на скатерть.
Она боялась снова вызвать насмешки в свой адрес.
Боялась нарушить хренов этикет…
Рейв потихоньку начал впадать в бешенство. В его время все было проще. В своем замке он принимал только тех, кто был подобен ему. Только некромантов. И между ними не было никаких условностей вроде количества вилок на столе и благопристойного поведения.
Только его жену это ужасно раздражало.
Капля крови потекла по коже Ангелины. Рейв вынул из кармана платок и подал ей через весь стол, ничуть не заботясь о приличиях.
Девушка подняла на него влажные глаза и счастливо улыбнулась.
«Словно замок ей подарил, а не дурацкий платок, клянусь Тьмой. Малышка, и почему ты такая?..» — мелькнула у него в голове щемящая мысль.
Рейв стиснул зубы и глубоко вздохнул.
Некоторое время разговор продолжался, но на этот раз Ангелину уже никто не трогал. Девушка выглядела мрачной и совсем невеселой. На тарелке перед ней так и остался несъеденным ужин, к вину она не притронулась.
Рейву тоже резко расхотелось есть, несмотря на то что готовили тут и правда неплохо. Правда, он с удовольствием дал бы лично несколько советов повару, ведь на столе не было и десятка его любимых блюд.
Впрочем, некромант обещал себе решить этот вопрос совсем скоро. Когда повар будет подчиняться только ему одному.
В какой-то момент, разговаривая с одним из братьев герцогини, Рейв краем глаза заметил, что Ангелина снова неловко заерзала, пытаясь придумать, куда бы деть испачканный платок. Стоило признать, малышка совершенно не представляла, как вести себя среди высокородных павлинов.
Рейв хотел было объяснить ей, что самое верное решение — наплевать на всех. Но, увы, вряд ли она его послушает, ведь что-то подобное он говорил уже не раз.
Тогда некромант извинился перед своим собеседником, снова перегнулся через весь стол и с улыбкой забрал у Ангелины платок.
— Дорогая, ты совсем не пьешь, — добавил он как можно более непринужденно. — А еще я уверен, вон тот стейк весьма достоин твоего внимания.
Ангелина подняла на него глаза цвета горного змеевика и попробовала улыбнуться:
— Спасибо…
И без всякого энтузиазма положила на тарелку мясо.
Рейв выдохнул. Встал, отбросив салфетку на стол, и под удивленные взгляды гостей проговорил:
— Я отлучусь, уважаемые господа и дамы.
Кивнул и, развернувшись, слишком уж быстро вышел из зала. Один из слуг ринулся к нему, явно желая «проводить гостя в уборную», но некромант отослал беднягу резким взмахом руки. Естественно, он не нуждался в помощи. Ведь это был его замок. Его дом.
Сейчас Рейву нужен был всего-навсего глоток свежего воздуха. Нет, он не бросал свою малышку на съедение волкам. Ему просто требовалось время, чтобы не сорваться.
Серый каменный коридор встретил мужчину прохладой и светом десятков свечей. Его шаги отдавались в кирпичной кладке, и с каждым пройденным метром некромант все больше узнавал родное гнездо.
Файрел был рад возвращению хозяина. Огонь в канделябрах зажигался ярче, естественные шорохи и скрипы усиливались именно там, где двигался король мертвых. Замок хотел говорить со своим создателем.
Уголки губ Рейва слегка приподнялись, несмотря на дурное настроение. За следующим поворотом коридора мужчина остановился и прижался к стене. Здешнее убранство было совсем не таким, к какому он привык. На полу лежал безвкусный коричнево-золотой ковер. Напротив на стене висела не менее безвкусная картина с какими-то цветочками. И это в обители мрачного некроманта!
Рейв усмехнулся. В его время здесь помещался длинный гобелен ручной работы. На черном фоне алый закат. Птицы, парящие в небе. И костяные драконы.
Глубокий вздох сам собой вырвался из груди. Перед глазами сперва вспыхнуло искаженное притворной улыбкой лицо Ливии Рендан, а затем грустное — его малышки.
Пора было убираться с этого ужина. На сегодня хватит лукавства. Еще немного, и он может начать грубить. А может, и еще чего похуже.
Королевская невеста будила внутри него какую-то темную спящую ярость. Желание убивать, которое не просыпалось так давно. С самого «воскрешения». И это было по-настоящему страшно. Ведь Ливия — всего лишь вздорная жестокая женщина. И явно не заслужила кровавой расправы.
И все же в какой-то момент Рейв не смог совладать с собой. Он коснулся каменной кладки и закрыл глаза, прошептав одно-единственное слово:
— Kherileyr…
В тот же миг старый кирпич дрогнул. Посыпалась на пол вековая пыль. И прямо из стены выплыло белесое облако с человеческими очертаниями.
— Слушаю тебя, хозяин, — проговорила Могильная Тень тихим заунывным голосом, похожим на вой ветра на кладбище.
Рейв прижался затылком к стене, разглядывая старого знакомого.
— Ты ничуть не изменился, — протянул он мрачно. Холодно. С тем самым холодом, с которым говорил когда-то.
— Так и есть, хозяин. И ты не изменился. — Тень колыхнулась в воздухе, будто от ураганного порыва, и снова замерла. — Скажи, кого нужно убить? Я изголодался…
Некромант склонил голову набок, раздумывая.
— Пока никого.
Тень будто вздохнула.
А в следующий момент в коридоре за углом раздались шаги.
Рейв щелкнул пальцами, и Могильная Тень вошла в стену, превратившись в сумеречно-дрожащие блики от канделябров.
— О, граф, а вот и вы! — сладким голоском протянула Ливия. — Признаться, я искала вас.
Некромант повернул к ней голову и прищурился:
— Вот как? И с какой же целью?
Пухлые и круглые губы женщины изогнулись в улыбке. Она медленно подняла вверх тонкие гибкие пальцы и… вдруг призвала Тьму. А в следующую секунду свечи в коридоре начали постепенно гаснуть. Одна за другой. Словно кто-то методично задувал огонь — сперва рядом с ними, а затем на многие метры со всех сторон.
Черные потоки всколыхнулись с поразительной послушностью. Герцогиня была явно умелой колдуньей. Что, впрочем, не сильно удивило мужчину.
Некромант привалился к стене плечом и скрестил руки на груди. Это было даже забавно. Если ведьма хотела его напугать, то, возможно, вечер прошел не так уж и плохо. И ему еще даже удастся хорошенько повеселиться.
— Ну, скажем так, мне хотелось удостовериться, не заблудитесь ли вы в наших коридорах, — сладко пропела она, подходя ближе.
Несмотря на полумрак, очертания женщины все еще были прекрасно видны. И, возможно, при таком освещении они даже приобрели выгодную округлость. Однако Рейва это ничуть не волновало.
— Какой интересный способ проверки, — хмыкнул мужчина. — Вы решили, что в кромешной тьме мне будет лучше видно дорогу?
Ливия улыбнулась и сделала еще один шаг. Теперь между ними было не больше полуметра. Границы личного пространства, продиктованные этикетом и комфортом, были с треском нарушены. Рейв стоял, прислонившись к стене, сквозь одежду чувствуя холодный камень.
И ему это не нравилось.
— Признаться, я рассчитывала на кое-что другое… — мурлыча, прошептала она и окончательно преодолела последние полметра.
В полумраке коридора некромант сперва почувствовал и лишь потом увидел, как две тонкие ладошки легли на его грудь. Как коснулось кожи прохладное дыхание с легким привкусом вина.
Отвратительно.
Рейв не двигался. Он слегка прищурился, наблюдая, что произойдет дальше. Затаился, как мангуст, выжидающий лучшего момента, чтобы придушить кобру.
Одна рука скользнула выше, к вороту рубашки, к шее.
Словно прохладное брюшко, шелестящее чешуей. 
Не дав ей дотронуться до его щеки, мужчина обхватил женское запястье, с силой отводя в сторону. Его пальцы впились в бледную кожу почти до боли. На теле герцогини вполне могли остаться следы.
Однако она все еще продолжала улыбаться, не делая ни одной попытки отстраниться.
— Я могу доставить тебе неземное удовольствие, граф, — выдохнула она. — Твоя деточка не умеет и половины из того, что могу я.
Рейв приподнял бровь.
— Спасибо. Не заинтересован, — мрачно бросил он, не задумываясь о том, как сделать отказ мягче. Ливия все еще стояла настолько близко, что перед глазами вспыхивали слишком настойчивые образы.
Ее тонкую шею было так просто сломать. Ее анарель было так легко высосать…
— Знаешь… я чувствую в тебе… нечто необычное, — с придыханием проговорила она. — Какую-то скрытую от глаз мощь. Словно нежное желанное мясо краба, прячущееся за твердой шкурой.
Рейв скривил губы, едва не фыркнув.
— По-твоему, это должно меня возбудить? — бросил он, совершенно забывая об этикете.
— По-моему, тебя должно возбудить то, что тебе оказывает внимание будущая королева, — невозмутимо ответила Ливия. — А еще то, что мы оба некроманты. Нет ничего более сексуального, чем знания. Сила. А в этом замке нет никого, кто мог бы тягаться со мной, — властно закончила она и с вызовом прибавила: — Ты сможешь?
В следующую секунду герцогиня взмахнула в воздухе руками, и Тьма обвилась вокруг ее пальцев, превратилась во вторую кожу. На несколько секунд женщина стала похожа на костяного голема. Резким движением она схватила Рейва за шею, сдавливая горло, ничуть не щадя сил.
Она бы его убила.
Если бы он не был королем мертвых.
В один миг некромант отшвырнул кисть, сжимающую его кадык. И как только его рука соприкоснулась с рукой Ливии, костяная броня посыпалась на пол с противным треском. Темная личина опала, возвращая герцогине обычный облик.
Женщина улыбалась.
— Ты хорош. Очень хорош. — Она облизнула губы, словно все происходящее казалось ей интересной игрой.
Что ж. Это и правда была игра. Только Ливия еще не знала, что правила в ней задает другой человек.
Рейв резко схватил ее за волосы и развернул, прижав лицом к стене. Тонкий вскрик вырвался из женской груди.
Некромант приник к спине герцогини, вдавливая сильнее. Больнее. Заставляя застонать от натянутых прядей в растрепавшейся прическе.
А затем придвинулся ближе, к самому уху, чтобы прошептать:
— Ливия… — женщина выдохнула, словно звуки собственного имени ее возбуждали, — мы забудем то, что здесь произошло. Но договоримся кое о чем на будущее. Если еще хоть раз тебе придет в голову уколоть или оскорбить у всех на виду мою невесту, если еще хоть раз я увижу ее блестящие от слез по твоей вине глаза, твои собственные засветятся ярче, чем глаза мертвого коня.
Герцогиня вздрогнула, но ничего не ответила. Рейв резко отпустил ведьму, чувствуя невероятное облегчение. Ярость все еще клокотала в нем, но уже не так сильно.
Некромант развернулся и тут же ушел прочь, обратно в сторону зала, даже не задумываясь о том, чтобы искать направление в темноте.
Ливия осталась где-то позади, и его это устраивало. Судя по всему, герцогиня чувствовала, что догонять нового графа Эридана сейчас не стоит.
Разумная змея.
Рейв двигался по темному коридору, и вокруг него все гуще клубилась Тьма. Где-то рядом маячила Могильная Тень, перескакивая с одной стены на другую. А некромант сжимал кулаки и старался не думать ни о чем.
— Хочешь, я высосу ее без остатка?.. — раздался шелестящий голос у него над самым ухом.
Смертный холод обжег кожу. Щека некроманта дернулась, и сквозь сжатые зубы он бросил:
— Не сегодня. Жди, когда я тебя позову.
Вокруг не было ни одного окна, но в коридоре разочарованно взвыл ледяной ветер.
В следующий миг белесое облако исчезло, а Рейв вошел в большой зал, где все так же шумели гости и все так же грустно сидела Ангелина.
Уверенными шагами он пересек разделяющее их пространство и, не садясь на свое место, приблизился прямо к девушке.
— Рейв? — Длинные, чуть загнутые ресницы дрогнули и взлетели вверх. Глубокие зеленые глаза удивленно сверкнули. Некромант почти увидел в них свое отражение, такими огромными они казались.
— Хочешь танцевать? — шепнул он, едва заметно улыбаясь.
— Танцевать? — выдохнула она в непонимании. — Но… никто же не танцует. Да и музыки нет…
Губы мужчины растянулись еще сильнее. Он повернул голову к королю и невозмутимо проговорил:
— Ваше величество, как насчет танцев? Ужин был так великолепен, что, кажется, не хватает только их.
Герхард Айрис приподнял густую бровь и ухмыльнулся:
— Танцы на полный желудок? Надо признать, что у нас это не слишком-то принято. Но почему бы и нет? Честное слово, неплохая идея!
Он хлопнул в ладоши, и тут же за спиной засуетились слуги. Через несколько минут в зале появилась пара музыкантов со скрипками. А за огромным роялем в углу, обставленным цветами, образовался пианист.
Заиграла довольно веселая звонкая мелодия, совершенно не известная некроманту. Гости за столом начали смущенно переглядываться. Кажется, никто из них не осмеливался танцевать первым.
— Ну так что, теперь готова? — с улыбкой спросил Рейв у девушки, уже поднимая ее со стула.
— Но я не умею! — шепотом проговорила она, краснея. Потом приблизилась к его уху и добавила, обжигая дыханием: — Это как с верховой ездой. Меня никто не учил!
— Ну, так поскачешь на моем коне, малышка, — немного хрипло ответил мужчина, едва не подавившись словами. Изображая кашель вместо смеха. Фраза получилась до того двусмысленной, что ему стало стыдно. Но что самое ужасное, Ангелина была настолько наивной, что совершенно ничего не поняла. Она зажмурилась, и на ее губах появилась настоящая улыбка. Та, которую он и хотел видеть.
Некромант прижал девушку к себе и начал кружить ее в танце. Он понятия не имел, что это за музыка и какие движения должны быть под нее правильными. Но он выбрал вальс и двигался так, как было принято семь веков назад. Так, как танцевали во времена, когда в этом дворце был только один король — он сам.
Одна рука его лежала на ее талии, а вторая удерживала кисть в воздухе. Платье некромантки кружилось в воздухе, когда она неловко пыталась следовать за его движениями. Ее щеки горели, а губы она так часто облизывала, что Рейву становилось слишком жарко в его камзоле и рубашке.
Мужчина прикрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь немного успокоиться. Кажется, после разговора с Ливией кровь все еще бурлила слишком сильно.
Но в какой-то момент он случайно опустил голову, и тонкий сладкий запах девушки проник в его легкие. Как в первый раз. В тот день, когда он очнулся и едва не убил ее, чуть заметив. Нежный и легкий аромат ванили. Такой горячий, такой домашний.
Почти родной. 
Рейв не понял, откуда взялись эти мысли. Но осознал, что кровь бурлит вовсе не от разговора с Ливией.
Некромант зажмурился и позволил себе вдохнуть снова. Еще один раз, и все. Хватит этого сумасшествия.
Пряный тягучий яд… 
Жарко. Ворот рубашки сдавил горло.
Рейв осторожно скользнул ладонью по женской спине. Почувствовал пальцами линию позвоночника под тонкой тканью. Опустился вниз почти к самой юбке.
И замер.
Все. Пора приходить в себя.
Но, открыв глаза, некромант снова увидел грустный взгляд. Посмотрев туда же, куда глядела девушка, Рейв встретился взглядом с вернувшейся Ливией.
Герцогиня распустила прическу, которую он ей хорошенько подпортил, и сейчас смотрелась еще великолепнее. Волнистые волосы спускались к самым бедрам и отливали гречишным медом.
Некромант нахмурился и, стиснув зубы, спросил, переключая внимание Ангелины на себя:
— Малышка, хочешь, я тебя развлеку?
Ангелина подняла на него большие, влажно блестящие глаза и произнесла:
— Развлечешь? Не надо беспокоиться обо мне, Рейв. Я прекрасно себя чувствую. И мне нравится с тобой танцевать.
Похоже, она не лгала. Но некромант хотел полной победы. Хотел увидеть на женском лице живой интерес. Азарт. Восторг. Хотел заставить ее забыть про все на свете. Чтобы она была рядом с ним так, как он сейчас был рядом с ней. Целиком и полностью.
И спустя секунду так и произошло, стоило ему произнести всего одну фразу:
— Ангел, ты когда-нибудь слышала Ноктюрн смерти?

Ангелина  

Брови сами собой сдвинулись. Это мне сейчас показалось или он и вправду спросил меня про Ноктюрн смерти? Или, может быть, у них там, в глубинке, есть какой-то свой ноктюрн, а вовсе не тот, который играл семьсот лет назад Рейв Эридан Кастро-Файрел? Тот, кто и придумал мелодию, поднимающую духов из небытия?..
— Рейв, — недоверчиво произнесла я, — ты какой ноктюрн имеешь в виду, скажи, пожалуйста?
Некромант широко улыбнулся. Его глаза сверкали таким темным мистическим светом, что по спине прокатилась волна мурашек. Под кожу брызнули колючие искры, и, кажется, каждый крохотный волосок на теле встал дыбом.
— Уверен, тебе понравится, — шепнул он, вдруг на короткий миг прижав меня ближе и едва заметно коснувшись губами уха.
Нет, этого просто не могло быть. Просто потому, что не могло быть никогда.
— Рейв, ты собираешься играть прямо сейчас, когда вокруг столько народа? И только для того, чтобы меня развлечь?
Мужчина улыбнулся.
— Мне плевать на них. Лишь бы ты улыбнулась.
Некромант отвернулся, даже не представляя, что в этот самый момент от его слов у меня едва не разорвалось сердце. Рейв же неторопливо направился через весь зал к музыкантам.
Толпа гостей за столом с любопытством зашепталась. Его странное поведение не укрылось ни от кого.
— Граф Эридан, что вы задумали? — бросил король, явно снедаемый любопытством.
Мужчина обернулся и с легким поклоном ответил:
— Ваше величество, если позволите, я сыграю вам одну композицию. — В этот момент он бросил на меня пронзительный взгляд сквозь пространство. Десяток метров, которые уже разделяли нас, лишь усилили эффект следующей фразы, которую он говорил словно только для меня одной: — Эту композицию придумал я сам.
Кажется, все. Сердце не разорвалось, но остановилось. Насовсем.
Он же лжет, правда?.. Хочет удивить меня или напугать.
— О! Это будет великолепным подарком! — воскликнул король, хлопнув в ладоши.
По этому молчаливому приказу пианист послушно встал, уступая стул Рейву, и отошел в сторону вместе с остальными музыкантами.
Мужчина сел и уверенно расположил длинные пальцы на клавишах так, словно играл всю жизнь.
Зал затих. А в следующую секунду музыка полилась рекой. Сперва неторопливо и тихо, затем все громче. Она проникала внутрь меня, отражалась в легких, смешивалась с кровью. С каждым мгновением все больше казалось, что я дышу этой мелодией и чувствую вокруг только ее.
Никогда не слышала ничего подобного. И, готова поспорить, никто из присутствующих тоже. Да что там — вряд ли хоть кто-нибудь во всем королевстве слышал что-нибудь, способное сравниться с этой музыкой. Ведь вместе со звуками, льющимися с белых клавиш, в зале вокруг начинала оживать Тьма.
С каждым витком мелодии в зале становилось все темнее. Сперва портьеры на окнах сами собой задвинулись, будто от порыва ураганного ветра. Затем волшебные светильники ни с того ни с сего начали гаснуть. Вскоре все вокруг погрузилось в кромешную тьму. Люди, сидящие за столом, и те, кто еще совсем недавно танцевал вместе с нами, нервно молчали, точно так же впитывая этот странный пронзительный мотив. Не смея шелохнуться или произнести хоть слово.
Кажется, даже король потихоньку начал ощущать, что вокруг происходит нечто необычное. Придворные маги напряглись за королевским троном. Они в непонимании озирались по сторонам, наблюдая, как сгущается сумеречная магия.
А я прикрыла глаза, осматривая окружающее иным, темным зрением. И то, что предстало моим глазам, повергло меня в дикий первобытный восторг.
Это и правда был Ноктюрн смерти… 
И уже не нужно было обладать особым зрением, чтобы увидеть их .
Над блестящим от воска полом кружили белесые тени, духи. Будто в один миг кто-то открыл врата в Сумерки. Будто с десяток некромантов-магистров явились на кладбище, проводя совместный ритуал спиритизма.
Вот только тут не было магистров. Не было ритуала. Никто не читал ни одного заклятия, способного призвать неупокоенную душу.
Был лишь один Рейв и его ноктюрн.
Ноктюрн короля мертвых…
Все четче становились образы, все ярче мертвые лица. Музыка продолжала литься, словно лунный свет, под которым неживые начали танцевать.
Вот девушка в длинном белом платье. Может, когда-то оно было совсем другого цвета, но сейчас имело оттенок пепла. Рваные лоскуты свисали с юбки. На руках и лице были заметны трупные пятна, а изо рта вывалился сгнивший язык.
Но это лишь мгновение. Вот девушка сделала оборот в танце, и ее облик снова стал человеческим. Исчезли страшные повреждения. Платье обрело былую пышность и целостность. Только сама его хозяйка не улыбалась.
Рядом с ней находился точно такой же мужчина в старом дырявом фраке, фасон которого подозрительно напоминал тот, что был на Рейве в первый день нашей встречи…
И еще несколько десятков таких же древних духов. И их становилось все больше. Они танцевали и танцевали как проклятые, с каждым оборотом разглядывая нас, живых, своими мертвыми глазницами.
А я повернула голову к Рейву, все еще не веря своим ушам и глазам, что действительно слышу Ноктюрн смерти и вижу этот диковинный танец.
Некромант играл. Я прикрыла веки и поняла, что он не просто творит мелодию на пианино. Под его пальцами находились иные, призрачные клавиши.
А в следующий миг в основании зала, в нескольких метрах от короля и его невесты вдруг возник трон. Он казался продолжением самого зала. Его сердцем и его основой. И если приглядеться, то и стены уже приобретали совсем другой вид. Исчезла слащавая розовость. Теперь на мягкой обивке из темно-шоколадной ткани были вытканы белоснежные драконы с алыми глазницами. В углах зала стояли высокие напольные канделябры, отбрасывающие настоящие блики восковых свечей. А вдоль стен расположились слуги-привидения, держа в мертвых руках подносы с прозрачными яствами.
В один миг Рейв вдруг отнял руки от пианино, повернувшись к залу. Но музыка не перестала играть. Клавиши нажимались теперь сами собой. И магическая пляска смерти продолжалась.
Рейв не улыбался. В его глазах мелькал какой-то чужеродный мрак. Темное торжество, какого я ни разу раньше не видала у него.
Мужчина медленно встал со стула перед пианино, сделал несколько уверенных шагов в сторону явившегося из небытия трона и… сел на него, будто он настоящий. Коснулся одной рукой полированного черепа на подлокотнике. Положил пальцы на гладкую лобную кость. А второй рукой подпер подбородок.
Сильная широкоплечая фигура мужчины вписалась в очертания этого мрачного кресла как влитая. И мне наконец все стало ясно.
Не знаю, как это произошло. Не понимаю, как это могло получиться. Но некромант всегда говорил мне правду. Его и впрямь зовут Рейв Эридан. Рейв Эридан Кастро-Файрел. И забери меня Тьма, если он не настоящий король мертвых!

ГЛАВА 14

Рейв  

Да, ему нравилось, как это выглядит. Нравилось снова чувствовать себя прежним, тем самым Рейвом, который с легкостью управлял сотнями мертвецов. Тем самым Рейвом, которого боялись духи и под музыку которого приходили потанцевать.
И Файрел, его дом, на несколько долгих пьянящих минут снова стал его собственностью. Начал дышать. Ожил, почувствовав пляску смерти. Мелькали на стенах отражения старых гобеленов, сверкала темная краска на деревянном лакированном полу, исчезли позорные миниатюры на стенах и изображения на потолке.
Но, увы, это было лишь воспоминание, призраки прошлого, вложенные в каменную кладку дворца вместе со смертью нескольких десятков строителей. Их духи стали духами замка.
Да, Рейв не щадил своих подданных. Хотя когда-то ему казалось, что он все делает правильно.
Музыка еще звучала, а Рейв сидел на своем старом троне, сотканном нынче из обыкновенной Тьмы. Стоит щелкнуть пальцами, и все исчезнет.
Но некромант не торопился. Оставалась лишь самая малость: насладиться взглядами, которые на него бросала его малышка и эти ничтожные существа за столом. Толпа бесполезных гусениц и одна тропическая бабочка.
Его Ангелина.
Она смотрела на него с немым восторгом. Да, ни капли не испугалась. Настоящая некромантка. Пусть и слабая…
Улыбка сама собой появилась на губах. Рейв и правда надеялся, что его Ангел обрадуется. Ведь вся эта глупость затевалась только ради блеска в ее глазах.
Когда он успел стать таким сентиментальным? Кажется, раньше даже с Шайной он не слишком-то проявлял нежность. А теперь простая девчонка заставила его пойти на риск.
Ведь он еще не готов к настоящему бою… 
Но ко всему прочему некроманта ждал небольшой сюрприз. И прямо в этот миг он приближался к нему с другого конца зала.
Его женушка.
«Надо же…»
— Помянешь духа — вот и старуха, — проговорил Рейв, замечая хрупкую женскую фигуру, летящую к нему.
Длинное платье было узким. Его Шайна никогда не любила широких юбок. Ей казалось, что они полнят. Сама же женщина постоянно сидела на диетах, добиваясь идеальной фигуры и впалых щек.
Рейв никогда не останавливал ее от изнуряющих голодовок и странных пищевых пристрастий. В то время ему было плевать. А легкая бледность, которая преследовала женушку из-за ограничений в еде, даже нравилась некроманту — ведь так Шайна становилась похожа чуть ли не на призрака. Отличная жена — под стать королю мертвых.
Рейв едва заметно качнул головой, разглядывая облик бывшей супруги, все такой же бледной и худой. Наверное, в прошлом он был неправ. Наверное, в его отношениях с Шайной было слишком много безразличия.
Но теперь это не имело значения. Сейчас судьба жены ни капли не трогала некроманта. Словно все чувства умерли, остались глубоко под землей в той самой могиле, где он провел последние семь сотен лет. А потому в этот момент лицо бывшей, искаженное мукой злобы и какой-то затаенной просьбы, не пробуждало никаких эмоций.
Она застыла напротив него, нависая над призрачным троном. Ее длинные волосы развевались в воздухе вокруг головы, а легкое платье распахивалось, оголяя мертвые прозрачные ноги.
Шайна открыла рот, и мужчина увидел огромный черный провал. Оказывается, после смерти женщина стала банши. Кто знает, где она сейчас обитает и откуда ее вызвал в Файрел Ноктюрн смерти. Но факт оставался фактом: она не была простым духом.
Мужчина нахмурился и щелкнул пальцами.
Вот только крика банши ему здесь не хватало, конечно.
В ту же секунду женщина схватилась за горло и закрыла рот. Затем всплеснула руками и откинулась назад, раскрыв ладони и беззвучно шевеля губами.
Еще через секунду она снова смотрела на него мертвыми глазами, словно пытаясь сжечь на месте.
— Иди, делай свое дело, — жестко бросил некромант, почувствовав легкое раздражение.
Шайна больше не часть его жизни. Она — лишь тень человека, который слишком много лет назад предал его.
И как только привидение отлетело, намереваясь продолжить танец, Рейв встал с кресла и хлопнул в ладоши, одновременно направляясь к столу.
В его походке отражались невозмутимость и спокойствие. Словно прямо сейчас здесь совершенно ничего не произошло. И скоро так и стало казаться, ведь с каждым шагом мужчины музыка стихала, а незваные гости стали покидать зал.
Мертвые уходили.
Как только Рейв вернулся на свое место и забросил в рот аппетитную виноградинку, все снова было, как прежде. Волшебные светильники горели под потолком, портьеры вернулись на место, открыв из окон вид на оранжевый закат. Исчезли трон и канделябры. Пропали со стен изображения драконов.
Хрустнула во рту Рейва плотная ягодка, а за столом все еще царила тишина. Король и Ливия смотрели на мужчину горящими, почти невменяемыми взглядами. И если Герхард очевидно был напуган, то на лице его половинки светилось лишь голодное удовольствие.
— Простите, граф Эридан, — прокашлялся его величество. — Это что сейчас было?.. Вы сказали, что сами придумали эту мелодию. Но… Уж не Ноктюрн ли смерти это был?
Все остальные гости ожидали ответа с таким же нетерпением, как и Герхард.
Рейв про себя усмехнулся.
«Ага, сейчас…» — подумал он и ответил:
— Какой ноктюрн, ваше величество? Вы о чем?
Некромант невозмутимо изобразил самое невинное выражение лица.
— Но… как же?.. — Герхард не мог подобрать правильные слова.
Зато Ливия подалась вперед и с широко распахнутыми глазами спросила:
— Вы сидели на троне короля мертвых, граф. Что это значит?
— Это просто занятный фокус. Представление в историческом духе. Мне хотелось вас развлечь, — сделал неопределенный жест рукой Рейв.
Дама справа от него нервно дернулась.
Король переглянулся со своими магами, которые обступили его с двух сторон. Стража в углах зала тоже очевидно напряглась.
Кто-то из братьев Ливии оперся о стол рукой и уверенно проговорил:
— Говорят, Ноктюрн смерти было под силу сыграть только вашему далекому прадеду. Может, этот секрет передался и вам?
Рейв улыбнулся. Определенно, Ренданы трусливостью не отличались. Что будущая королева, что ее родственники совсем не выглядели напуганными.
— Наверное, это у меня в крови, герцог, — ответил некромант спокойно, отпив вина из бокала.
Следующие полчаса он рассказывал о том, как глубоки его познания в магии, и снова повторял, как рад будет чем угодно помочь его величеству и ее светлости Ливии. Постепенно окружающие вроде бы немного успокоились, и где-то на другом конце стола некромант даже расслышал слова, заставившие его улыбнуться: «Да брось, какой из него король мертвых? Клыков нет, крыльев нетопыря тоже…»
Совсем скоро, когда все нормы приличия уже были соблюдены, Рейв решил, что пора заканчивать этот утомительный ужин и возвращаться к себе.
Ангелина смотрела на него восхищенным взглядом, явно желая задать тысячу вопросов. И некромант не собирался ей мешать. Пускай пока только ей, но сегодня он был готов сказать правду.

Зомзом  

«Тихо. Тихо как в могиле. Только звук шагов едва слышен. Отражается от стен, проникает в голову. И ветер… Слышу, но не чувствую.
Интересно, когда лежишь в могиле, ветер шумит так же тихо и заунывно? Кажется, именно так и должно быть под толстым слоем земли и червей…»
Зомби медленно бродил по коридорам замка и размышлял. Хозяин оставил его в особняке для гостей, но мертвецу было… Как бы правильно выразиться?.. Скучно. Да, именно так.
В день своего второго рождения Зомзом превратился в нежить, обладающую разумом. Король мертвых своим заклятием разжег искру в его мозге, и теперь по венам, капиллярам, а также нервам и нейронам курсировала сама Тьма. Именно она заставляла двигаться конечности, и именно она создавала в голове зомби иррациональные, необъяснимые импульсы, дающие возможность размышлять.
С каждым днем эти импульсы делались ярче. Они позволяли мертвецу обучаться, становиться умнее. И даже в какой-то мере — чувствовать. Хотя, несмотря на это все, самым главным чувством Зомзома оставалось желание убивать.
Впрочем, сейчас это желание стало почти номинальным. Запрет Рейва на употребление человеческой плоти уже совсем не расстраивал мертвеца. Какой смысл злиться, если ничего нельзя изменить? Поэтому каждый раз, когда фальшивый лакей графа Эридана встречал какого-нибудь настоящего слугу, он насильно отворачивался, пока его глаза не вспыхнули алым, и обещал себе обглодать вкусные человеческие пальчики в другой раз.
Сейчас в Файреле было довольно темно. В коридорах не было окон, да и волшебные светильники зажглись не везде. А в том крыле, где он сейчас очутился, вообще словно бы кто-то нарочно потушил весь свет.
Зомзом чувствовал, что хозяин где-то рядом. Связывающая их нить почти совсем расслабилась. А потому зомби гулял здесь, не отдавая себе отчета в том, что на самом деле просто инстинктивно движется к своему создателю.
Но вот впереди коридор повернулся под прямым углом, и за ним в кромешной тьме мелькнуло женское платье.
Мертвецу не нужны были огни, чтобы видеть сквозь сумрак. Его глаза, внутри которых пульсировала магия, были универсальным артефактом. Совершенное зрение днем, ночью, в тумане и даже в воде. Зомзом не знал, у всех ли мертвых такие же способности или только у него одного. Но собственная удача его радовала. Если, конечно, мертвецам вообще ведома радость.
И вот сейчас он продолжал неторопливо двигаться по коридору, различая до мелочей каждую деталь вокруг: древние держатели для факелов, рисунок трещин на каменной кладке и мягкую ткань юбки, стелющейся по полу далеко впереди.
Зомзом не испытывал страха или любопытства. Ему было, в общем-то, наплевать, кто там прячется за поворотом. Но с каждым шагом вокруг все сильнее сгущалась Тьма, превращая воздух в липкий кисель.
В смердящее варево из костей и крови… 
У мертвых свое видение происходящего. И то, что живому показалось бы просто усилением магического фона, зомби ощущал глубже. Вот, например, сейчас совсем рядом какая-то колдунья проводила очень злой ритуал.
При жизни Зомзом прекрасно знал, что некоторая часть некромантов Альденора изучала сумеречную магию в ее худших проявлениях. Яды, порчи, болезни, моровые поветрия, эксперименты на крови. Теперь же, будучи созданием Тьмы, он понимал больше: магия таких колдунов носила особый отпечаток. И на вкус она казалась горькой.
Потому Зомзом дошел до поворота и затаился, по привычке втягивая воздух, который был ему уже не нужен. А затем повернул голову, незаметно выглядывая из-за угла.
То, что предстало его глазам, было действительно ужасно. Даже для мертвеца.
Молодая женщина стояла посреди коридора и глубоко дышала. Она явно была возбуждена, и не только в моральном плане, но и в физическом. Ее щеки горели, а губы она беспрестанно облизывала, то и дело задумчиво зарываясь пальцами в волосах.
— Ну ничего, граф, мы еще поиграем, — медленно протянула она.
Ярко-алый рот искривился в жестокой ухмылке.
Затем она достала из кармана платок, с белизной которого так сильно контрастировали багровые пятна.
«Кровь… Чую кровь… Сладкий запах с кислинкой магии…»
Зомзом потянул носом, стараясь вдохнуть поглубже.
Женщина смяла платок в руке, прищурившись с каким-то радостным злорадством. Затем другой рукой достала маленький стилет из глубокой ложбинки между грудей, распахнула пальцы и полоснула себя по ладони. Ее собственная кровь тут же впиталась в ткань, еще сильнее раздражая обоняние мертвеца.
В воздухе всколыхнулась Тьма. Жадная, голодная. Совсем не та Тьма, что служит обычным некромантам, но другая. Та, что живет на нижних уровнях Сумерек и редко поднимается из глубин бездны наверх.
Зомзом вздрогнул, впервые за последнее время испытав чувство, напоминающее страх. Ведь он знал: эта Тьма может поглотить и его самого, стоит только случайно очутиться у нее на пути.
Мертвец сделал шаг назад, впрочем, не переставая наблюдать из-за угла.
Женщина опустилась на колени, расправила кровавую ткань и положила ее на каменный пол. Ухватила покрепче кинжал и нацарапала на платке две цифры. Зомзом не был уверен, но, кажется, это были единица и четверка.
В следующий миг колдунья встала и отошла на шаг назад, зашептав темное заклинание. Древние слова эшгенрейского полились из ее рта, как яд с клыков ехидны. Зомби уловил семь ступеней силы. Седьмой уровень колдовства.
Очень сильное проклятие. И вряд ли оно когда-нибудь получилось бы у ведьмы с таким среднестатистическим источником. Однако мертвец чувствовал, что у стоящей впереди женщины имеется какой-то артефакт. Маленькая точка около сердца, которая пульсировала, словно живой организм. Она питала свою носительницу, передавала ей дополнительный резерв и принимала на себя откаты силы. Черная колдунья была не слишком одаренной волшебницей, но она явно совершенствовалась в некромантии долгие годы, превратившись в опасного врага для кого бы то ни было. Сейчас ее мастерство наверняка достигло магистерской ступени.
Платок на полу напитался черной магией и вспыхнул призрачным пламенем. Зомзом задрожал, неосознанно представляя, как туманные язычки перекидываются на его мертвую плоть, сжирают кожу, кости, оставляют от него лишь мокрое жирное пятно, которое затем и вовсе истлевает.
Это было по-настоящему страшно.
Как только окровавленная ткань почти совсем превратилась в пепел, женщина, поморщившись, хлопнула разрезанной ладонью по огню. Пламя потухло, но колдунья еще некоторое время не отнимала руки, удостоверяясь, что вся магия окончательно ушла.
— Ничего-ничего, — прошипела она. — Моя боль уйдет. А вот боль этой малявки — уже нет…
Алые губы изогнулись в жестокой улыбке. Ведьма поднялась с колен, отряхнула ладони и поправила юбку. Затем достала из маленькой сумочки на поясе тонкие атласные перчатки в цвет крови и надела. Не спеша развернулась и направилась куда-то по коридору.
Зомзом спрятался в нише за статуей, и, кажется, женщина не заметила его. Она самодовольно двигалась туда, откуда слышался отдаленный шум голосов, тосты и смех.
Напоследок в каменной тишине этой части дворца раздались всего несколько слов. Почти неразличимые, потому что колдунья произнесла их одними губами. Но зомби услышал:
— Твоя птичка скоро умрет, Рейв Эридан. Я сделала свой ход. Каков будет твой ответ?
Длинное платье черной некромантки прошелестело по старым плитам и скрылось из виду. Только тогда мертвец вышел из своего укрытия, сложив губы трубочкой. Так, словно пытался насвистеть какую-то мелодию.
«Значит, колдунья хочет убить Ангелину, — отстраненно размышлял он. — Интересно. Хозяин будет недоволен, если узнает…»
Но ни единого звука не сорвалось с его губ. Ни надоедливого мотива, ни даже пары нот.
«Должен ли я предупредить его? — продолжал размышлять Зомзом, все еще вытягивая губы, словно это могло помочь. — Единица и четверка. Должно быть, это дата, когда заклятие сработает. Четырнадцатое число месяца Огня…»
Мертвец сделал еще несколько шагов, затем остановился и открыл рот, нелепо потыкав внутрь пальцем.
«Похоже, уже завтра Ангелина умрет, — крутилось в его голове. — Сказать хозяину или нет? Да и как сказать? Языка-то у меня все равно нет…»

Ангелина  

Сказать, что я была взбудоражена, — ничего не сказать. В голове кипели самые разные мысли, грозя разорвать меня на части.
Рейв — король мертвых! И пусть только попробует сказать, что это не так!
Каждый мало-мальски разумный человек, окончивший столичную академию волшебства имени Джоша Белого, в курсе, что сыграть Ноктюрн смерти невозможно, не зная точного порядка символов эшгенрейского. В каждую ноту нужно вплести особую магию, которая была известна лишь создателю этого самого ноктюрна. И вот неожиданно заявляется какой-то человек, который без проблем играет эту мелодию. Вызывает толпу призраков в королевский замок, заставляет их танцевать! А потом говорит, что просто импровизировал и сам все придумал. И откуда заявляется? Прямо из-под земли!
Чушь какая. И ведь Рейв с самого начала назвал мне свое имя. С самого начала творил вещи, которые не под силу обычному колдуну! А я не поняла. Да и как можно понять, если король мертвых погиб семь сотен лет назад? Семь сотен!!!
Да и Рейв не похож ни на лича, восставшего из могилы, ни на гуля, ни на любую другую нежить. У него бьется сердце, вокруг кожи пульсирует аура живого человека. Он горячий!
Очень горячий…
Я глубоко вздохнула, с трудом возвращаясь к реальности.
После не самого удачного королевского ужина мой фиктивный жених как-то подозрительно быстро увел меня из зала. Взял за руку, откланялся перед его величеством и ее светлостью и просто ушел, ничуть не заботясь о том, как это может выглядеть со стороны.
Хотя, может, так и должно быть? Может, в этом нет ничего странного? Меня же просто смутили десятки широко распахнутых глаз, провожающих наш уход.
Всю дорогу до гостевого особняка мужчина молчал. Идти было недолго. До захода солнца еще оставалось время, и мы неторопливо шагали по замковому парку. Здесь пахло цветами и свежескошенной травой. Я нервничала, желая спросить слишком многое, и не знала, с чего начать.
В результате, когда мы вернулись к себе, Рейв расположился на диване около разожженного камина, а я начала беспокойно вышагивать напротив него, кусая ногти и краснея под его как всегда насмешливым взглядом.
— Итак, ты правда король мертвых? — выдохнула, остановившись и уперев руки в бока. — Ты Рейв Эридан Кастро-Файрел? Свергнутый семьсот лет назад правитель Альденора?
Некромант поморщился, но улыбаться не перестал.
— Малышка, давай без вот этого: «свергнутый правитель» и бла-бла-бла. Да, я король мертвых. Да, тот самый, что жил семь сотен лет назад.
Я резко выдохнула. Голова закружилась. Кажется, я все-таки до конца не верила, что это правда.
— Но как же так? — проговорила растерянно, сделала несколько шагов вперед и села на другую половину дивана, одновременно глуша в себе нестерпимое желание потрогать мужчину и даже пару раз ущипнуть.
Со мной рядом сидел тот самый Рейв Эридан! Тот, что покорил полмира магией и кровью. Тот, что поднимал войска нежити одним движением руки и имел армию, состоящую из пятидесяти тысяч мертвецов!..
Да быть этого не может.
— Как ты можешь быть живым? — широко распахнув глаза, спросила я. — Ни один волшебник не способен прожить так долго.
Некромант остановил на мне долгий взгляд, выдержав паузу.
— Есть секрет, Ангелина. Небольшая тайна. Когда я находился на пике своей власти, в моих руках была сосредоточена огромная мощь, — медленно начал рассказывать он, словно наблюдая за моей реакцией. — Ежедневно у меня был доступ к огромному количеству силы.
— Силы? — нервно перебила я, чувствуя, что мне просто необходимо понять до конца, что он имеет в виду.
— Силы, — кивнул головой Рейв. — Человеческая смерть может напрямую питать некроманта, если он умеет пользоваться этим ресурсом. Эманации гибели способны временно увеличивать анарель колдуна.
Это звучало страшно.
— То есть…
— Да, — кивнул Рейв с мрачным спокойствием. — Я без зазрения совести уничтожал целые города, если они отказывались капитулировать.
По спине пробежала ледяная волна. Это было так не похоже на того Рейва, которого я знала. Насмешливого, веселого, самоуверенного и дерзкого, но совсем не жестокого. Мог ли этот человек одновременно быть бессердечным убийцей?
— Затем, используя страдания мертвых, я с каждым разом становился способен на все более и более сильные заклинания. И я экспериментировал. Однажды мне удалось создать виал крови. Артефакт, соединяющий мою жизнь с жизнью другого существа. Бессмертного. Уже мертвого.
Я слушала, боясь моргнуть. Не смея вздохнуть. Передо мной, не знавшей магии сильнее оживления дохлого кота, вдруг нарисовался мир, полный крови, смерти и страшного некромантского могущества.
— Этот виал должен был сохранить мою жизнь в случае насильственной смерти. Если бы во время битвы меня пронзила стрела или какому-нибудь счастливчику удалось бы подобраться достаточно близко, чтобы отрубить мне голову, — с мрачной полуулыбкой продолжал он, — то артефакт вернул бы меня, перенеся повреждения на того, с кем я с тех пор был связан неразрывно. Более того, я должен был жить гораздо дольше обычного человека. Может быть, два или три века. Ровно столько, сколько хватило бы вложенной в артефакт энергии.
В этот момент Рейв сделал паузу и глубоко вздохнул. Его брови сдвинулись, а губы едва заметно скривились.
— Но лучший друг предал меня и заточил в зачарованную могилу. Его заклятие погрузило мое тело в своеобразный анабиоз. Я не уверен в том, как именно это подействовало на виал крови. Но, судя по всему, с тех пор артефакту не нужно было тратить слишком много энергии на поддержание моей жизни. Я был почти мертв. И именно поэтому его резерва хватило так надолго.
— Значит, — с ужасом прошептала я, — ты в любой момент можешь вновь умереть? Только теперь по-настоящему?
Я действительно испугалась.
Мы были знакомы с Рейвом всего несколько дней. Еще и недели не прошло с того момента, как он выбрался из земли, раскидывая грязь во все стороны. Напоминая то ли стихийного мага из соседнего королевства, то ли едва пробудившегося зомби.
Но он не был ни тем, ни другим. Я же была уверена, что без него моя жизнь снова станет как минимум скучной до зубного скрежета. А как максимум… я не хотела об этом думать.
— Да, — кивнул Рейв, вырывая меня из плена неприятных мыслей. — Я могу умереть в любой момент.
— Какой ужас! Но надо же что-то сделать! — выдохнула, заметив, как мягкие губы изгибаются в улыбке.
— Поверь, малышка, я работаю в этом направлении, — спокойно ответил некромант, словно мы говорили вовсе не о его смерти.
А затем поднял руку и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.
— Рейв… — выдохнула я, боясь пошевелиться.
Жар прокатился волной по позвоночнику.
— Значит, ты — король мертвых? — снова задала я этот вопрос, словно ожидала, что вот сейчас он ответит отрицательно и все это окажется нелепой шуткой.
Но некромант кивнул, с улыбкой добавив:
— И меня практически убил твой прапрапра и еще много раз «пра» дед.
Я шумно сглотнула и тут же покраснела.
— Надеюсь, ты на меня за это не в обиде… — выдавила немного нервно. — Поверь, я бы его отговорила, если бы могла.
Рейв тихо засмеялся.
— Не стоит, Ангел. Он получил по заслугам.
Некромант хрустнул костяшками пальцев, словно сжимал что-то в руке. Я непонимающе нахмурилась, потому что была уверена: там ничего нет.
Впрочем, это не имело никакого значения. Важно было другое.
— Но почему ты мне это все рассказываешь? Почему решил сказать правду, а не обманывать дальше, как и всех остальных?
Рейв некоторое время молчал, не сводя с меня странного взгляда. А потом медленно проговорил:
— Знаешь, однажды одна молодая некромантка, лежа в медвежьей берлоге, рассказала мне о себе то, что не рассказывала прежде никому другому.
Его тихий голос неожиданно отразился в груди теплой вспышкой.
— Значит, ты просто решил быть честным в ответ?
Мужчина улыбнулся, но его лицо оставалось серьезным.
— Нет. Я хочу быть честным именно с тобой.
Я чуть не подавилась собственным сердцем. Оно стучало в горле, в ушах, в висках. Мешало дышать. Я чувствовала, как жар окутывает меня с ног до головы.
Но в ту же секунду меня дернуло все испортить и спросить:
— А та женщина в зале, призрак, что подлетел к тебе… Это была твоя возлюбленная?
Воспоминание о странной длинноволосой даме, которая, раскинув руки, пыталась то ли обнять Рейва, то ли придушить, все еще нервировало. Даже с большого расстояния я видела в ее глазах столько эмоций, что внутри меня все переворачивалось.
А вдруг он любил ее? Или вообще любит до сих пор.
С другой стороны, какая мне разница?
Я едва заметно покачала головой.
«Ангелина, кажется, ты ревнуешь короля мертвых к мертвецу…»
Если бы кто-нибудь сказал еще недавно, что мне придется произнести такую фразу, я бы долго смеялась.
Рейв снова молчал, внимательно разглядывая меня, словно пытался прочесть мысли. И мне казалось, что ему это удается.
— Ну, не томи уже! — воскликнула я, начиная нервничать от того, что моя ревность для него как на ладони. — Это была твоя девушка?
— Жена. Это была моя жена.
Я выдохнула.
— Наверное, она страдала после твоей смерти. Может быть, даже искала способ вернуть тебя. — И спустя пару секунд добавила: — Я бы искала…
Рейв улыбнулся, но в улыбке чувствовался привкус полыни.
— Вряд ли, малышка. Моя жена изменяла мне с Ульфриком. Как раз перед тем, как он похоронил меня заживо.
— Но…
— Давай не будем об этом, Ангел, это грустная история с не самым счастливым концом.
— Но ты ведь жив! Значит, конец все-таки счастливый, — неуверенно улыбнулась я и неожиданно для самой себя протянула руку, коснувшись его ладони. Совсем чуть-чуть, кончиками пальцев.
Но это движение обожгло меня. Я вдруг поняла, что Рейв не просто человек. И мне стало страшно. Он тот, о ком писали в учебниках. Тот, из-за кого некромантия почти полностью исчезла как проклятая наука.
Но, с другой стороны, я-то знала его совсем иным. Странным незнакомцем, который на постоялом дворе Ихордаррина пережидал мой приступ, гладил меня по голове, пока я не пришла в себя. Мужчиной, который никогда не отворачивался, когда я рассказывала о себе самые неприятные вещи. Не смотрел на меня так, как должен был. Как на ублюдка и дитя кровосмешения. Я знала его как удивительного некроманта, который на королевском ужине сыграл Ноктюрн смерти, только чтобы поднять мне настроение.
И как такой человек мог оказаться диктатором и убийцей?
В общем, настроение у меня неожиданно оказалось самым лирическим. Но Рейв ко всему прочему великолепно умел менять темы разговора. А потому он чуть склонился вперед и задал совершенно дурацкий вопрос. Типа моего пару минут назад.
— Почему ты ни разу не ответила Ливии Рендан?
Примерно как холодное ведро воды на голову. И капельки, такие щекотные, стекают по лицу.
— В смысле «не ответила»? Не молчала же я, когда она задавала вопросы. Мы прекрасно поговорили. Мне кажется, я вела себя вполне прилично.
Рейв фыркнул, расположив обе руки по спинке дивана.
— Ты не заметила, что она пыталась специально тебя задеть? — продолжал он, а потом добавил задумчиво: — Возможно, по фамилии она догадалась о том, кто ты. Если ей известна история твоей матери и если она причастна к ее судьбе…
— Специально? — немного нервно прервала я. — Незачем ей делать это специально. Просто я, низкородная, сидела за одним столом с самим королем и будущей королевой. Вот и вопросы…
— Да брось, — отмахнулся некромант. — Даже слепой бы заметил. Впрочем, не важно. На твоем месте я бы вообще рассказал все отцу. Пусть знает, с кем он сидел за одним столом .
— А с кем?! — воскликнула я, чувствуя, что теряю самообладание. — С собственной незаконнорожденной дочерью? С ребенком, которого он, вероятно, не хотел видеть живым?
Рейв никак не отреагировал на этот всплеск эмоций.
— Во-первых, малышка, — спокойно продолжил он, — сейчас ты — спутница короля мертвых, не так ли?
Я нехотя улыбнулась.
— А во-вторых, если ты боишься, что тебя не станут слушать или попытаются оскорбить, я всегда могу помочь. Ты же не думаешь, что я позволил бы оскорблять собственную невесту? — На его губах заиграла улыбка охотника. — А вот рассказать твоему папаше, что за свои поступки следует платить, все же стоит. И плевать, что это не принято этикетом. Пусть подавятся своими правилами. Если хочешь, расскажешь ему все прямо завтра. И я тебе обещаю, что его безответственное величество тебя выслушает.
— И что потом? — хмуро спросила я. — Подождем, пока нас обоих погонят из дворца поганой метлой? Или еще чего похуже? Ты ничего не понимаешь!
Я отвернулась, нервно постукивая пальцами по подлокотнику дивана и глядя в огонь.
— Успокойся, я же говорю, что помогу тебе…
— Не надо мне помогать, — резко оборвала я, не оборачиваясь. — У меня все хорошо.
— Да ты трясешься как осиновый лист рядом с собственным отцом, — жестко сказал он, не давая мне возможности закончить разговор. Придвинулся и, взяв за подбородок, заставил посмотреть на себя. — У тебя от рождения должен быть как минимум титул графини. Но ты — лишь дочка горшечницы с нищим содержанием. Ты обязана заставить всех с собой считаться. Не только Ливию, эту ведьму с червяками вместо мозгов, но и всех остальных. Ты понимаешь вообще, что должна быть принцессой? Жить в замке, спать на десяти перинах и купаться в крови девственниц? Ну, или девственников, если так тебе больше нравится.
— Мне не нравится, — резко отвернулась я. — И ничего подобного я не хочу. Пусть все остается как есть.
Рейв холодно усмехнулся и откинулся назад.
— Понятно. Ты еще ребенок. Сколько тебе, я забыл? Девятнадцать? Двадцать?
И махнул рукой, словно двадцать один прожитый год — это так, семечки отщелкать. Перед глазами вдруг мелькнула картинка, как лысый птенец проклевывается из яйца. Мокрый такой, нелепый. А рядом самодовольно вышагивает красавец-павлин. И, похоже, я в этой истории — первый вариант.
Ну уж нет. Меня такими штучками не возьмешь.
Прищурившись, я развернулась к Рейву и воскликнула:
— А сам-то! Тебе сколько, тридцать? Ой, далеко ушел!
Некромант приподнял бровь и усмехнулся.
— Вообще-то мне семь сотен, малышка.
— Сколько тебе было на момент гибели? — фыркнула я, и Рейв скривил губы.
— Тридцать пять.
— Ну вот! — воскликнула я. — А вовсе не семь сотен. А самоуверенности так вообще на шестнадцать. Или пятнадцать?
Рейв продолжал улыбаться, хищно прищурившись. Я же все никак не могла остановиться:
— И вообще, ты в курсе, что проиграл какому-то друиду? Хлипенькому и бестолковому. Некроманты же всех сильней, правда? А короля мертвых уделал мой дедуля. Друид! Смех, да и только.
В следующий момент я внезапно упала назад и оказалась прижата к дивану. Рейв завел мои руки за голову, опасно глядя в глаза.
— Малышка, тебе стоит выбирать выражения, — мрачно протянул он низким, слегка вибрирующим голосом, отдающимся волной мурашек по коже.
— Да что вы говорите! — фыркнула я, стараясь держать себя в руках, хотя кровь уже забурлила в висках, а дыхание начало сбиваться, как от быстрого бега. — Ты всегда так с женщинами обращаешься? У тебя точно жена была? А то, может, ты вообще ничего не умеешь, вот она и сбежала к друиду!
И тут, как говорится, упыря понесло.
Готова поклясться, что в этот момент в глазах некроманта сверкнули молнии. И я вдруг почувствовала, как он резко завел одну ногу мне между лодыжек, а второй с силой раздвинул колени.
Я резко выдохнула, широко раскрыв глаза.
— Давай, я покажу тебе, что я умею, а ты сделаешь выводы?
В ушах застучала кровь. Стало вдруг ужасно жарко. Захотелось одновременно расстегнуть платье и еще плотнее чем-то прикрыться.
Но я же не сдамся в бою, правда?..
— Ой, да что ты там покажешь? Не боишься опозориться перед маляв… — только и успела проговорить я, как в следующий миг мои губы накрыл жадный, глубокий и горячий поцелуй.

ГЛАВА 15

Рейв  

Сумасшествие. Он сходил с ума, сминая ее губы, целуя, с хищной силой сжимая запястья, останавливая себя лишь в последний момент, потому что Ангелине могло быть больно.
Желание стало невозможно контролировать. Хотелось касаться ее, ощущать под собой, вдавливать своим телом в жесткий диван, чтобы чувствовала, что делает с ним. Чтобы вдыхала его желание, притягивала ближе, шептала на ухо какую-нибудь несуразность. Лишь бы шепотом. Лишь бы скрывая стоны.
Он хотел этого. 
Бешено хотел закрыть ей рот, заставить ее замолчать. Чтобы весь этот бред про Ульфрика перестал звучать в воздухе и бесить его, еще сильнее разжигать кровь.
Где граница между яростью и страстью? Где ответ на вопрос: чего он хочет на самом деле?
Заставить ее закричать… 
Заставить произносить его имя. Чтобы срывалось с ее губ. Тихо и сдавленно. С зажмуренными глазами и запрокинутой головой. Чтобы выдыхала ему в губы. Чтобы умоляла не останавливаться.
Тьма и Сумерки…
Маленькая, хрупкая как снежинка. Дотронься, и растает. А не дотронуться невозможно.
— Рейв, — тихо прошептала Ангелина.
Сдавленно, сладко. Так, что голова закружилась, а от напряжения в узких брюках стало почти больно.
Некромант закрыл глаза, тяжело дыша. Толкнулся вперед бедрами, медленно надавливая на самые пошлые и чувствительные точки, скрытые нижним бельем и юбкой.
Девушка тихо выдохнула, схватившись за его плечи. Издав едва слышный звук, напоминающий стон. Звук, разорвавший реальность некроманта. Вышибающий последние мысли.
Тьма и отродия Сумерек! Он жаждал ее, как приговоренный последнего желания! Как путник в пустыне — сочного тропического фрукта.
Мало понимая, что вообще происходит, действуя на одних инстинктах, Рейв целовал ее губы. Жадно, страстно, исступленно. Опускался к шее, пьянея от тонкого запаха, который уже так давно стал причиной его постоянного голода. Впитывал ее быстрое тяжелое дыхание, еще плотнее закручивающее гайки безумия.
И в какой-то момент его рука сама проскользнула между ними, медленно, но уверенно двигаясь по женскому бедру, прощупывая каждый сантиметр ее тела, ее горячей кожи. Задирая юбку…
— Правильно, вот так, Рейви!
Как удар в висок — голос Ульфрика Айриса.
Опять.
Рейв глубоко вздохнул.
Остановиться сейчас было сложнее, чем воткнуть самому себе в ногу тупой кинжал. Но долбанный друид прекрасно справлялся с этой задачей.
— Мы же сейчас трахнем девчонку, правда? — проговорил белесый призрак, восседающий в кресле напротив.
Он подпер голову рукой, с интересом наблюдая за происходящим.
И ведь по морде ему не дать, не услышать хруста шейных позвонков, не разбить в кровь его гадкую физиономию.
Рейв распрямил руки, тяжело дыша. Глядя только в темные, замутненные желанием глаза девушки. Рассматривая ее влажные, приоткрытые губы, маленькую жилку на шее, которая пульсировала так быстро, так горячо.
— Ну, давай уже, не медли. Найдешь другую на роль девственного ягненка для заклания, — продолжал друид. — А эту отымей так, чтобы кричала от удовольствия. Или боли. А лучше и то, и другое.
Некромант зажмурился. Слишком яркими были картины, которые он все еще видел перед глазами. Слишком сложно было отказаться…
Потому что он хотел. Хотел послушаться долбанного Ульфрика, по крайней мере, раз в жизни. Или в смерти.
Ангелина облизнулась. Будто дразнила его. Смотрела не отрываясь, продолжая проводить языком сперва по нижней, потом по верхней губе. Замерла, не смея шевельнуться. Лишь полная грудь то поднималась, то опускалась, стянутая не слишком жестким корсетом. Прямо перед его глазами.
«Отец Тьмы, что ж ты делаешь, Ангел?.. Будто не понимаешь, что может сейчас произойти. Что еще немного, и я…»
Он сам не знал, что тогда случится. Сейчас он дышал ею, наполнялся ее запахом так, что кровь в венах закипала. И старался забыть, что рядом находится старый враг.
Да и находится ли?.. Может, это все — лишь безумие. Игра его воспаленного мозга, отравленного семисотлетним пребыванием в могиле. В зубах призрачной саранчи.
«Нет здесь Ульфрика. Никого нет…» — мысленно сказал себе Рейв, выдыхая.
Только он и Ангелина. Только он и ее губы, влажно приоткрытые для него…
Рейв закрыл глаза и снова медленно, ошеломляюще медленно проник в ее рот. Словно пытался прочувствовать каждое мгновение. Каждую секунду.
И девушка вдруг будто расслабилась. Замерла на миг, а затем несмело зарылась в его волосах. Притянула к себе, не отпуская, целуя в ответ. Пытаясь прикусывать его своими маленькими зубками.
Некромант едва не зарычал от этой наивной ласки. Как цепной пес, чуть не сорвавшийся с привязи. Терзающий, кусающий сдерживающие веревки. Чтобы не напугать.
Не уничтожить снежинку.
Ангелина медленно приоткрыла рот, встретившись с его языком. Окончательно сминая волю, разум, мысли. Превращая все вокруг в ураган желания.
— Правильно, лучше трахни и убей ее сразу, — раздался над самым ухом голос Ульфрика. — Пробудим Бьельндевира прямо сейчас, как думаешь? Он уже, небось, соскучился. Ждет не дождется, когда снова сможет распахнуть крылья. Эх, старый друг!
Рейв резко отодвинулся от девушки и, сжав зубы, со всей силы ударил ладонью о спинку дивана. Деревянное основание хрустнуло, но осталось на месте.
— Что… что случилось? — испуганно спросила Ангелина, округлив глаза.
— Прости, прости, малышка, — выдохнул мужчина, вставая. — Я думаю, мы оба сегодня слишком устали. И вряд ли тебе захочется слушать рядом с собой храп семисотлетнего некроманта.
С этими словами он схватил со столика свой камзол, который кинул туда не больше часа назад, и направился к двери, тяжело дыша.
— Рейв! — воскликнула девушка нервно. Почти обиженно.
Мужчина остановился, сжав губы. Ее расстройство болезненно резануло по ребрам где-то внутри. Он повернул к ней голову и, стараясь не смотреть на Ульфрика, маячившего перед лицом, проговорил:
— Ложись спать, Ангел. — Натянутая улыбка еще более искривила маску ярости на его лице, но Рейв старался не думать о том, как выглядит со стороны, и просто договорил: — У меня, оказывается, есть пара срочных дел. Я приду не скоро. Не переживай, спи.
И как можно быстрее вышел прочь.
На самом же деле ему просто нужно было прийти в себя. Рейв не знал, что на него нашло. Какого дохлого дракона он только что творил?
Прохладный вечерний ветерок освежал голову. Возвращал мыслям ясность.
Стоило некроманту выйти из особняка, как призрак Ульфрика исчез, но ярость это не погасило. Рейв был зол. На мертвого друга, на себя, на Герхарда Айриса, на Ливию. На то, что каждую секунду должен думать, как не сдохнуть по-настоящему. Как вернуть к жизни Бьельндевира.
А ему не хотелось. Хотелось просто жить, как обычному человеку.
С другой стороны, король мертвых никогда не был обычным человеком.
Некромант нахмурился.
— Что с тобой стало, Рейв Эридан? — спросил он в пустоту, глядя, как закат окрашивает горизонт за замком в багряно-оранжевые тона.
Город чуть вдали сверкал черепичными крышами, переливался на солнце. Этот Ихордаррин был незнаком мужчине. Все вокруг было чужим. Даже он сам теперь совсем не тот, что прежде.
Обессиленный. Слабый.
Когда-то давно король мертвых не просто мог вместить в себя в сотни раз больше сумеречной магии, чем сейчас. Не просто мог поднимать орды нежити. В той, прошлой жизни Рейв был другим . Бескомпромиссным, жестким, ни на шаг не отступающим от задуманного плана.
Он не боялся убивать.
Теперь же что-то изменилось.
Из многовекового заточения Рейв выбрался почти опустошенным. Вот уже прошло больше недели, а он практически ничего не сделал, чтобы это исправить. Старый Рейв уже давно уничтожил бы пару деревень. Высосал бы без остатка сотню-другую человеческих жизней. А новому Рейву было… жаль их?
Некромант с отвращением передернул плечами. Злость продолжала закипать внутри, бурлить, искать выход наружу. Она заливала взгляд алой пеной, будила в нем что-то давнее, знакомое. Заставляла Тьму вокруг беспокойно приходить в движение.
Когда Рейв добрел до города, выйдя на одну из узких улочек, солнце окончательно скрылось за горизонтом. Ночь наполнила переулки, окрасила каменные дома в мрачные оттенки. Сами собой зажглись магические фонари, бросая вокруг редкие голубоватые блики.
Некромант вспомнил про своего зомби. Нить связи натянулась, давая понять, что они далеко друг от друга. Сейчас мертвец должен выполнять его приказ, собирая эманации боли и смерти в цепь. Мысль о том, что таким образом Зомзом наполняет не только его артефакт, но и тот, что остался у Ангелины, приятно успокаивала. Маленькая некромантка была совершенно никчемной колдуньей. Его подарок должен хоть немного ее защитить.
И вот опять: какая ему разница? Вместо того чтобы убить девчонку, вернуть Бьельндевира и реанимировать собственный виал жизни, он размышляет о том, как защитить малышку.
Глупость.
Но он правда этого хотел.
Рейв устремил взгляд вдаль, ища в тусклом диске луны ответы на свои вопросы, и на миг прикрыл глаза.
Вдруг за спиной раздались тихие шаги. Некромант обладал тонким чутьем: годы в сырой земле не смогли до конца изменить охотника.
А Рейв был охотником и никогда не был жертвой. 
Поэтому ему хватило секунды, чтобы развернуться, сделать шаг в сторону, в тень высокого дома, и позволить узкоплечему мужчине прошмыгнуть мимо, споткнуться о выставленную ногу и повалиться вперед. Длинные руки бандита высунулись из плаща, выронив кинжал. Но упавший тут же сгруппировался и вскочил на ноги. Из-за угла появился еще один мужчина, чье лицо было скрыто капюшоном. Он зашел некроманту за спину, рассчитывая перерезать горло. Рейв ударил его локтем в живот, одновременно отводя кисть с оружием, схватил за шею и, наклонив к себе, перекинул через плечо.
Мужчина упал на землю как мешок с картошкой. Зато очухавшийся первый преследователь, подняв кинжал и выставив его лезвием вперед, медленно надвигался на Рейва.
— Отдавай деньги, — прохрипел он низким простуженным голосом.
Некромант склонил голову набок, рассматривая неприятеля. Тускло поблескивающие из-под капюшона глаза. Узловатые пальцы, сжимающие рукоять оружия. Дешевый плащ-хламида и потертые рваные сапоги. Зато движения уверенные и четкие, словно он делал это уже не в первый раз.
— Ты слышал? Выворачивай карманы, щеголь. — Второй мужчина уже встал на ноги и подходил к нему с другой стороны, точно так же угрожая оружием.
Рейв криво усмехнулся. Он не стал отвечать. И не стал звать Тьму. Ему хотелось размять кости. Посмотреть, годен ли он еще хоть на что-нибудь, или после стольких лет в могиле от него прежнего ничего не осталось.
Оба грабителя напали одновременно. Сверкнули лезвия, взметнулись в воздух темные хламиды.
Первым вскрикнул тот, что был ближе. Хрустнула какая-то из костей, и мужчина истошно взвыл.
Следующим ударом некромант вышиб челюсть его товарищу. Хук слева, и на мостовую брызнула кровь из разбитого лица.
— Падаль! — ругнулся кто-то из них, и первый снова ринулся в бой.
Некромант обошел его в два шага, пропустил немного назад. Ударил по руке, отчего мужик выронил кинжал. Затем схватил за шею, с силой сдавив кадык.
Из горла незадачливого грабителя донесся хрип. Он схватился за Рейва трясущимися пальцами, пытаясь отодрать кисть от горла. А некромант в свою очередь все сильнее сжимал руку, уже чувствуя, как вот-вот хрустнет кадык.
Однако в следующую секунду Рейв ощутил резкую боль. Взглянув назад, он увидел второго нападавшего, которого на некоторое время неосмотрительно упустил из виду. Тот воспользовался сложившейся ситуацией и полоснул кинжалом по груди своей жертвы.
Лезвие прошло по ребрам. Скользнуло, рассекая плоть. Отрезвляя болью.
Ярость вспыхнула в сознании с новой силой. В этот момент мужчина будто со стороны увидел свое искаженное лицо. Оказывается, все это время он улыбался полупьяной жестокой улыбкой.
Если бы сейчас на него взглянула Ангелина, что бы она подумала?
Некромант встряхнул головой и стиснул зубы. Ну вот опять. Он не должен об этом думать.
И не будет.
Больше Рейв не стал экспериментировать и медлить. Игры закончились. Он щелкнул пальцами, и в следующий миг всколыхнулась Тьма, превращаясь в послушного зверя. Ничего сложного. Просто черный туман, проникающий сквозь ноздри, уши, поры. Хмарь, застилающая глаза, как ядовитое марево. Легкая и дымчатая.
Густая и плотная. 
Тот тип, что ранил Рейва, упал первым. Он стоял на коленях и что-то шептал, раздирая шею ногтями, царапая нос, словно пытаясь снять с него невидимый зажим.
Бесполезно. Ему осталось полминуты.
Второго противника Рейв не отпускал. Пальцы отказались разжиматься и освобождать горло наглеца, а потому через пару секунд кадык бандита все же хрустнул.
А Рейв продолжал улыбаться бешеной кровавой улыбкой, которую когда-то давно помнили его враги. Он не отпускал нападавшего, даже когда прекратились его влажные булькающие хрипы.
Рейв хотел насладиться гибелью врага. Хотел ощутить его смерть. 
— He’shi sejer… — сорвалось с его губ, искривленных то ли радостью, то ли ненавистью.
Сумеречная магия вздулась вокруг головы умирающего, как огромный пузырь, который разрастался все больше и больше, пока не лопнул, растекаясь мокрым пятном нефти, стекая по лицу, впитываясь в поры. И вслед за этим кожа разбойника стала растворяться, словно под действием отравы. Обнажались мышцы, плоть, а затем и кости, пока в руке некроманта не оказался один голый череп.
В это время черная голодная Тьма спустилась сперва в сердце мертвеца, затем поднялась выше, скользнула по руке Рейва, в итоге целиком перетекая в него.
Это была иная магия. Та, что жила лишь на нижних уровнях Сумерек. Та, что исполняла приказы самых страшных тварей и темных богов. Но сегодня она снова пришла, чтобы подчиниться своему давнему хозяину. Тому, который вернулся спустя столько лет. Тому, кто действительно умел ею управлять.
Королю мертвых.

Зомзом  

Этой ночью, как и прежней, зомби бродил по улицам Ихордаррина. Он исполнял приказ хозяина. Его влек долг, и именно о нем зомби думал в первую очередь, несмотря на то что противная цепь жгла руки, высасывала Тьму прямо через кожу.
Но если бы мертвец был способен на положительные чувства, возможно, сейчас он был бы горд собой, ведь у него получилось неплохо зарядить артефакт. Сегодня ему удалось прорваться в больницу, где при нем скончались от какого-то поветрия аж десять человек.
Под утро он вернулся на территорию замка, чувствуя, что хозяин где-то рядом.
По пути к особняку для гостей мертвец немного замедлился, хотя он и так двигался не быстро. Издали стало видно, как готовится целая праздничная процессия. Что-то кольнуло его внутри, заставив отправиться туда. Любопытство? Точнее, то, что когда-то было любопытством.
В огромном саду напротив Файрела собралось много народу. Слуги бегали туда-сюда, исполняя приказы, организуя место для праздника.
Высокая белоснежная статуя крылатой женщины была окружена деревянными мостками, на которых со всех сторон стояли цветы в вазах. Внизу расставили несколько десятков стульев с мягкими дорогими чехлами. На каждом лежала карточка с именем.
Зомзом увидел среди челяди высокого мужчину с благородной осанкой и сразу определил в нем дворянина. Мозги нежити соображали уже не так хорошо, как прежде, и он не понимал, кто перед ним: граф, маркиз или герцог. Он видел лишь его смуглую кожу, под которой пульсировали вены и текла горячая кровь. Да еще темные волосы с медным блеском напоминали ту ведьму из коридоров замка.
Мужчина стоял рядом с одним из охранников, отдавая ему какие-то приказы. Зомзом подошел ближе, невольно вслушиваясь в разговор.
— …конечно, сделаю, ваша светлость, — кивал стражник, сдвинув брови. — Я все же командир охраны гарнизона Файрела. Ни одна муха не пролетит над головами его величества и вашей сестры, будьте покойны.
— Я не сомневаюсь в этом, Глейн, — строго отвечал мужчина. — И все же будь настороже. От этого графа теперь не знаешь, чего ожидать.
— Но, ваша светлость… Если граф Эридан вызывает опасения, почему бы не попросить его величество принять меры?
Зомзом склонил голову набок, рассматривая куст сирени. Будто ему вовсе и неинтересно, какое отношение его хозяин имеет к этим людям.
А может, ему и правда было неинтересно.
— А что ты предлагаешь? — фыркнул высокородный. — Ни с того ни с сего обвинить простого дворянина в том, что он — король мертвых, и послать в темницу? Чтобы завтра вызвать бунт или смуту среди остальных дворян? Да и вообще это бред. Чем это может помочь, интересно?
— Ну как же… — замялся стражник. — Он не будет представлять опасности. Вы ведь сами просили меня быть острожнее с ним.
Высокородный поднял глаза к небу и вздохнул, всем видом выражая, что разговаривает с абсолютнейшим дебилом.
— Если Рейв Эридан — король мертвых, как думаешь, его темница остановит? — спросил он наконец, фыркнув. — Тот Рейв  поднимал орды нежити, ты понимаешь, тупая твоя голова? Орды! Что ему какая-то темница! Да и вообще, хватит уже об этом. Мне, знаешь ли, не хотелось бы проснуться как-нибудь утром и увидеть в зеркале физиономию гуля. Или зомби. А от этих некромантов не знаешь, чего ожидать. — Мужчина усмехнулся и покачал головой. — Хорошо, что сестра не слышит. Эй, а это там не слуга графа Эридана, часом? — Он повернулся к мертвецу и нахмурился. — Эй, парнишка, подойди! — раздался властный приказ.
Зомби огляделся по сторонам, осознав, что зовут все же его. Куст сирени пришлось оставить без внимания.
«Подойти или нет?» — подумал мертвец, разглядывая издали, как пульсирует вена на шее высокородного, одновременно отмечая наличие двух кинжалов в сапогах стражника и меч на перевязи.
Зомзом тронулся с места и неспешно пересек разделяющее их пространство.
— Ты бы еще медленнее шел, я бы точно состарился, — процедил высокородный сквозь зубы. — Давно тут стоишь? — Настроение у него явно было отвратительным. — Отвечай, — бросил мужчина. — Ты знаешь, что за подслушивание полагается двадцать ударов плетью?
«Интересно, если я немного попробую его на вкус, он сильно разозлится? Скажем, руку. Или один пальчик…» — подумал зомби, опустив взгляд на перчатки собеседника.
— Мм, — протянул он, толи пытаясь попросить разрешения на укус, то ли что-то еще.
— Ты что, немой?! — рявкнул высокородный. — Отвечай, когда тебя спрашивают! Сорок ударов получишь за нерасторопность и глупость. И плевать мне, что чужих слуг пороть запрещено.
— Мм, — снова Зомзом попробовал что-то сказать и даже протянул руку к перчатке злого господина.
— Ваша светлость, — проговорил хмуро стражник, — а похоже, он и правда немой. Да и странный какой-то… Открой рот, парень.
Зомзом перевел мутный взгляд на начальника гарнизона.
Нет, этот казался ему ни капли не аппетитным. Весь в железе с ног до головы.
Мертвец открыл рот и по старой привычке выдохнул.
— Дохлые упырята!!! — Стражник закрыл нос латной перчаткой. — Вонь-то какая! Да, ваша светлость, и языка-то у него нет.
Высокородный скривил лицо и достал из кармана надушенный платок.
— Иди, иди отсюда, — проговорил он с неприязнью, прижимая ткань к носу. — Скройся с глаз моих.
Зомзом невозмутимо развернулся и побрел прочь, словно вообще только что ни с кем не разговаривал.
Впрочем, далеко он уходить не стал. Сел на лавочку на одной из соседних дорожек и издали продолжил наблюдать за всем, что происходит вокруг. Зомби чувствовал, что его хозяин уже проснулся и собирается идти именно сюда. Поэтому не было совершенно никакой необходимости спешить ему навстречу.
Так и произошло. Спустя каких-нибудь два часа, которые пролетели для мертвеца так же незаметно, как и пара секунд, на другом конце парка появились две знакомые фигуры. Мужская и женская.
Зомзом повернул голову, чувствуя, как хрустнули шейные позвонки, и вгляделся мертвыми глазами вдаль. Хозяин вел Ангелину под руку, и оба еще не видели, что зомби здесь.
На девушке было светло-голубое платье, пышное и одновременно легкое, напоминающее летнее облако. А король мертвых надел серый костюм с лазурной оторочкой. Таким образом, сейчас они выглядели как настоящая пара. Будущие муж и жена.
У зомби это вызывало странные ощущения внутри. Словно еда в желудке переворачивается.
Своим удивительным зрением он замечал все оттенки и цвета на их одежде даже лучше, чем они сами. Но его это скорее раздражало. Потому что синие полосы слишком походили на рисунок вен на руках, серый — на цвет его собственной кожи, а голубой… голубой вызывал в голове смутные образы, похожие на воспоминания. Или мечты. И это не нравилось мертвецу еще больше.
Через час на широкой площадке впереди началось какое-то торжество. Хозяин уже обнаружил молчаливое присутствие своего слуги и приказал ему находиться рядом. Теперь зомби полагалось стоять чуть позади стульев для гостей. А в непосредственной близости от крылатой статуи расположились жрец в ритуальных одеждах, мужчина с короной на голове и та самая женщина, что колдовала в замке.
Зомзом пожевал изнутри щеку, сложив руки на груди. Он перевел ленивый взгляд с одетой в белые одежды ведьмы на Ангелину и обратно.
Хозяин с девушкой сидели в десятке метров правее, за плотной стеной гостей. Они улыбались и держались за руки как примерная влюбленная пара.
Зомби снова пожевал щеку, склонив голову набок. Ему было даже любопытно, что произойдет дальше. Мертвые глаза подсказывали, что над Ангелиной сгущаются тени проклятия и вот-вот оно должно прийти в действие.
Снова мелькнула мысль предупредить Рейва. Но пробираться сквозь плотно расставленные стулья, а затем объяснять что-то некроманту ему совершенно не хотелось.
Началась церемония, и та пара, что стояла под крылатой статуей, обменялась кольцами. Они улыбались и говорили какие-то длинные речи. Черная ведьма выглядела счастливой и отвратительно довольной.
Зомзом подумал, что ее он тоже совершенно не хочет есть. А вот мужчину рядом куснул бы пару раз. Чисто ради интереса.
Вдруг что-то неуловимо изменилось. Жрец рядом со статуей произнес:
— С данного момента его величество Герхард Айрис, король Альденора, официально помолвлен с герцогиней Ливией Рендан! До свадьбы остался всего месяц!
Пара рядом поцеловалась. Все гости встали со стульев и зааплодировали.
В этот момент зомби наконец вспомнил, что корону носят на голове именно короли. А значит, он присутствовал на помолвке короля и будущей королевы.
Большая честь! Если бы ему не было так плевать.
И еще через секунду раздался крик.
Мертвец повернул голову в толпу и увидел, как люди вдруг зашевелились, разошлись в разные стороны. Ангелина побелела и упала, подхваченная некромантом.
Тьма проклятия захлопнулась, превратившись в темную пульсирующую печать на груди девушки. Она сосала из нее кровь и жизнь, как огромный паук, расставивший свои лапы в разные стороны, погрузивший их прямо в плоть.
Зомзом перевел взгляд на короля и его теперь уже официальную невесту.
Ливия Рендан едва заметно улыбалась.

ГЛАВА 16

Рейв  

«Проклятье. Ангел…». — Это последнее, что он успел подумать, прежде чем ему на руки упала бесчувственная девушка. Умирающая. Истаивающая на глазах снежинка.
Рейву не нужно было менять фокус зрения, чтобы видеть сумеречные потоки. Чтобы понимать, что произошло. Но заранее проклятие он, увы, заметить был не способен. Человеческие глаза для этого не созданы, если, конечно, это не измененные глаза нежити.
Поэтому, как только порча вступила в силу, черный паук на солнечном сплетении девушки предстал перед Рейвом во всей красе.
Сейчас некроманта с Ангелиной со всех сторон обступали люди. Они шумели, пытались давать советы и звать врача. Рейв не обращал внимания ни на кого. Дело шло на секунды. Или он остановит действие порчи, или оно заберет жизнь Ангелины.
Король мертвых неплохо разбирался в проклятиях. В свое время он сам создал множество заклинаний, которые было почти невозможно снять. Как просто иной раз коснуться человека в беседе, отметив его каплей яда или слюны. А может быть, пепла или крови. И спустя отведенный срок жертва сама уйдет в мир иной, оставив своему убийце свою силу, которую можно забрать. Впитать. Присвоить.
Сейчас некромант видел перед собой нечто очень похожее. Заклинание, превратившееся в голодного монстра, было выполнено мастерски. Почти сразу Рейв убедился, что его невозможно просто снять. Это была порча, сделанная на крови и боли. Она требовала колоссального выброса магии. Такого количества силы анарель простого человека просто не мог вместить. А значит, таинственный злоумышленник тоже промышлял убийствами ради могущества. Как и король мертвых когда-то.
Но сейчас Рейву было не до этого. Он стиснул зубы, держа ладонь на груди Ангелины. Стараясь впитать в себя ту часть Тьмы, которая держалась на девушке наименее прочно.
Две лапки паука отделились от плоти и исчезли. Сработала погрешность магии неизвестного колдуна, его небольшой опыт. Рейв бы такой ошибки не допустил. Если бы ему нужно было создать сумеречного паука, то каждая из его лапок вгрызалась бы в плоть намертво.
Но сейчас он был благодарен, что не все некроманты такие же изощренные, как он.
Впрочем, на этом успехи закончились.
Король мертвых с силой дернул за нить, связывающую его с зомби, заставив того чуть ли не вприпрыжку бежать через толпу.
— Ой, ах! — возмущались напомаженные дамы и мужчины в накрахмаленных париках. — Что такое? Что вы себе позволяете?
— Это мой слуга, он должен помочь, — резко бросил Рейв.
И гости немного поутихли.
— Граф, за лекарем уже послали, не пережива…
— Лекарь не поможет, это проклятие, — бросил он, вызвав волну нервного шепота.
— Зовите придворных магов! — крикнул кто-то сбоку.
Ангелина становилась все бледнее. Губы приобрели насыщенный синий цвет.
Как только Зомзом приблизился, Рейв вырвал из его уже протянутой руки свою цепочку и вдохнул в нее активирующую Тьму.
Рубиновые глазницы в маленьких черепах вспыхнули одновременно в браслете некроманта и в ожерелье девушки.
Кто-то за спиной то ли испуганно, то ли восторженно ахнул.
Ангелина вздохнула и стала дышать чуть ровнее. Проклятие замедлило свое действие. Теперь оно будет пытаться высосать силу не из человеческого тела, а из артефакта, а это не так-то просто сделать. Металл гораздо менее податливый материал, чем плоть. Однако рано или поздно сила закончится и в нем. Тогда паук убьет Ангелину.
— Молодец, — прошептал Рейв одними губами.
Зомзом определенно понял, что слово было адресовано ему. Мертвец собрал достаточно силы, чтобы девушка протянула до завтрашнего утра. А это значит, у некроманта будет время придумать выход.
В этот момент к ним подошел сам король. Спустился с платформы для церемонии вместе с Ливией и, нахмурившись, предложил помощь.
— Придворные медики вот-вот прибудут, — продолжил он, сжимая руку своей невесты.
Ливия приложила ладошку ко рту и испуганно охала:
— Как же так!
— А вот и наши маги, — тем временем проговорил Герхард. — Уверен, они во всем разберутся.
Рейв наконец позволил себе вздохнуть свободнее. Ангелина не приходила в себя, но теперь он не боялся за ее жизнь. По крайней мере, в ближайшие сутки. Поэтому он спокойно выпрямился и позволил колдунам самого короля осмотреть девушку. Через пару минут они повторили то, что он уже сказал и так:
— Это магическое воздействие, ваше величество. Проклятие большой силы.
Колдун в дорогой черно-серебряной мантии с какими-то медалями на плечах удрученно покачал головой. Рядом с ним стоял точно такой же волшебник, но в зеленых одеждах. Он раскинул руки над телом Ангелины, и из его ладоней полилось лимонно-желтое свечение.
Спустя время он тоже покачал головой.
— Удивительно, как она еще жива, — проговорил маг.
Рейв бегло осматривался, чтобы понять, как реагируют окружающие на это заявление.
Дело в том, что распознать того, кто наложил темные чары, было невероятно сложно. Механизм создания порчи совсем не похож на подъем мертвецов. То есть некроманта с плодом его «трудов» ничто не связывает. Достаточно единожды произнести заклинание, и оно начинает жить своей жизнью.
Однако Рейву и не требовались эти нити. Не искал он и способа наложения чар. Как только Ангелина упала в обморок, мозаика в его голове начала складываться.
Сегодня утром перед самым выходом из особняка Рейв обнаружил, что у него из кармана пропал платок, на котором оставалась кровь девушки. Сперва он решил, что это случайность и платок выпал где-нибудь на улице, пока он дрался с двумя грабителями. До боли простое и логичное объяснение. И лишь сейчас стало ясно, что оно было ошибочным. Ведь Рейв знал: сумеречный паук требовал для создания именно крови. А значит, кто-то украл платок целенаправленно. Впрочем, даже если бы Рейв еще вчера обо всем догадался, предотвратить страшный исход было бы невозможно. Даже сам создатель проклятия уже не способен остановить его действие после того, как заветные слова сказаны.
Теперь Рейву оставалось лишь найти способ нейтрализовать магию, а после самому найти колдуна. Или признать поражение. Но последний путь был явно не для короля мертвых.
Поэтому сейчас некроманте острым вниманием рассматривал выражения лиц всех присутствующих. Он искал того, кто мог забрать платок. И, стоило отметить, у него был лишь один вариант ответа на этот вопрос.
В какой-то момент он повернул голову к своему зомби. Тот мирно стоял рядом, сложив руки за спиной, будто ему так же интересно, что здесь происходит, как и остальным. Необычная широкополая шляпа частично скрывала его пугающее лицо. Но сейчас Зомзом поднял голову и с мрачным любопытством, которое может быть присуще только мертвым, переводил немигающий взгляд с Ливии на Ангелину и обратно.
— Мы будем ежечасно следить за ней, но не обещаем вам ничего, граф, — в это время покачал головой королевский некромант. — Такие проклятия не поддаются снятию.
— Я могу поддерживать ее силы, — вставил королевский друид.
Рейв поднял на него взгляд, в котором не проскочило ни капли эмоций.
— Благодарю, я кое-что понимаю в проклятиях. Думаю, справлюсь сам. Но и от помощи не откажусь.
Теперь уже маги с удивлением переглянулись.
— Будем рады, — коротко ответил королевский друид.
Затем его величество предложил переправить Ангелину прямо в замок, чтобы быть ближе к лекарям и магам. Да и самому Рейву, как оказалось, было бы неплохо поселиться там же.
— Благодарю, ваше величество. И простите, что церемония вашей помолвки закончилась вот так.
— Ну что вы, граф! Разве в этом есть ваша вина? — неожиданно ответила Ливия, звонко охая и всхлипывая. — Надеюсь, бедняжка поправится! Она мне так понравилась!
Будущая королева схватилась за сердце, и Герхард тут же обнял ее, порекомендовав не волноваться.
Рейв ничего не ответил, все это время не сводя тяжелого взгляда с Ливии. Потом поднял Ангелину на руки и понес в новые покои, отказавшись от услуг медбратьев. Сердце девушки билось ровно, а цепь черепов исправно отдавала свою силу. Как и положено, медленно.
Когда толпа схлынула, а в новых комнатах они втроем с зомби остались одни, Рейв повернул голову к Зомзому и спросил наконец то, что вертелось на языке уже давно:
— Это сделала Ливия?
Мертвец поднял голову. Из-под широкополой шляпы блеснули неподвижные глаза.
Зомби медленно кивнул.
— Ты видел платок с кровью Ангелины?
Снова кивок головы.
Внутри некроманта вспыхнула волна ярости. Казалось, в комнате дрогнул воздух, когда Тьма неожиданно завибрировала.
Файрел чувствовал гнев хозяина.
— А какого дохлого дракона ты не сказал?! — рявкнул Рейв, одним махом едва не развеяв нежить в пыль. Остановился он лишь в последний момент, когда понял, что пропажа слуги после всплеска сумеречной магии может вызвать вопросы.
Зомзом дернулся, словно испытав прилив страха. Затем открыл рот и потыкал пальцем в черный провал.
Рейв поморщился.
— Оставайся здесь и никого не пускай без меня, — приказал некромант, уже разворачиваясь к двери. — Даже друидов. Вернусь к вечеру. И надеюсь, тогда ничья помощь нам уже не понадобится. В обратном случае…
Некромант запнулся. Думать об этом совершенно не хотелось. Внезапно, когда перед ним нарисовалась страшная перспектива смерти Ангелины, он вдруг понял, что не хочет ее терять. И чтобы сохранить ей жизнь, готов на невозможное.
До ночи было еще далеко, и Рейву предстояло совершить очень многое. Некроманта беспокоило лишь то, что его действия могут привлечь лишнее внимание. А потому ему пришлось изрядно постараться, чтобы выглядеть незаметным. Он выпросил у конюха старый плащ, который надежно скрывал и его одежду, и лицо, а затем направился на окраины Ихордаррина.
Сперва он отправился в самый злачный район столицы и без особого труда обнаружил там грязный наркоманский притон. Вообще было странно, что в черте города нашелся целый квартал бедняков. Казалось бы, рядом с замком и дорогими особняками знати, с богатством и роскошью, нищим здесь делать было нечего. Но в реальности все оказалось совсем не так. И Рейву это было лишь на руку.
Сев за столик в самом конце задрипанного трактира, некромант некоторое время осматривался. Разглядывал пьяных завсегдатаев, которые уже к обеду находились в совершенно невменяемом состоянии. Искал тех, кого не будут искать. Пара звонких монет позволила ему развязать рот трактирщику, и уже через несколько минут он прошел в скрытый от глаз притон, расположенный под зданием.
На первый раз он решил действовать незаметно. Чтобы тщательно осмотреть все помещение, ему потребовался час. За это время он успел словно бы случайно вломиться в каждую дверь, проверяя, нет ли где достаточно сильного некроманта, который смог бы обнаружить плоды его работы.
К сожалению, один оказался. Какой-то тощий прощелыга с ворохом кинжалов, торчащих из-за пояса. Его анарель буквально фонил силой.
Рейв прикинул степень опасности и невозмутимо прошел в общую комнату, где посетители заведения вдыхали из трубок наркотические порошки и пили алкоголь подозрительного зеленого цвета. Рассчитав, что местный колдун вряд ли способен ощутить заклятия выше шестого уровня, король мертвых начал призывать Тьму.
Для верности он выбрал проклятия восьмой ступени. Такой силы магию точно будет сложно обнаружить. К сожалению, подобные формулы требовали особого материала для активации: волос, крови, слюны. А потому еще час он потратил на то, чтобы создать достаточно незаметную иглу из концентрированного мрака. Остальное было лишь делом техники. Не вполне вменяемые посетители притона почти не замечали, как странный незнакомец, проходя мимо, сквозь одежду незаметно укалывал их, оставляя на них нити Тьмы.
И все же одного человека некроманту пришлось убить собственными руками. Это был низенький худой мужчина, который, плотоядно облизываясь, тащил с собой в каморку ревущего мальчишку. Он на ходу развязывал веревки на брюках, одновременно толкая ногой дверь. Рейв не стал отмечать его проклятием. Он тенью проскользнул следом и, не говоря ни слова, разрезал удивленному мужчине горло от уха до уха. Вырвал язык, которым тот так отвратительно облизывал губы, и на глазах у все еще живого хрипящего извращенца завернул трофей в платок.
— А что? — невозмутимо спросил некромант, засовывая кусок мяса в карман. — Тебе он больше все равно не понадобится.
Мальчишки тут же и след простыл. Но его судьба уже не волновала Рейва.
Он с отвращением вытер испачканные в крови руки и покинул притон, где осталось порядка двадцати человек, зараженных смертельными проклятиями. В основном это были воры и грабители вроде тех, что напали на него прошлой ночью. Но находились там и простые люди, опустившиеся из-за нищеты или слабого характера.
Рейву не было жаль ни тех, ни других. Что-то внутри него неприятно шевельнулось, когда уже поздно вечером по дороге домой он ощутил, что первая из его магических жертв скончалась. Мощный поток Тьмы, отравленный человеческим страхом смерти, прошел сквозь него, наполняя анарель, растягивая его и временно увеличивая колдовской потенциал. В течение следующего часа придет сила и остальных. Но муки совести не грызли некроманта. Что-то внутри него знакомо пульсировало и, похоже, радовалось, что король мертвых решил вернуться. Что он больше не мертв.
Ночью, когда Рейв снова оказался у постели Ангелины, он уже не беспокоился за ее жизнь. Осторожно сел рядом на кровать и коснулся бледного лица.
— Не бойся, малышка, — шепнул он и тихо добавил, положив руку на центр проклятия: — Hierde…
Сумеречная магия подчинилась мгновенно. Огромный поток Тьмы хлынул через его сердце, выплескиваясь в ладони и утекая дальше, срываясь с кончиков пальцев и погружаясь в паука на груди Ангелины.
Анарель короля мертвых за этот день невероятно вырос, превратился в мощный водоворот черной силы, способный пропустить через себя лавину Тьмы. И замок Файрел в этом лишь помогал.
Сперва у паука отвалились лапки, истлели, словно сталь, поеденная ржавчиной, а затем вовсе исчезли, увлекая за собой и ненасытное брюшко проклятия.
Наконец маленькая некромантка вздохнула. Глубоко и легко, словно не находилась в тяжелом обмороке на грани смерти, а просто безмятежно спала. Сумеречные черепа на ее шее сверкнули алыми глазницами и потухли. Их помощь больше не требовалась.
Губы Рейва дрогнули, словно он хотел улыбнуться. Но лицо так и осталось неподвижным. Он все еще был зол. Но, конечно, совсем не на несчастную девочку с волосами цвета стали.
Некромант протянул руку и зарылся пальцами в темно-серебристые пряди. Только сейчас он заметил, что ее волосы распущены. Девушка была в том же платье, что и утром, но прическа оказалась расплетена.
Рейв посмотрел на зомби, приподняв бровь. Задавать вопросов не пришлось. Зомзом совсем по-человечески пожал плечами и протянул мужчине женскую заколку.
— Нежить с фантазией? — мрачно усмехнулся Рейв, забирая украшение, которое покупалось вместе с нарядом. — Так и представляю, как ты сидел и от нечего делать расплетал ей локоны. Неужели у меня хоть раз в жизни получился зомби, страдающий от скуки? Это почти по-человечески.
Некромант вздохнул, скептически оглядывая неподвижного мертвеца, и наконец спросил:
— Ты хорошо охранял нашу малышку?
Зомзом поспешно кивнул.
— Ладно. У меня есть для тебя подарок.
С этими словами он достал из кармана пропитавшийся кровью платок и вынул из него холодный человеческий язык.
— Открой рот.
Зомби послушался, разевая черный пустой провал.
Некромант приложил язык к глотке мертвеца и прошептал:
— W’ies ghenre ill rante v’irh…
Зомзом зашипел, словно от боли. А может, это шипела плоть у него в горле. Но уже в следующее мгновение он несколько раз открыл и закрыл рот, громко почавкал и произнес:
— Virhasse.
— Не за что… друг.
Страшные глаза мертвеца сверкнули алым, но он ничего не ответил.
— И не забывай, что для всех в этом замке ты нем, — добавил тихо Рейв и приложил палец к губам.
Теперь он улыбался.

Ангелина  

Понятия не имею, что произошло и как я попала в кровать. Словно вырезали кусок памяти. Просто открыла утром глаза, будто очнулась после долгого сна. Только вот комната была мне незнакома, а праздничный наряд намекал, что я отключилась прямо в одежде.
— Рейв? — произнесла я первым делом, увидев некроманта в шикарном малиновом кресле неподалеку.
Кстати, покои были просто удивительными. В два раза больше прежних, великолепно обставленные, с декоративной резьбой на мебели и рисунками прямо на стенах.
— Рейв, где мы? И какого драугра я делаю в постели в одежде?
Некромант улыбнулся, отставил в сторону чашку ароматного кофе и подошел ко мне. Кровать продавилась под его весом. На этот раз я всеми силами старалась не краснеть оттого, что мы снова рядом на одной кровати. Я же не голая, в самом деле, так чего беспокоиться?
— Малышка, ты упала в обморок, — спокойно ответил он и взял меня за руку.
Мурашки пробежали по спине. Вот вроде бы ничего особенного не происходит, но…
Тьма и Сумерки…
Пальцы скользнули по моему запястью, подушечки, рисуя круг, погладили кожу.
— В обморок? — выдохнула я, не отрываясь от темных, подозрительно хитрых глаз.
— Да, — легко кивнул мужчина и небрежно отбросил назад прядь, упавшую на лоб. — Похоже, перегрелась на солнце. Как ты себя чувствуешь?
Сегодня волосы Рейва были распущены и мягкой волной падали на плечи. Шторы еще не открыли, и в полумраке комнаты пряди отливали синевой, как черный сапфир. Как ночное небо.
Рука сама по себе дернулась, чтобы прикоснуться к ним. Пропустить сквозь пальцы.
Вспомнить, насколько они мягкие. 
Но я тут же остановилась, нервно опустив взгляд.
«Как я себя чувствую, Рейв? Как я могу себя чувствовать, если не контролирую собственные порывы? Еще немножко посиди рядом, и я полезу проверять, насколько мягкие у тебя губы…»
И, громко сглотнув, проговорила:
— Похоже, голова еще плохо соображает.
Рейв сдвинул брови и коснулся моего лба. Но как будто чисто для видимости. Потом рука скользнула ниже, и он, не сводя с меня серьезного взгляда, под которым совершенно не хотелось спорить, положил ладонь на грудь.
Сердце забилось ошеломляюще быстро. Стучало прямо под его пальцами, грозя вот-вот выломать грудную клетку.
Я приоткрыла рот и глубоко вздохнула.
От этого движения грудь поднялась, и ладонь еще сильнее прижалась ко мне.
Рейв замер. Темные радужки стали совсем черными. Дыхание на миг прервалось, когда он опустился взглядом к моим приоткрытым губам…
— Ангел?.. — то ли спросил, то ли хотел что-то сказать.
В следующую секунду я скорее почувствовала, чем ощутила, что он вот-вот уберет ладонь. И сразу же обхватила его запястье, заставив удержать руку.
Некромант резко выдохнул, очерчивая взглядом вырез платья, которого касался.
От его вмиг потяжелевшего дыхания у меня потемнело перед глазами.
— Ангел… — повторил он вдруг понизившимся голосом и медленно провел пальцем по кромке декольте. — Малышка…
Но уже через мгновение неожиданно резко повернул голову в сторону и сжал зубы. Словно увидел что-то.
Я посмотрела туда же, но не заметила ничего, что могло бы привлечь внимание некроманта.
— Рейв? Ты там кого-то увидел? — решила пошутить я. Но улыбка получилась вялой и неуверенной, потому что мужчина мгновенно помрачнел.
Он убрал руку и глубоко вздохнул:
— Нет, никого. Я… задумался.
А потом добавил, словно собирался уходить:
— Я уверен, твоя слабость скоро пройдет. Хотя мне, конечно, до лекаря далеко, но, думаю, ты уже в порядке.
Встал с кровати, явно направляясь к выходу. Я едва успела схватить его за руку и, потянув, спросить:
— Рейв, что с тобой происходит?
Ведь я заметила, что такие перемены с ним случаются не впервые. Сперва он улыбается, он беззаботен и даже счастлив. Но уже через мгновение на лице может случайно промелькнуть такая ярость, что пронизывает до костей.
Но, честно говоря, я не рассчитывала на вразумительный ответ. Думала, он отшутится. Кто его знает, что там в голове у семисотлетнего короля мертвых?
Отец Тьмы, все еще не верится…
Но некромант неожиданно повернулся и остановил на мне долгий пронзительный взгляд.
— Спроси что-нибудь попроще, малышка, — ответил он, и в голосе проскочила полынная тоска.
Кажется, на миг мое сердце остановилось. Я сжала его ладонь сильнее, однозначно давая понять, что не отпущу.
— Если спрошу что-нибудь другое, ты ответишь?
Привычная улыбка подернула уголки губ и тут же исчезла. Ну, по крайней мере, я была на правильном пути.
— Обещаю, что постараюсь ответить на каждый твой вопрос.
А большего мне было и не надо.
Я потянула некроманта к себе, снова усаживая его на кровать. Наверняка у меня уже глаза блестели, как у мышки в амбаре с зерном.
— Расскажи о своем детстве, — жадно выдохнула я. — Как ты стал королем мертвых. Не родился же ты им?
Меня разбирало не по-детски.
Рейв усмехнулся, откидываясь назад на спинку кровати. Затем, снова бросив странный взгляд в угол комнаты, начал рассказ:
— В детстве я был самым слабым ребенком в семье. У меня было три брата, которые превосходно владели магией. Все трое были некромантами. Только я один показывал плохие успехи.
— Ты шутишь, — не смогла не возмутиться я. В это было настолько сложно поверить, что я даже рискнула перебить мужчину. — Мне казалось, ты еще с колыбели должен был воскрешать вареную утку в супе матери!
Рейв мягко улыбнулся и покачал головой.
— В детстве у меня было много врагов. Из-за того, что я казался слабее других, меня часто задирали. Девочка, которая мне нравилась, считала меня неудачником, предпочитая одаривать своим вниманием моих недоброжелателей. Но все изменилось, когда мне исполнилось четырнадцать лет. Я получил возможность обучаться самостоятельно параллельно с практикой у мастера некромантии. Библиотеки выдавали мне любые книги, а достаток семьи позволял купить любые ингредиенты для колдовства. Я много экспериментировал.
Рейв сделал небольшую паузу, снова бросив ледяной взгляд в угол комнаты. А затем невозмутимо продолжил:
— Я читал книги по магии днями и ночами. Тренировался тогда, когда другие спали или развлекались. И к двадцати годам уже был способен сделать столько, сколько не мог и иной магистр. — Некромант улыбнулся и хитро на меня посмотрел: — Однажды тот парень, что задирал меня все детство и в которого была влюблена моя пассия, вызвал меня на дуэль.
— Дуэль? — ахнула я. — Они у вас были разрешены? И чем все закончилось?
Рейв бросил на меня веселый взгляд и продолжил:
— Парень оказался настолько беспомощным, что едва не погиб. Спасся лишь в последний момент, но на всю жизнь остался заикой, который ходит под себя в постель. А моя сила уже не вызывала ни у кого сомнений. В то время на троне еще сидел мой дед. Тоже сильнейший некромант. Он приблизил меня к себе, сделав самым молодым маршалом королевства. И после этого девушка, которую я любил, сама пришла.
Я нахмурилась.
— Та, которая считала тебя никудышным и дружила с твоим врагом? И ты ее принял?
Некромант склонил голову набок, словно задумавшись.
— Она предпочитала силу. Уважала сильнейших. Я могу ее в этом понять и не осуждаю.
Я фыркнула:
— Ты странный. И все же, выходит, это история со счастливым концом?
Рейв повернул голову к окну, явно одновременно проникая взглядом и сквозь шторы, и сквозь время. Затем снова посмотрел в тот злосчастный угол и нахмурился.
— Мне надо идти, малышка.
— Эй, но куда ты? — Я сжала его ладонь, что все еще была в моих руках, и надула губы. Было стыдно за свое поведение, но я надеялась, что сработает.
Однако у Рейва и правда оказались дела:
— Ангел, отдыхай. Мне действительно надо идти, но я скоро вернусь. Нужно научить одного очень самоуверенного человека отвечать за свои поступки…
Большего он мне так и не сказал. Коснулся моего лба, мягко откинув волосы назад, улыбнулся и вышел из помещения.

ГЛАВА 17

Рейв  

Кровь, повсюду кровь. Стоило закрыть глаза, и алое марево расплывалось под веками, отравляло, проникало в него.
Кровь. Мокрая, липкая. На руках, одежде, доспехах. Горы трупов под ногами. И в смерти каждого виноват он, Рейв Эридан Кастро-Файрел. Король мертвых.
С каких пор призраки прошлого превратились в кошмары, преследующие его по пятам? С каких пор ему стало не плевать на жизни тех, кто ступеньками из мертвых тел вел его к величию? К власти и силе. К могуществу, какого не знала до него земля.
Некромант шел по коридорам замка, но видел перед собой дороги прошлого. Снова они всплывали перед глазами, как во время агонии умирающего, когда человек наблюдает собственную жизнь за несколько секунд до смерти.
И сейчас перед ним была Шайна Дэльмар. Его бывшая жена. Стоило закрыть глаза, и в голове вспыхивал ее смеющийся образ. Злой хохот отражался от стен, превращаясь в звенящий яд. А еще рядом с ней стоял гадко улыбающийся Ульфрик Айрис. Только этот засранец как будто был настоящим, потому что он не пропадал, даже если открыть глаза.
— Ну что, Рейви? — проговорил призрак, невозмутимо вышагивая рядом. — Что же ты не ответил нашему Ангелу: твоя история со счастливым концом?
Вот его прозрачная нога поднимается и ступает на каменные плиты пола. Вот за ней следует другая. Совсем близко с его собственной ногой. Шаг в шаг. Кажется, протяни руку — и коснешься.
Некромант промолчал. За углом коридора проскочил какой-то слуга, спешащий по утренним делам.
— Ну не томи, Рейви, — продолжал Ульфрик, странно улыбаясь. — Что же ты не рассказал девушке о том, что любимая женщина предала тебя, а лучший друг всадил нож в спину? Разве тут есть что скрывать? Или, может, тебе стыдно? Брось, разве это не счастливый конец твоей истории?
Рейв с силой зажмурился, а затем вновь открыл глаза, не поворачивая головы. Еще несколько шагов, и он будет у покоев будущей королевы. Плевать, что назойливый дух маячит рядом. Он не помешает, главное — не обращать внимания. Не давать себя провоцировать.
И вот наконец впереди показались двери с двумя охранниками по углам. На поясах у них покоились мечи. Кроме того, один из них явно был магом.
Рейв скептически оглядел стражу, прикидывая, что в его время охрана совсем не пользовалась оружием. Максимум чем-то легким и маневренным вроде кинжалов и дротиков. Основным арсеналом каждого воина была некромантия.
— Я Рейв Эридан, — выпрямившись, властно проговорил мужчина. — Доложите обо мне своей госпоже.
Один из стражей кивнул и тут же вошел в покои. Через пару мгновений двери открылись и его пропустили внутрь.
— Граф, какой неожиданный визит! — прозвучал мягкий голос Ливии Рендан.
Женщина уже была одета, причесана и накрашена. Пожалуй, слишком ярко для такого раннего утра. Рейву не нравилось ничего из того, что он видел.
Будущая королева сидела вполоборота к столу, на котором лежала книга. Уже издали мужчина заметил, что на обложке золотом выдавлены буквы эшгенрейского. Значит, она изучала магию.
В прежние времена, возможно, Рейв даже испытал бы вспышку уважения. Он всегда ценил упорство и жажду знаний. Ведь он сам был таким. Вероятно, они с Ливией даже смогли бы найти общий язык…
От этой мысли некроманта внезапно затошнило. Он стиснул зубы, не понимая, как подобное вообще оказалось в его голове.
— Надеюсь, я не нарушил ваше уединение в такое прекрасное утро? — спросил он, благопристойно улыбаясь.
— Ну что вы, граф! — ответила королевская невеста и тут же взмахнула рукой.
Служанка, что стояла неподалеку, с поклоном удалилась, крепко закрывая за собой двери. Они с Ливией остались в комнате вдвоем.
— Я очень рада, что вы пришли, — проговорила она, поднимаясь с кресла. — У вас есть ко мне какое-то дело?
Пара шагов, и вот она уже стоит в полуметре возле него и улыбается.
Рейв некоторое время медлил. Молчал, разглядывая женщину, размышляя, правильно ли он поступает. Но внутренний голос молчал. И Ульфрик Айрис неожиданно исчез.
— Есть, — ответил он наконец. — Я хотел бы поговорить… о нашей прошлой встрече.
Улыбка Ливии стала шире. На мгновение Рейву почудился в ней звериный оскал, сделавший в общем-то красивую женщину похожей на плотоядного хищника. Бывает ли так вообще? Раньше он подобных фантазий за собой не замечал.
Женщина уверенно шагнула вперед и положила ладонь на его рубашку. Провела рукой по отвороту вверх к самому горлу, но он схватил ее за запястье, не позволяя коснуться своей шеи. Одна мысль об этом вызывала у него приступ ярости.
Впрочем, на его лицо при этом наползла ответная улыбка. Рейв лишь надеялся, что во взгляде не бушует пламя, которое бы слишком рано выдало его мысли.
Ливия выдохнула.
— Вы подумали над моими словами, граф? — проворковала она. — Похоже, они вам все же понравились?
Некромант, продолжая улыбаться, ответил:
— Последний раз вы сравнивали меня с крабом, у которого под скорлупой нежное мясо. Не уверен, что это лучшее из того, что я слышал в своей жизни, но, стоит признать, все же и не худшее.
Ливия чуть отклонилась назад и ее смех разнесся по комнате серебристыми колокольчиками. Эта женщина определенно умела привлекать внимание.
— Я говорила и еще кое-что, граф. Уверена, вы помните.
— Помню, — мягко протянул некромант. И губы его дрогнули в хищном предвкушении.
Но вряд ли Ливия это ощутила. Она высокомерно приподняла подбородок и с вызовом посмотрела на мужчину.
— Что ж, я хочу знать, насколько хорошо мы понимаем друг друга, граф Эридан. Рейв… Покажи мне, чего ты стоишь. Покажи мне, почему теперь ты должен быть мне интересен. А то, может быть, стоит выгнать тебя за дверь и приказать страже выкинуть из дворца? Вместе с твоей бедной невестушкой. Кстати, как она?
Лицо Ливии приобрело приторно-участливое выражение.
— Плохо, ваша светлость, — ровно ответил мужчина, и ни один мускул на его лице не дрогнул. — Полагаю, ее проклял очень сильный некромант. Вы, случайно, не знаете, кто бы это мог быть?
— Надеюсь, вы не подозреваете меня? — округлила глаза она, приложив ладонь к груди.
— Ну что вы, конечно, нет. Я не подозреваю вас…
Рейв широко и хищно улыбнулся. Затем сделал шаг к герцогине, медленно взял ее за руку и поднес к своим губам, не отрывая взгляда от ее глаз.
Щеки женщины слегка заалели. Она замерла, напряженно следя за каждым движением некроманта. А он сделал еще один шаг, обходя ее со спины, но не выпуская ее руку из своей. Некромант неторопливо провел пальцами по предплечью, плечу, слегка коснулся женской шеи. А затем обошел ее, снова оказавшись напротив. Они находились так близко друг к другу, что между ними едва ли проскочила бы даже тень Ульфрика.
Ливия глубоко вздохнула. Ее глаза влажно и довольно блестели.
— Сегодня вы гораздо обходительнее, чем в прошлый раз, — проговорила она, и ее голос неожиданно дрогнул.
— Я был в плохом настроении, — тут же ответил Рейв и мрачно улыбнулся.
А затем той рукой, что касалась ее шеи под копной густых волос, дотронулся до щеки герцогини. Потом большим пальцем провел по нижней губе.
Женщина приоткрыла рот и, кажется, даже немного подалась вперед. Рейв больше не слышал ее дыхания.
Задержала. Замерла. Ждала.
И тогда некромант склонился к ней, видя перед собой только две полоски алых приоткрытых губ.
Казалось, у него в ушах был слышен стук ее сердца. Рейв стиснул зубы, испытывая одновременно прилив отвращения и мрачное удовольствие от того, что Ливия не осознает происходящего.
Она подалась к нему, прижавшись высокой грудью, затянутой в корсет, и притягивая его ближе за отвороты рубашки. В какой-то момент на долю секунды их губы соприкоснулись, чтобы уже через миг Рейв отодвинулся, с усилием заставляя ведьму отцепиться. В глазах Ливии сперва мелькнуло недоумение, а затем, как только она поняла, что он снова ее оттолкнул, — откровенная злость.
— Да что ты себе… — начала было говорить она и вдруг закашлялась. Схватилась за горло, мучительно раз за разом сглатывая слюну.
И вдруг подняла на некроманта совсем иной взгляд. Испуганный, полный непонимания и неверия.
Рейв улыбнулся. Да, вот такая Ливия Рендан ему нравилась.
— Все верно, ваша светлость, — невозмутимо сказал он, садясь в то самое кресло, где совсем недавно сидела она. — Вы уже видите, как проклятие опутывает ваше тело, правда? Вы ведь сильнейший некромант в Файреле! Уверен, вы не могли не заметить его.
Ливия попыталась что-то ответить, но изо рта вырвался лишь страшный хрии.
Женщина в изумлении высунула язык, который теперь был распухшим и малиново-красным. В самом его центре гноилась Тьмой огромная язва.
Герцогиня подбежала к зеркалу, не желая верить своим глазам и продолжая что-то истошно хрипеть. Затем она перевела взгляд на руку. Ту самую, которой Рейв касался поцелуем.
— Правильно соображаете, — усмехнулся мужчина и тут же перестал улыбаться. — Но недостаточно быстро.
На тонкой кисти стремительно вспухала точно такая же язва.
Ливия попыталась вскрикнуть, но из горла донесся лишь сдавленный писк.
Она спешно подняла волосы вверх, чтобы обнаружить на шее и плечах еще несколько очагов проклятия.
— А сейчас я расскажу вам, дорогая герцогиня, что вас ждет. — Рейв положил ногу на ногу и подпер щеку кулаком. — Теперь вы будете умирать, ваша светлость. Настолько медленно, насколько это вообще возможно от проклятия девятого уровня.
Ливия что-то промычала, зажмуривая глаза. Наверняка она уже поняла, что порчу такой силы не снять ни одному колдуну.
— Обычно я так не делал, — спокойно продолжал некромант, взяв в руки томик, который совсем недавно читала герцогиня. Теперь он неторопливо перелистывал страницы, не глядя на женщину. — Во мне, знаете ли, поуменьшилось кровожадности за прошедшие века. Да-да, ваша светлость. Я и правда Рейв Эридан Кастро-Файрел. Тот, кого называли королем мертвых.
Из глотки герцогини донесся вздох. Мужчина бросил на нее скучающий взгляд и сказал:
— К сожалению, поведать об этом миру вам уже не удастся, несмотря на то что у вас еще довольно много времени. Я лично прослежу, чтобы вы прожили подольше. Однако имейте в виду: стоит вам произнести или написать мое имя в попытке раскрыть правду, проклятие начнет набирать обороты.
В глазах ведьмы сквозило все большее отчаяние пополам с черной яростью.
Рейв встал с кресла и медленно подошел к ней. На его губах застыла жестокая улыбка удовлетворения. Словно зверь наконец загнал свою жертву и уже вонзил клыки в ее горло.
— Кстати, я говорил, что ваши страдания принесут мне много, очень много пользы? — хищно усмехнулся он, затем склонился к женщине и крепко ухватил ее за подбородок, не позволяя отвернуться. Наверняка причиняя боль.
Ответа он не ждал. А она знала это и так.
— Поэтому сердечно благодарю, ваша светлость. А то я последнее время немного не в форме. Вы постарайтесь испытывать побольше боли и ужаса, если вам не сложно, конечно. Это дает такой приток сил!
— Hash?.. — еле слышно прохрипела она. Это было самое простое слово эшгенрейского. И единственное, которое она теперь могла произнести.
— Почему? — переспросил мужчина после недолгой паузы, сжигая женщину не менее злым взглядом, чем был сейчас у нее. — Пару минут назад вы задавали мне один вопрос: не думаю ли я, что это вы прокляли мою Ангелину.
В мутнеющих, заплывающих желтым гноем глазах Ливии блеснуло понимание.
— Так вот, я не думаю, что это вы, герцогиня, — продолжал Рейв сквозь зубы. — Не думаю. Я в этом уверен.
С этими словами он резко отпустил женщину, развернулся и пошел к двери.
Невеста Герхарда Айриса что-то захрипела ему вслед, но он не обернулся. Быстро распахнул двери и крикнул страже:
— Скорее! Лекаря! Ее светлость отравили! Ну же, торопитесь!
Тут же поднялся страшный переполох. Один из стражников убежал за помощью, а в комнаты влетело несколько служанок.
Ближайший час бледнеющую герцогиню осматривали всевозможные врачи и колдуны. Рейв все это время стоял рядом и сокрушался над тем, как неожиданно это все произошло.
— Хорошо, что вы оказались здесь, граф, — сказал королевский некромант, тоже прибывший на осмотр герцогини. — Но, увы, это вовсе не отравление, а самая настоящая порча.
— Теперь и я это вижу, — кивнул Рейв. — Проклятия становятся видны только после полной активации, вы же знаете. Сперва я был уверен, что ее светлость что-то съела. Все признаки яда налицо.
Придворные маги перевели взгляды на свою пациентку, лежащую на кровати. Женщина не могла вымолвить ни слова и лишь шипела, сжигая Рейва водянистыми радужками. Но стоило ей поднять руку в попытке указать на него, как она стремительно бледнела и закашливалась.
Вскоре ведьма бросила это гиблое дело и стала молча смотреть в одну точку, тяжело дыша.
— Мы подпитали герцогиню артефактами, — продолжал местный друид. — Но блокировать такую порчу… — Он нервно обернулся на свою госпожу и шепотом закончил: — Невозможно.
— Боюсь, что так и есть, — мрачно кивнул королевский некромант. — Его величество прикажет казнить нас обоих…
В этот момент Рейв притворно округлил глаза и воскликнул:
— Ну что вы, какая казнь! Я кое-что понимаю в проклятиях, и, если это, конечно, уместно, я мог бы попробовать вылечить ее светлость.
— Правда? — оживился местный темный.
— Несомненно. Моя невеста уже идет на поправку, так что я совершенно свободен.
— Вы сумели снять порчу с госпожи Вальбур? — почти хором спросили маги.
Рейв улыбнулся, краем глаза видя, в какое немое бешенство впадает герцогиня.
В ближайшие десять минут он рассказывал пораженным слушателям о том, как снимал с груди Ангелины сумеречного паука, и о том, что порча, в сущности, не такое уж и сложное колдовство.
И совсем скоро он получил одобрение обоих колдунов стать официальным лекарем будущей королевы.
Чуть позже явился король. С ним некромант тоже долго переговаривался, рассказывая о произошедшем. Врожденное красноречие и хитрость позволили ему полностью завладеть доверием монарха и подтвердить назначение на должность лекаря для Ливии.
Поэтому, когда наконец он вышел из покоев герцогини Рендан, на его губах играла призрачная улыбка. Теперь он сможет не только поддерживать проклятие в действии, но и при желании продлевать жизнь ведьмы. Уже сейчас он чувствовал, какой мощный поток энергии движется от нее к нему. Боль и страх смерти давали колоссальный всплеск.
При иных обстоятельствах Рейв никому не пожелал бы подобной участи. Но сейчас он был уверен — Ливия заслужила свое наказание как никто другой. И ему было ее не жаль.

Зомзом  

В какой-то момент зомби услышал приказ. Сквозь пространство хозяин потянул за невидимые нити, заставляя мертвеца прийти к нему, где бы тот ни находился.
Зомзом был не против. В целом где-то внутри него даже вспыхнуло зачаточное чувство, напоминающее любопытство. Как корешок одуванчика: если вырвать растение, оно никуда не исчезнет. Глубоко в недрах земли останется крошечная его часть, и тогда рано или поздно настырный росток проклюнется вновь.
И сейчас зомби ощущал, как внутри него зудит это недоразвитое, немертвое чувство.
Что от него нужно хозяину? Может быть, король мертвых скормит ему наконец чей-нибудь вкусненький палец?
В прошлый раз он принес язык. Но, к сожалению, съесть его не удалось.
Зомби поворочал во рту чужим органом. Пару раз почавкал и снова закрыл рот. Похоже, он все же был рад, что в тот раз все закончилось именно так.
Чем ближе он подходил к месту, где должен был находиться хозяин, тем сильнее вокруг сгущалась Тьма. Мертвец неосознанно косился по сторонам, замечая, как густеет воздух, как трещит в нем напряжение, которое никогда не почувствовать живым.
Тьма волновалась. Беспокоилась. Она чувствовала, что рядом растет нечто страшное. И Зомзом тоже это ощущал, хотя никак не мог понять, что это такое.
Рейв Эридан оказался в казармах замка, в небольшой комнате с минимальным убранством. Только все необходимое: стол, стулья, несколько темных строгих шкафов для оружия. На стенах гербы королевства и пара старых стальных щитов.
Хозяин даже не повернул головы, когда мертвец вошел в помещение и встал позади него. Мужчина возвышался напротив хмурого широкоплечего стражника с какими-то регалиями на плечах и груди. Перед ними на столе лежали бумаги и карта.
Зомзом прищурился, разглядывая изображение, но так ничего и не понял. Там абсолютно точно был изображен королевский дворец и город вокруг. Стояло несколько красных крестов, и под каждым алели цифры.
Мозг нежити работал слишком плохо для того, чтобы догадаться, для чего все это может быть нужно.
— Господин Глейн, — мягко, но уверенно проговорил Рейв, — я надеюсь, мне не придется повторять дважды.
Мужчина нахмурился еще сильнее и ответил:
— Я прикажу скрутить вас, и через десять минут вы будете гнить в сыром каземате, а крысы станут обгладывать вам лицо. За какой лысой выдрой вы приперлись сюда, граф? Говорите прямо! Я командир охраны гарнизона Файрела, и вы мне не нравитесь.
Некромант не повел и бровью. Но Зомзом почувствовал, как Тьма вокруг забеспокоилась сильнее.
Это пугало зомби. Он дернул головой в сторону, замечая очередной сосущий вихрь рядом. Потом снова посмотрел на хозяина, сузив свои мертвые глаза.
Что-то в Рейве изменилось. Анарель рядом с его сердцем пульсировал и незаметно увеличивался в размерах каждую секунду. Сила короля мертвых росла, и это было удивительно.
Однако вместе с мощью хозяина росло и что-то другое. Что-то черное и непонятное. Что-то злое внутри него.
— Я не зря просил выйти ваших подчиненных, господин Глейн, — невозмутимо продолжил мужчина. — То, что я собираюсь вам сказать, не предназначено для чужих ушей. Слушайте внимательно, потому что мое терпение в этом разговоре уже подходит к концу.
Командир стражи что-то выдохнул себе под нос, но промолчал.
Рейв сделал небольшую паузу, а потом просто выдал, словно говорил о погоде:
— Мое настоящее имя — Рейв Эридан Кастро-Файрел. В прошлом меня звали королем мертвых. Это мой замок и моя земля. И я собираюсь вернуть их обратно. Через несколько недель, а может и дней, у ворот Файрела будет стоять войско мертвецов. Перед вами карта Ихордаррина. Кладбища отмечены крестами. Под каждым написано количество трупов, готовых прийти на мой зов.
— Да вы сумасшедший, — хмыкнул Глейн, помусолив пальцами торчащий ус. — Вас надо лечить, уважаемый.
Рейв приподнял бровь.
Связующая нить натянулась, и Зомзом сделал быстрый шаг вперед, по привычке издавая зубами скрежещущий звук.
Зомби не любил двигаться быстро.
Некромант содрал с него широкополую шляпу и сказал командиру:
— Посмотрите ему в глаза, Глейн. Посмотрите внимательно.
Мужчина подался вперед, и улыбка сошла с его лица. Вместо этого появилось отвращение.
— Давно хотел глянуть, что у него под шапкой. Ух, и неприятный же у вас слуга. Собственно, под стать хозяину. Вы где его нашли? Хотя какое мне дело? Этот балаган пора заканчивать. Вот что я вам скажу, уважаемый граф…
Рейв вздохнул и закатил глаза. Затем, не слушая больше командира стражи, быстро прошел в соседнюю комнату и вывел оттуда одного из воинов.
— У тебя есть семья, парень? — спрашивал он на ходу. — Девушка?
Молодой мужчина в легкой форме новобранца отрицательно качал головой.
— Престарелая мать, за которой некому ухаживать? — продолжал некромант.
— Ну, у меня есть…
Дверь в соседнюю комнату уже плотно закрылась, и Рейв не стал дожидаться, пока парень договорит. Он достал из-за пояса кинжал, украшенный черными самоцветами, и, быстрым движением отклонив голову гвардейца, перерезал ему горло. Алые струйки брызнули на оружие, которое играло скорее декоративную роль, чем защитную, полились на пол. Юноша, падая, захрипел, захлебываясь собственной кровью.
— Какого лешего вы творите?! — закричал Глейн, выхватывая меч из-за пояса и уже замахиваясь, чтобы пронзить Рейва.
Но некромант не двинулся с места. Он недовольно сжал губы в линию и щелкнул пальцами, не сводя взгляда с командира стражи. В ту же секунду новобранец, что лежал на полу уже бездыханным, протянул вверх руку и истошно захрипел.
Глейн замер, лишившись дара речи. Он побледнел, а рука, сжимающая рукоять меча, начала подрагивать.
— Десмер, ты жив? — тихо прошептал он.
Но парень на полу продолжал хрипеть, медленно поднимаясь на ноги.
Зомзом склонил голову набок, прекрасно представляя, что значит не иметь возможности сказать ни слова. А еще он то и дело косился по сторонам, наблюдая за колдовством хозяина. Ему нравилось следить, как по воле некроманта сумеречная магия начинает двигаться словно живое существо, повинуясь каждому желанию создателя.
Только сейчас это существо становилось все страшнее, а Зомзом никак не мог подобрать ему имя, видя перед глазами смутные образы прошлого и вспоминая что-то очень важное, что объяснило бы происходящее.
Но вдруг перед глазами мелькнула вспышка озарения. Картинка начала складываться, как старый пазл.
Джейк Эридан Кастро-Файрел. Король Альденора. Он взошел на трон на тридцать пять лет раньше Рейва. И корона досталась ему не по наследству. Ветвь Эриданов была побочной в королевском генеалогическом древе. Однако Джейку повезло. Его троюродный брат погиб, не оставив ни потомков, ни прямых наследников. И тогда на трон взошел он, первый Эридан, который вошел в историю как Джейк Злая Голова.
Жестокий тиран и неплохой некромант, он любил казнить слуг и своих рыцарей особым способом. При жизни он заражал их Тьмой, позволяя всем вокруг наблюдать, как человек заживо превращается в нежить. Сил, чтобы удержать большое количество мертвых в подчинении, у него не было, а потому, как только провинившиеся перерождались, он приказывал сжечь их немертвые тела.
Ко всему прочему Джейк оказался довольно слабым правителем, хотя и хитрым. Это привело к тому, что его сверг один из сильнейших друидов того времени — Свен Шерран Кастро-Ларет. Он-то и стал следующим королем Альденора. И тем самым, которого убил Рейв.
В то время Рейв Эридан говорил, что восстанавливает справедливость, ведь он являлся прямым наследником Джейка Эридана, сверженного законного короля. И определенная часть дворян даже поддержала обделенного внука.
Однако через некоторое время оказалось, что Рейв стал еще более страшным повелителем, чем его дед. Потому что в отличие от последнего Рейв был не только невероятно умен, но и чрезвычайно силен. Он не издевался над своими приближенными, но хладнокровно разменивал живых солдат на мертвых. Он начинал войны, не страшась жертв. Не считая трупов солдат. Ведь каждый погибший пополнял другую его армию, армию мертвых.
А простым людям не нравилось, что рядом с ними постоянно находятся сотни созданий Тьмы. Их это пугало, повергало в настоящий ужас. Рейву же было плевать. Он был истинным королем мертвых.
И вот тогда постепенно начали ходить слухи, что вместе с некромантией в семействе Эриданов кочует проклятие, наполняющее темных колдунов этого рода нечеловечески хладнокровной жестокостью. И чем сильнее становился Рейв, тем сильнее в нем говорила его кровь.
— Десмер, — повторил в это время командир стражи, заглядывая в глаза своему бывшему подчиненному.
Зомзом перевел взгляд на парня рядом, отчетливо видя, что перед ним мертвец. Его анарель был опутан Тьмой. Она курсировала по венам, составляя саму жизнь нового зомби.
Новобранец прохрипел что-то в ответ, загородив своей грудью некроманта.
Рейв же спокойно отошел в сторону и сел на край стола. Его взгляд был холоден и бесстрастен.
— Он не сможет ответить. Увы, — бросил он. — Я же перерезал ему горло.
— Это что… Десмер теперь… нежить? — прошептал командир и попятился назад.
Меч выпал из его дрожащей руки.
— Именно. Как и мой слуга. И как сотни мертвецов на кладбищах Ихордаррина, — нетерпеливо повторил Рейв, нахмурившись.
Он поднял ладонь, разглядывая, как липкий алый багрянец течет по его руке. Он испачкал пальцы, пока убивал стражника, и теперь невозмутимо искал, чем бы вытереться.
Тьма вокруг клубилась змеиными кольцами.
Зомзом инстинктивно отошел на шаг назад. Он чувствовал, что это не та Тьма, что обычно витает в воздухе, безучастная и спокойная. Это было жадное марево из глубин Сумерек, питающееся человеческими смертями и болью. Зомби вспоминал имя этой Тьмы. Искал и не мог подобрать.
— Неужели вы намереваетесь их всех оживить? Это же невозможно, — буркнул командир стражи, и уверенности в его голосе теперь не было ни капли.
— Они уже живы, господин Глейн, — улыбнулся некромант. — Им осталось лишь встать и прийти.
— Но они лежат в стальных гробах!..
— Да, это проблема, — пожал плечами Рейв. — Вы зрите в корень, господин Глейн. Именно по этой причине они до сих пор не стоят у ворот замка. Мне нужно больше силы. Но я добуду ее, не сомневайтесь. Совсем скоро. И тем хуже для вас, потому что мне придется поднять не простых зомби, а кого-то посильнее. Кого-то, кто сможет преодолеть стальную клетку. Думаю, это будут гули и стрыги. Может, даже пара сотен драугров.
Командир побледнел, падая на стул и не сводя взгляда со своего страшного собеседника.
— Пять с половиной тысяч мертвецов?.. — повторил он нервно. — А как же защитные жезлы?
Рейв усмехнулся и нетерпеливо взмахнул рукой, указав на двух зомби.
— Точно так же, как и в этом дворце. На нежить, подчиняющуюся некроманту, не влияют эти заговоренные игрушки. Я скажу вам по секрету: в них нет настоящей силы. Лишь охранные символы. Это как пугало для птиц. Оно работает ровно до того момента, пока птица не поймет, что соломенная голова ей ничего не сделает.
— Но… — Больше мужчина не смог из себя ничего выдавить.
А Зомзом тем временем прикрыл глаза и размышлял, опутанный пологом мрака, стелющимся вокруг непроглядным плащом.
Рейв явно был не тем, что прежде. Даже не тем, что еще пару дней назад. Что-то в нем изменилось. И мертвец физически ощущал страх начальника гарнизона Файрела. Его ужас витал в воздухе, напитывал жадную Тьму.
Более того, некромант тоже видел, что командир стражников напуган до заикания, и ему это явно нравилось. Нравилось, потому что наконец-то старые планы начали претворяться в жизнь.
Сумеет ли Глейн принять меры, чтобы остановить его? Или уже поздно?
Зомзом был склонен считать, что поздно. Мышление у него в голове было развито недостаточно хорошо, чтобы понять все нюансы. Предполагалось, что рационализма мертвеца должно хватать лишь на выслеживание жертвы и просчет траектории ее побега.
Но все же Зомзому мозгов хватало на гораздо более сложные задачи. И сейчас он представлял своего хозяина черной плесенью, неотвратимо распространяющейся по Файрелу. До поры до времени этой плесени совсем не видно. Но рано или поздно она распространяется на все вокруг, и тогда от нее нет спасения.
— Кто вы? — вдруг тихо, едва слышно прошептал начальник тюрьмы, отрешенно глядя на некроманта и двух мертвецов, послушно стоящих рядом. С одного из них все еще капала кровь, а он собирал ее пальцем и слизывал.
Губы Рейва растянулись в торжествующей улыбке. Он знал, что победил. Теперь и Зомзом это видел: ведь гарнизон Файрела отныне будет принадлежать только ему.
— Меня зовут Рейв Эридан Кастро-Файрел, — повторил некромант, неторопливо сворачивая бумаги на столе. — Но вы можете звать меня «граф Эридан».
В этот момент из стены незаметно выплыло пугающее белесое марево. Оно материализовалось прямо за спиной командира стражи. Рваные одежды колыхались в воздухе, костлявые руки торчали из-под широких рукавов.
По комнате распространился холод. Зомзом не чувствовал его, но он заметил тоненькую волну пара, выходящую изо рта Глейна, глаза которого вдруг стали еще больше.
Начальник стражи медленно обернулся и застыл, с каждой секундой бледнея все сильнее. Его лицо уже начало отливать синевой, и мертвец в самом деле решил, что сердце командира вот-вот остановится.
— Не обращайте внимания на Могильную Тень, — с улыбкой проговорил некромант, вставая. — Этот призрак здесь для того, чтобы напоминать вам о нашем разговоре. И не более того. Надеюсь, он не испортит ваш сон.
С этими словами мужчина развернулся и уже собрался покинуть казармы. Но Глейн окликнул его, не давая уйти:
— Если вы оставите со мной эту тварь, я ни на какие условия не пойду! — крикнул он что было сил, отчаянно трясясь, но все же выплескивая свой гнев, смешанный с ужасом.
Рейв неторопливо повернулся к нему. На его лице не отразилось ни одной эмоции. Каменная маска, на которой горели лишь глаза.
И одновременно с этим движением плащ мрака всколыхнулся вокруг него, хлопнув в воздухе, как крылья огромного дракона. А затем вдруг облако Тьмы превратилось в голову зверя. Оно открыло пасть и издало громкий, сводящий с ума рык.
Это был голос ярости некроманта. Но Глейн не слышал ни звука. Лишь оба зомби дернулись, отшатнувшись назад, словно от самой смерти.
В этот момент Зомзом вспомнил имя, крутившееся у него на кончике чужого языка. Он вспомнил Тьму, которая преследовала весь род Эриданов, превращая их в кровожадных убийц.
Равных этому проклятию не существовало в мире, потому что оно было врожденным. И звалось оно «Голод мертвых».

Ангелина  

К обеду я наконец сумела отодрать себя от кровати. Завтрак и обед мне принесли прямо в покои, чем несказанно удивили, смутили и, чего греха таить, обрадовали. Вкусно покушать я тот еще любитель. Тем более в жизни мне не так уж и часто выпадал шанс порадовать животик жареными помидорами в креветочном соусе, свежеиспеченным хлебом с подсолнечными семечками и свежевыжатым соком драконфрукта. И это была только первая часть трапезы! Сперва я даже подумала, что омлет с баклажанами и острыми колбасками, ароматная выпечка и несколько апельсиновых муссов — это порция на двоих. Для меня и Рейва. Но оказалось, что граф Эридан давно позавтракал.
В обед история повторилась, и я снова была счастлива как никогда. Как мало, оказывается, нужно для радости приемной дочери горшечницы — всего пара булочек и тарелка вкусностей. Хорошо, что Рейв меня не видел. Точно счел бы оголодавшей деревенской простушкой.
В общем, после полудня я наконец пришла в себя. Стоило мне умыться, одеться и немного привести себя в порядок, как в двери постучали. А затем комната стремительно наполнилась целой делегацией местных лекарей и магов.
— Как вы себя чувствуете, госпожа Вальбур? — спрашивали они со всех сторон.
Двое мужчин в строгих мантиях протянули руки, намереваясь пощупать меня и заглянуть в рот. Я же усердно старалась этого избежать.
— Голова кружится? Возможно, болит что-то? — спрашивал маг в темных одеждах. — Может быть, возле сердца или солнечного сплетения?
Он смотрел на меня, слегка прищурившись, и явно чего-то ждал.
— Спасибо, у меня ничего не болит, — ответила я, уворачиваясь от медицинского зеркала, которое другой маг старался запихнуть мне в рот. — А что вообще происходит?
Оба колдуна, стоявших впереди, переглянулись, сдвинув брови.
— Вчера вы подверглись воздействию сильного проклятия, — ответил один из них. — Мы хотели бы знать, велики ли последствия.
— Я просто упала в обморок, — недоверчиво протянула в ответ. — Какое еще проклятие?
Колдун в черном, очевидно некромант, скривил губы в усмешке.
— Вам так граф Эридан сказал? Очень заботливо с его стороны. Вероятно, он не хотел вас расстраивать. Но правда в том, что вы были прокляты. И нам неизвестен способ, которым такое проклятие можно излечить. Полагаю, что, если бы не ваш жених, сейчас вы были бы уже мертвы. Теперь понимаете, насколько важно знать, что на самом деле произошло?
Я хмурилась все сильнее.
Значит, на меня кто-то напал?
— Неужели любой колдун может вот так просто взять и убить человека? — пораженно спросила я.
— Конечно, нет, госпожа, — ответил друид. — Как правило, все проклятия до пятого уровня можно отследить. Определенным образом они указывают на создателя. И снять их воздействие тоже не составляет труда. Но магия выше этой ступени крайне сложна и энергозатратна. И использовать ее могут единицы. К моему прискорбию, вы стали жертвой именно такого воздействия.
— И меня спас Рейв?
— Именно. Так вы разрешите себя осмотреть? — прибавил лекарь, стоявший поблизости.
— Думаю, вам лучше узнать механизмы работы этой порчи у графа Эридана, — все еще пораженно говорила я. — Мне нечем вам помочь.
Маг в зеленых одеждах кивнул:
— Я вижу, что жизненная сила госпожи Вальбур вполне гармонизирована. Нам тут делать нечего. Лучше и впрямь воспользоваться советом и выспросить все у графа. У нас не так много времени, господа.
— А что случилось? — занервничала я, почувствовав, что произошло еще нечто важное.
— Конечно, вы же не знаете, — протянул некромант. — Ее светлость герцогиня Рендан сегодня утром тоже оказалась поражена порчей. Только уже совсем иной, более сильной. Граф Эридан вызвался помочь. Так что теперь мы все очень надеемся, что ее светлость скоро поправится.
В этот момент дверь в покои резко распахнулась, и на пороге появился король.
Вся толпа незваных гостей тут же раболепно согнула спины.
Я последовала их примеру лишь через пару секунд, когда до меня наконец дошло, что отец и правда здесь.
Может, он волновался? Может, он все же знает, что я его дочь?
В голове крутилось так много мыслей, но эмоции глушили голос разума.
Герхард Айрис выглядел мрачным как туча. Серо-стальные волосы, подернутые сединой, были убраны назад в хвост. На голове блестела тонкая корона.
— Госпожа Вальбур! — позвал он, заканчивая приветствия. — Так значит, новости и впрямь правдивы. Вы излечились от проклятия?
Я несмело улыбнулась, скрывая волнение.
— Да, ваше величество. Благодарю за беспокойство. Со мной все в порядке.
— В самом деле? — Король посмотрел на своих колдунов. — Никаких следов порчи не осталось?
— Никаких, ваше величество.
— Удивительно! — воскликнул Герхард и выдохнул, с облегчением потерев брови.
Сердце подскочило к горлу. В этот момент я даже успела подумать, что он и впрямь волновался обо мне.
Глупая гусыня.
— Значит, есть шанс, что граф Эридан сможет помочь и моей Ливии, — проговорил король и устремил беспокойный взгляд в пол.
Лекари и маги тут же начали вещать во все голоса, что герцогиня Рендан, несомненно, вот-вот поправится.
А я поняла, что беспокоился он не обо мне, а о своей невесте.
Что ж. Это объяснимо, ведь правда? Отец не знает, кто я на самом деле. Тогда и расстраиваться нет смысла. Жаль, а я-то надеялась…
— Хорошо. Да, конечно, — пробубнил в ответ своим мыслям Герхард, а потом посмотрел на меня и бросил: — Выздоравливайте, Ангелина.
И вылетел из помещения, как ужаленный в зад барсук.
Я глубоко вздохнула, стараясь не думать больше об этом человеке.
Через несколько минут незваная делегация покинула мои покои, а я смогла немного успокоиться. Впрочем, первая мысль, которая пришла на свежую голову, — это навестить герцогиню Рендан.
Маги говорили, будто Рейв подписался снимать проклятие с невесты моего папочки. Возможно, некромант и сейчас там.
Честно говоря, с Ливией встречаться совсем не хотелось. После королевского ужина у меня появилась к ней такая стойкая антипатия, что я предпочла бы и вовсе никогда больше не видеть эту женщину. Более того, мысль о ее проклятии, стоит признать, меня даже немного порадовала.
Ужасный я человек! Но, надеюсь, Ливия все же быстро поправится, иначе меня загрызет чувство вины. Ведь я пожелала зла ни в чем не повинной женщине только за то, что она была груба со мной.
Именно об этом я размышляла, направляясь к покоям герцогини. А Рейв и впрямь оказался там. Он стоял у изголовья кровати и делал какие-то пассы руками.
Довольно забавно было следить за сосредоточенными движениями мужчины после его слов о том, что некромант не способен лечить. И вот ведь — стоит и лечит. Пусть даже магическое заболевание. Надо будет непременно пошутить на эту тему. Обязательно вставлю шпильку в разговоре с ним.
По обеим сторонам от Рейва стояли маги, лекари и обычные дворяне. Они внимательно следили за движениями некроманта. Кто-то даже писал что-то в блокнот.
А герцогиня Рендан выглядела ужасно. Половина лица была распухшей, нижняя губа оттопырилась, по подбородку текла слюна. У нее почти не двигались руки, а пальцы казались нервно вывернутыми. Во многих местах на коже виднелись кровавые язвы.
Жалость к ее состоянию почти сразу же пересилила обиду. Но стоило мне посмотреть на женщину, как я поймала ее ответный взгляд. И вот тут-то случилось странное.
Довольно спокойная прежде герцогиня начала что-то рычать, шевеля огромными варениками вместо губ. Она смотрела прямо на меня и, похоже, хотела показать пальцем. Но руки не работали.
Я инстинктивно сделала шаг назад, чувствуя, как страх сковывает сердце.
Ливия все рычала и рычала. В голос добавлялись хрипение, скрипы и визги. Но ни единого слова. Через мгновение она уже кричала.
В эту секунду Рейв провел ладонью у нее надо лбом и замер, громко проговорив что-то на эшгенрейском.
И, дохлые шишиги, произношение у него было гораздо лучше, чем у меня!
Но дело, собственно, было не в этом. Ливия тут же начала успокаиваться! Затем Рейв положил ладонь на лоб женщины, и она мгновенно закрыла глаза, послушно засыпая.
— Все, господа, — громко бросил некромант. — Ее светлость погрузилась в сон. Ее организм будет отдыхать и бороться с колдовством. Первый этап пройден, она будет жить. Но пока сроков по снятию проклятия я озвучить, к сожалению, не могу. Положение все еще очень тяжелое.
Некоторое время присутствующие задавали вопросы, пока какой-то маг не вытолкал всех в коридор. Ведь герцогине нужен был покой!
Но и тут некромант будто бы вел семинар по магии. Он уже отыскал меня взглядом в толпе и теперь едва заметно улыбался. Я видела, как его губы шевелятся, отвечая на очередной вопрос, но глаза при этом смотрят только на меня.
Когда народ наконец расступился, позволив нам подойти друг к другу, некромант обхватил меня за талию и тихо шепнул на ухо:
— Как насчет прогулки у озера? Сбежим прямо сейчас?..

ГЛАВА 18

Ангелина  

Мы действительно сбежали. В какой-то момент Рейв просто развернулся на сто восемьдесят градусов, сослался на жуткую головную боль после колдовства и утащил меня прочь.
И, что самое интересное, никто из присутствующих не посмел сказать ни слова. Напротив, нам обоим пожелали больше отдыхать и бывать на свежем воздухе. Рейв пообещал прямо сейчас этим и заняться.
Когда мы покинули дворец, солнце уже клонилось к закату, но некромант выглядел абсолютно довольным. Словно пикник на ночь глядя — это именно то, что он и планировал. За плечами у него был замшевый рюкзак с двумя бутылками вина и фруктами. Совсем как несколько дней назад, когда мы только прибыли в Файрел. Однако в этот раз Рейв пообещал мне обойтись без лошадей.
Таким образом, из замка мы вышли пешком, наслаждаясь вечерним солнцем и теплым ветерком, ласкающим кожу. Мне ужасно хотелось узнать, что за проклятие было на мне и что теперь происходит с герцогиней Рендан. Как Рейву удалось помочь и откуда вообще могла взяться эта черная магия. Но краем глаза я разглядывала беспечный профиль некроманта и… молчала. Ведь теперь я отчетливо чувствовала, что рядом со мной не просто колдун, а и вправду король мертвых. Не знаю, как это произошло, но теперь я ощущала ауру силы вокруг него. В его глазах, когда он смотрел на меня, будто плескалась сама магия.
Признаться, меня это немного пугало. Хотелось превратиться в страуса и спрятать голову в песок, но вокруг были лишь каменистые тропинки Файрела да жесткая, веками вытаптываемая дорога в город.
Шутки немного отвлекали, но нельзя не признать также и другого очевидного факта: Рейв мне нравился. До дрожи в страусиных коленках.
И сейчас я смотрела на него и не могла понять: неужели я влюбилась в короля мертвых? Это же ненормально! Я почти ничего не знаю о нем, не знаю даже толком, почему он до сих пор жив. Да, что-то он мне, конечно, объяснял про какого-то дракона и виал крови. А я в это время хлопала ресничками и думала о том, какие у него колдовские глаза. Ну, не курица?
Да, это определенно сумасшествие. Но факт оставался фактом, и стоило признаться самой себе: с самой нашей первой встречи моя жизнь изменилась. И теперь только рядом с Рейвом мой серый мир обретал краски.
Мы неспешно болтали о чем-то незначительном и неважном, и совсем скоро я поняла, что Ихордаррин остался далеко позади. Тропинка вывела к огромному водоему, вдоль берега которого расстилался изумрудный подлесок. Здесь было настолько красиво, что дух захватывало.
— Это озеро Рубиновое? — спросила я, вспоминая, что рядом с королевским замком были лишь один такой крупный водоем.
— Рубиновое? — удивился некромант. — В мое время оно называлось иначе. Впрочем, так мне тоже нравится, — кивнул мужчина, указывая на дорогу в сторону. — Нам туда.
Я следовала за Рейвом, не задумываясь о том, куда именно мы идем. Мне было просто приятно находиться с ним рядом. Ведь даже теперь, когда меня страшило то, кем он является, сам он меня не пугал. Мне было с ним хорошо в любом состоянии — молчания или спора, тишины или веселья.
Скоро мы обогнули озеро с одной стороны и подошли к невысокому холму, заросшему кустарником. Некромант приблизился к гранитной насыпи, опадающей под ноги мелкой крошкой, и дотронулся до нее рукой.
Сперва ничего не произошло. Но это лишь сперва.
Затем мужчина повернулся ко мне и подмигнул, поднося большой палец к губам. Высунул язык и медленно лизнул подушечку, продолжая улыбаться.
— Что ты делаешь? — немного хрипло произнесла я, понимая, что оторваться от него уже не могу. Взгляд приковывало каждое движение, приоткрытые губы, влажный язык, поблескивающие глаза…
Брови мужчины хитро приподнялись и опустились. А затем он провел пальцем по одному из старых камней. В тот же миг земля еле ощутимо дрогнула. Густые заросли орешника вдруг начали расступаться, а камни — собираться в изогнутый полукруглый проход.
— Это что за магия такая? — выдохнула я, не веря своим глазам.
— Все та же, малышка, — усмехнулся некромант. — Проход был здесь всегда. Но виден он лишь тому, кто его создал. Остальным Тьма затуманивает глаза.
— А что это за фокус с облизыванием? — улыбнулась я, уже проходя вместе с мужчиной в темное, немного прохладное помещение.
Рейв пожал плечами.
— Ты тоже думаешь, что, если бы я полоснул ладонь кинжалом и с многозначительной физиономией обагрил собственной кровью камни, было бы эффектнее? — усмехнулся он и, не дожидаясь ответа, прибавил: — Это глупость в некотором роде. Зачем травмировать себя, когда слюна несет такое же количество информации о колдуне, как и кровь? Разве что для дешевого эффекта.
— А разве тебе не хочется произвести на меня впечатление? — иронично спросила в ответ. — Чтобы я шла рядом с тобой и восхищенно ахала, мол, вот она, силушка короля мертвых! Это вам не енота некромантии учить!
Рейв повернул ко мне голову, не переставая улыбаться.
— А ты что, разве еще не в восторге от меня?
Его темные глаза заблестели вызывающей веселостью.
Я покраснела. Громко выдохнула сквозь вытянутые губы и махнула рукой.
— Пфф, подумаешь, король мертвых! Чего мы там не видели…
Похоже, я слегка переиграла, и звук получился похожим на лошадиное фырканье.
— То есть, по-твоему, выходит, королей мертвых у вас тут пруд пруди, да? — с улыбкой прищурился некромант, вдруг взяв меня за руку и сжав.
Вокруг становилось все темнее. Мы прошли уже в самую глубину пещеры, и изнутри казалось, что она огромна.
— Да, знаешь, король, принц, рыцарь… В общем, меня этим не проймешь.
Некромант вдруг остановился, потянул меня за руку и прижал к себе. Обе его ладони опустились на мою талию, прижимая к своим бедрам, заставляя почувствовать его жар, срастись с ним, словно два цветка — стеблями.
— А вот этим проймешь? — проговорил он значительно тише, и его губы вдруг стали ко мне обжигающе близко.
Проклятье, он сводил меня с ума. Рядом с этим мужчиной я мгновенно теряла почву под ногами. Стоило почувствовать его руки, тепло его тела, дыхание на своей щеке, как все плыло перед глазами. Сердце заходилось в бешеном ритме, а щеки жгло так, словно я сгораю изнутри.
И я правда сгорала.
Рейв тихо выдохнул, ослепительно медленно сокращая расстояние между нами. А его губы вот-вот должны были коснуться меня, чтобы свести с ума окончательно.
Как же я этого хотела! Так сильно, что подкашивались ноги.
И наконец это произошло. Его рот накрыл мой, перед глазами вспыхнули разноцветные молнии.
Мягкие, пьянящие, пряно-сладкие губы.
Горло сдавило, я захлебывалась дыханием. Воздух вмиг раскалился до предела. До горячего свинца, втекающего в легкие, разрывающего грудную клетку сладкой болью.
Рейв поднял руки и зарылся в моих волосах, притягивая к себе, хотя быть еще ближе уже было невозможно. Я чувствовала в его движениях нарастающую страсть. Мышцы напряглись, стали твердыми как камень.
— Посмотри на меня, — вдруг прошептал он хрипло.
В этот миг я поняла, что все это время стояла с закрытыми глазами. Сжимала веки до остервенения, боясь, что вот-вот все исчезнет. Снова произойдет что-то странное и непонятное, и, кроме одного поцелуя, у меня больше ничего не останется. Поэтому я так отчаянно хотела насладиться им подольше.
И тут его шепот:
— Посмотри.
Я открыла глаза и не поверила. Вся пещера вокруг была залита мягким призрачным светом. С пола и с потолка тянулись друг к другу сталагмиты и сталактиты. Острые зубья удивительного зеленовато-голубого цвета освещали все вокруг. А в самом центре расположился маленький пруд. Вода из него по устью вытекала наружу, смешиваясь с озером Рубиновым.
— Ну, так что? — тихо повторил Рейв. — Этого достаточно, чтобы поразить мою малышку?
Его голос тихо вибрировал, прокатывался у меня в груди, задевая там какие-то особые струны. И от каждого их звука дрожь проникала в позвоночник, усиливая огонь внутри.
Я прикусила губу, опустив взгляд. Мне было стыдно, жарко, нервно, но я все же ответила:
— Мне было достаточно и тебя…
Пальцы некроманта вдруг коснулись моего подбородка и приподняли, заставив посмотреть в глаза.
Я резко выдохнула, встретившись с темными засасывающими омутами, в которых уже потерялась моя душа. Там, глубоко на их дне, была я. И теперь настала пора признать, что мне уже не выбраться оттуда.
Я смотрела в его глаза и не понимала, что вижу в них. Не понимала, хочет ли он того же, что и я. Не знала, играет он, или все, что происходит между нами, — настоящее.
Может, стоит мне сделать какой-то неловкий шаг к нему, как он засмеется. Назовет меня бездарной некроманткой, которая не может рассчитывать на уважение короля мертвых. А может, напомнит, что я лишь фиктивная невеста графа Эридана, а настоящая связь с низкородной девкой лишь опорочит его имя.
В любом случае я не могла больше ждать. Желание касаться его лишало последних мыслей, отравляло изнутри. А потому я осторожно подняла руку и дотронулась до его щеки.
Рейв застыл. Его глаза открылись чуть шире, а черный зрачок медленно начал заполнять радужку.
Я опустила руку ниже, мягко проведя большим пальцем по его нижней губе. По шее, рельефному плечу, словно разглядывая каждую деталь подушечками. Каждый сантиметр напряженных мышц. Скользнула по груди, коснувшись твердого соска сквозь рубашку, обведя его несколько раз.
Рейв закрыл глаза и выдохнул, прижав меня к своим бедрам сильным, настойчивым движением. Дав мне почувствовать каменное напряжение в его штанах. Словно нарочно обращая мое внимание на то, чего я, кажется, еще секунду назад совсем не понимала.
Он едва дышал. Снова распахнул глаза, глядя на меня как дикий зверь. И я почти слышала, как под моими пальцами бешено стучало его сердце.
Ему нравилось. 
Эта мысль сверкнула в голове молнией, разрезав хмурое небо наивности, волнения. Страха. Остался лишь голод. И с каждой секундой он только возрастал.
Я медленно расстегнула его рубашку. Пуговицу за пуговицей, проникая ладонями к телу, обжигаясь пламенем его кожи. Мучаясь от желания попробовать ее на вкус.
Не сводя глаз с мужчины, я неторопливо наклонилась к нему и коснулась губами основания шеи.
Горячо… 
Закрыла глаза, высунув язык и лизнув гладкий рельефный огонь его тела.
Это конец. Я падала куда-то глубоко-глубоко, и мне это нравилось.
Скользнула губами ниже. Медленно. Так опьяняюще медленно, что, кажется, от накала вот-вот лопнет струна каждого нерва.
Обняла его, спрятав руки за широкой спиной, неосознанно впиваясь короткими ногтями в твердые мышцы. Губами провела линию по груди, не понимая, что делаю. Спускаясь к животу, языком вылизывая рельефные кубики, мелко вздрагивающие от напряжения.
— Отец Тьмы… — сдавленно прошептал Рейв, едва не остановив мое сердце, вышибая последние мысли из головы.
Я изнывала от его вкуса, от частого дыхания. Пьянела от собственной смелости.
И, стоило мне коснуться вздрагивающими пальцами ремня его штанов, как некромант резко поднял меня, подхватил, заставив обнять себя ногами, и выдохнул:
— Что же ты делаешь со мной, Ангелина?..
Укусил за нижнюю губу, с жадностью, страстью. Словно пытался наказать. А затем поцеловал. Так, как еще никогда не целовал прежде. Будто ураган или торнадо, просунул язык в мой рот, властно, требовательно, жадно. Зарываясь одной рукой в волосы на затылке, не давая ни малейшего шанса на побег.
И от этого ощущения абсолютной его власти надо мной под желудком скручивалась напряжением нестерпимо горячая спираль. Била молниями между ног, заставляя неосознанно прижиматься ближе к Рейву. Тереться о его бедра, которые я обхватывала, сдвигая колени. Сжимая носочки от какого-то жгучего нетерпения.
— Малышка, — хрипло прошептал мужчина, зарывшись носом в моих волосах и двинувшись в неизвестном направлении. Шаг за шагом, пока меня не коснулась теплая, обволакивающая вода.
Я удивленно посмотрела по сторонам, понимая, что он несет меня в этот маленький пруд, освещенный десятками волшебных огней.
— Не бойся, — проговорил он тихо, касаясь губами уха, одновременно лаская его, словно дразня.
Я прижалась к Рейву сильнее, понимая, что и так не боюсь. Ничего не боюсь рядом с ним.
Через пару мгновений над водой остались только головы. Только глаза, которые изредка распахивались, чтобы обжечь нас. Только губы, которые не отрывались друг от друга.
Я чувствовала, как нарочито медленными, но нетерпеливыми движениями пальцы Рейва раздевали меня. Проникали под платье, все с большим и большим голодом касаясь моего тела, поглаживая, иногда сжимая так, что могли остаться следы.
Мне нравилось.
Он развязал лиф, заставив одежду спуститься к животу, обнажив грудь. А скоро я поняла, что и сам мужчина оказался обнаженным. Рубашка давно куда-то уплыла, а когда исчезли брюки, я и не заметила.
Под конец раздевания руки Рейва вздрагивали от нетерпения. Он тяжело и сбивчиво дышал, не переставая целовать мое лицо, глаза, губы, шею. С каким-то голодным остервенением, жадностью. Словно одновременно хотел причинить боль и, наоборот, боялся слишком резкого движения.
В какой-то момент наши взгляды встретились, словно заводя немой разговор. Только разум в этом диалоге давно не участвовал. Лишь инстинкты.
Глаза некроманта светились изнутри нереальным блеском, желанием, которое уже давно было моим собственным.
А потому я поцеловала его вместо ответа на не прозвучавший вопрос. Скрывая крик, проглатывая стон. И в следующий момент стало больно и сладко одновременно. Но ненадолго. Совсем скоро было уже только сладко.
Через бесконечно долгое и одновременно ослепительно короткое время ураган страсти утих, превратившись в мягкие волны. Рейв поднял меня на руки, обессиленную, улыбающуюся. И медленно вынес на берег, уложив на теплую подстилку.
Я хотела бы всю ночь обнимать его, целоваться и вести какие-нибудь неспешные разговоры. Но в реальности все вышло иначе. Стоило почувствовать, как некромант обнимает меня со спины, согревая своим горячими телом, как я просто провалилась в сон. Мне было невероятно комфортно, спокойно. Воды озера унесли с собой все следы того, что произошло. И, закрывая глаза, я почти не обратила внимания на то, как где-то совсем рядом, из темной глубины водоема донесся глухой звук. Словно удар.
Или пульсация огромного сердца.

Рейв  

Рейв открыл глаза, когда до рассвета было еще далеко. Он лежал и смотрел в высокий свод пещеры, переводя взгляд с одного кристального зуба на другой. Мягкий свет от волшебных камней успокаивал, настраивая на правильный лад.
Некромант повернул голову, скользнув взглядом по обнаженной девушке. Он не боялся, что она замерзнет. Здесь было тепло, да и замерзнуть в его объятиях сложно. Этой ночью ему было необычайно хорошо. Но наступило утро, и вот-вот нужно будет одеваться, вставать и что-то говорить.
Рейв не хотел. Ничего не хотел.
Он мог бы чувствовать себя виноватым, но не чувствовал. Он мог бы чувствовать себя подонком, ведь, в своем роде, он воспользовался девчонкой. Но он не собирался терзаться муками совести. В конце концов, они оба этого хотели.
Однако все же крохотные отголоски вины где-то глубоко внутри немного мучили мужчину. Он сам не понимал, почему так происходило. Почему ему было не до конца наплевать. Но стоило представить ее узенькое расстроенное лицо, когда она узнает правду, — и словно кто-то втыкал вилку ему в живот и прокручивал кишки, как горку макарон.
Он не хотел видеть ее печальные зеленые глаза. Не хотел, чтобы они хоть когда-нибудь грустили.
Может, стоило рассказать ей правду? Ведь, по сути, ничего ужасного не произошло. Он действительно что-то чувствовал к Ангелине, что-то глубокое и непонятное, от чего не хотелось избавляться. Рейв не стал бы называть это любовью. В нее он давно не верил. Но все же Ангелине он ни разу не солгал: она и впрямь сводила его с ума.
Стоило вспомнить ее широко раскрытые глаза, испуганные, затуманенные желанием, голова начинала гореть. Ее тихие стоны все еще звучали у него в ушах и наверняка будут звучать еще долго. Горло перехватывало от звериного голода, раз за разом вспыхивающего внутри, стоило закрыть глаза и увидеть ее раскрытые влажные губы.
Наваждение — иначе и не назовешь.
Надев высохшую одежду, Рейв сел рядом с Ангелиной и еле заметно провел рукой у ее лица, убирая назад прядь волос. Девушка мирно спала и даже улыбалась во сне. Некромант поймал себя на мысли, что неосознанно копирует ее улыбку, и очень удивился.
— Малышка… рассказать тебе правду? — выдохнул он, почти согласившись с самим собой.
— Давай-давай, сделай это, — снова раздался знакомый голос. — Мало тебе было женской хитрости?
Ульфрик Айрис на этот раз появился подозрительно поздно. Рейв был и рад этому, и злился, что мертвый друид все же здесь.
— Проваливай, — еле слышно прошептал некромант, не поворачивая головы.
— Ну что же ты гонишь меня? Я пришел дать тебе пару бесценных советов, от которых ты не сможешь отказаться.
«Да уж, это точно», — мелькнула раздраженная мысль. Досадно, что такое прекрасное утро было безнадежно испорчено.
— Что ты там задумал, Рейви? — почти пропел Ульфрик. — Рассказать малышке, как использовал ее для пробуждения старого друга? Давай, сделай это. Доверься еще одной женщине. Расскажи о своих планах, пусть и она растопчет тебя. Да и старик Бьельндевир не очнулся. Девственной крови, утекшей в озеро, оказалось маловато? Король мертвых просчитался?
Смех призрака прокатился по пещере, отражаясь от стен.
— Что, так и не смог убить, да? — продолжала белесая тень. — Превратился в тряпку-у-у, Рейви. И дракон не ожил. Все по твоей вине!
— Он оживет, — безразлично ответил некромант. — Но тебя это не касается.
— Ну да, ты же король мертвых, — усмехнулся Ульфрик. — Тебе лучше знать. А я всего лишь друид, который тебя убил!
Снова пронзительный хохот пробил пространство, а через мгновение призрак исчез.
— Нет, — сжал губы Рейв. — Ты всего лишь мой бывший друг.
Засунув руки в карманы брюк, он задумчиво посмотрел в сторону выхода. Рассвет уже окрасил горизонт в алые и оранжевые тона. Было еще совсем рано, и некромант не собирался будить Ангелину. Ведь она еще не знала, что совсем скоро на озеро прибудет весь королевский двор.
Опустившись к девушке, мужчина ласково погладил ее по голове, с улыбкой наблюдая, как сонно она зевает и переворачивается на другой бок. Сейчас, когда ее освещали мягкие лучи утреннего солнца, она выглядела особенно прекрасной. Хрупкой, почти эфемерной.
Затем мужчина поднялся на ноги, ловким движением руки запечатал вход Тьмой, скрывая пещеру от чужих глаз, и ушел в Сумерки.
Нет, сегодня он не собирался гулять по миру темных богов. Ему просто нужно было побыстрее добраться до дворца и взять все необходимое. Осталась всего пара часов до назначенных купаний его величества. Сегодня король со своей невестой планировали провести день на озере. И, как понял некромант, из-за болезни Ливии откладывать свадебные гуляния пока никто не собирался. Словно она вот-вот выздоровеет.
Поэтому он быстро собрал все необходимое и снова вернулся в пещеру, ожидать пробуждения своей малышки.
Когда Ангелина наконец проснулась, солнце было уже высоко. Рейв сидел рядом с ней и невозмутимо ел персик, разглядывая крутые округлости женских бедер, узкую талию и спутанный водопад жидкой стали на плечах.
— Доброе утро, — проговорила Ангелина, сладко потянувшись.
— Доброе, — кивнул мужчина, многозначительно облизнувшись и не сводя с девушки горящего взгляда.
— А что, уже пора вставать? Ой… — В этот момент она вдруг обнаружила, что лежит на покрывале абсолютно голая, и поспешила прикрыть грудь руками.
Рейв улыбнулся, глядя, как краска заливает узкое лицо и немного шею. Подушечки пальцев начали зудеть от настойчивого желания дотронуться. Они уже давно зудели, почти чувствуя гладкую кожу…
В теле стремительно росло тяжелое напряжение. Рейв на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул. Так ее пробуждение может закончиться вовсе не тем, чем он планировал.
— Твое платье высохло, малышка, но я рекомендую надеть вот это, — сказал он, протянув девушке наряд, напоминающий длинную ночнушку, только тоньше и в рюшах. — После вчерашнего приключения платье чудом осталось целым, но сейчас оно ужасно мятое.
— И поэтому ты предлагаешь мне полупрозрачную сорочку?!
Девушка схватила одежду, мгновенно прикрылась, глядя на Рейва горящими глазами, полными непонимания.
После того как округлая полная грудь перестала отвлекать внимание, некромант почти почувствовал облегчение.
Почти. 
— Это не сорочка, — улыбнулся мужчина. — Это рубашка для плавания.
— Для чего? Я не собираюсь плавать! — воскликнула она. — И вообще, отвернись!
Рейв усмехнулся и выполнил просьбу, спиной ощущая по дрожанию голоса, как она снова краснеет.
— Тогда надевай мятое платье, — невозмутимо ответил он. — Выйдешь к своему папочке-королю и сама ему об этом скажешь.
— Что? Куда выйду? — уже не так уверенно переспросила она.
— К озеру, конечно. Уже битый час как там прохлаждается и принимает солнечные ванны весь двор.
— Что, правда?
Так и не поворачиваясь, чтобы не смущать ее, мужчина вкратце рассказал девушке о том, что, пока она спала, его величество изволил вывести свой курятник на берег Рубинового озера. И сейчас половина великосветских дам плескалась в теплой водичке в еще более откровенных сорочках, чем у нее в руках.
Что-то невнятно промычав, Ангелина все же согласилась облачиться в этот странный предмет туалета.
Рейв терпеливо дождался, пока она оденется, и повернулся.
Девушка выглядела великолепно. Светлая ткань, напоминающая шелк, топорщилась на высокой груди и падала к ногам как легкое, слегка нескромное платье. Рукава заканчивались выше локтя и расширялись вниз, словно колокольчики.
Некромант сперва подумал, что современная мода окончательно извратилась, но, глядя на Ангелину, изменил свое мнение. Ткань ее сорочки выглядела такой тонкой, что, казалось, должна была просвечивать. Однако вид был вполне пристойный.
— Ты дивно выглядишь, малышка. Я даже думаю, что если мы не выйдем отсюда прямо сейчас, самообладание может мне отказать.
Ангелина опустила глаза, и на ее щеках загорелся румянец. Такой, как он и любил.
Рейв подошел к девушке, испытывая странное, незнакомое ощущение, будто земля уходит из-под ног. Заставил себя улыбнуться и взял ее за руку.
— Пойдем, у меня сегодня будет для тебя еще один сюрприз.
Ангелина открыла было рот, но тут же закрыла обратно. Вложила свои пальчики в его ладонь и последовала к выходу из пещеры.
Солнце встретило их ослепительным светом. Некромант даже замер на миг, глубоко вздохнув. Ветер приятно холодил кожу, теплые лучи грели улыбку на лице, а в ладони лежала маленькая ручка, от которой в груди появлялось странное ощущение наполненности.
Кажется, ему давно не было так хорошо, как сейчас.
Да и было ли вообще когда-нибудь?
Королевский двор встретил их без особенного удивления. Словно они с самого начала тут и были, просто немного отстали от процессии.
Толпа высокородных расположилась вдоль озера. Слуги натянули несколько широких открытых шатров, и под ними уже стояли столы с напитками и закусками.
Почти все женщины, кроме седых старух, были одеты в такие же купальные наряды, как и Ангелина. Они расположились небольшими стайками, обмахиваясь веерами или прикрывая бледную кожу тряпичными зонтами.
— Смотри-ка, и правда нормальное платье, — выдохнула девушка, перестав нервно мять длинный подол.
Рейв кивнул и сжал ее ладонь.
В свободной руке некромант нес их вещи, включая туфельки девушки. Теперь она шла босиком, осторожно ступая на траву вперемежку с камнями.
Поддержав ее, когда она в очередной раз запнулась, мужчина проговорил:
— Мы уже почти дошли до берега, малышка. Смотри, а вот и наш кролик! Тьфу, я хотел сказать «королик».
И хитро заулыбался.
Ангелина повернула голову и увидела, как ее отец стоит в окружении нескольких дам, весело смеясь. В его руке искрился пузырьками бокал шампанского.
Ливия сидела в десяти метрах сзади в инвалидной каталке под сенью шатра. Около нее стояло лишь несколько лекарей, другие дворяне избегали приближаться к королевской невесте.
Рейв зло улыбнулся, проходя мимо. От женщины так фонило голодной Тьмой, пожирающей ее боль, что некромант буквально физически чувствовал, как анарель распухает в груди.
Глаза ведьмы сверкнули яростью, но больше она ничего не сумела сделать. Ее лицо наполовину опухло, руки едва двигались.
Ангелина бросила на герцогиню взгляд, полный жалости, и прикусила губу.
— Не стоит жалеть ее, малышка, — шепотом проговорил Рейв, сжав женскую руку. — Поверь, в жизни каждый получает по заслугам.
Она подняла на него странно блестящие глаза и ничего не ответила.
А в груди некроманта вдруг шевельнулось беспокойство вперемешку с чужой тревожной мыслью: «В прошлом ты тоже получил по заслугам, не так ли?..»
Рейв обернулся, ожидая снова увидеть тень Ульфрика. Но его не было. Вместо бывшего друга с ним говорил собственный внутренний голос.
— А кто это рядом с о… — Ангелина сжала руку мужчины и вдруг запнулась. — С его величеством?
То ли камень помешал закончить фразу, то ли она в самом деле собиралась назвать Герхарда отцом.
— Понятия не имею, — пожал плечами некромант, разглядывая трех девушек, что вились вокруг короля. На одной из них сорочка была мало того что тонкая, так уже и мокрая. Сквозь наряд проступали твердые горошины сосков, на которые монарх нет-нет да и бросал сальные взгляды. — Пойдем узнаем.
— Нет, я не хо…
— Доброго дня, ваше величество, — поклонился Рейв, притянув упирающуюся девушку за собой. — Отличный денек сегодня, не правда ли?
Ангелина присела, склонив голову.
— Доброго дня, граф, госпожа Вальбур, — по очереди поприветствовал их правитель.
На нем были лишь короткие бриджи для плавания и толстая цепь на шее. В ухе качалась крупная бриллиантовая серьга, а пальцы были унизаны кольцами.
Похоже, даже в озеро его величество предпочитал заходить наряженным, как дама на балу.
Рейв с трудом подавил ухмылку.
— Знакомы ли вы с моими прекрасными собеседницами? — продолжал его величество. — Это маркиза Ильза Рандэ, графиня Лора Лантар и, конечно, наимилейшая герцогиня Шарли Бильфор.
Последней оказалась та самая мокрая дама с торчащей грудью. Она весело улыбалась, обмахивая лицо веером, и бросала на Герхарда горячие взгляды.
— Приятно познакомиться, — поклонился некромант. — Рейв Эридан и моя невеста Ангелина Вальбур.
Женщины явно были рады появлению еще одного мужчины. Все, кроме герцогини Шарли. Она не обращала на некроманта никакого внимания. Было совершенно очевидно, что ее интересовал лишь король.
Бросив взгляд через плечо на Ливию, Рейв встретился с ведьмой глазами. На ее опухшем лице мертвенно белели страдальчески сжатые губы. Проклятая герцогиня исподлобья смотрела в их сторону. Только на этот раз некромант был уверен: она наблюдает не за ним, а за женщиной, что вдруг стала ее соперницей.
После недолгого разговора с королем Рейв лишь уверился в своем предположении. Герхард почти в открытую флиртовал с герцогиней Бильфор, совершенно не вспоминая про Ливию. Лишь в самом конце он все же попросил некроманта проведать его невесту:
— Граф, осмотрите, будьте так любезны, мою дражайшую Ливию. И прошу вас, не жалейте меня, если новости будут дурными.
Герхард повернул голову к невесте и улыбнулся, помахав рукой. А Рейв вдруг заметил, как он едва ощутимо морщится.
— Ливия ему отвратительна… — прошептала Ангелина с ужасом, как только они отошли подальше от толпы.
— Так и есть, малышка. А ты видела, что с ней стало?
— Но ведь она еще жива. Может, придет в себя. Никто же не знает. Рейв, скажи… ты сможешь ее вылечить?
Девушка вдруг остановилась и подняла на него такой светлый и чистый взгляд, что некромант сперва не знал, что ответить. Сказать правду, что лечить ее он и не собирался? Солгать?
Герхард Айрис, похоже, уже строит планы на случай, если Ливия так и не излечится. Совершенно очевидно, что ему плевать на невесту. Раньше она была весьма привлекательна и нравилась ему как женщина. Теперь же гораздо проще найти себе другую симпатичную претендентку на трон. Интересно, герцогиня Бильфор достаточно родовита? Что-то подсказывало некроманту положительный ответ на этот вопрос.
— Ангел, я постараюсь, — уклончиво ответил Рейв. — Но полное выздоровление Ливии крайне маловероятно. Проклятие, которое ей не повезло получить, поражает кости и кровь, вызывая необратимые изменения с самого момента своего появления.
— То есть… если даже она выживет… — с ужасом прошептала девушка, и Рейв закончил за нее:
— Да, она останется навсегда такой, как сейчас.
На некоторое время между ними повисло молчание. Некромант не хотел, чтобы Ангелина жалела Ливию, но ничего поделать с этим не мог.
Он подошел к герцогине, оставив девушку немного позади, и под присмотром придворных магов снова провел свой бутафорский ритуал, который якобы должен был помочь женщине. На самом же деле он быстро лишал ее силы, погружая в глубокий и, по мнению очевидцев, чрезвычайно лечебный сон.
Впрочем, кое-что полезное для Ливии он все же делал. Проклятие, что оплело ее кости сетью сумеречной магии, немного замедлялось, будто замерзая. За следующие сутки оно потихоньку оттаивало, чтобы опять вступить в силу или покориться Рейву.
После этой процедуры некромант отчитался перед королем, уверяя его, что шанс победить проклятие еще есть, хотя все равно почти наверняка герцогиня останется калекой. Герхард снова едва уловимо поморщился и кивнул, с улыбкой возвращаясь к беседе со своей новой пассией.
— Вы свободны, граф, — махнул он рукой, явно надеясь, что Рейв поскорее уберется подальше и перестанет ему мешать.
Некромант вернулся к Ангелине и, как ни в чем не бывало стягивая рубашку через горло, спросил:
— Малышка, не хочешь ли искупаться?
Взгляд девушки на миг замер на его груди, обогнув каждый изгиб рельефного тела. Зрачки ее расширились, заполнив радужку, и щеки покраснели.
Рейв улыбнулся, не подавая виду, что заметил этот обжигающий взгляд, заставивший его сердце стучать быстрее.
— Купаться? — переспросила она, схватившись за свой наряд. — А это точно будет уместно?
— Даже если и нет. Со мной можешь ничего не бояться, — ответил он тихо, не сводя с нее глаз.
Девушка улыбнулась, обворожительно прикусив губу.
Вдвоем они прошли к берегу и неторопливо погрузились в теплые воды Рубинового озера. Несколько человек даже последовали их примеру. Мужчины норовили обрызгать дам, женщины притворно возмущались, и все вместе весело смеялись.
Рейв повернул голову к Ангелине, замечая, что она снова чувствует себя неловко. Откуда в этом хрупком создании бралось столько скромности?
— Малышка, ты умеешь плавать? — спросил он, надеясь, что ему не придется выдумывать какое-нибудь сложное колдовство, чтобы доставить ее туда, куда нужно.
Чтобы показать ей то, чего она никогда прежде не видела.
— Конечно, — фыркнула Ангелина. — И получше тебя наверняка.
Рейв улыбнулся:
— Так и быть, пропущу мимо ушей этот вызов. Как насчет отплыть подальше от шумной компании? — махнул он головой в сторону берега. — Будем только ты, я и зеркальная гладь.
Ангелина улыбнулась в ответ:
— Нет проблем, женишок. Догоняй!
С этими словами она быстро поплыла вперед не хуже дельфина. Некромант едва успел спохватиться и нырнуть в глубину, чтоб окончательно не отстать.
Оценив сквозь толщу воды женские ножки, он вынырнул метров через двадцать. Центр озера был уже близко, и дыхание Ангелины слегка сбилось.
— Не торопись, а то я решу, что после сегодняшней ночи ты меня боишься и пытаешься сбежать, — проговорил Рейв, с удовольствием наблюдая, как лицо девушки стремительно приобретает цвет спелой клюквы.
— Кстати, Рейв… — ответила она, замедлившись и не глядя ему в глаза. — Я хотела…
В этот момент некромант почувствовал, что они наконец оказались на месте. Тьма пробужденного духа была столь сильной, что вода в этом месте становилась холоднее и неподвижнее.
Мужчина на миг закрыл глаза, совершенно не обратив внимания на то, что Ангелина начала что-то говорить, и резко взял ее за руки.
— Малышка, помнишь, я обещал тебе еще один сюрприз? — перебил он с предвкушением.
Осталось совсем немного…
В груди некроманта бился ураган, запертый в костяную клетку. Кажется, он нервничал, и это казалось удивительным.
Неужели он так сильно хотел, чтобы все получилось?
Нет, кажется, дело было вовсе не в удачности ритуала. Рейв боялся реакции своей маленькой фальшивой невесты. Боялся увидеть страх в больших травяных глазах после того, как она поймет, что произошло. Ведь, похоже, он все-таки решил сказать правду.
— Что?.. Сюрприз? — переспросила сбитая с толку некромантка. — Да, конечно.
— Сперва ответь мне на два вопроса. Первый: ты все еще хочешь учиться сумеречной магии? — приподнял бровь он, поглаживая большими пальцами ее запястья.
— Конечно!
— Ты мне доверяешь?
Девушка прищурилась:
— Еще раз «конечно». Но теперь ты заставляешь меня нервничать.
— Не бойся, Ангел. Мне понадобится немного твоей крови. Всего капля…
С этими словами Рейв перевернул ее указательный палец подушечкой вверх и прямо над ним сжал свою ладонь в кулак. В тот же миг в нем материализовался кинжал, сотканный из живой Тьмы.
Девушка нахмурилась, но сопротивляться не стала.
Некромант осторожно провел эфирным лезвием по коже, оставляя крохотный надрез. На нем сразу же набухла алая капля, растекаясь по мокрому пальцу.
Девушка поморщилась и фыркнула:
— А как же: «Слюна несет такую же информацию о колдуне, как и кровь. Бла-бла-бла, я супермегакрутой маг и не делаю эффектных глупостей»?
Рейв усмехнулся:
— У тебя настолько хорошая память, что с этого момента я обещаю фильтровать все, что говорю. Нет, дело в том, что есть заклятия, требующие не только информации о колдуне, но и энергетику жизни и смерти. Это может дать нам только кровь. Поэтому повторяй за мной…
Рейв без особого труда вспомнил слова древнего заклятия, связывающего древний дух с его костями. Оставалось лишь наполнить формулу силой. Той самой, которая проснулась в груди Ангелины.
Да, после вчерашней ночи он чувствовал, что ее анарель окрасился в золотисто-зеленый цвет. Теперь источник был двойным: сквозь изумрудные всполохи попеременно проскальзывала густая Тьма.

Hafty revise, run Berta,
F’elde daste farghelu violte,
Gasserren jetur fyhhe Terre…

Ангелина повторяла слова без ошибок. Рейв даже думать не хотел, что было бы, если бы наследница золотой крови не знала эшгенрейского так хорошо. Он не смог бы быстро обучить ее правильному произношению, и прямо сейчас у них бы ничего не вышло. Уже не говоря о том, что он сам никогда не вышел бы из подземного саркофага, продолжая сходить с ума в зубах проклятой саранчи.

Serum Jurty gaste — bjolden ver,
Gawqar bal’tu sejer,
Bolcke vante ceileske urn…

Воды озера дрогнули первый раз.
С каждым словом лицо Ангелины становилось все мрачнее и испуганней. И когда заклятие наконец закончилось, а небо начало стремительно темнеть, она подняла взгляд вверх, с ужасом прошептав:
— Рейв, что происходит? Мне это не нравится… Останови это…
— Не бойся, малышка, я ведь обещал, что все будет хорошо.
Очень быстро стало совсем темно, и с берега послышались испуганные крики королевской компании.
— Нет, я серьезно. Останови заклятие, я знаю, ты можешь, — вдруг резко сказала Ангелина и посмотрела прямо в глаза Рейву.
— Послушай, помнишь, ты хотела поднять мертвеца? — спросил некромант, заглядывая глубоко-глубоко сквозь ее радужки.
— Конечно, — проговорила она. — Но…
В этот момент мужчина потянул ее раненый палец к себе и медленно провел по цепочке у себя на запястье. Черные черепа вспыхнули рубиновыми глазницами.
Ангелина дернулась, словно от испуга, одновременно приложив другую руку к цепочке-близнецу, что висела у нее на шее.
— Я, конечно, хотела поднять мертвеца, но…
Воды озера вспенились, угрожая утянуть парочку в свою глубину, но граф Эридан крепко держал невесту.
А в следующую секунду огромной волной их отбросило на несколько метров в сторону, потому что из черной глубины показалась огромная костяная голова на длинной шее, перетекающей в бугорчатый хребет.
С суши раздался ужасающий визг. Тьма разливалась вокруг, как проклятое вино. Сам воздух стал этим вином и пьянил некроманта радостью победы.
Наконец-то он это сделал!
Над кристальной гладью появилась костяная спина, и распахнулись огромные белесые крылья.
— Малышка, сегодня ты подняла сильнейшего из мертвых, — с улыбкой произнес Рейв.

ГЛАВА 19

Ангелина  

В этот момент мне впервые стало страшно рядом с Рейвом. В его темных глазах светилось что-то отчаянно-мрачное. Какая-то непонятная сила, огромная и мощная, как чудовища Сумрака. А может, и столь же голодная.
Я даже могла бы подумать, что все это мне кажется. Что Рейв просто в очередной раз решил удивить меня, продемонстрировать свою силу. Силу короля мертвых.
Но сейчас все было не так, как прежде. И началось это с моей крови.
Конечно, знаний по настоящей некромантии у меня было не так уж и много. Мне всегда было сложно понять, что происходит вокруг, когда Рейв начинал колдовать. До сегодняшнего дня. Сегодня мне явилась настоящая мощь его волшбы. И я была в ней необходимым ингредиентом.
Как только он начал произносить заклинание, воздух вокруг завибрировал. Я наблюдала, как цепочка на его руке светится от моей крови, а маленькие серебристые черепа будто оживают. Открывают и закрывают рты, моргают пустыми багряными глазницами.
Я как никогда прежде отчетливо видела Тьму возле нас, которая стала послушно обращаться в магические канаты. Постепенно она свивалась в одно большое прочное кольцо, проходящее сквозь меня и Рейва и наполняющееся силой от нас обоих. А в самом центре зияла воронка, уходящая глубоко под воду.
Впервые в жизни магия передо мной была настолько реальна и очевидна, что, казалось, ее можно потрогать.
А потом начало происходить нечто совершенно невероятное. Неправильное, невозможное.
Снова раздался удар сердца. Глухой, гулкий, пронизывающий. И я поняла, что тогда, в пещере, мне не послышался этот звук.
Со дна озера вверх поднималось какое-то страшное чудовище. Уже были видны его огромные алые глаза, сверкающие среди глубоководной тьмы.
Я запаниковала и стала просить Рейва остановиться. Попросту струсила. Как маленькая девчонка, которая никогда не видела ничего страшнее флегматичного ручного зомби, я боялась чего-то большого и неизвестного.
Но в этот момент с особой яркостью проявился железный характер некроманта. Рейв был непреклонен. Мне всегда нравилось в нем умение молниеносно принимать решения и воплощать их в жизнь, всегда отвечать за свои поступки и выполнять обещания. И в основе всего лежала сильная воля. Вот и теперь я видела в его глазах, что, несмотря ни на что, он будет делать то, что считает нужным.
Ну и что такого? Это же мой Рейв. Пусть он решил с моей помощью поднять какую-то неведомую тварь, разве это кардинально меняет что-либо? Разве мне сложно помочь ему сделать так, как он хочет?
Однако все мысли исчезли, как только над водой появился огромный белесый череп с десятками зубов в распахнутой пасти. А следом в воздух поднялся, распахнув крылья, огромный костяной дракон.
Нас с Рейвом наверняка бы унесло волной, но воронка черной магии обвила тела, не позволяя двинуться.
С берега что-то кричали. Мне казалось, что я тоже кричала. Хотя на самом деле из горла не вырвалось ни звука.
Это был тот самый дракон, статую которого я видела в Сумеречном мире. Хотя мне и самой до сих пор не верилось, что та прогулка была настоящей.
Но вот он. Монстр из костей, соединенных магией. И он настоящий.
— Бьельндевир, — проговорил Рейв, устремив глаза в небо. На губах его играла улыбка.
Мертвое существо медленно взмахивало крыльями, явно держась в воздухе только благодаря магии. Тьмой сочился каждый миллиметр огромного тела, черные ошметки остаточного колдовства осыпались с костей и растворялись в воздухе.
— Ты поднял его… — прошептала я, глядя, как быстро скрывается в облаках могучее тело. Вот только что дракон был здесь, а вот уже снова солнце отражается в безмятежных водах, и в лазурном небе, затянутом молочной дымкой, парят лишь птицы. — Он улетел?
— Ему не мешает размять крылья, — улыбнулся мужчина. — Как-никак он тоже семь сотен лет не пользовался телом.
— Так ты вернул духа, который бродил по Сумеркам?
Признаться, я сперва забыла его имя. Сейчас все складывалось в одну картинку.
— Именно. И ты мне очень помогла. Уверен, Бьельн тебе тоже благодарен.
— Неужели для того, чтобы ожил древний дракон, понадобилась всего лишь капля крови из пальца?
Рейв на миг замер, не сводя с меня непроницаемого взгляда.
— Не совсем. Но вкратце — да.
Я задумчиво кивнула, чувствуя, что некромант что-то утаивает, и не понимая, что именно. И почему меня это впервые так беспокоит?
— Но… зачем он тебе нужен? Такая огромная тварь? — проговорила я, направляясь к берегу.
Рейв последовал за мной.
— Малышка, не называй его так. Бьельндевир — птица гордая. Да, он мертв. Но это не делает его глупым. Поверь, ему не понравится такое обращение.
— И как мне его звать? — немного нервно бросила я. — Дружище Бьельн?
Рейв усмехнулся:
— Для этого вы еще недостаточно близки. Но, думаю, через некоторое время можно будет и так.
— Я не уверена, что хочу общаться с мертвым драконом. Зачем он тебе, Рейв?
Вопрос повис в воздухе, будто плывя рядом с нами.
— Есть две причины, — неожиданно серьезно ответил мужчина. — И обе я расскажу тебе совсем скоро.
— Но не сейчас? — уточнила я, замечая, как он качает головой.
— Не сейчас. Но есть и плюсы, малышка. Теперь дракон будет подчиняться тебе. Ведь ты его хозяйка, как и я. Ты рада?
Я не знала, что ответить. Сердце трепетало при мысли, что теперь можно поговорить с таким древним и сильным существом, как настоящий дракон! Ведь это на их языке звучит вся наша магия. Они — те, кто придумал язык мертвых.
Говорят, когда-то сами темные боги явились из другого бытия на их спинах. И Сумеречный мир создавался на их глазах.
Но это и пугало.
Наконец мы приплыли к берегу. Как только вышли из воды, к нам тут же подбежал десяток магов, закрывая своими телами его величество короля. Герхард стоял в нескольких метрах позади и глядел с большим подозрением.
Впрочем, ни один из колдунов силу не применил. И даже угрожать не стал.
Честно говоря, я их понимала. Ведь открыто выступить против человека, который может оказаться королем мертвых, — это форменное самоубийство. Особенно сейчас, когда сильных магов практически не осталось. Конечно, превосходящим количеством сил королевские волшебники, вероятно, победили бы. Но какова была бы цена?
И вот теперь они лишь номинально защищали моего отца своими спинами, а фактически даже не думали проявлять агрессию.
— Что это было, граф Эридан? — выкрикнул король, сложив руки на груди. Его серые с проседью волосы растрепались, а руки были напряжены. Возможно, так он пытался скрыть дрожь? — Отвечайте немедленно!
И только Рейв, как обычно, был невозмутим, словно кот, стянувший со стола котлету и умявший ее, пока никто не видит.
— Я сам хотел бы это знать, ваше величество! — с легким возмущением развел руками некромант. — Вы видели? Огромная тварь вынырнула из глубины и чуть не потопила нас с Ангелиной! Я едва успел создать кокон, удерживающий на плаву!
Герхард приподнял бровь и нахмурился. Выражение лица получилось крайне комичным. Если бы не напряжение, разлитое в воздухе, я даже могла бы рассмеяться.
— Вы хотите сказать, что не имеете отношения к появлению этой твари? — недоверчиво спросил его величество.
— Конечно, нет, как можно? — Рейв приложил руку к груди и притворно округлил глаза, сжав мою ладонь.
Настойчивое сверло смеха потихоньку прогрызало дырочку в моем горле.
— Мы видели вокруг вас с госпожой Вальбур ореол очень сильной магии, — вклинился в разговор один из колдунов, защищавших короля. Его взгляд был очень хмур, а губы сжаты.
Что ж, возможно, я перегнула палку с тем, что королевские маги не готовы умирать. Вот этот костьми ляжет, чтобы спасти шкуру своего сюзерена. Интересно, сколько таких колдунов понадобилось бы, чтобы победить короля мертвых?
— Естественно, вы видели! — воскликнул Рейв. — А какой еще ореол должен был появиться у моей магии, если нас чуть не накрыло штормовой волной?
Некромант покачал головой и сжал губы, будто разговаривал с абсолютным тупицей.
Кажется, даже король с трудом удерживался от улыбки. В конце концов, он сорвался с места и подошел к Рейву, хлопнув его по плечу.
— Я так и знал, что вы ни при чем, мой друг! Это все придворные колдуны меня ввели в заблуждение. Ух, чернокнижники, — погрозил он им кулаком и вернулся к беседе с некромантом. — Но как по-вашему, граф, что это вообще было? Двор беспокоится, скоро по городу пойдут слухи. Мне нужно что-то сказать народу… Сильно ли это опасно? Может, это просто очень натуральный призрак?
Герхард отвел Рейва к королевскому шатру, недвусмысленно давая понять, что собирается говорить наедине.
Я осталась на берегу, чувствуя, что от посторонних взглядов становится зябко. Дурацкая купальная сорочка прилипла к телу, слишком сильно облегая грудь и бедра. Я пыталась ее немного оттянуть, но помогало слабо. Хорошо, что на улице было тепло и ткань быстро высыхала.
Не успела я совсем уж соскучиться, как Рейв вышел из шатра сразу за довольно улыбающимся королем. Герхард хлопнул в ладоши, привлекая внимание дворян, и проговорил:
— Дамы и господа, все в порядке! Опасности нет!
Поднялся шум, во время которого мы смогли легко скрыться с глаз и покинуть благородную компанию.
Рейв выглядел так спокойно и расслабленно, словно там, в палатке, его не допрашивали с пристрастием, а делали массаж стоп.
Я не задавала вопросов. Мне уже доводилось убеждаться, что король мертвых способен выбраться с блеском из любого положения, которое кажется мне безвыходным.
Меня интересовало кое-что другое. И это я сегодня собиралась узнать в королевском замке.
Мы вернулись в наш новый дом ближе к вечеру. Рейв сразу же пропал на каких-то крайне важных переговорах с королем, а я осталась предоставлена сама себе.
Собственно, меня это совершенно не удивило. Было бы гораздо более странно, если после всего невероятного, что некромант натворил в замке всего за последнюю пару дней, Герхард Айрис так бы и не призвал к ответу своего необычного гостя. Или хотя бы не заставил придворных колдунов взять его в оборот.
Следующие несколько дней мы виделись совсем редко, но зато, когда Рейв ненадолго приходил ко мне, я узнавала все свежие новости первой.
Например, мне почти сразу стало известно, что после купания на Рубиновом озере герцогиня Рендан начала говорить. Меня это скорее радовало — значит, я еще не до конца очерствела.
Впрочем, ничего хорошего миру Ливия не поведала. После случившегося она стала злой, раздражительной и наполненной ненавистью ко всему живому. Это и понятно. Все чаще придворные шептались о том, что герцогиня Рендан — теперь уже бывшая невеста его величества короля. Герхард нашел себе новую пассию и только и ждал смерти Ливии, чтобы объявить об очередной помолвке. А несчастная про  клятая герцогиня тем временем ездила в своей коляске по дворцовому парку и изредка перекидывалась парой слов с сиделками.
Так вот, сегодня вечером, как и все трое суток моего вынужденного одиночества, я проторчала в королевской библиотеке, мысленно ожидая, когда же король соблаговолит отстать от Рейва.
Время летело быстро благодаря чтению. И я была рада, что мне повезло здесь оказаться. Работавшая тут тетечка-друид утверждала, что библиотеку уже много лет хотят закрыть и сделать на ее месте зал для магических боев. Воины, состоящие в королевской гвардии и между делом практикующие магические искусства, жаловались, что тренировать волшбу им негде. Зал для боя на мечах им, видите ли, не подходил.
В общем, старушка долго сокрушалась, а потом любезно впустила меня в свою святыню и даже помогла найти все, что мне требовалось.
А требовалось мне много.
В книжном царстве я провела трое суток в безуспешных поисках интересующей меня информации. А именно: каким способом некромантка с почти пустым анарелем хотя бы в теории может сотворить такое сильное заклинание, как подъем костяного дракона?
Ответа на этот вопрос не давал ни один учебник некромантии. Все сводилось к тому, что «чем выше уровень заклятия, тем мощнее должен быть анарель колдуна».
К концу второго дня я решила остаться в библиотеке на ночь. Все равно Рейв пропадал невесть где и днем и ночью. Вечером он приходил, чтобы поцеловать меня в щеку и снова исчезнуть «по очень важным делам».
Это уже начинало раздражать и немного беспокоить. Чем больше некромант отдалялся, тем сильнее я ощущала, что он что-то скрывает. И тем активнее пыталась найти нужную информацию.
К счастью, библиотекарша натолкнула меня на неожиданную мысль. Почему бы не поискать сведения о том, как проходят заклинания подобной силы у друидов?
Это было интересной ниточкой. И несмотря на то что у друидов с анарелем была точно такая же петрушка, в одной из старых книг я натолкнулась на упоминание «крови солнца», или, иначе, «золотой крови». Человек, обладающий этим редким врожденным даром, был способен сочетать в себе два магических начала. Мог с одинаковой легкостью управлять Тьмой и светлыми силами. И кровь такого мага могла являться удивительным ингредиентом для заклятий.
Мне казалось, что я нащупала нечто важное. Ведь мой далекий прадед, которого угораздило заточить Рейва живьем в могилу на семь веков, был носителем такого дара!
Поэтому следующие несколько часов после полуночи я перелистывала генеалогические древа рода Айрисов, пытаясь проследить и выявить других носителей крови солнца. Меня интересовало одно: могла ли мне достаться по наследству хоть пара капель этой солнечной магии?
Увы, вся информация сводилась к тому, что золотая кровь очень слаба и вырождается едва ли не в третьем поколении. Появление же ее обычно спонтанное и очень редкое.
Таким образом, я никак не могла быть носителем двойной магии, если только василиск везения не кусал меня в детстве в пятку. А он не кусал. Я бы запомнила. Ульфрика Айриса отделяет от меня семь сотен лет. Значит, я не могла наследовать его кровь.
В общем, к вечеру третьего дня пришлось вернуться в свои покои снова ни с чем. Информации больше не становилось, зато сомнения и беспокойство росли, как споры плесени на свежем мертвеце.
Снова собираясь ложиться спать в одиночестве, я и не заметила, что в этот раз на пороге комнат меня ждал Рейв. На нем сверкал серебряными нитями дорогой черный костюм. Уже не из тех, что мы приобретали вместе, а совершенно новый. Густые волосы были собраны сзади в низкий хвост, перетянутый кольцом из белого золота.
— Не переживай, малышка, тебе я тоже кое-что заказал, — вместо приветствия Рейв махнул рукой на платяной шкаф. Зомзом по этому знаку открыл дверцу, с поклоном демонстрируя мне одежду.
Взгляду предстало штук двадцать новых нарядов на любой вкус.
Я округлила глаза, едва не захлопав в ладоши.
Рейв широко улыбнулся, видя мою радость, но ровно до того момента, пока не услышал:
— Это… ты научил зомби этикету? — хмыкнула я, почти забывая, что должна задать некроманту множество совсем других, гораздо более серьезных вопросов, чем этот.
Мужчина сдвинул брови и устремил взгляд в потолок.
— Удивительная ты женщина, больше радуешься дрессированному мертвецу, чем новым платьям. Может, в следующий раз подарить тебе культурное и в меру доброе домашнее привидение?
Я не смогла не усмехнуться в ответ:
— Рейв, оставь привидение себе. Мне и костяного дракона хватило. Куда он делся, кстати?
— О, малышка, совсем скоро вы с ним встретитесь, не переживай.
И лицо мужчины мгновенно озарилось какой-то мрачной веселостью.
— Рейв, — нахмурилась я, — что происходит?

Рейв  

Вопрос звучал настолько прямо и жестко, что некроманта так и подмывало ответить правду. Всю как есть, а не по частям. Но разве время уже пришло? Тем более что вряд ли девушке понравится то, что он задумал.
После очередной прогулки по трущобам Ихордаррина в груди приятно пульсировала магия, огромными потоками протекая сквозь анарель. Смерти бродяг и убийц возвращали ему былую мощь слишком быстро. Его разрывало на части желание получить все и сразу. Хотелось действовать прямо сейчас. Однако он старался притормозить хотя бы ради Ангелины. Но надолго ли хватит терпения?
С другой стороны, как бы долго он ни тянул с признаниями, ее реакция на них не изменится. Не стоит обманывать самого себя.
Так или иначе, но он сделал вид, что не понял, о чем она спрашивает, и перевел разговор на нужные ему рельсы.
— Вчера целый день я учил его величество управляться с твоим шельмугром, а сегодня рассказывал, что делать в случае нападения костяного дракона, которого ты вызвала. Ох и навела ты шороху во дворце, я тебе скажу! Вот что значит настоящая некромантка!
Реснички девушки взлетели вверх, а щеки начала заливать краска.
— Ты же не сказал им, что это я во всем виновата? — выдохнула она.
Рейву ужасно захотелось сжать ее в объятиях, зацеловать легкий малиновый румянец, превращая его в настоящее пламя.
— Конечно, нет, — добродушно усмехнулся мужчина. Подошел ближе и взял девушку за руку, мягко сжав кисть. Прощупывая почву.
Ангелина казалась натянутой как тетива. Одно неловкое движение — и выстрелит. И хотя у короля мертвых не было причин бояться маленькой некромантки, он инстинктивно опасался, что ее стрелы будут бить без промаха в самое сердце.
— Хочешь, прогуляемся? — спросил он, пытаясь высмотреть что-то на дне ее огромных зеленых глаз. — Его ветреное величество Герхард Айрис после рассвета изволил запланировать конную прогулку со своей новой пассией — герцогиней Бильфор. Хочет продемонстрировать ей умение управляться с шельмугром. Такой смешной, клянусь черной смертью. — Рейв усмехнулся, покачав головой. — В любом случае с сегодняшнего дня я совершенно свободен.
Он хотел добавить кое-что еще. Хотел сказать, что скоро им обоим вообще не надо будет оглядываться на кого бы то ни было. Все герцоги и короли вместе взятые потеряют всякий смысл.
Но он промолчал.
Ангелина сжала губы и опустила взгляд.
— Рейв, я чувствую, что ты недоговариваешь, — произнесла она твердо. Слишком твердо для той неуверенной в себе девчонки, которую он знал. — Что ты сделал? Что ты собираешься делать? И какую роль во всем этом сыграла я?
Некромант стиснул зубы и долго молчал.
— Рейв! — с нажимом повторила девушка и посмотрела прямо ему в глаза.
— Ты хотела знать, зачем я поднял костяного дракона? — вздохнув, спросил он. — Именно в нем заключен виал жизни, о котором я говорил. Я наполнил его силой, Ангел. Теперь мне ничто не угрожает.
Девушка подняла на него задумчивый взгляд, в котором на мгновение вспыхнула неподдельная радость. Но затем малахитовые радужки снова затянуло темное недоверие.
— Это ведь не все, что ты мог бы мне сказать, да?
Некромант снова вздохнул.
На крохотное мгновение ему захотелось просто забыть обо всем. Сжать ее крепко-крепко, унести куда-нибудь подальше отсюда, зацеловывая все самые щекотные места, пока она не начнет захлебываться от смеха. А потом спрятаться вместе с ней на крыше замка и заниматься любовью до самого утра.
— Что ты задумал? — повторила девушка, еще сильнее мрачнея.
Рейв поднял ладонь и медленно провел костяшками пальцев по ее щеке, впитывая в себя мягкость кожи, еле уловимую дрожь губ.
— Ничего такого, что могло бы принести тебе вред, — проговорил он в ответ, и Ангелина на миг закрыла глаза.
А когда открыла, воздух разрезала тихая фраза:
— Ты ведь лжешь, да?..
Некромант отвернулся, не желая больше тонуть в омутах ее травяных глаз. Не желая прятаться за лукавыми словами.
Она все узнает. Совсем скоро.
Он подошел к выходу из покоев, схватившись за ручку двери.
Почему-то не хватало воздуха. Воротник рубашки сдавливал горло. В груди то ли громко стучало сердце, то ли бешено пульсировал анарель, взывая ко всей Тьме вокруг. К огромному колодцу магии, которым был замок Файрел.
И на этот зов неожиданно явилась Могильная Тень. Черный контур голодного призрака отпечатался на стене, не решаясь показаться целиком, инстинктивно понимая, что этого делать нельзя.
В голове некроманта промелькнула чужая бесполезная мысль: «Мой зомби-лакей обожает этикет, а Могильная Тень обладает чувством такта. Отличная свита для короля мертвых…»
— Ты звал меня, хозяин? — еле слышно шепнул призрак-марево.
Рейв ничего не ответил, опасаясь привлекать внимание Ангелины к очередному чудовищу среди тех, что окружали его всю жизнь. Вместо этого он повернулся к девушке и проговорил:
— Приходи завтра утром к дворцовым конюшням. Проводим вместе его величество и герцогиню Бильфор на прогулку. И там ты наконец узнаешь все, что хотела.
Ангелина открыла было рот, но ничего не ответила. В ее влажных глазах промелькнуло множество эмоций. Но некромант не хотел и не мог разобрать, что они означали.
Он развернулся и вышел из покоев, спокойно, но твердо закрыв за собой дверь.
На душе оставался легкий неприятный осадок, словно кто-то разбил о стену пару бутылок из-под вина, а осколки забыл убрать. И теперь эти острые кусочки хрустят под ногами и норовят впиться, но никак не могут этого сделать. Ты тоже не можешь их убрать, и уйти тебе некуда…
Этой ночью Рейв не собирался в город. Смерти случайных наркоманов и грабителей-неудачников стали не нужны. Анарель некроманта достаточно вырос, чтобы можно было сделать паузу. Да и с непривычки Тьма так сильно бурлила в крови, что, казалось, порвутся вены, если он прямо сейчас не выплеснет магию наружу.
А может, это болело что-то другое.
Рейв в одиночестве шел по коридорам дворца, чувствуя, что Могильная Тень неотступно следует за ним, ожидая приказа. А он глядел вперед и почти не разбирал дороги.
Ноги сами вывели его сперва на чердачный этаж, а затем на крышу одной из башен Файрела. Отсюда был виден весь Ихордаррин, освещаемый светом сотен волшебных фонарей и тысячами звезд. Рейв приблизился к самому краю, оперся о каменный парапет и посмотрел вниз.
На город уже опустилась ночь. Люди разбрелись по своим домам, как толпа муравьев, что прячется в укрытия, стоит солнцу зайти.
Некромант закрыл глаза, с шумом втягивая прохладный воздух в легкие.
— Хозяин… — прошептала тень, появляясь из древней кладки, как туман смерти. — Кого… скажи, кого нужно убить?..
— Как там наш командир стражи? — бесцветно спросил мужчина, словно не слышал вопроса.
— Дрожит… как сердце умирающего. Боится… очень боится смерти… Его страх соленый… с металлическим привкусом… Мне нравится.
— Он не сломается в критический момент? — продолжал король мертвых, не глядя на призрака, всматриваясь в черный горизонт.
— Я прослежу… Я голоден, хозяин… — прошелестел голос над самым ухом, обдавая смертным холодом.
Рейв передернул плечами и скривился:
— Выполняй свою работу. Получишь награду, когда закончишь.
— Хорошо…
Белесое марево втянулось в камни и заскользило вглубь замка. Некромант остался один. И только в мыслях рядом с ним все еще была Ангелина. Он видел перед собой ее травянистые глаза, зеленые, как болотная ряска, и настроение портилось. Он был уверен: стоит правде открыться, девушка уйдет. Стоит ей узнать, что она отдала часть себя костяному дракону, навсегда привязав к себе его дух, она наверняка придет в бешенство.
Девушки ужасно странные. Вот ему бы на ее месте понравилось быть хозяином огромной смертоносной твари, способной умерщвлять одним дыханием.
Ему всегда нравилось.
Глубоко вздохнув, Рейв пообещал себе больше об этом не думать.
Он закрыл глаза, облокотившись о камни и свесив руки над пропастью. Развел пальцы в стороны, обновляя сотни нитей, связывающих его с мертвецами Ихордаррина.
Все, как он и рассчитывал: три кладбища в черте города. Полторы тысячи откликающихся трупов в каждом. И еще тысяча, не сдерживаемая металлическими гробами.
Некромант пошевелил пальцами, неуловимо дергая за черные нити. Тьма зазвенела, как струны арфы, посылая легкий импульс уже оживленной нежити. Осталось лишь приказать им…
Слова эшгенрейского слетели с языка сами собой раньше, чем Рейв успел обдумать их. Поток магии ринулся по темным венам, наполняя мертвецов силой, заряжая их приказом.
Пять с половиной тысяч трупов синхронно дернулись в земле, разевая огромные, искаженные яростью рты. Вспыхнули кровавые глазницы, но уже через пару секунд снова потухли. Мертвецы упали без сил как тряпичные куклы, и магия из них исчезла.
Лицо некроманта не дрогнуло. Он так и сидел на холодных камнях, глядя на горизонт, залитый светом серебристой луны.
— Удастся или нет? — задумчиво проговорил мужчина. — Хватит ли сил?
— Их слишком много, Рейви… — раздался знакомый голос Ульфрика. Привычно гадкий и довольный. — А ты уже не тот, что раньше…
Ни один мускул на лице некроманта не дрогнул. Рейв смотрел вдаль, словно рядом с ним снова никого не было. И только в ночной тишине раздалось его еле слышное:
— Я знаю…

ГЛАВА 20

Рейв  

На следующее утро некромант явился к их с Ангелиной покоям. Он не мог вернуться сюда этой ночью, зная, что произойдет всего через каких-нибудь несколько часов. Ноги отказывались идти в сторону их комнат, а в груди было совершенно пусто. Только Тьма призывно клокотала, жгла анарель и просила еще смертей.
Когда дверь открылась и на пороге появилась полностью одетая и готовая к выходу девушка, некромант встретил ее поклоном и спокойной улыбкой.
— Ты великолепно выглядишь, дорогая невеста, — проговорил он, поцеловав ей руку и с удовольствием замечая, что ее привычный румянец на месте.
— Спасибо, — ответила Ангелина, поправляя подол идеально выглаженного голубого платья из фессальского шелка. — Мы идем провожать короля?
— Да, — кивнул Рейв, беря ее под руку.
— И его величество планирует прокатиться на шельмугре? — Кажется, маленькая некромантка была очень заинтересована предстоящей прогулкой.
— Именно, — улыбнулся мужчина. — Ты тоже хочешь покататься?
Ангелина подняла на него смущенный взгляд и тут же отвернулась.
— Нет, ну… просто… мне просто интересно.
Рейв подавил настойчивое желание схватить ее за подбородок и поцеловать. А потом сказать, что она сможет ездить верхом, на ком захочет. На существах и гораздо страшнее мертвого коня. И скоро ей представится такая возможность. Лишь бы она сделала правильный выбор.
Но он промолчал.
— Да, мы проводим его и скажем пару напутственных слов…
Через несколько минут они вышли из дворца на площадку. Отсюда начиналась мощеная дорога, по обеим сторонам которой раскинулись королевские сады. А далеко впереди виднелся подъемный мост и ворота, ведущие из замкового комплекса.
Рейв знал: сегодня Герхард Айрис из этих ворот не выйдет.
Как только они присоединились к толпе придворных, король вышел из замка под руку с новой фавориткой. Герцогиня Бильфор широко улыбалась. Она была одета в светло-розовый охотничий костюм, прекрасно облегающий ее фигуру, и издали казалась похожей на маленькую зефирку, которую Герхард вот-вот съест.
Ливию катили сзади в каталке двое слуг. Она выглядела мрачной и злой. А перекошенное от проклятия лицо делало ее похожей на старую черную ведьму.
Рейв решил сохранять ей жизнь как можно дольше. Герцогиня Рендан была сильным некромантом, и ее колдовской анарель излучал очень много эманаций боли и смерти. Очевидно, именно это давало ему самый мощный приток магии.
Рейв и сам не ожидал, что герцогине удастся не только начать шевелить руками и ногами, но и вернуть себе возможность разговаривать. Впрочем, для некроманта не имело никакого значения, будет Ливия овощем перед тем, как умереть, или сохранит человеческий облик чуть дольше.
Сейчас он под руку с Ангелиной стоял чуть в стороне от основной массы придворных и приветственно улыбался приближающемуся королю, как и все вокруг. Только в мыслях у него огромные песочные часы отмеряли оставшееся время до заветной минуты. И с каждым шагом его величества, с каждым ударом сердца песка в воображаемой стеклянной колбе становилось все меньше.
Герхард Айрис остановился в двух десятках метрах впереди, что-то рассказывая своей спутнице, а она весело смеялась.
Мир будто замедлился.
Последняя песчинка в часах упала.
Рейв наклонился к девушке и, не переставая улыбаться, тихо проговорил:
— Ты хотела знать, что происходит, Ангелина?
Она дернулась, мельком бросив на него беспокойный взгляд.
— Да… — ответила так же тихо.
Явно чувствовала: что-то не так. Что ж, она была права, его маленькая догадливая некромантка.
— Время пришло, — сказал он твердо. — Сегодня Герхард Айрис перестанет прибавлять к своему имени приставку Кастро-Файрел. Сегодня он перестанет занимать трон, который ему не принадлежит. Сегодня в королевство альтов и деноров вернется его настоящий король.
Тишина в маленьком мире вокруг них стала гнетущей.
— Что за чушь? О чем ты говоришь? — напряглась девушка, и Рейв почувствовал, как она задержала дыхание.
Некромант не глядел на нее. Понимал все и так: момент истины настал. Она либо примет то, что будет происходить дальше, либо нет.
— Герхард Айрис сегодня лишится короны и трона, — ответил мужчина так, словно говорил о смене погоды.
— Ты убьешь моего отца? — выдохнула она, повернувшись к нему лицом и вырвав руку.
Зеленые глаза пылали огнем непонимания и… ярости. Впервые некромант видел Ангелину такой. Впервые его малышка смотрела на него без наивного восторга, без улыбки за чертой малахитовых радужек.
Рейву это не нравилось. Но другого пути не было. Он — король мертвых. И он вернулся.
— Ты питаешь к этому ублюдку нежные чувства? — спросил Рейв холодно. Слишком холодно. Настолько, что эти слова, похоже, ударили ее.
Светлое лицо потемнело, Ангелина опустила взгляд, отчаянно сжав зубы.
— Нет, но… это же мой отец.
— Забудь о нем, — произнес мужчина, чувствуя ее слабину: если сейчас надавить чуть сильнее, то она сдастся. Сдастся или нет? — Посмотри на него. На человека, которого ты защищаешь. Ему плевать на тебя. Плевать на свою невесту, которая в инвалидной коляске едет позади. Плевать на сестру, с которой он, судя по всему, развлекался до поры до времени, а затем попросту сослал в монастырь, чтобы не поползли слухи. Плевать на всех. И ты перестань думать о нем.
— Но… — Девушка закусила губу изнутри и сдвинула брови. — Ты не можешь. Я не хочу… Да и народ будет против! Герхард Айрис — признанный наследный король Альденора!
Рейв пожал плечами:
— Все, кто будет против, умрут.
Ангелина выдохнула, прижимая руку к лицу, отчаянно растирая глаза около переносицы, словно не веря, что это происходит с ней. Словно вот-вот, стоит отпустить ладонь и снова открыть глаза, все станет по-прежнему. Они будут стоять под руку на залитой солнцем площади, а затем помогут Герхарду сесть на шельмугра. Проводят его вместе с герцогиней Бильфор на прогулку, а сами пойдут есть пирожные, только что приготовленные на дворцовой на кухне.
Но она открыла глаза и прошептала:
— Это же ненормально. Ты сумасшедший…
Рейв вздохнул. Он знал, что так и будет.
— Я — истинный король Альденора. И просто расставляю все по своим местам, Ангел. Я не обсуждаю с тобой то, что будет происходить дальше, а предлагаю шанс оказаться в числе победителей, а не проигравших. Выбирать тебе.
— Ты не посмеешь этого сделать, — выдохнула она, видя, как Герхард снова двинулся к ним, с каждой секундой становясь все ближе.
Рейв ничего не ответил. Он молча смотрел, как наполняется ужасом лицо его малышки, и чувствовал, что ее ответ словно выжигал все внутри, и теперь в черной пустыне грудной клетки клокотала одна Тьма.
Знакомое чувство. Привычное.
— О, граф Эридан, госпожа Вальбур! — помахал рукой Герхард, подходя прямо к ним. — Рад видеть вас в добром здравии.
— Доброе утро, ваше величество, — ответил без улыбки Рейв.
Ангелина едва заставила себя сделать реверанс, двигаясь как деревянная кукла.
— Вы подстрахуете меня, правда? — с улыбкой продолжал король, теребя кольцо на пальце. — Когда я буду вызывать шельмугра. Первый раз — самый волнительный.
Герцогиня Бильфор рядом с ним льстиво захихикала, прикрывая лицо веером, и сладко пропела:
— Уверена, у вас все получится!
Герхард выглядел очень довольным. Отпустил женщину, подходя к некроманту и разминая пальцы.
— Ну что, прямо сейчас?
Рейв улыбнулся в ответ и склонил голову набок, снисходительно глядя, как король возбужденно поправляет тонкую корону на голове, боясь, что она свалится.
Некромант едва успел подумать о том, как удачно, что Герхард решил покрасоваться в этой королевской регалии именно на нынешней прогулке.
— Увы, ваше величество, сегодня не получится, — ответил некромант. Сделал два шага к ошеломленному правителю и снял с его головы золотой обруч с редкими зубьями. — Сегодня я сажусь на трон.
Герхард Айрис нахмурился. В тот же миг Рейва со всех сторон окружила стража, направив на него блестящие лезвия мечей. За спинами простых воинов стояли маги, разворачивая сети колдовства. Воздух завибрировал от незримой энергии, которая повиновалась, приходила в движение от действий колдунов.
Рейв видел, как Тьма вокруг собирается в тугие узлы, готовясь по приказу королевских некромантов превратиться в сумеречные бомбы и нанести удары, лишающие дыхания, уничтожающие соперника.
Довольно серьезное заклинание пятого уровня. Было видно, как на лицах колдунов выступил пот. Однако они справлялись с этой магией легко. Прежний король мертвых непременно нанял бы таких волшебников в свой гарнизон. Новый, презрительно скривив губы, развеял черные сгустки, заставив некромантов испытать прилив страха и начать заново плести заклятия.
Были еще друиды. У этих в ладонях мерцал зеленоватый свет, напоминающий порталы для прохождения магических зверей. Это означало, что в любой момент на площади могут оказаться твари Лихих лесов. И кто это будет, даже отцу Тьмы неизвестно.
Впрочем, Рейва это не страшило.
— Что за вздор? — жестко бросил Герхард, прищурившись. — Что вы себе позволяете, граф? Объяснитесь!
Краем глаза некромант видел, как Ангелина опустила взгляд, сжав губы так, что они побелели.
— Это означает, что король теперь я, — прохладно ответил Рейв и, с отвращением посмотрев на тяжелый обруч из золота, отбросил его в сторону как дешевую побрякушку.
Сложил руки за спиной и приподнял бровь.
Герхард Айрис посмотрел по сторонам, взглядом ища поддержки у придворных и магов. Затем, почувствовав, что все в порядке, стража его защищает, а двор ждет реакции, сперва тихо, а потом все громче и громче засмеялся.
Толпа придворных, зашумев, подхватила его смех. Только Ангелина не смеялась и явно не знала, куда себя деть.
— Да вы с ума сошли, граф? Не иначе как вам передалось заболевание вашего далекого предка, — проговорил король. — Не уверен, что у меня получится сделать вид, будто ничего не произошло…
— Вам и не потребуется, — прервал Рейв, заставив Герхарда вновь нахмуриться.
— То есть вы продолжаете настаивать? Госпожа Вальбур, что за чушь несет ваш жених? — переключился он на девушку. — Повлияйте на него как-нибудь или, клянусь, я прикажу его высечь.
Ангелина подняла нервный взгляд на короля, прикусив губу. Она мяла подол платья, явно не зная, как поступить. Но Рейв не собирался ждать ее ответа. Ей вообще не стоило бы участвовать в этом представлении, но иначе было нельзя.
— Ничего не выйдет, Герхард. Теперь здесь приказываю я, — бросил он и махнул головой в сторону.
В тот же миг чуть справа раздался зычный приказ, заставивший вздрогнуть всех, кто здесь присутствовал:
— Опустить оружие! Окружить его величество короля!!!
Толпа придворных испуганно зашумела, отступая назад. Герхард, не веря своим ушам, повернул голову и встретился с бесцветным взглядом командира стражи гарнизона Файрела.
— Глейн? Что происходит?.. Немедленно уведите этого человека! Делори, Вилис, — обратился он к колдунам, — делайте свое дело!
Главный друид и главный некромант разом кивнули, и воздух затрещал. Несколько друидских порталов разом хлопнули, выпуская на площадь огромного, как две лошади, василиска, истошно кричащего грифона, трех виверн и двух болотных гидр.
Одновременно с друидской магией послушная Тьма снова свилась в несколько разных заклинаний, норовя вот-вот ударить, наполнить ноздри врага густым туманом смерти, разорвать легкие, слизнуть кожу. Сумеречная магия умела быть смертоносной.
Но только не для короля мертвых.
Он поднял руки, кончиками пальцев нащупывая нити чужих заклятий. Черные стрелы, ведущие к королевским некромантам. На этот раз Рейв решил не развеивать вражескую магию, а использовать ее. Для простого колдуна это была почти непосильная задача — перехватить управление Тьмой. Для этого требовался многолетний опыт и очень сильный анарель. И того, и другого было в достатке у короля мертвых.
Пропустив через себя огромный сумеречный поток, мужчина прошептал несколько слов на эшгенрейском и резко сжал кулаки. Некроманты рядом с ним попадали на колени, закашливаясь от перенапряжения. Тьма выскользнула у них из рук, будто вырванная с корнем из пальцев.
Рейв знал: это было больно.
— В цепи Герхарда, — резко приказал он, как только с темными магами было покончено, хоть и временно. — И увести в казематы замка.
— Это бунт! Стража, взять предателя! — кричал Герхард Айрис, но без толку.
Глейн кивнул Рейву и самолично заковал руки бывшего сюзерена в стальные наручники.
Рядом с Герхардом стояли, обнажив шпаги, рыцари его личной охраны — несколько высокородных дворян, которые вошли в свиту телохранителей. Но их было не более десятка. А гарнизонных воинов оказалось в три раза больше. Все те, кто охранял вход в замок, кто утром патрулировал сады, сейчас были здесь. Ведь так приказал Аспер Глейн, командир гарнизона и их абсолютный лидер.
Таким образом, личная охрана Герхарда даже не успела вступить в бой, как короля заковали, а темные маги были практически нейтрализованы.
И только друиды с их магическими зверями лезли в бой. Но первые две попытки разорвать дерзкого бунтаря провалились. Чужая магия, управление которой перехватил Рейв, потихоньку их душила.
Однако волшебные твари оказались довольно сильными.
Например, василиск упорно сбрасывал Тьму. Она стекала по его коже как черная вода, почти не причиняя вреда, но и сделать шаг вперед не позволяла. Когтистые лапы вязли в сумеречной жиже, останавливаясь.
Виверны взмахивали кожистыми крыльями, но воздух вокруг них стал слишком вязким. Природа не дала им такой хорошей защиты от магии, и сейчас они кашляли, отплевываясь слизью цвета сажи.
Только грифон и две гидры не испытывали никаких препятствий. Первый взлетел повыше, чтобы с высоты впиться когтями в свою добычу, а вторые потихоньку подползали поближе. Они уже клацали зубами возле невозмутимого некроманта и испуганной Ангелины, окруженных коконом Тьмы.
Весь королевский двор разбежался подальше, оставляя участников переговоров наедине друг с другом.
— Какого упыря, Эридан?! — крикнул Герхард, вырываясь из рук командира стражи. — Уже завтра здесь будут войска Совета, которые отобьют замок. А через неделю при необходимости сюда стянутся армии со всего королевства. Ты умрешь страшной смертью!
В этот момент грифон спикировал с неба, пропарывая когтями призрачный щит Тьмы. Когти этого крылатого чудовища с головой орла и телом льва были очень опасны. А уж усиленные зеленоватой магией связанного с ним друида — и вовсе смертоносны.
Рейв резко обхватил Ангелину за талию и вместе с ней вихрем переместился на два метра в сторону. Когда ветер вокруг них улегся, грифон снова взмыл ввысь, а гидры стали подбираться уже с другой стороны, перегрызая щит, некромант прорычал:
— Мне начал надоедать этот разговор. Пусть Совет попробует стянуть сюда армию, и увидишь, что будет. Впрочем, нет, ты не увидишь.
Затем повернулся к командиру гарнизона и, одновременно касаясь браслета у себя на руке, проговорил:
— Хорошая работа, Глейн. Уводи Герхарда.
Время снова ускорилось, словно сошло с ума.
Командир стражи кивнул, дернув за наручники бывшего короля.
Вспыхнули алым багрянцем глазницы серебристых черепов на амулете некроманта.
— Он сумасшедший! Вы что, не видите?! Убейте его!!! — истошно прохрипела Ливия Рендан, которую никто из слуг и высокородных не удосужился увезти с места сражения. — Убейте!!!
Раздался дикий мертвенный рык, сотрясая каменную кладку и древнюю плитку площади. Хлопнули огромные крылья над замком Файрел, рассекая воздух, пронзая пространство черной магией. И на поле боя явился костяной дракон, ударной волной раскидывая в стороны волшебных тварей, призванных друидами. Тварей, что теперь казались такими маленькими.
Одновременно произошло еще кое-что, чего никто сперва не заметил. Но когда Рейв повернул голову, было уже поздно.
— Папа! — воскликнула вдруг Ангелина, дернувшись рядом с некромантом, силясь выйти из круга Тьмы прямо под когти еще не поверженного василиска и голодных гидр.
Рейв схватил ее за руку, оттащив назад, и быстро нашел взглядом Герхарда Айриса.
— Какого мрака?! — прорычал он, видя, как Могильная Тень, незаметно появившаяся из ниоткуда, впилась в горло короля Альденора.
Одним быстрым движением Рейв сотворил в воздухе символ Тьен — одну из эшгенрейских рун. И уже через секунду в его растопыренных пальцах вздрагивало призрачное марево. Со стороны это могло показаться невозможным, но он крепко держал в руке проклятое привидение, как живого человека.
— Какого мрака ты творишь? — прошипел он, видя, как покачивается напротив него темный капюшон, и чувствуя, как холод пронизывает пальцы.
К Могильной Тени нельзя прикасаться. Она высасывает жизнь. Но в Рейве кипела ярость, ему было плевать.
— Ты приказал… — зазвучал шелестящий шепот, перекрывающий рычание Бьельндевира. Дракон защищал их, не подпуская ни одну тварь. — Ты сказал: получишь награду, когда закончишь… Ты похвалил командира Глейна… Я закончил…
Рейв медленно закрыл глаза и снова открыл. В груди болезненно жгло, бурлило, трещало так, словно вот-вот сломаются ребра. А рядом неподвижно стояла Ангелина с опущенными плечами, а по щеке ее беззвучно текла одна-единственная слеза.
Мужчина сжал пальцы, слыша скрип собственных зубов, сквозь которые едва пробивался полный ужаса шепот на эшгенрейском:
— Нет… хозяин, нет… я выполнил работу…
Могильная Тень забилась в руках некроманта, отчаянно пытаясь вырваться. Но совершенно плотские пальцы живого человека неведомым образом удерживали бесплотного призрака. Долго. До смертного хрипа. До момента, пока дух совсем не исчез и белесые ошметки его тела не растворились в воздухе.
Только было уже поздно. Герхард Айрис лежал на земле. Дыхание давно покинуло его.
— Не-е-ет! — захрипела Ливия, с трудом подкатившись на коляске к трупу короля. — Нет!!!
А в следующий миг Ангелина упала в обморок.

Ангелина  

Все было как в тумане. Казалось, мне снился какой-то отвратительный кошмар. Я оказалась на площади перед замком, а рядом, держа меня за руку, стоял король мертвых. Не Рейв, а именно король мертвых. В его глазах клубилась холодная Тьма, вокруг его тела пульсировала сумеречная аура. Как у невероятно сильного колдуна.
Только всего этого я не могла видеть. Ведь моих способностей не хватит на то, чтобы разглядеть анарель волшебника. А уж тем более видеть мрак вокруг.
Однако, когда я открыла глаза, все это оказалось правдой.
Рейв держал меня на руках, а за его спиной расстелил крылья по земле огромный дракон. Он шелестел костями по каменной кладке, высекал хвостом искры, рассыпал вокруг пыль и плиточную крошку. Его пасть клацала крупными зубами, а налитые кровью глазницы смотрели на меня, словно он хотел что-то сказать. Словно хотел сожрать меня прямо сейчас.
И Рейв нес меня к нему.
— Отпусти, — выдавила я, замечая, насколько хриплый и неуверенный у меня голос.
— И не подумаю, — мрачно ответил некромант, делая еще несколько шагов к твари.
Около мужчины прямо сейчас сгущался Сумрак. И я была в этом темном мареве. В черном тумане смерти.
Но, как бы ужасно все ни было, я не могла не ощущать, что мне хорошо в его объятиях. Дурацкое иррациональное удовольствие. Чувство, что именно здесь и сейчас, в кольце рук короля мертвых — самое безопасное место в мире.
А потом я вспомнила, что мой оте… Герхард Айрис мертв. И холодная безысходность сомкнула руки на моей шее.
Я никогда не любила его. И он никогда не любил меня. Но сегодня где-то глубоко внутри умерла надежда на то, что я могу обрести семью. А конец надежды — самое страшное, что может случиться с человеком. Как жить дальше, если тебе уже и надеяться-то не на что?
Невольно прислонившись к груди некроманта, я закрыла глаза. Он был такой же горячий, как и всегда. Я слышала, как бьется его сердце. Спокойно и уверенно. Как бы я хотела, чтобы и у меня была такая же уверенность в завтрашнем дне.
Чуть оторвавшись от него, я почувствовала, что щека стала немного влажной. И липкой… Еще раз коснулась его, посмотрела на пальцы. Кровь. Рубашка порвана, а под ней — темная рана.
— Рейв… — проговорила я, отодвигаясь.
Меня обуревало смешанное чувство страха за его жизнь и желания находиться подальше от того страшного колдуна, которым он мог стать. Или уже стал?
— Все в порядке, — жестко ответил он, не глядя на меня. А потом вдруг спросил, и мне показалось, что на миг задержал дыхание: — Ты выбрала, на чьей ты стороне?
Голос звучал глухо. А у меня все слова застряли в горле.
Рейв остановился рядом с драконом, который опустил спину в приглашающем жесте.
— Ты со мной?.. — спросил он снова.
Я посмотрела на него, такого близкого и такого чужого.
— Никакого «с тобой» или «не с тобой», — ответила, пытаясь выбраться из его объятий, слезть с его сильных рук, в которых было так тепло и уютно. — Отпусти меня.
Я не хотела участвовать в бунте и перевороте. Не хотела смотреть, как он начнет убивать, окончательно теряя облик того, кто был мне дорог.
Но все было бесполезно. Некромант не стал меня удерживать, но и уйти не дал. Посадил на спину своего дракона, а сам сел позади, заставив крылатое чудовище тут же подняться на лапы, лишая возможности спрыгнуть без переломов.
— И не подумаю, — бросил мужчина, — я предложил тебе выбрать сторону, но не говорил, что после этого ты будешь свободна. — При этом он хлопнул дракона по огромной спине и велел: — Поднимайся, Бьельн. Полетаем.
Громадные кости захрустели, туман Тьмы зашевелился вокруг, обволакивая дырявые крылья нежити плотным полотном.
Я снова видела то, что видеть просто не могла.
— Слушаюсь, Рейв… Держитесь крепче… — раздался зычный глубокий голос древнего монстра.
А в следующий миг крылья хлопнули, костлявые лапы оттолкнулись от земли, и мы поднялись в воздух.
Я в ужасе вцепилась в выпирающий драконий хребет, одновременно прижимаясь спиной к Рейву, который сидел сзади.
Плевать, что я готова едва ли не придушить его за то, что он сделал. За то, что делает. Но если прямо сейчас он не обнимет меня, я схвачу его за руки и укутаюсь в них как в шарф. Лишь бы не свалиться с огромной костяной спины.
Наверное, Рейв почувствовал мой страх. Он осторожно вытянул кисти вперед и сцепил их у меня на животе.
Я дрожала, как тощий щенок под дождем. И только благодаря близости некроманта чувствовала себя лучше. Хотя и мечтала при этом стукнуть его чем-нибудь по голове, чтобы вся дурь выветрилась.
Он же не собирается в самом деле начинать войну за престол?..
«Он уже ее начал, Ангелина», — вдруг раздался голос непонятно откуда. Знакомый голос. Густой и глубокий, как журчание водопада в пещере.
Я завертела головой, пытаясь понять, откуда исходит звук. Ведь это абсолютно точно был не Рейв. Да и вообще, казалось, что он не слышит ничего необычного. И только через несколько секунд до меня дошло, что со мной говорит костяной дракон. Говорит мысленно.
«Бьельн…девир?» — спросила я про себя удивленно.
«А ты думала кто? Говорящая ворона? Твое альтер эго? Призрак беспокойного прапрапрадеда? Догадливостью вы, людишки, никогда не отличались…»
Рейв все так же осторожно держал меня сзади, ничем не показывая, что слышит наш разговор.
«Да не слышит он. И думать тут нечего», — снова проговорил дракон, в очередной раз взмахнув огромными крыльями.
Мы поднялись в небо и теперь неторопливо кружили над Файрелом. Внизу виднелись блестящие шпили замка, круглая алая монета озера, небольшой лес неподалеку, россыпь маленьких домишек.
Ветер свистел в ушах, развевал волосы, холодил кожу. И с каждой секундой мне становилось все спокойнее.
«Значит, ты решил поговорить только со мной?» — спросила я.
«Нет, еще вон с той вороной…»
Мы проскользнули мимо маленькой черной кляксы, которая и на птицу-то не была похожа, настолько казалась крохотной. Ее отбросило потоком воздуха, и мы снова остались одни.
«Ну, конечно, только с тобой!» — Голос в голове звучал немного раздраженно. С другой стороны, теперь он не казался мне настолько страшным, как в первые разы.
Я глубоко вздохнула и вместо восторгов по поводу разговора с настоящим драконом вдруг спросила то, что меня действительно тревожило:
«Бьельндевир, что случилось, когда я упала в обморок? Что происходит? Рейв занял замок?»
Дракон какое-то время молчал. И, когда я уже решила, что ответа мне не дождаться, окружающий мир померк, а перед глазами вспыхнуло видение: Рейв стоит посреди залитой солнцем площади. Вокруг него со всех сторон образовалась пустота. Лишь за спиной вырос огромный дракон, а на земле лежат несколько тел разной степени подвижности.
Одним из этих тел была я. Еще одним — Герхард Айрис. Королевские колдуны стояли кто на четвереньках, кто согнувшись пополам и тяжело дыша. Мертвые звероподобные твари валялись неподалеку, перекушенные пополам драконьими зубами. Друидам явно было жаль своих питомцев. Некоторые из них беззвучно рыдали.
Мне тоже было их жаль. Но в этот момент я отчетливо ощутила у себя в голове представление дракона обо всем произошедшем: друиды знали, на что шли. Если бы Рейв не растерзал их, они растерзали бы Рейва.
Дальше картинка подернулась легким маревом, словно дракон моргнул или отвернулся. И в следующий миг некромант начал наклоняться к моему телу, словно желая взять на руки. У него из груди торчало древко стрелы. Он схватился за него рукой и резко выдернул. А затем поднял меня, осторожно прижимая голову к своей груди.
«Он не успел тебя поймать, потому что в него выстрелил кто-то из свиты короля… — раздался голос дракона у меня в голове. — Ты ударилась затылком…»
Тут я ощутила, что череп и впрямь раскалывается от боли.
Видение продолжалось: в этот момент Рейв выкрикнул, холодно и жестко:
— Я — Рейв Эридан Кастро-Файрел, король мертвых!
Тишина вокруг словно стала еще более оглушительной.
— И я бессмертен!!! — сказал, со злостью добавив: — В отличие от вас…
Откуда-то сбоку раздался визг Ливии Рендан, дергающейся в инвалидном кресле:
— Он сумасшедший! Вы что, не видите?! Убейте его!
Но никто больше не пытался начать бой.
На этом картинка оборвалась, а ко мне вернулось нормальное зрение.
Некоторое время я пыталась понять, что чувствую. Как отношусь к Рейву после того, как он устроил переворот, который потребует еще очень много жертв. И после того, как его ручное привидение убило Герхарда Айриса. Моего отца.
И поняла вдруг одну простую истину: я чувствую только головную боль в ушибленном затылке. А еще — что на спине дракона Бьельндевира мне так же уютно, как в кресле возле камина.
«Рейв — неплохой парень, поверь, — вдруг снова раздался голос высшей нежити, — где-то в глубине души…»
Кажется, в этот момент он засмеялся. Точнее, я надеялась, что эти глухие раскаты — именно смех.
«Это должно меня успокоить? — спросила я мысленно. — Что в глубине души он душка?»
«Я не говорил, что он душка!» — возмутился Бьельн.
«Вот и правильно. Хорошие парни не убивают королей направо и налево. И не планируют вырезать полгорода, если народ будет не согласен с их правлением».
Рейв в это время все так же молчаливо сидел сзади, крепко держа меня рядом с собой. И сейчас я почти хотела, чтобы он слышал мои слова.
«Поверь, Ангелина, король мертвых делал и более страшные вещи… — рокотал в ответ Бьельн, — и он до сих пор способен на них…»
«Думаешь, это должно меня успокоить? — мысленно воскликнула я, даже слегка дернувшись. Рейв тут же сжал меня сильнее, будто хотел, чтобы я не боялась лететь. А я боялась вовсе не этого. — Мне нужно держаться от него подальше», — грустно закончила я, уже представляя, как холодно и одиноко будет без его рук. Без улыбки. Без веселых шуток.
«Конечно, нужно, — вопреки всему неожиданно ответил дракон и тут же добавил: — Но не делай этого. Не превращай его в монстра…»
Это было настолько странное пожелание, что я даже не нашлась, что ответить.
«Почему ты говоришь мне это? — спросила устало. — Нежить не имеет чувств. Нежить должна хотеть крови. Ты же мертв».
Некоторое время Бьельндевир молчал. Слышался лишь вой ветра в ушах от огромных крыльев, рассекающих воздух.
«Мой дух, вырванный из Сумеречного мира, сохранил разум, — наконец ответил он. — Благодаря Рейву. Я не мертв, и это прекрасно. Конечно, как и всякая нежить, я частенько испытываю сильные приступы ярости. Такие сильные, что хочется даже Рейва разорвать в клочья. Но я могу это контролировать. Люди тоже частенько хотят убивать, разве нет? Но не все из вас идут на поводу у собственных желаний. Между нами нет разницы. Единственное, что меня тяготит, это костяное тело… — На миг дракон замолчал, а потом добавил: — Когда-то у меня были огромные черные крылья… Я был одним из иллишаринов, детей солнца. Так давно, что я уже почти не помню этого. Еще до того, как Сумерки упали на этот мир и темные боги вошли в него на наших спинах. Я летал по ветру, рассекая воздух как лезвие меча… Теперь ветер свистит сквозь мои кости… А может, все это мне лишь приснилось».
Бьельндевир замолчал, а я была в таком шоке, что все слова застряли в горле.
И в тот момент, когда я мысленно уже набрала в грудь побольше воздуха, чтобы выдать тысячу вопросов про Сумеречный мир, про богов на драконьих спинах, про сотворение магии, мы опустились на крышу одной из башен Файрела.
Посадка получилась почти мягкой. Не знаю, как это выходило у Бьельна, но, уверена, даже если бы некромант не держал меня так крепко в кольце своих рук, я бы все равно не соскользнула с костяной спины.
Рейв спрыгнул с дракона первым и протянул ко мне распахнутые ладони в настолько знакомом и открытом жесте, будто вот-вот улыбнется. Я смотрела в его темные глаза и понимала, что снова тону. Что мне не так уж много нужно, чтобы чувствовать себя счастливой. И одним из необходимых условий был он сам.
Но смогу ли я спокойно смотреть, как он убивает жителей города, когда те придут бунтовать к воротам замка? Смогу ли смотреть, как он уничтожает регулярные войска королевства, когда те явятся за его головой?
Честно говоря, я представления не имела, как он собирается бороться со всем этим. Ведь одного дракона не хватит, чтобы победить тысячи вооруженных воинов. А магии одного короля мертвых не хватит, чтобы отразить атаки сотен колдунов. Будь он хоть трижды самым великим некромантом всех времен.
Однако где-то в глубине души я чувствовала, что, не будучи уверенным в собственной победе, Рейв бы не начал эту кампанию. А значит, у него есть план.
А еще я боялась за его жизнь. Но, несмотря на все это, не могла встать на его сторону. Не могла спокойно думать о том, как будут умирать сотни людей. Как можно ужиться после этого с собственной совестью?
Как только мы спустились с дракона, я бросила взгляд вниз и увидела невероятное. Будто весь Файрел одновременно ожил. Пустой ров вокруг замка, что уже много веков был пуст, вдруг начал наполняться водой. Она стремительно прибывала, искристым голубым кольцом окружая каменные стены. Подъемный мост сам собой пришел в движение и поднялся, больше никого не впуская и не выпуская. Каменные строения дрогнули, и по всей территории прокатился глухой рокот, словно тысяча призраков под землей одновременно вздохнула, и вековая пыль осыпалась со стен. Весь Файрел разом отряхнулся, как живое существо.
Бьельндевир взмахнул крыльями и поднялся с крыши. Сделал круг над замком, оставляя после себя облака рваной Тьмы, а затем сел на вершину крепостной стены возле подъемного моста, открыл пасть и громко закричал на весь Ихордаррин. Из его горла взметнулось зеленое пламя, которое наверняка было видно на много километров отсюда. Издали он казался огромным костяным напоминанием о том, что здесь произошло.
Я повернула голову. Рейв стоял возле меня и так же смотрел вдаль, сложив руки на груди. Потом взглянул на меня, и в его темных глазах я уловила какую-то старую затаенную мысль, которую он давно хотел высказать мне, но не решался. Наконец он задумчиво произнес:
— Когда-то я просил тебя сделать выбор. Белое или черное. Жизнь или смерть. Не так уж сложно было определиться, ведь вопрос стоял всего лишь о коне. Помнишь?
Что-то внутри меня болезненно срезонировало. Словно Рейв бил по самым чувствительным струнам.
— Помню…
— И ты, девушка, никогда в жизни не встречавшая нежить, выбрала шельмугра. Саму смерть. Багряное копытце — одна из самых опасных тварей, созданных Сумерками. Один его укус обрекает человека на гниение заживо. Но ты не испугалась. И вовсе не потому, что не знала об этом. Так ведь?
— Все так, — согласилась я. То, что говорил некромант, почему-то пугало. Но тогда я выбрала мертвого коня лишь по одной причине: рядом с Рейвом мне было не страшно.
— Сейчас перед тобой не менее простой выбор. Я всего лишь возвращаю то, что принадлежит мне по праву. И ты не должна бояться.
Темные глаза цвета горячего шоколада прожигали насквозь. Они казались такими же, как и прежде. Словно ничего и не изменилось. И мне нужно лишь протянуть руку, чтобы вернуть его, моего Рейва.
Но это было не так.
— Что ты решила? — спросил некромант, когда молчание затянулось.
Я глубоко вздохнула. Мне бы хотелось передумать. Но я уже увидела смерть. И ее лик мне не понравился. Я не хотела больше ничего видеть. В глубине души у меня еще теплилась надежда, что все можно вернуть на свои места, что я смогу убедить Рейва оставить эту гиблую затею с переворотом и возвращением трона. И тогда он никому не сможет причинить вреда. И его самого не убьют…
— Я не передумаю.
Рейв сжал зубы, бросив:
— Что ж, это твой выбор. Но из замка ты не выйдешь.
С этими словами он развернулся и пошел прочь, оставив меня одну на крыше самой высокой башни Файрела.

ГЛАВА 21

Ангелина  

Через некоторое время я спустилась вслед за некромантом. На выходе меня уже ждали два гарнизонных стражника, которым, оказывается, было велено проводить меня в покои.
— Я теперь узница? — спросила, не поверив своим глазам.
— Ну что вы. Ни в коем случае, — ответил один из них. — По территории дворца вы можете перемещаться свободно. На улице же вас всегда будут сопровождать двое воинов. Стража оповещена. А за границы замка выход запрещен.
— Вот как… — протянула я.
Что ж, вероятно, кому-то это показалось бы возмутительным. Кто-то, может быть, решил бы, что его отвратительным образом лишили свободы. Со мной все было иначе. Мало того что мне некуда было идти, так я и не собиралась уходить. У меня в голове потихоньку начали вертеться шестеренки мыслей, как избежать кровопролития и повлиять на короля мертвых. А для этого мне необходимо было оставаться рядом.
Таким образом, я хоть и не оставалась на стороне Рейва, но и против него не была. Оставалось только, чтобы и он это понял.
Однако нашлось и то, что меня расстроило. В наших общих с некромантом покоях его вещей не оказалось. Только мои бесчисленные наряды, купленные им. Мне стало очень грустно, хотя после того, как я отказалась поддержать его, подобного следовало ожидать.
Зомзома тоже нигде не было. Вероятно, слуга последовал за своим хозяином. Впрочем, по зомби с его неподвижными мертвыми глазами я вряд ли буду скучать. Хотя иногда он казался даже забавным.
Незаметно прошел день. Я прогулялась по опустевшему дворцу, и оказалось, что бо  льшая часть именитых гостей, прибывших на свадьбу Герхарда и Ливии, покинула Файрел. В самом замке остались лишь несколько особенно древних дворянских родов, которые неожиданно стали поддерживать Рейва. Они поглядывали на меня с интересом, если мы случайно встречались в коридоре, но заговорить со мной никто не решался.
В особняке для гостей и вовсе было пусто.
К вечеру я вернулась к себе. Приближалась ночь, а я так и не решила, что делать дальше.
С легкой грустью я упала на диван, заметив, что в камине уже потрескивает огонь. Видимо, замковые слуги постарались в мое отсутствие. Взгляд сам собой скользнул по комнате в поисках подноса с ужином и неожиданно остановился на прикроватной тумбочке. Там на маленьком конверте лежала шкатулка из черного бархата, обитого серебром. Я никогда не видела ничего подобного. Ткань казалась потертой, а серебро почти не блестело — так много раз этим предметом пользовались. Однако, несмотря ни на что, она сохранила удивительный в своей старинной красоте вид.
Сердце пропустило удар.
Я протянула руку и открыла шкатулку. На черной подушке лежал крупный женский перстень с алым камнем. Искусно ограненный рубин в форме драконьего клыка блестел как звезда. А на ободке кольца с двух сторон от камня были выдавлены аккуратные, улыбающиеся черепа. На внутренней стороне было выгравировано одно единственное слово: «Эридан».
Дрожащими пальцами я взяла украшение и тут же стала открывать конверт. На белой бумаге сверкали темные как ночь буквы:
«Сегодня я снова получил доступ к тем комнатам и залам, которые прежде Файрел скрывал от всех. И среди прочего мне на глаза попался вот этот перстень. Я подумал, что он бы неплохо сочетался с твоей цепочкой, к которой не так-то просто подобрать комплект. Да-да, я немного разбираюсь в женских украшениях. Мне было бы приятно, если бы ты носила его. Если не станешь — я настаивать не буду. Но и назад отдавать его мне не стоит. Это кольцо фамильное, его носила моя мать. Но поскольку в моей жизни уже не появится женщин, которым я мог бы его подарить, пусть оно навсегда останется у тебя.
Рейв». 
В груди что-то резануло. В глазах даже стало немного влажно.
В следующий момент, не думая ни о чем вообще, я схватила кольцо и надела. Я могу сердиться на Рейва. Могу с ним не разговаривать. Могу даже попробовать его ненавидеть, хотя это уже лишнее. Но если бы кто-то решил запретить мне носить этот подарок или вовсе отобрать его, вероятно, я бы перегрызла ему глотку.
Аккуратно положила письмо на место и пошла спать. После долгого насыщенного дня ужасно клонило в сон.
Однако стоило мне раздеться и натянуть одну из шелковых сорочек, которыми теперь был забит мой шкаф, как в комнате начало происходить нечто странное.
Тяжелые занавески на окне всколыхнулись. Створки были закрыты, и это точно был не ветер. Да и сложно перепутать с ветром мощный поток Тьмы. Теперь трудно вспомнить, когда я научилась ее видеть. Не знаю, может, это следствие общения с королем мертвых, а может, чего-то еще. Но сейчас я с удивлением и легким беспокойством наблюдала, как темная магия вокруг меня приходит в движение.
Нет, я не боялась. Мне уже давно было ясно, что Файрел — это практически душа Рейва. Замок едва ли не живой. Здесь в каждом кирпиче может скрываться старое сокровище или бесплотный дух. И все это мрачное волшебство не вызывало страха так же, как сам Рейв. Поэтому сейчас я невозмутимо наблюдала, что будет происходить дальше.
Лунный луч проник в комнату, не задерживаемый более плотной тканью, и вдруг на моих глазах стал превращаться в мужскую фигуру. Как будто облако обретало форму. А через мгновение передо мной уже стоял…
— Рейв? — выдохнула я, забираясь на кровать с ногами и натягивая одеяло до горла. — Что ты тут делаешь?
Некромант так и оставался полупрозрачным, но, хвала богам, он был похож вовсе не на призрак, а скорее на тень самого себя.
И сейчас он в непонимании оглядывался по сторонам, смотрел на свои руки и тело, одергивал рукава рубашки.
— Я и сам не понимаю, малышка… — протянул он через несколько секунд, взглянув на меня широко раскрытыми глазами.
Теплый, мягкий взгляд скользнул по телу, укутал, обнял.
Дрожь прокатилась по позвоночнику, отдаваясь глухим дребезжанием где-то под желудком.
Рейв… Мой Рейв…
— Не называй меня малышкой, — с трудом сжав губы, проговорила я. — И раз уж ты тут по ошибке, изволь проваливать восвояси. Твоя пленница собирается лечь спать.
Каюсь, мне хотелось уколоть его. Хоть немного. Чтобы он почувствовал то же, что и я.
Но его брови вдруг грустно взлетели вверх, а на лице появилось странное потерянное выражение. А то, что он сказал дальше, едва не разорвало мне сердце:
— Я не хочу… мне плохо без тебя.
Будто в один миг все эмоции начали прорываться наружу. Словно плотину прорвало, и бешеный поток воды ринулся прочь, грозя смыть все на своем пути.
— Так какого упыря ты творишь?! Зачем ты все это устроил?! Почему не сказал мне раньше?
Некромант глубоко вздохнул и сел на кровать рядом со мной. Я опустила взгляд, замечая, что матрас не продавился под ним, а на простыне едва-едва появился след.
— Не знаю, Ангел, — произнес он и бросил взгляд на догорающие угли в камине. — Делаю то, что должен. Ты же понимаешь — король мертвых, вся петрушка.
Повернул ко мне голову и вдруг улыбнулся. Такой знакомой и заразительной улыбкой, что я едва не бросилась ему на шею с поцелуями. И не улыбнуться в ответ не смогла.
— Это какая-то глупость, Рейв, — сказала я уже тише и придвинулась ближе, скрестив ноги. — Неужели ты хочешь убить столько людей? Ведь это война!
— Не знаю, — прошептал он и снова перестал улыбаться. — Я запутался. Тот я, которого ты видишь днем, это другой человек, понимаешь? Он привык убивать сотнями. Тысячами. А я… я вообще не понимаю, кто я и как сюда попал.
Некоторое время он молчал, а я и сама не знала, что сказать. Все это было так странно и непонятно.
— Так ты и правда не в курсе, как здесь оказался? — переспросила я, подняв руку и неуверенно потянувшись к нему.
Мне хотелось потрогать его. Проверить, действительно ли глаза меня не обманывают. Может, у меня вообще галлюцинации? Или я сошла с ума?
— Не имею ни малейшего представления, — покачал головой он. — Но я знаю, что тот Рейв, который вот-вот официально сядет на трон Альденора, — не я. То есть не совсем я. Но это трудно объяснить. Я и сам не понимаю. Иногда мне кажется, что у меня раздвоение личности, — грустно усмехнулся он. — Тебе лучше с таким не связываться, малышка.
Рейв посмотрел на мою руку, застывшую в нескольких сантиметрах от него, и улыбнулся. А я наконец преодолела последнее расстояние и коснулась… пустоты.
Его и впрямь не было рядом. Но, с другой стороны, вот он — передо мной. И его губы точно такие же мягкие и изогнутые, как всегда.
— Поздно, я уже связалась, — ответила тихо.
— Еще не поздно что-то поменять. Убраться отсюда подальше. Сбежать. Ты знаешь, что тот, другой я воспользовался твоей магией, чтобы пробудить дракона?
— Что за ерунда? У меня нет магии, — возмутилась я, склонив голову набок. — Ну, или почти нет. И уж точно моих крох не хватило бы на пробуждение Бьельндевира. Рейв, то есть ты… В общем, кто-то из вас двоих просто помог мне произнести заклинание вместе с ним, это правда. Но мой анарель не был задействован.
Некромант невесело усмехнулся и покачал головой:
— У тебя есть кое-что, без чего не вышло бы это заклятие и костяной дракон до сих пор отдыхал бы в Сумеречном мире. Хотя я, в общем-то, немного рад. Бьельндевир — мой старый друг. Он был со мной с самого детства, когда я совершенно случайно привязал к себе его дух. Тогда у меня еще не хватало сил на оживление тела, но призрак сумеречного дракона следовал за мной повсюду. Шутил, составлял компанию, скрашивал черные полосы в жизни. Нас многое связывает.
— Это, конечно, удивительно, что дух древнего дракона скрашивал будни маленького мальчика, — задумчиво проговорила я, — учитывая, что Бьельндевиру, судя по всему, не одна тысяча лет. Но что там о моей роли в оживлении дракона?
Мне и правда было жутко интересно узнать о прошлом Рейва, но сейчас меня больше занимала мысль о собственной магии по одной простой причине: уже несколько дней я чувствовала, что со мной что-то не так. Что Тьма вокруг становится ярче, живее. Что я сама теперь как будто другой человек. И теперь я хотела знать, так ли это на самом деле?
— Твой дар бесценен, Ангелина, — совершенно серьезно проговорил Рейв. — Но я здесь не затем, чтобы рассказывать об этом.
— Но ты должен сказать!
Он покачал головой:
— Это может тебе навредить. А я этого не хочу.
— Тьма тебя зажуй, Рейв! — всплеснула руками я.
Внутри меня взвился такой клубок нетерпения, что я готова была прыгнуть на мужчину сверху, повалить на пол и не отпускать, пока он все мне не расскажет. К сожалению, передо мной сидела бестелесная копия некроманта, и этот план вряд ли сработал бы. Да и вообще, приличные девушки так не делают. Кажется.
Заметив мои душевные метания, некромант засмеялся. По-доброму, ласково. Так, как не случалось уже довольно давно. Протянул руку и медленно положил мне на колено, выбравшееся из-под одеяла.
Я замерла. С мягкой улыбкой он осторожно погладил меня по бедру. Неторопливо, будто я могла растаять от этого касания.
— Я знаю, что ты не чувствуешь, — сказал он тихо, склонив голову набок. — Мне просто хотелось до тебя дотронуться.
Я задержала дыхание, мгновенно испытывая все то, что происходило со мной всегда рядом с ним. Дрожь в груди словно маленькая шаровая молния с каждой секундой усиливалась, и от ее жара уже перехватывало дыхание. Щеки начали нестерпимо гореть.
И я ее чувствовала — руку Рейва. Еле уловимо ощущала ее прикосновение. Как дуновение ветра или скольжение лебединого пера.
— Ты не такой, как всегда, — еле слышно выдохнула в ответ, боясь потерять его пронизывающий взгляд. — Не такой, как тот, другой Рейв. Очень похож на него, но не такой.
— Такой, малышка. Я — он и есть, — тихо ответил некромант. — Только из другой жизни…
В этот момент больше всего на свете я хотела его поцеловать. Мне вдруг показалось, что если я не сделаю этого сейчас, даже с этой вот странной тенью некроманта, то, может быть, уже никогда не сделаю. Что, если завтра его убьют? Что, если он сам перестанет во мне нуждаться и я навсегда исчезну из этого замка? Из его жизни?
И я потянулась вперед с одной лишь мыслью: коснусь его. Даже его тени. И все.
Но некромант грустно улыбнулся и вдруг прислонил палец к моим губам. А затем мягко провел рукой по моей щеке, оставив на ней слабо уловимое касание, напоминающее скольжение шелка.
— Я плохой человек, малышка, — прошептал он близко-близко от моего лица. Всего в паре сантиметров. Уронил взгляд на мои губы и выдохнул: — Нам лучше бы никогда не встречаться. Беги. Беги отсюда.
Я задержала дыхание и на миг закрыла глаза, чувствуя, как в груди что-то больно сжимается. И только тихий голос Рейва продолжал звучать в ушах, обволакивая, проникая в меня как сладкий яд:
— Иначе тот, другой я уничтожит тебя. Рано или поздно…
Когда я открыла глаза, его уже не было рядом. Только пустая комната и тихо догорающий камин. Только незаметный след на простыне там, где он только что сидел.
Я долго не могла уснуть, а когда взошло солнце, еле разлепила веки. Как провалилась в сон — совершенно не помнила, так сильно беспокоило меня ночное происшествие.
Поэтому первым делом после того, как встала, я побежала в библиотеку в раздел магических трактатов. Госпожа библиотекарша была рада меня видеть и снова помогла найти то, что нужно. Без нее сидеть бы мне здесь много-много часов.
Улыбаясь, женщина принесла мне ветхий томик прикладной некромантии, который когда-то входил в курс всех магических академий. Но с того момента, как подъем нежити объявили вне закона, состав лекций пришлось сильно менять. В результате вся прикладная некромантия как наука практически исчезла.
Вооружившись пером и бумагой, я пролистала учебник в поисках достаточно легкого и подходящего мне по содержанию заклинания. Если быть точнее, мне нужен был текст призыва уже существующей оживленной нежити.
Требуемая глава оказалась почти в самом конце, так что читать пришлось все же довольно долго. Затем я быстро скопировала все и, попрощавшись с милой библиотекаршей, поторопилась уйти.
Мне нужно было спокойное место, чтобы узнать то, что всю ночь не выходило из головы: могу ли я колдовать по-настоящему? Есть ли и впрямь у меня магия, о которой говорило странное ночное альтер эго Рейва?
Я боялась предполагать что-либо. Слишком привыкла думать, что способностей у меня не больше, чем у одаренного енота. Но теперь где-то внутри появилась надежда на то, что я смогу колдовать. Не зря же последнее время я вижу значительно больше, чем раньше. Не зря Тьма вокруг меня кажется настолько мягкой и послушной. Спокойной. Словно она — продолжение меня самой.
Наверное, было бы правильно вернуться к себе в комнаты и попробовать заклинание там. Но мне не терпелось. Поэтому я забралась прямо на широкий подоконник одного из лестничных пролетов, где было меньше всего шансов встретить слуг или стражу, и с трепетом расправила листок.
Буквы эшгенрейского приветствовали знакомыми завитками. Я знала каждую из них, знала их сочетания и произношения. Но все равно волновалась.
А потому я еще раз пробежалась взглядом по листку и начала читать:

Esher’lier vajen tarte, ilf tunger raidoh verten, Rastal, ufarre fielre bjuom coh…

Тьма заструилась сквозь анарель сплошным потоком. Я внимательно следила за ее течением, боясь, что силы станет слишком много и мой источник просто разорвет на части. Чтобы этого избежать, нужно было вовремя закончить заклинание. Оборвать цепочку колдовства, пока она не убила меня или не нанесла непоправимый вред.
Нужно быть очень осторожной. Но сегодня я чувствовала, что мне повезет.
Когда текст закончился, я не сразу поняла, что произошло. Стоило осмотреться вокруг внимательнее, как ликование наполнило грудь, а сердце застучало в горле, норовя выпрыгнуть наружу.
У меня получилось! С первого раза! И я не ощутила ни капли дискомфорта. Все было так, словно мой анарель вполне приличного размера, на уровне хорошего мага!
Теперь оставалось понять, что делать дальше. Заклятие должно было помочь мне отыскать Зомзома. Где бы он ни находился, Тьма обязана была подсказать его местоположение. Вот такая простая проверка моего мастерства. Раньше я и на меньшее-то была не способна. А теперь…
Правая ладонь неприятно чесалась. Я подняла руку, изумленно рассматривая тонкую черную нить сумеречной магии, что тянулась из кожи куда-то вперед. Обхватила ее пальцами и легонько подергала. Ощущения были такими, словно я маленький ребенок, которому впервые в жизни дали сладкую конфету.
Нить натянулась, подсказывая направление. Я тут же вскочила с подоконника и двинулась по коридорам Файрела.
Слуги, которые встречались на пути, не обращали на меня никакого внимания. И мою нить они тоже не видели. Я же старалась выглядеть как всегда, но ужасно боялась, что глупую улыбку радости с лица до конца стереть так и не удалось.
Заклятие вывело меня в соседнюю башню. Я никогда не была здесь, а нить все тянулась и тянулась вверх по старой лестнице. На предпоследнем этаже, когда я уже изрядно устала подниматься, в груди появилось щемящее предчувствие.
Все вокруг было окутано мрачной и какой-то древней красотой. Темные полы из лакированного дерева, алые гобелены на стенах, полные комплекты доспехов в углах коридора. И все покрыто тонким слоем не до конца вытертой пыли. Создавалось впечатление, что слуги не завершили уборку в этом крыле после того, как оно много лет стояло закрытым.
Я посмотрела на верх лестницы, где на чердачном этаже виднелась огромная резная дверь, обитая черненым серебром. На ней неизвестный художник выгравировал какую-то картину, но издали изображение было не рассмотреть. Однако весь внешний вид двери давал понять, что за ней скрыт не обычный чердак, а какая-то комната.
Может быть, там живет Рейв? Кто знает, что он любил тогда, много лет назад: богатые залы, как Герхард Айрис, или маленькие комнаты под крышей огромного замка?
В этот момент мои раздумья оборвало какое-то шуршание. Я повернула голову и едва не подпрыгнула на месте. Зомзом стоял за моей спиной и неподвижно смотрел мне в затылок остекленевшими глазами.
Ладонь в тот же миг перестала чесаться. Нить Тьмы исчезла.
— Как ты напугал меня, — выдохнула я, делая шаг в сторону.
Все же я успела отвыкнуть от зомби за это время, и теперь он меня слегка пугал.
Мертвец не двигался и ничем не давал понять, что вообще слышит. Только глаза с желто-серыми белками глядели не отрываясь.
Что ж, не стоит тянуть нетопыря за клыки. Пора задать этому созданию пару вопросов.
— Зомзом, — начала медленно, — я тут подумала… Вдруг ты как правая рука самого короля мертвых…
Можно же и польстить немного мертвецу, правда? Кто его знает, что у нежити в голове?
— …в общем, может, ты знаешь, что за магия у меня появилась и зачем она нужна Рейву?
Зомби молчал. Однако теперь он склонил голову набок, и, кажется… нет, точно: он улыбался!
— Ты сейчас ржешь надо мной, что ли? — возмутилась я, сложив руки на груди.
Даже страх куда-то пропал.
Бледные губы Зомзома натянулись еще сильнее.
— Нет, ну это никуда не годится, — фыркнула я. — А ну-ка говори! Я знаю, что ты умеешь говорить. Рейв разговаривал с тобой, и ему ты точно отвечал!
Зомби неторопливо сложил руки на груди, словно дразнился. Правда, он едва не запутался в ладонях и в итоге неловко засунул их в подмышки, но факт оставался фактом.
— Вот хамло, — бросила я, притопнув ногой. — Ну ты хоть скажи, комнаты твоего хозяина там?
Я указала рукой на дверь наверху, но мертвец продолжал молчать и дразнить меня.
— Или ты все-таки не можешь разговаривать? — сдвинула брови я. — Может, с языком что-то…
В этот момент Зомзом мечтательно закатил глаза, высунул язык и облизнулся.
Я чуть не подавилась от возмущения. Однако гнев внезапно вернул мне немножко ума: ведь Рейв говорил, что с нежитью нужно общаться на эшгенрейском!
Я тщательно порылась в собственных воспоминаниях и не без труда, но все же составила простенькую фразу, чтобы объединить все прозвучавшие ранее вопросы:
— Ebiery vir labde in!
Зомби прищурился, из его груди донеслось сдавленное рычание, словно он был недоволен, что веселая игра вдруг закончилась.
Затем он наконец ответил:
— Eshaur dande ker Angelina Valbur fhaltre liber nlad. Eshaur steir bartende nlsd Angelina vupleh ilzen trenda fierew Illisharin. Nur den halfe Bielndevir, sageq yntrebaltiegh. Baste un fhaltre liber nlad masu Eshaur vier. Basedhar Eshaur inkt.
Звуки, срывающиеся с мертвых губ, были похожи на шепот, смешанный с шипением. От них пробирало до костей. Но теперь мне было не до страха, ведь надо было понять, что он говорит!
В общем, когда зомби снова замолчал, очевидно надеясь, что до меня так и не дошел смысл его слов, я довольно кивнула.
— Спасибо, Зомзом, ты душка, — помахала ему рукой и стала подниматься по лестнице вверх, предоставив нежить самому себе и переваривая полученную информацию.
То, что зомби произнес на эшгенрейском, было ужасно. И переводилось примерно так: «Хозяин знает, что Ангелина Вальбур — носительница золотой крови. Хозяин использовал девственную кровь Ангелины, чтобы пробудить одного из иллишаринов. Того, чье имя Бьельндевир — благословленный бессмертием. Связь с носительницей золотой крови делает хозяина сильнее. Покои хозяина наверху…»
Я не вполне уверена в деталях перевода, но общий смысл точно уловила. Кроме того, мне стало ясно еще кое-что: я была и остаюсь нужна Рейву только ради магии моего предка — Ульфрика Айриса. Магии, которая неведомым образом проснулась в моих жилах. А сам король мертвых никогда меня не любил.

Рейв  

Сегодня утром с гонцом доставили письмо. Трясущийся от страха парень вошел в кабинет короля мертвых под конвоем из трех молчаливых стражей и вручил Рейву конверт.
Некромант бросил насмешливый взгляд на бедолагу, понимая, что может испытывать простой вестник, которого отправили в логово семисотлетнего чудовища, в замок, над которым гордо парит костяной дракон. По представлению юнца, сам Рейв наверняка должен был бы восседать на кресле из трупов в окружении танцующих призраков. Такую репутацию он сделал себе в этом замке?
Такую. И некромант был этому даже рад.
Он развернулся на обычном деревянном стуле и взял протянутый слугой конверт и развернул лежащий в нем листок.
«Графу Рейву Эридану, именующему себя королем мертвых, от верховного министра Совета короны Альденора. Я, Ярош Тренвир, сим уведомляю вас, что через три дня под воротами замка Файрел будет стоять двадцатитысячное войско, мобилизованное для возвращения королевского замка и государственных регалий. В случае вашей добровольной капитуляции я как верховный министр, исполняющий обязанности престолохранителя, заверяю, что вам будет сохранена жизнь и здоровье на время суда и после него. Ждем вашего ответа на это письмо в течение суток».
Далее следовала подпись и печать короны.
Рейв вздохнул и отбросил бумагу.
— Вы можете быть свободны, — сказал он посланнику, все еще ощутимо трясущемуся у дверей.
— А… ответ? — едва выдавил из себя он.
— Я отправлю со своим слугой, — бросил Рейв, уже не глядя на парнишку.
А тот был и рад исчезнуть как можно скорее.
Некромант усмехнулся и откинулся назад на стуле. Командир стражи, что все это время стоял рядом с ним, нахмурился и спросил:
— Ваше величество, что прикажете делать?
— Придерживаемся старого плана, Глейн.
— Но… — Еще сильнее сдвинул брови мужчина, лязгнув латной перчаткой. — Двадцать тысяч воинов, включая магов! А у нас всего один дракон и один гарнизон в пять сотен человек! Я не собираюсь пускать своих людей в расход!
— Спокойней, господин Глейн, — мягко проговорил некромант и поднял на собеседника прямой жесткий взгляд.
Мужчина как-то сразу весь подобрался, а через мгновение, выдохнув, обмяк. Лицо сперва побледнело, словно от страха, а затем покрылось алыми пятнами, будто ему стало стыдно или он разозлился сам на себя.
— Послушайте меня внимательно, — постукивая пальцами по столу, начал Рейв. — У нас преимущество: мы будем обороняться. Нас защищают каменные стены Файрела. Пока ворота не падут, мы можем месяцами торчать здесь, засыпая нападающих стрелами и заливая кипящим маслом.
«Какими месяцами?!» — хотел вскрикнуть мужчина, но вовремя сдержался.
— Провизии нам не хватит и на один месяц!
— Чтобы выиграть это сражение, нам не понадобится и недели, — оборвал Рейв.
— Но как? — выдохнул Глейн, оперся руками о стол и подался вперед. — Дракон — это, конечно, подспорье. Думаю, только из-за него на нас и не напали до сих пор. Но долго ли костяной монстр выстоит против нескольких сотен некромантов, которые выступят за спинами лучников и пехоты?
— Чтобы ответить на этот вопрос, нужно понять, скольких воинов они готовы потерять, прежде чем Бьельндевир даст себя обездвижить. Как я понимаю, изгнать его не способен никто из них. В любом случае, Глейн, вам не о чем беспокоиться. Я держу все под контролем.
— Но… — Кажется, командира стражи этот ответ не сильно устроил.
— Остальное вы узнаете в ближайшее время.
Аспер Глейн захлопнул открытый было рот, вытянулся как стрела и, отдав честь, вышел из кабинета.
А сам некромант склонился над столом, взял в руку длинное перо с золотым наконечником, обмакнул в чернила и начал писать ответ.
Через минуту запечатанное письмо легло в нагрудный карман Зомзома, готового выполнить любое поручение своего хозяина.
Мрачно улыбнувшись, Рейв хлопнул мертвеца по плечу и проговорил:
— Сделай все, что нужно. И не задерживайся.
Зомби учтиво поклонился и проследовал к выходу.
Некромант склонил голову набок, наблюдая за тем, как хорошо держится мертвец. Со стороны уже было почти невозможно заподозрить, что с ним что-то не так. Лишь странная широкополая шляпа, которую он носил не снимая, немного привлекала внимание. Но те, кому приходило в голову содрать с невзрачного мужчины этот головной убор, очень быстро начинали жалеть о своем решении, потому что слуга графа Эридана казался им отвратительным до дрожи. Правда, что именно им так не нравилось, они вряд ли могли толком объяснить.
Как только король мертвых остался один, его мысли вновь вернулись к Ангелине. Она занимала его едва ли не больше, чем план обороны Файрела.
— И что мне с тобой делать, малышка? — спросил он тихо вслух.
Ангелина была нужна ему. И не только для поддержания жизни Бьельндевира. Она была нужна ему сама по себе. В эту ночь она даже ему приснилась, и это было уже что-то за гранью привычного.
— Может, убьем ее, и всех делов? — спросил над ухом противный голос.
Рейву не нужно было поворачивать голову, чтобы понять: Ульфрик сидит на соседнем стуле и весело пялится на него.
— Ты получишь ее силу. Пусть временно, зато в полном объеме. Это увеличит твой анарель до невероятных размеров! Не артачься, Рейви. Ты знаешь, это хороший ход.
— Да провались ты в Сумерки, Ульфрик, — скривился некромант, чувствуя, как раскалывается голова.
— Ну что уж сразу в Сумерки, — надул губы бестелесный монах. — Там темно и холодно. К тому же я просто посоветовал.
— В бездну твои советы, — фыркнул некромант, стараясь не обращать на мертвого друида внимания. И через мгновение нехотя усмехнулся собственным мыслям: — Вот был бы я болотной ведьмой, приворожил бы, и всего делов.
— Эх, Рейви, Рейви… Ты же знаешь, что это невозможно! Проще убить, — покачал головой Ульфрик.
Но некромант больше не слушал его. Он видел перед собой только худенькое лицо Ангелины. Закрыв глаза, он еле слышно проговорил:
— Победа приобретает вкус желчи, когда ты злишься, малышка. Но я не отступлю.
Некромант сжал губы и сосредоточился. Пальцы на деревянном подлокотнике по очереди пробежались по лакированной поверхности.
— Время пришло, — прошептал он.
Перед ним вспыхивали картины возможного будущего. Того будущего, которое он собирался построить сейчас, как и много сотен лет назад. Холмы, залитые кровью врагов, Тьма, бушующая над континентом, покорная и послушная ему. И орды нежити, готовые завоевывать новые города. Готовые увеличивать территории Альденора до бесконечности.
— Пора, — прошептал он и резко поднял веки.
В этот миг впервые после семисот лет покоя мир увидел глаза истинного короля мертвых. Глаза, сверкнувшие алым голодом пяти с половиной тысяч мертвецов.

Зомзом  

Запахи. Как много было вокруг запахов. Конского пота, испражнений, походной каши, новой военной амуниции и костров. А еще крови. Приглушенный запах человеческой крови, бурлящей в венах под тонким слоем кожи. Кажется, вонзи зубы — и вот она.
Но нельзя.
Да и глупо это: нападать в лагере, полном вооруженных воинов и магов, готовых к бою. Поэтому Зомзом размеренно двигался вперед через палатки и ряды людей. Изредка молчаливо предъявлял свое письмо с гербом короля мертвых и шел дальше, к центральному шатру.
После смерти у зомби развилось несколько очень полезных навыков, позволяющих выслеживать, догонять и убивать. Он чувствовал, что способен найти человека за несколько километров даже в глухом лесу. Мертвые глаза прекрасно видели, обоняние рисовало в голове картины, о которых прежде он не имел никакого представления, а слух… Слух позволял различать человеческую речь с приличного расстояния.
И сейчас, когда до шатра командиров было еще довольно далеко, Зомзом слышал голоса.
— Его надо найти, вы понимаете? — твердил один на повышенных тонах. Визгливо, немного истерично.
— Где мы найдем его? Король мертвых, по-твоему, идиот, чтобы прятать его у всех на виду?
— Господа, сегодня я прочел один исторический трактат о Бьельде… Бильде… короче, о его дурацком драконе, — уверенно говорил еще один голос. — Там было сказано, что Рейв Эридан каким-то образом сумел объединить свою жизнь с жизнью нежити. И пока жива эта его костяная тварь, будет жить и король мертвых.
Некоторое время в шатре молчали. Зомзом слышал лишь звук собственных шагов.
— Значит, мы просто должны убить этого монстра, — раздался четвертый голос. — Ничего сложного, так ведь?
— Действительно, — фыркнул кто-то в ответ. — Всего лишь завалить высшую нежить, учитывая, что наши колдуны и с зомби-то с трудом справятся.
Голос так и сочился презрением.
— При всем моем уважении, — перебили его, — уничтожить зомби не составит труда.
От этих слов Зомзому резко стало не по себе.
— Нам достаточно его обездвижить, а затем виверны или грифоны его просто разорвут. С костяной тварью можно сделать то же самое. У нас есть несколько десятков друидов, способных вызвать из Лихих лесов живых драконов. Они, конечно, слабее и намного меньше мертвого. Но совокупными силами мы легко одолеем монстра. Это я про Рейва Эридана.
Раздался глухой смешок.
В этот момент Зомзом наконец подошел к палатке. На входе двое грозных стражей еще раз проверили его и пропустили внутрь.
Вокруг небольшого стола стояли пятеро мужчин. Они склонились над картой, тыкая пальцем в самый центр, где был изображен замок Файрел.
— Так-так, и кто это у нас здесь? — спросил один из них, смерив зомби уничижительным взглядом.
За спиной мертвеца раздался ответ одного из стражников:
— Ваше благородие, судя по всему, это посланец графа Эридана. У него в руках письмо с гербом. А еще он, кажется, немой. На все вопросы только мотает головой.
Мужчины в шатре смерили Зомзома любопытными взглядами.
Зомби тоже медленно оглядел присутствующих, замечая двух дворян, очень похожих на Ливию Рендан, двух магов в мантиях жизни и смерти и еще одного мужчину. Того, который, видимо, был самым главным.
— Немой, значит, — фыркнул этот главный и вырвал письмо из рук нежити. — Очень удобно. Этот граф Эридан умный мужик, я вам скажу. Надо перенять опыт. А что, такого хоть запытай, ничего не расскажет. Ты же не расскажешь, да?
Мужчина неожиданно резко приблизился к зомби и навис над ним, явно планируя запугать.
Вот только он не знал, с кем имеет дело и насколько Рейв Эридан и впрямь предусмотрителен.
Зомзом даже не дернулся. Он медленно поднял голову, выглядывая из-под широкополой шляпы своими гнилостно-желтыми водянистыми глазами. И на этот раз отшатнулся сам мужчина. Сдвинул брови и убрался обратно к столу, передергивая плечами, словно хотел сбросить с себя невидимую паутину.
Затем он открыл письмо и зачитал вслух:
— «Господину престолохранителю Ярошу Тренвиру от короля Альденора Рейва Эридана Кастро-Файрела: приходите».
Ярош, а это был именно он, нахмурился и ударил кулаком по столу.
— Он совсем обнаглел! Да кто он такой вообще? Возомнил себя Тьма знает кем!
— Он король мертвых, Ярош, — мрачно протянул один из магов рядом. Тот, что был в некромантской мантии. — Истинный король Альденора.
— А ну-ка тихо! — рыкнул в ответ престолохранитель. — Не вздумай сказать об этом при воинах. И наш гость уже явно слышал гораздо больше, чем требуется. — С этими словами он повернулся к зомби и, выдавив из себя самую ядовитую и злую улыбку, проговорил: — Вы свободны. Можете передать своему господину, что армия выступает. Мы разотрем в порошок его и его костяную змеюку. И всех предателей, вставших на его сторону.
Однако едва Зомзом развернулся, чтобы выйти из шатра, как в помещение вбежал испуганный стражник и с округлившимися от ужаса глазами выдохнул:
— Ваше благородие, там… там…
Он задыхался и никак не мог закончить фразу. Пот градом катился с белого лица.
— Что там?! — выкрикнул Ярош, выходя из себя.
— Мертвые восстали… — выдохнул стражник и без чувств упал на пол.

ГЛАВА 22

Ангелина  

Я поднялась по лестнице к резной двери, за которой, по моему мнению, мог скрываться Рейв Эридан, с одной-единственной целью: высказать ему все, что о нем думаю. Обманывал меня? Использовал? Так надо было сказать прямо, а не делать из меня наивную влюбленную дурочку. Все равно ведь королю мертвых выпускница факультета истории некромантии не смогла бы ничего противопоставить. Что ему было нужно? Моя кровь? Можно было взять и без спроса. Без ласк, поцелуев и сумасшедшего огня, который сжигал нас обоих.
Обоих…
Я подлетела к заветной двери и резко замерла, закрыв глаза. Гнев куда-то улетучился, перед зажмуренными веками появился другой Рейв. Тот, с которым я познакомилась на поле среди высокой травы. Тот, который приходил ко мне ночью и говорил, что ему плохо без меня.
И я его простила.
Мне не за что было на него злиться. Ведь он никогда мне ничего не обещал. Я сама настроила воздушных замков, в которых король мертвых меня по-настоящему любил.
Но даже если так, даже если он никогда не чувствовал ко мне ничего серьезного, я-то его люблю. В этом стоило признаться хотя бы себе. Теперь, после всего случившегося у меня даже мысли не возникло о том, чтобы убраться из этого сумасшедшего дома куда подальше. Я хотела быть здесь, рядом с ним, несмотря ни на что.
А значит, отступать рано. За любовь надо бороться, так ведь? Тем более как можно отступить, если я знаю, что внутри короля мертвых живет мой Рейв. Тот, которому я нужна. И пусть иногда они кажутся разными людьми, на самом деле они — одно целое. И я заставлю некроманта это понять.
Но сперва нужно было узнать о нем чуть больше.
А потому я несколько раз постучала в дверь и, когда мне никто не ответил, сама толкнула ее.
Комната оказалась не заперта. Более того, здесь не было стражников, которые могли бы меня прогнать, и я спокойно прошла внутрь.
Возможно, Рейв думал, что в покои короля мертвых никто не сунется по доброй воле. А может, это была не такая уж важная комната или о ней просто никто не знал. В любом случае, когда я оказалась внутри, там никого не было.
В небольшом кабинете стоял письменный стол, на котором были разложены бумаги и чернильница. Вдоль стен расположились книжные шкафы и стеллажи с какими-то бутылочками и колбочками. Точно как в кабинете нашего профессора алхимии в академии.
Было интересно представлять, как Рейв ходит здесь, выискивая нужные ингредиенты для зелий. Или экспериментирует с тем самым виалом крови, который объединил его жизнь с жизнью Бьельндевира.
Я прошлась пальцами по лакированной поверхности секретера, на котором не было ни пылинки. А еще тут лежал небольшой стилет и стояла ступка с пестиком, на дне которой виднелись остатки каких-то трав. Рейв явно что-то готовил, но разобраться, что именно, было невозможно.
Вот тогда-то мне и пришла в голову мысль, как узнать о короле мертвых немного больше, не спрашивая его ни о чем. Оставалось надеяться, что все необходимое найдется в этой старой лаборатории.
Еще на пятом курсе академии нас учили заклятию Памяти духов. Немногие смогли осилить на практике это колдовство. У меня тоже не вышло. Впрочем, тогда считалось достаточным и теоретическое изучение. Но кто мешает мне испробовать свои силы теперь, когда я стала счастливой обладательницей золотой крови?
Однако для заклинания требовалась одна очень важная деталь: хотя бы крохотная частица того, к кому заклинание будет применено. А потому я наклонилась над столешницей, надеясь, что мне повезет. Шансы были довольно малы. Король мертвых уж наверняка не оставляет за собой следов, которые можно использовать в заклятьях против него.
И вот, когда я уже была готова проклясть все на свете и собственную золотую кровь в придачу, пальцы коснулись того, что я так надеялась найти здесь. Один волосок. Темный, длинный и, несомненно, принадлежащий Рейву. А значит, оставалось совсем чуть-чуть.
Я аккуратно взяла свою находку и вместе с ней села за стол. Освободила немного места на столешнице, положила на середину волосок и окружила его кольцом из рук. Собственно, хорошему некроманту в данном случае больше ничего и не требовалось. Теперь придется проверить, являюсь ли я этим самым хорошим некромантом.
Закрыв глаза, я тихо зашевелила губами. Слова заклятия полились сами собой, словно только вчера я сдавала по ним семинар у профессора. Эшгенрейский всегда давался мне легко, а потому было не страшно ошибиться.
Через несколько мгновений Тьма наполнила помещение, вошла в мой анарель со спины и змеей протянулась через кольцо рук. Скользнула сквозь кости, по мышцам и венам. Как никогда отчетливо я чувствовала ее течение и мощь, наполняющую кровь.
А через секунду волос на столе вспыхнул зеленоватым пламенем и истлел, оставив после себя тонкую стрелку дыма.
Сперва я решила, что ничего не вышло. Даже успела расстроиться, глядя, как белесая струйка поднимается к потолку. Однако совсем скоро расстройство сменилось изумлением.
Едва заметная линия стала увеличиваться, становясь все гуще и плотнее. И вот передо мной над столом уже кружило огромное белое облако. Холодное, непроглядное. Облако, сквозь которое проступали злые глаза…
— Шайна Дэльмар? — выдохнула я, отшатнувшись, когда вслед за глазами проявились руки, ноги, голова и вся дама в старом, расшитом жемчугом бальном платье, теперь больше напоминающем лохмотья.
— Узнала… — скривила рот женщина, подлетая еще выше, распахивая ладони в стороны. Ее волосы взвились вверх вместе с нарядом, глаза сверкали какой-то потусторонней яростью. А помещение стремительно наполнялось могильной изморозью.
— Да как тебя не узнать-то? — фыркнула я, отодвигаясь назад вместе со стулом. — Ты во время Ноктюрна смерти едва не съела Рейва.
Призрак на миг замер, нахмурив брови, а затем неожиданно опал. Платье опустилось, волосы уныло повисли.
— Совсем не боишься, да? — спросила женщина, отлетев на другую сторону комнаты и зависнув там у окна.
— Знаешь… — протянула я, сама не до конца понимая, почему не испугалась. — Общение с Рейвом научило меня кое-чему. Когда по утрам одежду тебе приносит зомби, днем костяной дракон катает тебя на своей спине и отмачивает непонятные саркастические шутки, а вечером ты понимаешь, что у возлюбленного, кажется, слегка съехала крыша, и это из всего перечисленного — самое страшное, то в голове зреет лишь одна мысль: бояться надо не мертвых, а живых.
Шайна криво усмехнулась:
— Так и есть, девочка, так и есть.
Некоторое время мы молчали, рассматривая друг друга. А может, это я рассматривала ее, а она изучала что-то другое. Например, свет солнца, проникающий сквозь ее тело, платье, потерявшее цвет, пульсацию вен у меня под кожей. Не знаю, о чем думают призраки, и не уверена, что хочу знать. Но через пару минут она спросила:
— Так зачем ты звала меня, Ангелина Вальбур, новая пассия сумасшедшего короля?
Сказать по правде, мне не понравились ее слова. И более всего потому, что они невероятным образом совпали с моими собственными мыслями. С Рейвом было что-то не так, и нужно было понять, что именно. А потому я набрала воздух в легкие и задала свой вопрос. Причем задала его на эшгенрейском, как и планировала, чтобы призрак не смог солгать:
— Shaina, gheteres insu fatrum, del ythope fieldew Reiv Eridan Kastro-Fairel? Gheteres insu fatrum, del morter Biontie karjsax?
Шайна усмехнулась:
— Хочешь узнать, как погиб Рейв? — Ее тонкие губы превратились в линию, а белесые глаза на миг закрылись. — Что ж, я тебе расскажу.
Когда она вновь подняла веки, даже сквозь их мертвый полупрозрачный цвет я увидела отголоски тоски. Былой злобы не было, только какая-то старая затаенная боль.
— Рейв был фанатиком, — проговорила она. — Он должен был получить корону по наследству, но этого права его лишили. Не знаю, как бы все сложилось, повернись дело иначе. Стал бы он развязывать все эти войны, которые сделали его тем, кто он есть? Стал бы он убивать сотни людей, наращивая самую великую и страшную армию мертвецов, которую видела земля? Или просто спокойно бы правил. Не знаю. Но необходимость захвата трона пробудила в нем жажду все большей и большей власти. — На миг женщина задумалась, а затем продолжила: — Когда на руках имеешь много золота, всегда хочется его еще больше. Думаю, у Рейва было то же самое, только с властью. Когда корона уже была у него, ему показалось этого мало. Он подчинял все больше и больше нежити, присоединял к Альденору все больше и больше земель. А чтобы удержать их, оставлял в городах гарнизоны мертвых. Да, это благодаря ему наше королевство стало самым большим на континенте. Но какова была цена? Ужас и смерть. И все больше и больше крови.
— На тот момент ты уже была его женой? — спросила я, несколько скептически скрестив руки на груди.
Да, то, что она рассказывала, было ужасно. Но стоило помнить, что передо мной женщина, которая, судя по всему, никогда не любила Рейва. Ведь она пришла к нему только после того, как он взошел на трон. Это была не несчастная жертва, а такая же жаждущая власти душа, как и сам Рейв. Так имела ли она право его осуждать?
Шайна подняла на меня острый взгляд, пытаясь всмотреться в самую глубину. Надеясь прочесть мысли. Что ж, я их и не скрывала.
— Да. На тот момент я уже была женой Рейва Эридана Кастро-Файрела. Я была королевой Альденора.
В этот миг в ее глазах сверкнуло былое величие. Осанка распрямилась, лицо приобрело горделивое выражение. Но почти сразу все исчезло. Потухло, словно задутая свеча.
— Но Рейв начал меня пугать. Его уже мало интересовало что-либо. А эти мертвецы, блуждающие повсюду!.. В одном нашем замке их было несколько сотен. Весь гарнизон. Слуги, горничные, уборщики. Только поварами оставались живые, ведь они могли отравить еду трупным ядом. Да несколько приближенных особ тоже продолжали работать во дворце в окружении десятков зомби. Мне это не нравилось. Никому не нравилось. И тогда Ульфрик… Ульфрик Айрис предложил мне со всем этим покончить. Он признался мне в любви и сказал, что избавит меня от Рейва. Сам станет королем, а я буду королевой рядом с ним. Меня взбудоражила эта идея, потому что дальше так жить было невозможно. Я согласилась предать своего мужа. Ульфрик был сильным друидом, обладателем золотой крови. Я была уверена в его победе, ведь он мог повелевать и Светом, и Тьмой. Но в решающий момент, когда Ульфрик уже дочитал заклинание на заточение Рейва… тот вырвал ему сердце. — Привидение поджало дрогнувшие губы. — Собственной рукой, — прошептала женщина, смотря остекленевшим взглядом в пустоту. — И я увидела, как одновременно погибают мой муж и мой любовник, от которого я уже была беременна. Увидела, как Рейв падает в могилу, подготовленную для него лучшим другом, сжимая в окровавленной руке пульсирующий комок мяса. И как рядом с ним на землю ложится Ульфрик. Это было ужасно. Просто ужасно.
Да, и впрямь видеть такое ужасно. Несколько мгновений я не знала, что сказать, пока Шайна не добавила:
— Мне жаль всех нас…
И тогда я набрала в грудь воздуха и ответила, не веря, что действительно говорю это мертвой женщине, лишившейся двух главных мужчин в ее жизни.
— Знаешь, что я услышала между строк твоего рассказа, Шайна? — тихо спросила я и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Тебя не было рядом, когда ты была нужна Рейву. Человек способен на любые безрассудства, когда он один. Что же это за жена, которая обрекает своего мужа на смерть ради трона и любовника? Что это за жена, которая не может остановить любящего ее мужчину? Что это за королева мертвых, которая боится мертвецов во дворце короля мертвецов?!
Сказать, что Шайна была в шоке, — ничего не сказать. Ее глаза зло блеснули и сощурились.
— Ты ничего не знаешь! Тебя там не было! — крикнула она, и могильный скрежет срезонировал с ее голосом.
Призрачные волосы снова взметнулись вверх вместе с рваным платьем, от которого отлетали и растворялись в воздухе сумеречные ошметки.
Я резко встала на ноги, уперев руки в стол, и проговорила:
— Ответь мне только на один вопрос, Шайна. По-твоему, Рейв любил тебя?
Призрак на миг замер, не сводя с меня прозрачных глаз. А затем женщина тихо ответила:
— Да…
В следующий миг я взмахнула рукой, разрывая цепь заклинания. Мне больше не о чем было говорить с ней. Я узнала, что хотела.
Когда-то, много веков назад, Рейв Эридан Кастро-Файрел выбрал неправильную дорожку в жизни. Что-то внутри него, может внутренний голос или природная склонность к некромантии, толкало его на путь крови и смерти. Но в ком из нас нет внутренней Тьмы?
В то время рядом с ним не оказалось никого, кто смог бы изменить его темное предназначение. Оставалось надеяться, что сейчас все иначе. И теперь в окружении короля мертвых есть человек, к которому он способен прислушаться.
Оставалось надеяться…
Я вернулась к себе в комнаты и до самой ночи больше никуда не выходила. Искать некроманта по всему замку казалось дурацкой затеей. Тем более учитывая, что Рейв знал, где я, а значит, мог прийти ко мне сам. Как прошлой ночью.
Наверное, я даже надеялась, что он снова придет. Объяснит мне чуть больше о том, что происходит. Расскажет, о чем думает при свете дня.
И как только на черном небе луна вошла в зенит, а я уже почти потеряла надежду, бледный свет проник через шторы и вновь начал загустевать.
— Рейв! — выдохнула, резко садясь в постели.
А в следующий миг на простыне рядом со мной снова очутился полупрозрачный король мертвых.
— Привет, малышка, — улыбнулся он такой знакомой мягкой улыбкой, что все внутри меня задрожало от радости.
— Привет, — прошептала в ответ, все еще боясь, что он исчезнет.
— Я опять здесь, — немного удивленно произнес он, весело приподняв брови и осматриваясь по сторонам. — И опять представления не имею почему. Но я рад.
Он вновь взглянул на меня, улыбнувшись.
— Я тоже рада, чего уж скрывать, — тихо фыркнула в ответ, бочком придвигаясь ближе.
— Ты так и не ушла, — шепнул он, будто случайно пробежав взглядом по всему моему телу. По немного распахнувшейся ночнушке, по плечу, выскользнувшему из ткани.
— Нет, — покачала головой в ответ. — И не уйду.
— Почему? Поверь, Ангел, замок короля мертвых — не лучший дом для молодой девушки. — В этот момент за чертой его глаз мелькнуло облако грусти.
Я скривила губы:
— Рейв, я не собираюсь бросать здесь тебя одного.
— Одного? — приподнял бровь он.
— Конечно. А кто останется с тобой? Бьельндевир и Зомзом? Вот уж веселая компания.
Уголки губ Рейва приподнялись.
— А что, Зомзом знаешь какой шутник, — ответил он. — Бывает, как встанет напротив меня, как взглянет из-под своей шляпы и молчит! Ну юморист, да и только.
Я прыснула со смеху.
— Да уж, пыталась я тут у него… а, не важно, — махнула рукой, вовремя вспомнив, что не собиралась рассказывать некроманту о своих приключениях. — А дракон, кстати, ничего. С юмором, в отличие от зомби.
— Ну вот видишь, значит, скучно мне не будет, — проговорил он. А затем вдруг встал с кровати и подошел к окну, облокотившись о подоконник.
Я тут же последовала за ним, заметив, что после меня кровать скрипнула, а после него — нет. Это в очередной раз позволило понять, что рядом со мной не сам Рейв, а лишь его образ. Фантом.
Лунный свет осветил бледное лицо мужчины, когда я встала с ним рядом. Он смотрел вдаль, далеко вниз, где расстилались сперва сады Файрела, а затем и весь Ихордаррин.
— Сегодня пришли новости, Ангел. Готовится нападение на замок. Вот-вот начнется заварушка, — мрачно сообщил он, не глядя на меня.
— Завтра?
— Может быть, послезавтра или через два дня. А может быть, этой ночью. Я мог бы прямо сейчас показать тебе выход из замка. Провести так, что ни один стражник не остановит.
Он посмотрел на меня своими огромными темными глазами, полными беспокойства.
В этот момент я никак не смогла остановить себя и осторожно положила руку на его ладонь.
Рейв опустил взгляд вниз, и его губы дрогнули, но на этот раз не улыбнулись.
Я же почувствовала легкое сопротивление, словно касаюсь поверхности воды. Чуть-чуть надавить — и погрузишься в нее.
Но я не стала. Мне хотелось думать, что я и вправду держу его руку, а не касаюсь призрака.
— Если ты ждешь ответа, то зря, — проговорила я и демонстративно отвернулась, посмотрев вдаль.
Теперь мы просто стояли рядом друг с другом, словно держась за руки. Будто он и впрямь был настоящий.
Тишина не резала уши. Рядом с Рейвом она успокаивала. Только сердце билось ошеломляюще быстро.
— Как мне убедить тебя… другого тебя остановить это все? — спросила я тихо через некоторое время.
Мужчина повернул голову и вздохнул:
— Боюсь, что это невозможно, малышка.
— Но… — Слова на миг застряли в горле. — Я хочу помочь. Как мне сделать это, если ты, другой ты, будешь отталкивать меня?
Рейв мягко улыбнулся и вдруг поднял руку. Поднес к моему лицу, касаясь пряди, упавшей на глаза. На секунду замер, а затем осторожно отодвинул ее.
И она действительно отодвинулась! Я почти почувствовала его прикосновение!
— Я никогда не оттолкну тебя, — прошептал он. — Чего бы там я ни думал при свете солнца, ночью я знаю себя настоящего. Если ты будешь настойчива, Рейв не сможет отказать. Я не смогу отказать тебе ни в чем.
— Правда?
Улыбку сдержать не удалось.
— Правда.
Я замерла, вглядываясь в его глаза, даже сейчас густо-темные, жгучие, как горячий шоколад. И накрыла его ладонь.
Ощущение от его руки было слабым. Но оно было.
Мужчина замер. Его взгляд потяжелел, опустился на мои губы и стал вдруг еще темнее. И в этот момент я тихо прошептала:
— Кто ты, Рейв? Почему я вижу тебя?
Некромант еле уловимо пожал плечами, продолжая смотреть мне в глаза. Сводя с ума одним взглядом, в котором так отчетливо сквозил голод. Тот же самый голод, который мучил и меня.
— Не знаю точно, малышка, — тихо ответил он. — Вероятно, когда я ложусь спать, сознание отключается, а тело больше не контролирует истинные желания. В этот момент по какой-то причине дух отделяется и приходит к тебе.
— Может, это из-за кольца? — спросила я, протянув руку. — Ты стал появляться, как только я впервые надела его.
Рейв посмотрел на алый перстень у меня на пальце. Коснулся рукой, еле уловимо пошевелив камень.
— Это обручальное кольцо моего рода. Когда-то оно принадлежало матери. А до нее бабке и прабабке. Но вряд ли оно имеет силу разъединять дух с телом. Впервые слышу про такой эффект.
— Значит, я надела обручальное кольцо?
Внезапно стало ужасно жарко. Щеки начали гореть так сильно, что захотелось провалиться сквозь пол. Ковер под ногами начал казаться жутко интересным.
В следующий миг я почувствовала легкое прикосновение к подбородку. Подняла взгляд, увидев улыбающееся лицо Рейва. И его радужки, сверкающие дерзким блеском.
— Малышка, когда ты так краснеешь, у меня все мысли вышибает из головы. Возьми себя в руки, а то, клянусь Тьмой, настоящий Рейв вот-вот проснется, почувствовав мое сумасшествие, а я исчезну.
— Как все запутано, — усмехнулась в ответ, пытаясь успокоиться.
А мужчина продолжал:
— К тому же кольцо не имеет никакого значения, пока настоящий Рейв не предложит тебе выйти за него замуж, а ты не согласишься.
— Понятно…
Глубокий вздох вырвался из груди. Как-то одновременно стало спокойнее и грустнее. Ну что за дура?
В следующий момент о тонкое стекло комнаты ударилась какая-то мошка. Мы с некромантом одновременно повернули головы, чтобы уже через секунду Рейв в ужасе дернулся, отскакивая от окна как ужаленный: с другой стороны стекла сидела крупная саранча, перебирая ножками.
— Что с тобой? — бросилась я за Рейвом, снова замечая в нем тот самый ужас, что впервые проявился еще в лесу, на следующий день после нашего знакомства, когда мужчина неожиданно испугался такой же саранчи.
— Ты боишься насекомых? — удивилась я, замечая, как тяжело он дышит.
Рейв коснулся пальцами переносицы и закрыл глаза, пытаясь прийти в себя. А затем вдруг сел прямо на ковер, спрятав лицо за ладонями.
— Рейв, — тихо позвала я, садясь рядом.
Мужчина убрал руки и посмотрел на меня усталым спокойным взглядом. А затем рассказал историю, которая потрясла меня до дрожи. До холодного ужаса, застывшего где-то между легкими.
Он рассказал правду о том дне, когда погиб. Когда оказался заточен заживо в могиле, скрепленной магией. О призрачных насекомых, которые сдирали с него кожу день за днем, год за годом. Вгрызались в плоть, поедали мышцы. И только магия виала крови сохраняла ему жизнь, каждый раз восстанавливая тело. Не давая умереть или окончательно сойти с ума.
И в этот момент больше всего на свете мне хотелось помочь ему. Прикоснуться, оказаться рядом. Дать понять, что я здесь и буду здесь всегда.
Я села рядом с ним, придвинулась, а он улыбнулся и распахнул руки, позволяя мне расположиться так близко к его груди, как получится, чтобы не пройти насквозь.
Какое ужасно странное занятие — бояться сделать лишнее движение. Будто кому-то из нас от этого станет больно. Но правда была в том, что нам обоим ужасно хотелось сохранить иллюзию реальности происходящего: словно мы и впрямь сидим, касаясь друг друга.
Когда я наконец разместилась достаточно удобно, некромант положил локти на колени, и теперь казалось, будто он обнимает меня кольцом рук и ног. Я сидела немного боком, и губы некроманта очутились возле моего уха.
— Так близко и так далеко, — шепнул он, и мне почудилось, что кожи коснулось его дыхание. Теплое! Волна мурашек пробежала по спине.
— Я хотела бы, чтобы ты был здесь на самом деле, — проговорила, закрывая глаза. Так было гораздо легче представить, что все это правда.
— Я тоже хотел бы, — раздалось в ответ. И губы едва заметно коснулись моего уха.
Я почувствовала это касание. Тонкое, слабое, будто ветер ласкает кожу. Но оно отдалось вибрацией в груди, жаром, лизнувшим изнутри ребра, оседающим огнем где-то под желудком.
— Попробуй завтра не надевать кольцо, — проговорил он вдруг, и я резко повернула голову.
— Но тогда ты не придешь?..
— Если это кольцо отделяет душу от тела, то пока оно на тебе, я смогу приходить лишь так, — мягко улыбнулся он. — Нам нужно, — он на миг замер и мрачно усмехнулся, — объединить меня, малышка.
— Но…
— Я должен хотеть быть рядом с тобой не только во сне, — продолжил он уверенно. — Сними кольцо завтра перед сном, давай попробуем. Если я не приду, то послезавтра, так и быть, надень его обратно. — На секунду он замолчал, а затем добавил тише: — А то я не протяну так долго без тебя.
Я резко выдохнула:
— Хорошо…
Он чуть наклонился к моему лицу. Воздух застрял в горле. Тьма, как же я хотела почувствовать его губы, которые были так близко. Пульс стучал в ушах как бешеный.
Рейв тоже затаил дыхание, словно мы оба подумали об одном и том же. О застывшем между нами жгучем желании, которое в данной ситуации не могло осуществиться.
Я закрыла глаза и еле заметно подалась вперед. Не хотела видеть, как ничего не получится. Не хотела понимать, что все это ненастоящее.
И через мгновение почувствовала его губы. Мягкие, как всегда. Горячие, болезненно сладкие. Нужные. Его дыхание, стук сердца. Все то, что было до боли необходимо.
Выдох, смешанный со стоном, вырвался из груди сам собой.
Я открыла глаза, не веря, что это действительно произошло.
Но рядом со мной никого не было. Только пустая комната и я одна, сидящая на полу в неестественной позе.
И только холод там, где только что было ослепительно жарко.

Рейв  

Рейв проснулся утром в отвратительном настроении. Как и в последние две ночи. Ему снова снилась Ангелина, и он никак не мог понять, что происходит. Почему сны настолько реальны. И почему внутри после них остается тяжелое послевкусие. Горечь, жжение, тупая, ноющая боль, словно он делает что-то не так. Словно теряет что-то очень нужное. Или уже потерял.
От этих мыслей становилось еще хуже.
Рейв встал с постели, отбрасывая влажную простыню, которую использовал вместо одеяла. Летние ночи были слишком душными, а то, что во сне он будто превращался в другого человека, вообще лишало последних сил.
Некромант прошел в ванную комнату. Как всегда, к его пробуждению слуги уже подготовили горячую воду и теплые полотенца. Все в замке знали, что теперь здесь новый король. Возможно, кто-то был недоволен. Возможно, кто-то мог бы и поспорить, что церемония коронации еще не проведена. Но никто не смел даже шепотом озвучивать эти мысли. Уж это Рейв знал наверняка, ведь у Файрела в прямом смысле слова были свои уши. Стены замка не способны говорить, но они прекрасно слышат. Недаром в каменной кладке лежали заживо замурованными несколько десятков тел. Все они когда-то значились преступниками и убийцами, осужденными за страшные преступления. В то время, семь сотен лет назад, правосудие приговорило их к смертной казни через повешение. Король мертвых решил иначе и уготовил им смерть гораздо более неприятную. Но полезную для себя.
Вот и сейчас некромант подошел к одной из стен в ванной комнате, приложил к ней руку и закрыл глаза. Импульс Тьмы вошел в камень и помчался по замку, как по венам. Уже через несколько мгновений перед его глазами возникла смазанная черно-белая картина: мирно спящая в своей постели Ангелина. Серебристые волосы растрепались по подушке. Шелковая ночнушка немного сползла с плеча.
Такой он и помнил ее после сна. Ослепительной, как утренняя звезда, нежной, как цветок. Манящей, как предсмертное желание.
Она становилась его наваждением. С каждым днем все сильнее и сильнее он понимал, что нуждается в ней. Что хочет постоянно видеть ее рядом. И все же не мог позволить себе такую слабость.
И вот в который раз он просыпался, умывался и одновременно стирал из памяти ее слишком яркий образ. Но отголоски воспоминаний продолжали терзать его душу, оставляя в груди жар и болезненно режущие осколки.
Обвернув полотенце вокруг пояса, Рейв вышел из ванной комнаты и подошел к окну.
Войско мертвецов увеличивалось, тянуло из него силу. Он чувствовал, что с каждой минутой все больше и больше нежити выбирается из окованных металлом гробов. Все больше высшей нежити: драугров, стрыг, упивцев, гулей и прочих созданий Тьмы. Да, они требовали прорву магии. Но и стоил один такой монстр десятка, а иногда и сотни обычных зомби.
Анарель короля мертвых пульсировал, непрерывно прогоняя через себя потоки сумеречной магии, наполняя призрачные нити силой, заставляя нежить повиноваться. Сейчас в подчинении Рейва было уже несколько сотен высших мертвецов. Они медленно стекались в Файрел, заполняли двор, выстраивались фалангами, молчаливо ожидая приказа защищать крепость. Благодаря их нечеловеческому зрению некромант знал, что армия врага еще далеко и у него еще есть время.
Король мертвых посмотрел сквозь стекло, проведя рукой по мокрым волосам. Во дворе замка неподвижно стояла свежая сотня нежити. Стражники в ужасе сторонились явившегося пополнения, стараясь отойти подальше. Но Рейв знал, что они привыкнут. Он все это уже видел много-много лет назад.
Совсем скоро нужно будет поднимать ворота, ограничивая поступление в Файрел новых мертвых бойцов. Остальные будут вынуждены драться за стенами замка. Это было и хорошо, и плохо. Плохо — потому что превосходящие силы противника слишком быстро уничтожат их на ровной местности. Хорошо — потому что, как только ворота замка поднимутся, Рейв перестанет призывать высшую нежить, требующую слишком много сил. Для битвы за стеной подойдут и обычные зомби. Можно будет наконец передохнуть.
Весь сегодняшний день Рейв провел у Аспера Глейна, командира гарнизона, и нескольких сотен его воинов. Он учил их стоять бок о бок с мертвыми. Объяснял тем, кто блевал в канавы и падал в обмороки от страха, что до тех пор, пока он, Рейв Эридан Кастро-Файрел, жив, мертвецы никого не тронут. Это было довольно удобно, потому что напрочь лишало стражников желания вонзить новому королю нож в спину.
К вечеру некромант изрядно утомился, что, впрочем, не отменяло его полной боевой готовности. Однако оставалась еще одна проблема: Бьельндевир. Костяной дракон требовал магии. Он принадлежал к древней расе иллишаринов. К драконам — хранителям Тьмы и создателям миров. К тем, кто нес на своих спинах темных богов. Поднять такое существо означало привязать его к себе цепями, вечно сосущими силу. Рейв использовал кровь Ангелины, сделав ее хозяйкой нежити, но он не мог привязать его к ней. Иначе Бьельндевир рано или поздно выпил бы ее без остатка. Будь она хоть трижды носительницей золотой крови солнца, без необходимых навыков и умений все это — бесполезный багаж.
Поэтому дракон пил силу самого Рейва. Много лет назад, когда битвы вокруг короля мертвых не прекращались практически ни на миг, не имело особой разницы, привязан к нему дракон или нет. Мощь некроманта была достаточно велика.
Сейчас все обстояло иначе. Сил катастрофически не хватало. И Рейв знал лишь один быстрый способ изменить положение дел. Ему нужна была магия Ангелины. Носитель золотой крови способен делиться своими возможностями.
Или нет, не так. Умелый некромант знает, как забрать магию любого человека в момент, когда тот не контролирует собственное тело.
В момент любовной близости.
— Ну и как ты собрался организовать этот момент? — раздался над ухом насмешливый голос Ульфрика. Голос, с которым Рейв почти сроднился. — Может, возьмешь девку силой, а? В конце концов, может, она и сама не прочь… Последний раз ей, кажется, понравилось.
— Заткнись, — выдавил некромант сквозь зубы, в очередной раз не вынеся болтовни мертвого друида.
— Вообще-то ты молодец, — не обращал внимания Ульфрик. — Сколько раз мог ее убить, позарившись на дармовую магию! Но нет, ты поступил умнее. Привязал детку к себе и теперь можешь хоть до старости пить эту бутылку вина! И это вместо того, чтобы раз откупорить ее и тут же выкинуть. Ты настоящий черный гений, мой друг. Настоящий король мертвых! Теперь-то можно черпать силы из этого источника бесконечно! Главное — вовремя затаскивать ее в постель.
Рейв поморщился. Обрисованная устами мертвеца ситуация выглядела отвратительно. Будто он и правда выбирал, что ему будет выгоднее сделать: убить девушку или взять силой.
«Проклятье, даже думать об этом не хочется…» — Некромант потер виски, стараясь отогнать головную боль, которая преследовала его весь день.
— Ну, что же ты молчишь? Ах, Рейви, Рейви, — тянул свою песню друид. — Опять, что ли, думаешь, как быть с ней помягче? Взял бы девчонку, швырнул на лопатки, и всего делов. С женщинами разговор короткий, мой друг. Думаю, Шайна должна была научить тебя мудрости.
Некромант стиснул зубы. Но в один момент в голове вспыхнула острая мысль, что в какой-то степени друид прав.
Ему нужна связь с Ангелиной. Нужна ее магия. Нужна она сама. Но девушка ясно дала понять, что на его сторону не встанет. И что тогда остается?
Ответ был до боли прост. И вряд ли Ангелине он понравится.
Конечно, он никогда не стал бы брать ее силой. Никогда не стал бы причинять ей боль. Рейв вообще презирал мужчин, способных поднять руку на женщину. Всегда можно добиться желаемого умом. Или хитростью. Конечно, если у человека нет ни того, ни другого, приходится пускать в ход силу. Но в глазах короля мертвых такому человеку была грош цена.
Рейв закрыл глаза, обдумывая положение. Времени, чтобы убеждать Ангелину в своей правоте, нет. Войска Совета вот-вот нападут. Бьельндевиру понадобится зверское количество магии, чтобы держаться под атакой колдунов. А значит, выбора особо нет.
Некромант тряхнул распущенными волосами, направляясь в свою лабораторию. Зайдя в кабинет, он без промедлений приступил к делу. Следовало составить одно редкое зелье, о существовании которого не знал никто в целом мире, потому что Рейв Эридан придумал его сам. Это случилось еще в его бытность блистательным маршалом при дворе Свена Шеррана Кастро-Ларета. Короля-друида. Зелье воздействовало на разум, полностью подчиняя его. Именно с помощью него Рейв долгое время влиял на политические решения своего предшественника. До того момента, пока не решил, что пора избавляться от него самого и садиться на трон.
Сегодня он собирался дать это зелье Ангелине. Некромант не хотел думать о том, насколько такое решение отличается от прямого насилия. Он считал, что совершенно незачем терзаться муками совести, если выхода все равно нет. Разум Ангелины подчинится. Возможно, когда-нибудь потом она простит его за это. А сейчас, может, хоть головная боль наконец пройдет.
Рейв встал напротив старого секретера из массива черного дуба. За прошедшие века дерево нисколько не испортилось, не потрескалось. Лишь лак слегка облупился от сухости, царившей в закрытом магией помещении.
Взвесив в руке пару склянок, некромант удостоверился, что с ингредиентами ничего не произошло. Да и что может произойти с магическими компонентами? Например, с прахом из костей водяницы? Или с пылью окаменевшей драконьей крови? Да и сухие травы в закупоренных сосудах ничуть не потеряли своих свойств.
Когда Рейв впервые придумывал этот рецепт, он перепробовал множество вариаций состава. По законам известной магии воздействие на разум человека невозможно. Но мужчина знал, что некоторые волшебные существа это все же умеют. Например, та самая водяница. Прежде чем затащить человека в пруд и сожрать, она заставляет жертву подумать о чем-то очень важном. Женщину — представить, как в воду падает младенец. Мужчину — что из омута его манит обнаженная красавица. Дальше дело за малым.
Некромант использовал части тел всех этих существ. Всех тех, кто так или иначе воздействовал на разум. Объединив и активировав их Тьмой, когда-то давно он получил уникальный состав, страшное по своей силе зелье, способное полностью лишить воли. Подчинить жертву. Заставить испытывать любое чувство: радость, горе, покорность, верность.
Любовь.
Рейв тщательно замешал состав, наполняя склянку не только необходимыми составляющими, но и живой Тьмой. Через полчаса все было готово.
К тому времени солнце уже зашло, а луна поднялась над горизонтом. Пустые коридоры гулко отражали шаги некроманта, резонируя с его мыслями. Словно пытаясь воззвать к его совести.
Но Рейв не слушал. Рядом с его левым плечом летел призрак Ульфрика Айриса. Сцепив руки за спиной, он молча улыбался.
Когда некромант подошел к двери Ангелины, уже пробило полночь. Девушка наверняка спала. Сердце в груди мужчины остановилось на миг, и глухое неприятное чувство сдавило ребра.
Рейв потер пальцами горло, будто пытаясь снять невидимую удавку, и, закрыв глаза, вздохнул.
Однако, когда он тихонько открыл дверь, ожидая увидеть за ней спящую девушку, с кровати спрыгнула бодрая, ни капли не сонная Ангелина и радостно бросилась к нему на шею.
— Ты пришел! — воскликнула она.
Некромант замер, не веря своим глазам, не понимая, что происходит.
— Я знала, что все получится! Все получилось же… правда?
Вглядываясь в лицо Рейва, Ангелина вдруг немного нахмурилась. В ее глазах появилось растерянное выражение.
Некромант не хотел, чтобы улыбка, которую он только что видел, окончательно исчезла. Он этого почти боялся.
— Правда получилось, — улыбнулся он, понятия не имея, что девушка имеет в виду. Лишь бы она снова радовалась. Лишь бы смеялась для него.
— Я так счастлива, проходи скорее, — проговорила она, пропуская его в комнату. — Уже так поздно.
На ватных ногах некромант шагнул в помещение, краем глаза отмечая смятую постель, нетронутый ужин на столе и кровавое кольцо на белоснежной простыне.
— Как думаешь, я уже могу его надеть? — тут же спросила Ангелина, проследив за взглядом мужчины.
Рейв приподнял бровь, не зная, что сказать.
— Ну… думаю, да… — протянул он, чувствуя, как за ребрами что-то замирает, и в тот же миг девушка подскочила к украшению и натянула его на палец.
— Знаешь, мне с ним комфортнее, — немного смущенно улыбнулась она, а потом хитро добавила: — А еще оно и правда подходит к цепочке.
Рейв улыбнулся, пересиливая нестерпимое желание прикоснуться к ней.
«Все же надела…» — подумал он, и внутри него разлилось какое-то незнакомое тепло, от которого стало горько.
— Какие новости? — весело спросила Ангелина, беря его за руку и усаживая рядом с собой на кровать.
Рейв моргнул, стиснув зубы. А потом неуверенно ответил:
— Пришло еще одно письмо от Совета. Они пытаются дать мне новый шанс отступить. Хотят предложить что-то на личной встрече. Завтра за стенами Файрела состоятся переговоры перед битвой. Они ждут, что я приду.
Некромант рассказывал все как есть. Он еще никогда не чувствовал себя настолько незащищенным, слабым. Причина была только одна, и она сидела прямо перед ним в тонком кружевном платье. Сидела и слушала, наивно распахнув огромные глаза.
— Но мы готовы к бою, — продолжал он, вглядываясь в светлое лицо девушки и не уставая им любоваться. — Бьельндевир готов. Виал крови внутри него в целости и сохранности, так что мне ничего не грозит. Осталось лишь немного… — Рейв запнулся, потерев переносицу, чувствуя, как жжет его зелье в нагрудном кармане куртки, — наполнить его магией. В любом случае я не вижу смысла в этих переговорах.
— Нет, Рейв! — воскликнула вдруг девушка, положив ему ладонь на руку. — Надо обязательно провести эти переговоры! Если есть хоть один шанс избежать кровопролития, надо им воспользоваться! И, кроме того, — она набрала в грудь побольше воздуха, — я тоже хочу на них пойти. Возьми меня с собой!
Некромант опешил от такого напора и сперва не знал, что ответить. Он переводил взгляд с лица некромантки на ее ладонь, сжимавшую его руку. И сходил с ума. От ее близости, жара ее тела, от улыбки, которой он был недостоин.
Глубокие зеленые глаза Ангелины светились таким ярким светом, что он не смог не ответить:
— Хорошо…
Зачем он это сказал? Кто его за язык тянул?
Но в тот же миг Ангелина вспыхнула от радости и снова обняла его, обвив руками шею. Прижалась, спрятав лицо в шее, и тихо прошептала:
— Спасибо…
В эту секунду Рейв понял, что окончательно пропал.
Ее запах проник в него, как сладкое безумие. Как отрава, разъедающая мысли, желания, все его существо. Оставляя лишь что-то хищное и одинокое внутри, изголодавшееся по ласке. По теплу ее тела. По звуку голоса.
Он сцепил руки у нее за спиной, позволяя себе глубже вдохнуть этот аромат, зарыться в распущенных волосах и с закрытыми глазами дышать, едва касаясь губами шелковой кожи.
Пальцы стиснулись на ребрах, на тонкой талии. Сами собой скользнули вниз, оставляя следы животной жажды. Легкие алые отметины, возможно, даже болезненные — Рейв об этом не думал, он просто хотел почувствовать ее, ощутить сильнее. Проникнуть, срастись в одно целое. Дикое.
— Ангелина… — выдохнул, не узнавая собственного голоса, ощущая, как она вздрагивает в его руках. Как отрывисто дышит, подаваясь навстречу каждому движению.
Отбросил ее волосы назад, волной на спину, и жадно коснулся шеи, выцеловывая какой-то невидимый рисунок.
Девушка резко выдохнула и запрокинула голову, приоткрыв губы. Втягивая воздух, будто задыхаясь.
Некромант не мог остановиться. Все его тело горело, мысли окончательно покинули голову. Напряжение скрутило каждый сантиметр тела, заставляло звенеть мышцы, наливаясь металлом, дрожать от нереализованных фантазий.
Как много он хотел! Как давно думал о ней и не мог себе позволить ничего! Стиснув зубы, некромант прижался лбом к горячей коже девушки, одновременно стягивая с женских плеч легкое платье. Опускаясь к ее груди, теряясь где-то между явью и сном. Почти не понимая, что происходит.
Отец Тьмы… Она была восхитительна. Лучшее, что с ним когда-либо случалось.
Рейв коснулся губами ее груди и услышал хриплый стон, с удивлением понимая, что это его стон, вырвавшийся из глубины грудной клетки.
Девушка задрожала, прижимаясь к нему сильнее, обхватывая бедрами. Будто не понимая, насколько сильно сводит его с ума. Словно собственными руками толкала на самое дно черной бездны Сумерек. И, Тьма его забери, ему это нравилось.
— Темные боги, Ангелина, — выдохнул он, резко срывая ее платье, которое не хватило терпения снять, — малышка… Что ты делаешь со мной?..
Девушка ахнула и тут же прижалась к нему обнаженным телом. Некромант расстегнул рубашку так быстро, словно от этого зависела его жизнь. Словно если бы она прикоснулась своей персиковой кожей к грубой ткани, он никогда бы себе этого не простил.
— Рейв, я… — прошептала она тихо, обхватив его лицо ладонями, когда они оба на миг замерли. — Я люблю тебя…
Что-то остро-болезненное взорвалось в его груди, режущими осколками впиваясь в ребра, раздирая сердце. Что-то настолько щемяще-прекрасное и грустное одновременно, что некромант не смог ответить. Он закрыл ее губы поцелуем, в котором хотел утонуть, хотел утопить их обоих.
И ему это удалось.
Он целовал ее до умопомрачения, до разноцветных кругов перед глазами. А потом срывал с ее губ стон за стоном. Крик за криком. Выпивая каждый без остатка. Двигался с каким-то остервенением, почти яростью и восторгом зарываясь в ее волосах, текущих, как шелк, сквозь пальцы. Вдыхая пьянящий запах. Лучший запах в мире.
Эта ночь была только для них двоих, такой она и осталась навсегда.
Последняя ночь короля мертвых.
Когда под утро Ангелина наконец уснула, некромант поднялся с постели, оделся и тихонько направился к себе. Ему нужно было подготовиться. Скоро рассвет, а там и до встречи с Советом недалеко. Его малышка может отдохнуть, а у него, увы, нет на это времени.
Выйдя в пустующие коридоры замка, Рейв глубоко вздохнул. Затем сунул руку в карман куртки, перекинутой через плечо, и достал прозрачный флакон с ядовито-черной жидкостью. Взглянул на него еще раз, затем бросил на пол и раздавил сапогом, безразлично двинувшись дальше.
Над ухом раздался знакомый шорох.
— Идиот, — прокаркал голос Ульфрика Айриса, появившегося, как только дверь в комнату Ангелины захлопнулась. — Сейчас ты получил немного ее магии, но что будет, когда она кончится? Надолго ее не хватит. А когда малышка поймет, что нужна тебе лишь как источник силы, ее покои для тебя навсегда закроются!
Некромант ничего не ответил, продолжая смотреть вперед неподвижным бесцветным взглядом. А призрак над ухом продолжал вещать. Его голос усиливался каменными коридорами и, казалось, становился еще отвратительнее:
— Идиот. Когда начнется бой, ты не удержишь Бьельндевира. Так и знай. Не удержишь. Настанет момент, и придется развеять дракона. Ты же помнишь, что в нем виал крови, правда? Это будет началом твоего конца, Рейв Эридан. Началом конца!

Зомзом  

Зомби шел по коридору замка, чувствуя след хозяина. Последнее время у него внутри поселился какой-то странный зуд, довольно сильно раздражающий мертвеца. Этот зуд мешал ему сидеть на месте. Стоило только замереть на часик-другой, сливаясь с окружающей Тьмой, растворяясь в тишине, как появлялось это чувство.
Любопытство.
Скука.
Оно ужасно раздражало. Сегодня Зомзом чуть не сорвался и не перегрыз горло слуге, случайно вошедшему в комнаты короля мертвых, когда того не было на месте. Бедолага собирался разжечь камин или спросить, ничего ли не желает его темное величество. А в результате опрометью бросился прочь, натолкнувшись на пылающие яростью и голодом глаза Зомзома, который забыл надеть шляпу.
Теперь все вокруг звали его хозяина «темным величеством». Как будто сговорились. Хотя зомби знал: сам Рейв никогда не требовал ничего подобного.
И вот, потревоженный случайным визитом слуги, мертвец уже не смог успокоиться. Он вышел из покоев и направился по сумеречной нити, которая связывала его с господином. Мертвецу в замке совершенно нечего было делать. И он выбрал это направление, просто чтобы идти хоть куда-нибудь.
Впрочем, неприятный зуд мгновенно исчез, стоило проскользнуть во тьму коридора. Чувствительные глаза нежити прекрасно видели во мраке, и мертвец сознательно сторонился мест, освещенных факелами или магическими светильниками.
Он всматривался в серые камни, различая внутри них мельчайшие сумеречные проходы. Как вены огромного существа. Иногда он видел духов, запечатанных в той или иной стене.
Вот коридор в очередной раз повернул в сторону, а нить Тьмы, ведущая к хозяину, совсем ослабла. Рейв Эридан был где-то поблизости.
Зомзому не нужно было долго размышлять, чтобы понять, куда именно пошел сегодня вечером некромант. Это было крыло, где они раньше жили вместе с Ангелиной. И где теперь жила лишь она одна.
Однако, свернув за угол, мертвец остановился. Там, в десятке метров впереди, рядом с дверью, куда вела нить хозяина, кто-то стоял. Низкая квадратная и сгорбленная фигура. Словно маленький толстый монстр на колесах.
Женщина в инвалидной каталке.
Во все стороны от нее разило голодной Тьмой. Зомзом видел сильного некроманта, окруженного каким-то мощным защитным заклятием и одновременно проклятого на смерть.
Мертвец узнал ее, Ливию Рендан. Бывшую невесту погибшего короля Герхарда.
Женщина сидела вполоборота к нему и смотрела в комнату Ангелины через замочную скважину. Ее длинные волосы расстелились по выпуклой спине тусклыми коричневыми ошметками, как грязная пакля. Опухшее лицо было ужасным, почти потерявшим человеческий вид, но все же узнаваемым.
Герцогиня держала что-то в руках, то и дело запихивая в рот. Тонкий слух Зомзома донес до него мокрое склизкое чавканье.
Мертвец склонил голову набок в старом, еще при жизни заученном движении. Он не торопился приближаться к ведьме. Несмотря на ее очевидную болезненную слабость и на то, что в коридоре совсем никого кроме них не было, Зомзом не испытывал желания нападать. Инстинкты нежити подсказывали, что из них двоих хищником будет именно это искалеченное подобие человека, а не он.
И в тот момент, когда зомби уже решил отвернуться и погулять где-нибудь в другом месте, Ливия вдруг повернула голову, посмотрев прямо на него. Маленькие заплывшие глаза женщины зло сверкнули.
— А кто это у нас здесь? — проговорила она сухим сиплым голосом.
Внутри зомби раздался тревожный звонок. Громкий, предупреждающий.
Инстинкты мертвеца были гораздо мощнее человеческих. Но и они сработали слишком поздно.
Ливия развернула коляску и выставила перед собой скрюченную кисть, напоминающую куриную лапу. В тот же миг Тьма всколыхнулась, смертоносной лавиной направившись в сторону нежити.
Зомзом дернулся, испытав приступ ужаса, но не смог пошевелиться. Ни одна конечность не работала. Он словно превратился в марионетку. Куклу, у которой живы лишь глаза.
А затем женщина покатилась к нему. Заскрипели колеса. В тишине коридора тяжелое, натужное дыхание черной некромантки почти резало чувствительный слух зомби.
Под страхом смерти в мозгу мертвеца пал запрет хозяина: Зомзом больше не боялся убивать живых. Он чувствовал, как его собственная воля становится сильнее. Чувствовал, что вот теперь-то он легко и без проблем мог вонзить клыки в чью-нибудь тонкую шею. Разодрать когтями грудную клетку, добираясь до мягкого сердца. Он смотрел на Ливию, и даже ее болезнь не затуманивала голод.
Но он не мог двигаться.
— Что, не ожидал увидеть меня здесь? — прокаркала женщина, глядя на мертвого слугу снизу вверх. — Никто не ожидал. Немощная, смертельно проклятая герцогиня. Бесполезная и беспомощная. — И через мгновение кашлянула громко и звонко: — Как бы не так!
Но в тот же миг закрыла себе рот опухшей рукой и заозиралась по сторонам.
— А ты что здесь делаешь, маленький зомби? — продолжала она, склонив голову. — Вынюхиваешь что-то? И как прошла твоя ночь? Достаточно познавательно?
Она опустила руку в маленькую коробочку из серебра, достала оттуда жирного шевелящегося червяка и положила себе в рот.
Снова раздалось чавканье. Ведьма открывала пасть, и Зомзом видел черный язык, покрытый слизью.
— Да, ты сегодня достаточно узнал. Например, что якобы прикованная к постели герцогиня вовсе и не беспомощна, — продолжала она, посмеиваясь. — А знаешь, что узнала сегодня я? Ох, это было интересно. Оказывается, твой хозяин не так уж и бессмертен, да, мой мертвый друг? Он тебе рассказывал?
В этот момент она подняла руку и резко вонзила пальцы в грудь зомби.
Зомзом заурчал, но так и не смог ничего сказать. Он почувствовал, как незнакомая, давно забытая боль пронзает тело. Как Тьма, что создала его, начинает его же и разрушать.
Ему было страшно. Ужасно страшно умирать во второй раз. В этот момент в голове вспыхнули острые воспоминания. Ранящие, разъедающие. Как где-то в другой жизни на него прыгнул медведь. Как огромная лапа с когтями ударила его по груди. И все. Пустота.
— Мне никак не поквитаться с твоим хозяином, — прохрипела женщина, гадко улыбаясь. — Пока. Но на тебе я ведь могу отыграться, правда?
Зомзом почувствовал, как хрустят кости в его теле, ломаясь одна за другой. Пока он не упал на холодный пол грудой мяса.
Но это не доставляло боли, как того хотела злая некромантка. Тьма уже ушла из него, и вот-вот должна была уйти и жизнь. В эту секунду Зомзом вспомнил, как его звали.
Зомберт. Вот почему где-то глубоко внутри ему нравилось имя, данное хозяином. Рейв Эридан всегда чувствовал больше, чем другие. Знал то, чего не знали обычные люди.
Последняя мысль, проскользнувшая в голове, оставила щемящий след. Мертвецу было немного жаль, что он больше не увидит хозяина и его Ангелину. Но он вдруг почувствовал то, чего ему, оказывается, так не хватало.
— Хоть кто-то ответит за мои страдания, — прорычала Ливия, пропуская через тело мертвеца последний импульс, высасывающий магию.
Зомзом закрыл глаза. Он бы улыбнулся, если бы помнил как. Но это уже не имело никакого значения, как и слова Ливии.
То, чего он подсознательно ждал все последние недели, случилось. Зомберт наконец был свободен.

ГЛАВА 23

Ангелина  

Сегодня ночью он был не такой, как всегда. Молчаливый, горячий.
Мой Рейв.
Вчера я сняла кольцо, но он все-таки пришел. Загадочный, словно сбитый с толку какими-то одному ему известными мыслями. Но он был со мной.
И меня до сих пор бросает в жар, стоит вспомнить об этом.
Я так до конца и не поняла, кто был рядом со мной: «ночной» Рейв или «дневной». Или они оба. Но, похоже, мне это было не слишком-то интересно.
Однако я хотела бы знать кое-что другое. Хотела бы понять, что его терзает. Но увы. Утром, стоило поднять голову с подушки, стало ясно — он уже ушел. Простыня до сих пор пахла им. Хотелось укутаться в этот тонкий, еле уловимый аромат и не вставать с постели никогда-никогда.
Но мне слишком многое нужно было сделать. Совсем скоро должны начаться переговоры с королевским Советом. Я понятия не имела, что буду там делать, но чувствовала, что мне необходимо там быть.
Совсем недавно, ночью, Рейв сказал, что никогда не оттолкнет меня. Что бы ни произошло, если я буду настойчива, он не сможет отказать.
И он не отказал. Когда я попросила взять меня с собой на поле перед замком, то была почти уверена, что в ответ услышу «нет». Это же чистой воды сумасшествие. Там, на зеленом холме, выстроится вся армия Альденора. И нет никакой гарантии, что Совет не решится на подлость. Не захочет убить Рейва и всех, кто будет рядом с ним, не дожидаясь конца переговоров. Это разом закончит всю эту жестокую историю, включая еще не начавшуюся войну.
Но Рейв позволил мне быть с ним.
Мысль о том, что некромант и вправду никогда не оттолкнет меня, настолько сильно грела сердце, что внутри меня все полыхало нетерпением, радостью, восторгом.
Любовью.
Я старалась не думать о том, что он ничего не ответил мне, когда я призналась ему в своих чувствах. Пускай. Может быть, он еще не готов. Зачем торопить? Ведь я сказала о своей любви не ради того, чтобы надавить на него, а потому что хотела.
Потому что это было правдой.
Ближе к середине дня я почувствовала, что происходит нечто необычное. За окном на площади выстраивались десятки мертвецов. Их защищали стены Файрела, но я знала, что такое же, если не большее количество нежити находится за стенами.
Вокруг сновали живые воины. Кто-то отдавал приказы. Стрелки занимали позиции около бойниц. Наверх поднимались тяжелые бочки.
Бьельндевир, расправив крылья, кружил над замком.
В этот момент в мою дверь постучал слуга и с поклоном доложил:
— Госпожа Вальбур, его темное величество просит вас пройти во двор. Вы будете сопровождать его во время переговоров.
— Что, уже?! — воскликнула я, чем, очевидно, сильно напугала парня.
Он округлил глаза и неуверенно произнес:
— Ну… да. Передать, что вы не готовы?
— Нет-нет, я готова, — промямлила, приглаживая черное платье с красными кружевами на лифе и подоле. Мне казалось, что такая цветовая гамма под стать мероприятию, но, как оказалось чуть позже, я немного просчиталась.
Во дворе перед замком меня уже ждал Рейв. Как только я вышла из огромных дверей дворца, некромант оглядел меня с ног до головы, вызвав волну удушливого жара, и еле заметно улыбнулся. Учтиво поклонился, как особе дворянской крови, и протянул руку.
Я покраснела.
— Ты прекрасно выглядишь, дорогая невеста, — проговорил он вдруг, слишком резко напоминая мне о беззаботном прошлом, и сделал шаг вперед. Прямо в толпу мертвецов.
— Я все еще твоя невеста? — не смогла не спросить в ответ, оглядываясь по сторонам и замечая, как в метре от меня белесыми радужками вращает гуль, похрустывая твердыми как сталь длинными когтями. Как с другой стороны открывает огромную пасть и смотрит в небо драугр. Его высохшая кожа обтянула кости, а мутировавшая морда была настолько страшна, что хотелось кричать. Но я молчала. И только сильнее сжимала руку некроманта.
Рейв улыбнулся, не поворачивая головы.
— Не будь ты невестой, разве стала бы надевать мое обручальное кольцо?
И было невозможно понять, шутит он или говорит серьезно. С ним всегда было так.
— Оно неплохо смотрелось с цепочкой, — пожав плечами, так же невозмутимо ответила я.
Через пару минут мы вышли за массивные ворота Файрела. Подъемный мост со скрипом опустился, и нашим глазам предстало черное поле, полное солдат королевства.
Я резко выдохнула.
Плотные шеренги воинов стояли друг за другом насколько хватало взгляда. На солнце блестели зачарованные латы пехоты. Перебрасывались бликами кольчуги на вивернах. Поглощали свет перья грифонов. Пылали магией настоящие черные драконы. Дальше выстроились лучники, а еще дальше — маги.
Проклятье.
Мне стало страшно. А некромант спокойно вел меня вперед, словно там, вдали, посреди широкого пустого пространства нас ждали не четыре парламентера, готовых пустить в бой смертоносную армию, а несколько старых товарищей.
— Рейв… — выдохнула наконец я. — У нас как минимум в десять раз меньше воинов… Скажи мне, ты ведь не собираешься драться? Давай выслушаем их и вместе подумаем над тем, как заключить мир.
Король мертвых повернулся ко мне, и его губы дрогнули в хищной усмешке. А затем он молча покачал головой.
— Рейв, их больше! — воскликнула я.
— У них есть одно слабое место, малышка, — все-таки ответил он, сжав мою руку. — Оно их и погубит.
— Какое? — не удержалась я.
Некромант снова повернулся, и мрачная улыбка озарила его лицо.
— Они живы.
Больше я не знала, что сказать. Половина слов застряла в горле, а вторая растворялась на кончике языка, не успев сформироваться.
Я надеялась лишь на то, что, когда мы начнем переговоры, гениальная идея, как остановить кровопролитие, сама придет в голову.
Чем ближе мы подходили к четырем парламентерам, тем яснее видели, что с нами собирались говорить трое мужчин и некто, сидящий рядом в небольшом кресле.
В кресле-каталке…
— Ливия? — прошептала я, когда между нами осталось не больше тридцати метров.
И перевела испуганный взгляд на Рейва.
Его лицо казалось непроницаемой маской. И только брови зло сдвинулись на переносице.
— Ливия, — припечатал он холодным как сталь голосом.
Герцогиня Рендан сидела в коляске бок о бок с нашими врагами. И только одному отцу Тьмы было известно, что она там делала.
— Госпожа Вальбур, граф Эридан, — с поклоном поприветствовал нас мужчина среднего роста в полном боевом обмундировании.
Нагрудные пластины светились еле уловимым голубым светом, от легкого шлема вниз спускалась кольчуга, прикрывающая шею. Ее звенья были диковинным образом сплетены в руны эшгенрейского. Взгляд незнакомца казался острым и пронзительным. Я не могла даже предположить, что у него на уме.
— Мое имя — Ярош Тренвир, герцог Намирский, — с легким поклоном проговорил он. — Я наместник и престолохранитель Альденора на время, пока новый король официально не будет избран на престол.
Невозможно было не обратить внимания на чересчур пафосный тон мужчины: в нем слышалось несколько больше того, что он произносил. Я понятия не имела, достаточно ли благороден Ярош для престола. Но, судя по всему, герцог был уверен, что выберут именно его, и уже чувствовал себя настоящим королем.
— А это мои первые помощники, — продолжал он так, будто представлял нам вторых по важности особ в государстве после него.
Честно говоря, их имена я пропустила мимо ушей. И не в первый раз. Мне было вполне достаточно того, что они оба — верховные маги. Те самые, что прежде служили Герхарду Айрису.
Рейв кивнул.
— Мое имя — Рейв Эридан Кастро-Файрел, — начал он, очевидно, соблюдая какие-то правила этикета, — я истинный король Альденора, избранный и коронованный в шестьсот тридцать первом году от заточения отца Тьмы.
Его голос звучал как удар меча по металлу. Звонко и холодно. И от каждого слова меня пробирала дрожь, а наши соперники все сильнее мрачнели.
— А это моя невеста, госпожа Ангелина Вальбур.
— Рады приветствовать вас, — по очереди поклонились престолохранитель и оба мага, взглядами оценивая мое черное платье с алыми оборками. И мне показалось, что их поклоны были гораздо более низкими, чем те, которыми меня обычно награждали высокородные особы. Словно теперь они видели во мне больше, чем простую девушку без имени и родословной. Словно теперь я была чуть ли не в паре шагов от звания королевы.
Но ведь это не так?
Я невольно посмотрела на струящийся шелк юбки, пригладила вышивку по корсету… и алый цвет начал казаться мне кровавыми пятнами на фоне бесконечной Тьмы.
Мне не хотелось, чтобы они считали, будто я разделяю стремление Рейва к власти. Я ведь здесь не для того, чтобы поддерживать войну, а для того, чтобы ее предотвратить.
Конечно, во время любого конфликта я всегда буду на стороне некроманта, если это возможно. Но ничто не заставит меня потакать его смертоносным планам.
Но в эту самую секунду в голове вдруг вспыхнула мысль, оказавшаяся до боли соблазнительной. А что, если бы Рейв стал настоящим, признанным правителем Альденора? Разве я не мечтала бы стать его супругой? Каково это было бы, стать настоящей королевой мертвых?
— И господин Аспер Глейн, — продолжал Рейв, хвала богам, останавливая мои не к месту вспыхнувшие меркантильные фантазии.
Я повернула голову назад, кажется, впервые заметив, что все это время в паре шагов позади шел глава стражи в латных доспехах. В руках он держал длинный меч, в лезвии которого отражалось небо. Весь его вид говорил о том, что он готов вступить в бой в любой момент.
В этот момент Рейв закончил фразу, повергнув в шок не столько наших оппонентов, сколько самого Аспера:
— Господин Глейн — командир гарнизона Файрела и маршал королевства Альденор.
Я взглянула в изумленное лицо стражника, который явно не знал, что сказать. Судя по всему, новое назначение до него донесли впервые. Он тут же вытянулся по струнке, всем своим видом подтверждая, что готов служить новому королю исправно и с честью.
— Не рано ли вы раздаете должности, граф Эридан? — в этот момент с нажимом спросил Ярош, сделав ударение на слове «граф».
— Какой там «рано», помилуй отец Тьмы, — фыркнул Рейв, скривив губы в злой усмешке. — Уже полдень, обед скоро.
Герцог сжал зубы, явно намереваясь сказать что-то еще, но в последний момент останавливая себя.
— А вы, герцогиня Рендан, не хотите поздороваться? — вдруг спросил некромант, переведя взгляд на Ливию, которая все это время буравила нас маленькими заплывшими глазками.
— Нисколько, — проскрипела она в ответ, и я увидела, как задрожали ее напряженные пальцы-сосиски на подлокотниках кресла.
— Как невежливо, — покачал головой Рейв, обращаясь вновь к Ярошу. — Что же вы не представили нам свою спутницу? Я ее еле узнал, клянусь Черной смертью.
Последние слова прозвучали с такой издевкой, что стало неловко даже мне.
— Что вы здесь делаете, ваша светлость? — продолжал некромант, глядя теперь на женщину прищуренными глазами.
— Сбежала, — отрезала она. — Что, удивлены? Думали, от калеки на последнем издыхании и проблем не будет? Как бы не так!!!
Она приподнялась на руках над коляской, чтобы выкрикнуть это некроманту в лицо. Конечно, до лица было еще далеко, а Ливия в результате покачнулась и, едва не завалившись, упала обратно в кресло. Сухой кашель душил ее со страшной силой.
В тот же миг она достала из кармана какую-то серебристую коробочку, быстро открыла ее, вынула из копошащегося нутра склизкого рыжего червяка и положила себе в рот.
Раздалось громкое чавканье, во время которого мужчины напротив презрительно кривились, Рейв почти улыбался, а меня едва не вырвало.
— Зачем вы это едите? — выдавила я, чувствуя приступ тошноты.
— Что, противно, деточка? — склонила она голову набок.
А Рейв перебил готовые сорваться с ее уст злые слова.
— Ливия — сильный некромант, — проговорил он, странно улыбаясь, не добро, но и не зло, легко приковывая к себе всеобщее внимание. Впрочем, так было всегда: стоило только ему открыть рот, как все вокруг бросали дела, лишь бы послушать, поболтать, поспорить. Рейв Эридан, кроме очевидного могущества, обладал еще одним даром: харизмой лидера. — Кольчатые черви — единственные в своем роде носители редкого катализатора, способного остановить проклятие разложения. Более того, если употреблять их живыми, они могут и вовсе излечить проклятого, — продолжал мужчина, не сводя прищуренного, почти благосклонного взгляда с Ливии.
Я нахмурилась, совершенно не понимая, что происходит у него в голове.
— Я, как и Рейв, тоже очень рада, что вы поправляетесь, герцогиня Рендан, — ответила с вымученной улыбкой. — Хорошо, что вы нашли способ остановить болезнь.
В этот момент женщина откинула голову назад и вдруг раскатисто засмеялась. Даже ее спутники отшатнулись, неприятно хмурясь. А Ливия наконец умолкла и, хрипя, проговорила:
— О, твой женишок, несомненно, очень рад! Ведь раз я до сих пор не сдохла, можно продолжать питать моей Тьмой собственный анарель. Так, Рейв Эридан, король мертвых?
В этот момент она тяжело задышала, словно начала задыхаться.
Я изумленно посмотрела на некроманта, который сложил руки на груди, с улыбкой наблюдая за происходящим. Словно перед ним разворачивалось интересное театральное представление.
— Господа и дамы, мне кажется, сцена знакомства затянулась, — проговорил мрачно престолохранитель, тоже переводя взгляд с герцогини на некроманта и обратно.
Но Рейв резко поднял руку, с ухмылкой останавливая его.
— Осталось совсем чуть-чуть, герцог Тренвир. — Он все еще смотрел только на Ливию.
А женщина дышала все тяжелее, засовывая в рот червей одного за другим.
— Что, надоело жить, герцогиня? — мягко спросил он так, что у меня мурашки ужаса пробежали по спине.
— Что происходит, Рейв? — выдохнула я.
— А то, — воскликнула колдунья, плотно обхватывая подлокотники кресла, — что твой женишок меня проклял, запретив разговаривать. Запретив рассказывать об этом хоть кому-нибудь под страхом смерти. Но мне уже наплевать. Я и так почти труп!
— Ты проклял герцогиню? — шепотом спросила я, переведя неверящий взгляд на Рейва.
Не могло же это быть правдой. Или могло?
А некромант в ответ… пожал плечами.
— Мне уже наплевать, — повторила Ливия, закашливаясь. Сиплое дыхание превратилось в хрипы. Из уголка рта потекла струйка крови. Но она смотрела на Рейва уверенными темными глазами, полными смертельной ярости, словно вот-вот собиралась сотворить нечто ужасное.
Я не знала, где правда. Зачем Рейв проклял ее и проклинал ли вообще. Но если это и так, вероятно, на то были свои причины.
Сердце сжало от щемящего страха. Мне хотелось предупредить некроманта. Сказать, чтобы отошел подальше. Ведь эта женщина опасна. От нее веяло таким густым мраком, что становилось холодно. Грудь сковывало ужасом, леденило кровь.
— Совет знает, что смерть короля мертвых находится в сосуде на груди костяного дракона, — каркала Ливия, и Рейв с каждой секундой становился все мрачнее.
Ведьма подняла опухший палец вверх, указывая на огромную нежить, что парила над замком, распахнув широкие крылья. Все присутствующие невольно повернули головы, вглядываясь в костяного монстра, в его грудную клетку, внутри которой отчетливо виднелось пульсирующее алым маленькое сердце.
— А значит, дело за малым, так ведь? — захрипела женщина и вдруг перевела взгляд на меня.
Время будто замедлилось. Я видела, как глаза некроманта вспыхнули ужасом, он дернулся в сторону. Уже протянул руку, которая должна была вот-вот коснуться меня, прижать к нему. Но в этот миг Ливия Рендан выбросила вперед скрюченную кисть. В ней мелькнуло что-то темное и тонкое.
А затем стало оглушающе больно. Я опустила взгляд и увидела торчащий из груди длинный черный осколок. Со всех сторон его окружала Тьма. Она клубилась и истекала туманом. Тьма и была этим осколком.
Через несколько мгновений черный шип совсем исчез, оставив в корсете маленькое отверстие, от которого во все стороны стремительно растекалось мокрое пятно.
— Хорошо, что на черном платье не видно крови, — прошептала я, подняв растерянный взгляд на Рейва и наблюдая, как его лицо превращается в маску ужаса. — Было бы так некрасиво…

Рейв  

Весь последний день ураганом пронесся перед глазами некроманта. Он видел себя, выходящим из комнаты Ангелины. Видел разбитое зелье. Искалеченный труп Зомзома, спрятанный за лестничным пролетом.
В тот момент некромант не нашел времени искать убийцу. Он приказал отнести зомби в свою лабораторию, пообещав себе найти дерзкого мага, что решил так глупо пошутить с его личным слугой.
И вот теперь пазл собрался воедино. Этим дерзким магом была Ливия Рендан. Она оказалась гораздо более серьезным противником, чем он думал. Женщина не только смогла оттянуть действие проклятия, со временем у нее получилось бы и полностью его нейтрализовать. Уже сейчас Рейв видел: она прекрасно разговаривала и даже могла уже привстать на ноги. Это было достойно восхищения. Рейв всегда уважал силу духа.
Однако Ливия не хотела жить. В ее планы входило несколько другое. Месть. И это стремление тоже было вполне обосновано. Прежний человеческий облик женщине было никогда не вернуть. Даже если проклятие исчезнет, серьезных физических повреждений не избежать. Герцогиня останется чудовищем на всю жизнь.
И она выбрала иной исход. Выдав правду о том, что заколдовал ее именно Рейв, она активировала проклятие, мгновенно убивая себя. И утаскивая вместе с собой в могилу Ангелину.
Его Ангелину.
Ливия била без промаха. Отличный ход. Шахматная вилка. Некромант уважал такие приемы, если только они не были направлены против него. Женщина явно знала, что Бьельндевир завязан на девушке. И одним ударом лишала Рейва самого ценного. Или дракона, или возлюбленной. А может, и того, и другого.
Некромант задержал дыхание, чувствуя, что в груди что-то рвется.
Любил ли он Ангелину?
Ответ застыл на кончике языка. Этот ответ всегда был там, внутри него. Оставалось лишь достать его наружу, из глубины черных вод души.
Мужчина подхватил падающую девушку, сжимая ее тело в объятиях, сминая оборки платья. Чувствуя, что его руки начинают дрожать. От бессилия. Слабости. Желания кричать.
Но он не мог себе этого позволить.
Он. Король мертвых.
— Мы не хотели этого, — неожиданно прошептал один из вражеских магов. Шон Делори, бывший королевский друид. Упал на колени рядом с ним и Ангелиной, положив руку на ее грудь.
Рейв пересилил мгновенно вспыхнувшее желание отбросить эту руку и ударить мужчину. Но из пальцев друида полился мягкий зеленоватый свет, и, сжав зубы, некромант заставил себя успокоиться, насколько это было возможно.
Однако события продолжали быстро разворачиваться.
— Увы… — прошептал друид, закрыв глаза. — Я не могу ее вылечить. Магический удар слишком большой силы. Она умирает.
Рейв стиснул зубы.
— Мы действительно не хотели вреда вашей невесте, — холодно произнес Ярош Тренвир, глядя на Рейва сверху вниз. — Девушка ни в чем не виновата. Но ничего уже не поделать. Будет глупо не воспользоваться неожиданной помощью герцогини Рендан. Пусть Сумерки будут благосклонны к ней.
Некромант поднял взгляд на престолохранителя, прекрасно понимая, что тот имеет в виду.
— Начать атаку! — крикнул Ярош и, достав из-за пояса небольшой золотой рог, протрубил сигнал.
Война началась.
Королевские войска, казалось, застилающие собой горизонт, зашевелились, превращаясь в огромный взбудораженный муравейник. Заскрипели деревянные катапульты, готовясь нанести удар по замковым стенам. Лучники натянули тетивы и выпустили первые стрелы. Острые маленькие древки взвились в воздухе, как свистящие насекомые, жалящие насмерть. Всколыхнулась Тьма, послушная вражеским магам. Она густела, превращалась в сумеречный туман, который должен был скрывать атакующих.
Ярош Тренвир вытащил меч из ножен.
Рейву казалось, будто мир замер, а время остановилось. Все происходило неестественно медленно. А может, это остановилось его собственное сердце.
Неторопливо, словно сквозь густую смолу, закрылись его глаза, глядящие на умирающую Ангелину. И открылись вновь.
Девушка едва дышала. «Шип мертвеца» — так называлось заклятие, которым Ливия ударила ее. Как правило, последствия этой магии можно было довольно легко устранить. Но, к сожалению, она работала таким образом, что простенькое волшебство становилось тем сильнее, чем больше собственной жизни вкладывал в него некромант.
Рейв вспоминал свои юношеские годы, когда, будучи подмастерьем сильного колдуна, он перебрасывался этим заклятием с товарищами. Невинная шутка. Шалость.
Но Ливия отдала все свои оставшиеся жизненные силы, сделав заклятие смертельным. И теперь перед некромантом встал не такой уж сложный выбор.
Бьельндевир слабел. С каждой секундой выходил из-под контроля. Его животная ярость, присущая нежити, могла в любой момент вырваться на свободу. Сам дух Бьельна никогда не был агрессивным. Но мертвая плоть неизбежно превращает существо в машину для убийства. В вечно голодного монстра. И лишь призыв некроманта заставляет нежить держать себя в руках.
Теперь же, с угасанием Ангелины, заклятие рушилось.
Как только Ярош произнес последнюю фразу, все эти мысли пронеслись в голове короля мертвых со скоростью кометы. Рейв резко поднял руку вверх, мысленно заклиная Тьму.
Земля задрожала.
Он использовал последние резервы. Все, чем обладал когда-либо, все, что осталось ему доступно после семисотлетнего сна.
Тучи над головами двух армий набрякли густым мраком. Но это были не дождевые облака. Это была Тьма.
Длинные пальцы сомкнулись в кулак, и серое небо разорвала молния.
— Бьельн! — крикнул Рейв, и его голос пронесся над всем полем, заставляя на миг замереть войска Совета. А зомби, стоявшие вокруг стены за неимением места внутри крепости, распахнули гниющие рты, повторяя клич хозяина. Их глаза вспыхнули алым, и они двинулись вперед.
Бьельндевир услышал призыв мгновенно. Он сменил траекторию полета, спикировав на первые ряды нападающих, уже приближавшихся к Рейву. Недалеко от земли огромная пасть распахнулась, и зеленое пламя вырвалось из костяного горла, паля головы пехоты и тварей Лихих лесов, подконтрольных друидам.
Раздались крики ужаса и боли. Люди падали на землю кровавой жижей, заживо превращаясь в грязь.
Огромное количество эманаций смерти ринулось в анарель Рейва. Он резко вздохнул, не сводя взгляда с бледнеющей девушки у себя на руках.
Проклятье… Все было как прежде. Все, как он любил. Чужие смерти давали приток магии, позволяя поднять все больше мертвецов, делая подконтрольных ему зомби сильнее и выносливее. Он мог вести эту войну бесконечно. А враг не понимал, что чем дольше длится битва, тем сильнее он становится.
Но не сегодня. Сегодня все пошло не так. Потому что и сотен тысяч смертей не хватит, чтобы оживить его Ангелину.
— Малышка… — прошептал он, проведя окровавленной рукой по серебристо-стальным волосам. — Что же я наделал? Зачем позволил тебе?..
Над их головами уже вырос полог Тьмы, непроницаемый для стрел и вражеской магии.
— Надо отходить в замок, ваше темнейшество! — крикнул из-за спины Глейн, звякнув доспехами. Он сделал несколько шагов вперед и отразил удар престолохранителя, который явно все еще намеревался собственноручно убить Рейва.
Маги, что были рядом с ним, не стали действовать так же агрессивно и уже пятились назад, к своей армии. Похоже, они не желали находиться так близко от того, кто способен управлять тысячами мертвецов.
Маги всегда были умнее простых воинов. За это Рейв их и уважал. Но сейчас некроманту не было до них дела. Он поднял голову вверх, последний раз вглядываясь в глаза приземлившегося неподалеку Бьельндевира, рассматривая его широкие крылья, кровавый виал у него в груди.
Это была их последняя встреча.
Однако тут как нельзя кстати появился Ульфрик Айрис. Странно, но на этот раз Рейв его не видел. Лишь слышал злой, полный яда голос:
— Забудь об Ангелине! Пока она жива, высоси из нее остатки магии! Еще есть время. Сделай это, Тьма забери тебя! Она все равно не жилец. Убей ее и уничтожь их всех. Всех тех, кто посмел встать у тебя на пути. Кто посмел бросить вызов Рейву Эридану. Будь тем, кого я убил! Будь королем мертвых, а не бесславным слабаком, которого уничтожила смерть соплячки!
Некромант покачал головой, снова взглянув на Бьельндевира, который схватил зубами попытавшегося напасть на него грифона и поднял высоко над землей, перекусывая тому позвоночник.
— Ко мне, Бьельн! — крикнул он, выбросив вперед волну Тьмы.
Дракон сложил крылья и на лапах подошел к некроманту. Его глаза, в которых клубился мрак, то и дело вспыхивали алым голодом. Мужчина знал, что зверю трудно справиться с собой. Но он старался.
— Прости, друг, — прошептал некромант и сорвал с руки цепочку черепов. Алые глазницы снова призывно сверкнули. — Het fastereb…
Слова эшгенрейского сорвались с губ, мгновенно ломая заклятие подчинения высшей нежити. Бьельндевир больше не был связан ни с ним, ни с Ангелиной.
Огромное чудовище распахнуло пасть и громко закричало. Страшный рев разорвал окрестности, застывая в распахнутых глазах воинов, леденя сердца всех живых.
Кровавая пелена заволокла взор высшей нежити, которой больше никто не управлял.
Это был уже не тот Бьельн, которого некромант знал всю свою жизнь. Это была высшая нежить, невероятно сильная и невероятно голодная.
— Прости, — еще раз сказал мужчина, создавая призрачную удавку и накидывая ее на шею дракону.
Одно движение, и огромный монстр склонил голову, скрипя костями.
Бьельндевир рычал, издавая звуки, напоминающие гул проклятой Бездны. Никто не смел приблизиться к ним в этот момент. Ни воины вражеской армии, ни зомби, подконтрольные самому Рейву. Лишь Ангелина беззвучно истекала кровью рядом, и командир гарнизона Глейн дрался с престолохранителем Тренвиром. Остальные словно ждали исхода этой маленькой катастрофы, развернувшейся под защитным пологом Тьмы короля мертвых.
Рейв знал, что после разрыва связи костяной дракон ослаб. Но он не мог ждать, пока нежить наберет силу существовать самостоятельно. Для этого не было времени. Сердце Ангелины отсчитывало последние удары. И некромант лишь надеялся, что успеет.
Как только шея Бьельндевира оказалась достаточно близко, Рейв быстрым движением скользнул под огромную голову, беспорядочно смыкающую челюсти то слева, то справа от него, просунул руку сквозь грудную клетку монстра. Кости легко пропустили кисть мужчины. Рейв сомкнул пальцы на пульсирующем алом сердце и с силой вырвал его из груди чудовища.
В ту же секунду дракон рассыпался в прах. Лишь напоследок из его глаз исчез темный кровавый голод, на миг вернув взгляду древнего существа осмысленность.
«Спасибо», — раздалось в голове некроманта, и налетевший ветер развеял костяную пыль.
Рейв не давал себе передышки. Ливия Рендан поставила его в ситуацию, выход из которой означал гарантированно потерять что-то очень важное: либо свое бессмертие и костяного дракона, либо Ангелину.
Никогда еще выбор не был таким простым.
Упав на колени перед девушкой, некромант вынул старую, почти рассохшуюся пробку из виала крови. Жидкость внутри давно изменила цвет с рубинового на темно-фиолетовый, но она не могла поменять своих свойств. Он осторожно приподнял голову Ангелины, чувствуя, как его трясет изнутри. Он никогда не видел ее настолько бледной. Даже когда ее чуть не убило проклятие. Даже когда она задыхалась без лекарства от приступа своей болезни.
И это огромное мокрое пятно на ее груди. Его было едва видно, но стоило присмотреться, как внутри все холодело. И в голове билась лишь одна мысль: «Только бы успеть, отец Тьмы, только бы успеть…»
Стиснув зубы, Рейв влил в рот Ангелины содержимое бутылочки. То, что сохраняло ему самому жизнь все эти семь сотен лет. То, что делало его почти бессмертным.
Секунда, другая. Время потекло оглушительно медленно. Если еще мгновение назад что-то гремело и взрывалось поблизости, то теперь на мир будто упала ватная тишина. Рейв не видел ничего вокруг. Только узкое, смертельно бледное лицо некромантки с золотой кровью. Некромантки, которая украла его сердце.
— Это я виноват, — прошептал он еле заметно укачивая неподвижную девушку на руках и больше не глядя на нее, не приходящую в сознание. — Я виноват, что Ливия Рендан стала такой. Я виноват, что она захотела отомстить. Прости меня, малышка.
Но Ангелина не отвечала, становясь все более холодной и неподвижной.
Рейв закрыл глаза, которые резало, словно стеклянной крошкой. Горло саднило, а грудь рвал едва сдерживаемый крик.
— Прости меня, — выдохнул он, сквозь зубы, прижимая ее сильнее. Видя краем глаза, что где-то вдали, далеко-далеко в другой вселенной, войска Совета все ближе подходят к стенам Файрела, тесня зомби.
К нему и Ангелине никто не приближался. Полог Тьмы надежно скрывал их обоих. Каждый, кто подошел бы достаточно близко, должен был рассыпаться в прах.
— Ваше темнейшество, надо уходить, — тихо проговорил над ухом Глейн и положил руку ему на плечо.
С сочувствием.
Рейв дернулся, сбрасывая кисть с яростью. Сдерживая себя, чтобы не убить наглеца на месте.
«Он всего лишь хочет как лучше. Он всего лишь думает, что Ангелина мертва…»
— Пошел прочь, — рявкнул некромант, глубоко вздохнув. Безуспешно пытаясь успокоиться.
Аспер Глейн благоразумно отошел на пару шагов, не беспокоя больше повелителя. С герцогом Тренвиром он уже покончил.
Рейву некогда было думать о том, почему престолохранитель так подставился под удар и кто теперь возглавляет атаку на Файрел. Не хотел он думать и о том, что будет дальше и с каким врагом ему предстоит сражаться.
Ему впервые в жизни было плевать.
Он провел рукой по серебристо-стальным волосам, которые словно потускнели. Коснулся рукой окровавленной груди и не услышал больше биения женского сердца.
— Ангелина, — проговорил он, не узнавая собственного охрипшего голоса. — Прости меня, Ангелина. Прости, что не сказал, когда было время. Я тоже люблю тебя, малышка…
Он закрыл глаза с одним-единственным желанием — больше никогда их не открывать. Каждую секунду внутри него что-то сгорало, превращаясь в пепел.
— Ну так бы и сразу, — раздался вдруг слабый голос, и некромант не поверил своим ушам.
Он задержал дыхание, боясь пошевелиться. Боясь открыть глаза. А когда наконец сделал это, увидел напротив светлое лицо с еле уловимым оттенком румянца. И улыбку, которую он не думал больше увидеть.
— Ангелина, — выдохнул он, прижимая ее к себе, зарываясь пальцами в волосах, снова вдыхая ее сладкий дурманящий запах. Настоящий, живой. — Ангелина…
У него не было слов, чтобы выразить переполнявшие его чувства — радость, удивление, неверие, восторг, эйфорию, снова неверие.
И любовь.
Он целовал ее лицо, глаза, щеки, уголки смеющихся губ. Снова прижимал к себе, боясь, что она вновь может исчезнуть.
А она улыбалась и отвечала на его поцелуи.
— Ну что ты, — проговорила она наконец, беря его лицо в свои маленькие ладошки. — Перестань, я живая. Не знаю, что ты сделал, некромант, но, похоже, ты умеешь управлять не только смертью, но и жизнью.
А потом она вдруг нахмурилась и быстро оттянула поврежденный корсет, заглядывая под него.
— Ты же не превратил меня в нежить? — выпалила она, дотрагиваясь до груди, раны на которой больше не было. Остались лишь пятна крови, но даже кожа на месте повреждения была целой.
— Малышка, если ты еще раз так сделаешь, я продемонстрирую всем войскам Совета и гарнизону Файрела, насколько ты живая, — с улыбкой ответил он, оправляя ткань платья, под которым так явно выступала ее полная высокая грудь. — Или ты сделаешь это сама, когда будешь сладко стонать от удовольствия.
Ангелина притворно закатила глаза.
— Да вы развратник, граф Эридан, — усмехнулась она. — Но я, так и быть, вас прощаю. Только в следующий ра…
— Выходи за меня замуж, — перебил он, широко улыбаясь и вставая на одно колено. — Кольцо рода Эриданов уже на тебе, так что осталось лишь согласиться.
Он приподнял ее руку, на которой сверкал перстень с крупным рубином, и поцеловал.
Ангелина широко раскрыла глаза, кажется, не веря, что слышит это. Ее губы слегка распахнулись, а дыхание застряло в горле.
— Дыши, малышка, тебе надо произнести всего две буквы, — весело приподнял брови Рейв. — И если ты мне откажешь, клянусь, я за себя не отвечаю.
Тогда она закрыла рот и прищурилась. Затем осмотрелась по сторонам и мрачно выдохнула:
— Может быть, я покажусь сейчас круглой идиоткой. Но, Рейв Эридан Кастро-Файрел, я официально заявляю, что выйду за тебя замуж только при одном условии.
Некромант удивленно приподнял брови:
— Скажи с каким, моя королева.
Ангелина смущенно улыбнулась, но не дала сбить себя с толку.
— Ты должен остановить эту битву. Прямо сейчас. Ты это начал, тебе и заканчивать.
Рейв поджал губы, задумчиво потирая одной рукой подбородок, а второй продолжая держать кисть Ангелины.
— Хм… бой уже начался. Совет продолжает атаку, несмотря на гибель престолохранителя, — размышлял он. — Полагаю, либо они не знают об этом, либо в роли верховного главнокомандующего выступает кто-то другой. Но… — Он сделал небольшую паузу, а потом улыбнулся и подмигнул девушке. — Но у меня есть план.
Он щелкнул пальцами, и полог Тьмы над ними развеялся туманом.
— Ваше темнейшество, это опасно, — тут же бросил Глейн, все это время державшийся на почтительном расстоянии. — Стрелы, магия, летающие твари. Мы можем просто не дойти до крепостных стен.
Он нервно посмотрел в одну сторону, потом в другую. Кругом шел бой. Войска Совета кромсали мертвецов, уже приближаясь к стенам Файрела. Совсем скоро они начнут штурм.
— Мы успеем, — кивнул некромант. Взял девушку за руку, прикрыл своей спиной и повел вперед, к воротам.
— Но что ты собрался сделать? — спросила она, оглушенная звуками боя, которых не было слышно прежде благодаря защитному куполу.
— Не знаю, почему мне раньше это не приходило в голову. Я планировал вести оборону замка высшей нежитью. С такими сильными защитниками мы могли бы выдержать и отбить натиск любой, даже более многочисленной армии. Но это все ни к чему. — Некромант улыбнулся. — Мы остановим бой и заставим врага капитулировать. Для этого всего лишь нужно его как следует напугать.
— Но что именно вы намерены делать? — нахмурился Аспер Глейн, двигающийся позади них и прикрывающий таким образом тылы.
— Все просто. Нужно сыграть Ноктюрн смерти.
— Что? — одновременно спросили Ангелина и командир стражи.
— Но ведь здесь нет ни пианино, ни органа, ничего! Да и времени нет, — резонно заметила девушка.
— Его будем исполнять не мы, — ответил вдруг некромант.
— А кто?
— Мертвые, — проговорил он совершенно без улыбки. — На самом деле много лет назад не я придумал эту мелодию. Однажды, когда мне было около пятнадцати лет, я упал в пруд и почти утонул. У меня остановилось сердце, а легкие были полны воды. Но что-то удерживало во мне жизнь. Возможно, Тьма, которая уже тогда струилась по моим венам.
Некромант рассказывал историю, одновременно все быстрее ведя Ангелину вперед. Ему нужно было оказаться поближе к воротам, чтобы приказать страже с другой стороны открыть их и поднять мост. Нужно было позволить мертвым, что оставались внутри, выйти.
— Я увидел трупы, которые лежали на дне пруда. И моя смерть оживила их, — продолжал мужчина. — Они смотрели пустыми глазницами, поворачивали ко мне лица, обглоданные рыбами. А затем начали петь. Открывали черные провалы ртов и пели, как будто приветствуя меня в мире мертвых. В тот же миг пруд наполнили духи всех тех, кто когда-либо умирал поблизости от этого места. Там стало не протолкнуться от нежити. Одной из них оказалась моя давно умершая мать… Она и вынесла меня на берег, откачав воду из легких. А я навсегда запомнил эту мелодию.
Некоторое время Ангелина молчала. Рейв не без усмешки заметил, что, похоже, напугал даже Аспера Глейна. Командир шел рядом нахмурившись и бросая на него нервные взгляды.
— Все в порядке. Это было давно. — Некромант попытался сгладить впечатление.
— Но зачем ты собираешься снова заставить мертвых петь? — удивилась Ангелина. — И, главное, как?
Рейв хитро прищурился.
— Если я все правильно предполагаю, зачем — ты увидишь сама. А вот как… — Он усмехнулся. — Первый раз мне нужно было для этого умереть. Но в этот раз я планирую просто приказать. — И, поймав удивленный женский взгляд, весело добавил: — Разве я не король мертвых?
Девушка улыбнулась, сжимая его руку. И в этот момент мужчина понял, что ему ничего в жизни больше не нужно. Лишь бы она вот так касалась его, смотрела в глаза и улыбалась. Ради этого не страшно и умереть. А уж остановить войну или исполнить ноктюрн — вообще сущие пустяки.
Они наконец подошли к крепостным воротам, и Рейв крикнул, с помощью магии перекрывая шум боя:
— Открывать!
Заскрипели механизмы, тяжелые створки пришли в движение. Некромант повернулся к Ангелине, убирая прикушенную ею прядь волос из ее рта.
— Скоро все закончится, малышка. И уж тогда ты не отвертишься от свадьбы.
Она улыбнулась в ответ.
— Я и не собиралась…
И вдруг произошло непредвиденное.
Глаза девушки наполнились ужасом, лицо побелело. Рейв не сразу понял почему, сперва решив, что виал крови все же подействовал не до конца. Потом боковым зрением увидел, как командир гарнизона рванул к нему и резко развернул на себя. Некромант не успел возмутиться и оттолкнуть его, как заметил торчащий у себя из груди наконечник стрелы.
Несколько мгновений понимание происходящего так и не приходило. Только звуки вокруг становились все более ватными. А еще с каждой секундой усиливалась боль. Страшная, резкая, разъедающая.
— Рейв! — крикнула Ангелина, поднимая к нему дрожащие руки и не зная, что предпринять. По ее красивому лицу потекли слезы.
Глейн бросил быстрый взгляд на рану. Густые брови сдвинулись на переносице.
— Наконечник вышел. Повезло. Сможем вынуть стрелу. Обопритесь на меня, ваше темнейшество. До замка пара шагов.
В этот момент за спиной раздался громкий женский крик:
— Потаскуха! Как ты посмела лечь под этого полумертвого ублюдка?!
Втроем они одновременно повернули головы назад. Рейв чувствовал, как немеет грудь, как пальцы теряют чувствительность. Дышать стало слишком тяжело. Кажется, стрела пробила легкое.
Позади них стояла женщина в полном боевом обмундировании. У нее были длинные, стального цвета волосы, убранные в косу. И безумно знакомое лицо, хотя некромант был уверен, что видит ее впервые. Она сидела верхом на виверне, а в руках держала зачарованный лук.
— Герцогиня Мирия Клариан Кастро-Аркс? — удивленно выдохнул командир гарнизона.
— Моя мама? — не поверила своим ушам девушка.
Удар сердца, еще один. Рейв закрыл глаза.
— Надо уходить, ваше темнейшество! — рявкнул Аспер Глейн.
Но некромант уже ничего не видел вокруг. Только бледное лицо Ангелины, расчерченное дорожками слез.
Он поднял руку и стер одну. Хотел попросить ее, чтобы не плакала. С ним ничего не случится, ведь он бессмертен, пока цел виал крови.
Но ничего не сказал, потому что с ростом холода в груди пришло осознание безысходности положения: виала больше нет.
А в следующую секунду мир померк.

ГЛАВА 24

Ангелина  

Тьма и Сумерки, как это могло случиться? Почему это произошло?!
— Герцогиня Мирия Клариан выбилась из основных рядов армии и поскакала через ряды наших зомби на свой страх и риск, — мрачно ответил Глейн, неуверенно обнажая меч.
Кажется, последний вопрос я задала вслух. А командир стражи, храбрый мужчина, все это время прикрывавший наши тылы, теперь не знал, как ему быть. Как поднять оружие на женщину, которую прежде клялся защищать. На родную сестру Герхарда Айриса, принцессу Альденора.
А еще — на любовницу своего родного брата и мою мать. Но вряд ли это кому-нибудь известно.
— И все это ради того, чтоб убить Рейва? — выдавила я, с трудом помогая Глейну удерживать некроманта на ногах.
Король мертвых потерял сознание, и я на себе смогла ощутить, насколько он тяжелый. Хотелось пошутить — мол, по нему и не скажешь, что даже вдвоем его трудно удержать. Мол, интересно, это из-за мышц или тщательно спрятанного под рубашкой жирка? Хотелось говорить что угодно, лишь бы не думать о сквозной ране в его груди. Неужели всего каких-нибудь полчаса назад, когда умирала я, он испытывал такие же чувства? Проклятье, Рейв, у меня нет еще одного виала крови!
— Ничего, с ним все будет в порядке, — бубнила я себе под нос. — Все будет в порядке, правда?
— Конечно, — твердо кивнул Глейн, перехватывая Рейва поудобнее. — Нам только надо донести его до замка. А там лекари и друиды сделают свое дело. — Он натянуто усмехнулся. — И не такие раны залечивали. У меня однажды знаете что…
— Хватит болтать! — рявкнула герцогиня. — Никто из вас троих не покинет этого поля!
Я посмотрела по сторонам и внезапно осознала происходящее. Вокруг дралась за нас бесчисленная армия зомби. Отовсюду доносились их сумеречное рычание, вой и скрежет зубов. Было слышно, как лязгают когти по доспехам врагов. Все это происходило в какой-нибудь паре десятков метров. Но здесь, рядом, не было никого, кто мог бы помочь. Только я, бесчувственный Рейв и Глейн против вооруженной воительницы и пятерки стражей, молчаливо стоящих за ее спиной.
— Они просто убьют нас, и битва закончится, — шепнула я Глейну, заставив того еще сильнее нахмуриться.
А потом я бросила взгляд на Рейва, которому подставила свое плечо. Его голова упала на грудь, густые черные волосы закрыли лицо. Казалось, что он уснул. Только наконечник стрелы, торчащий из груди, был красноречивее слов.
Слезы начали наворачиваться на глаза. Я на миг опустила веки. За ними тут же вспыхнул веселый и любящий взгляд некроманта, обращенный ко мне всего пару минут назад.
Целую вечность назад.
Сегодня впервые за долгое время я наконец увидела в нем того Рейва, что приходил ко мне по ночам. Словно он соединился со своей доброй, светлой половиной. Словно снова стал тем беззаботным и веселым мужчиной, с которым я ночевала в медвежьей берлоге, покупала наряды в лучшем магазине Ихордаррина и который учил меня верховой езде на шельмугре. Как будто и впрямь его предложение жениться что-то изменило. Но что именно?
— Добейте их, — приказала герцогиня в эту минуту. — Добейте всех троих!
Я стиснула челюсти, прогоняя предательские слезы. Сейчас не до истерик. Времени предаваться унынию тоже нет.
— Как же так? — выдавила через силу. — Вы же моя…
Слова застревали в глотке и больно ранили, как скорлупа каштана.
— Мать? — выплюнула Мирия, заставляя Глейна рядом удивленно переводить взгляд с меня на нее и обратно. — Какая ты дочь мне? По твоей милости умер брат! Твой мерзкий любовник убил моего Герхарда!!!
Столько яда было в ее голосе, но я все же слышала за ним боль. Она любила его. Своего брата и короля.
— Это вышло случайно, — попыталась оправдаться я, одновременно отвлекая ее внимание.
— Продолжайте, — шепнул Глейн, склонив голову. — Ворота открываются, скоро здесь будет подмога.
— Рейв не убивал его величество, это сделал призрак, — говорила я, надеясь, что слуги матери не станут так быстро претворять ее приказ в жизнь. Они и впрямь стояли неподвижно, будто ожидая окончания разговора.
Герцогиня фыркнула:
— Какая чушь! Эридан с самого начала планировал переворот. И ты, тварь, была на его стороне. Нужно было придушить тебя еще в младенчестве, как Гер и говорил!
— Но… — Я не нашлась, что ответить. Подавилась собственным дыханием.
— «Но, но…» — передразнила она, а затем, повернувшись к своим охранникам, рявкнула: — Чего встали? А ну, убейте их!
В этот момент Глейн дернулся и начал отпускать Рейва, перехватывая меч покрепче.
— Госпожа Вальбур, идите в сторону крепости, я постараюсь их отвлечь. Оставьте его темнейшество здесь. С ним вам не дойти.
В голосе его было столько отчаяния и мрачной решимости, что меня вдруг проняло до костей осознание: если я сейчас уйду, они все умрут. И Глейн, и Рейв. А без Рейва мне нет больше жизни. Он — моя жизнь.
— Нет, — жестко ответила я, осторожно укладывая некроманта на траву — без чьей-либо помощи мне все равно было его не удержать. — Я не уйду.
— Не глупите, госпожа…
— Нет! — рявкнула я, ища хоть что-нибудь, чем можно было бы драться.
Злая ярость пополам с бессилием испаряла кровь в венах, клокотала в груди, желая выплеснуться наружу.
Отомстить за все.
Сперва Герхард, отец. Теперь Мирия. Мать. Никто из них не любил меня и никогда не полюбил бы. Хрустальный замок, который я строила с детства, с грохотом рушился, рассыпая осколки вокруг. Но мне уже было не больно. И не было до них никакого дела. Меня давно ждал другой замок. Твердый, прочный, безопасный. Черный замок Рейва Эридана Кастро-Файрела. Короля Альденора.
В этот момент я поняла, что больше не хочу ратовать за перемирие. Не хочу, чтобы на троне сидел кто-то, кроме моего Рейва, потому что только он заслужил быть настоящим королем. Герхард был плохим правителем, а его сестра — отвратительной принцессой.
В этот момент что-то произошло. Словно тяжелый груз упал с плеч. Словно я освободилась от чего-то темного и неприятного, что преследовало меня слишком долго.
Вот тогда я вдруг почувствовала, что цепь у меня на шее накалилась. Одним резким движением я сорвала ее и с изумлением заметила горящие кровью глазницы маленьких черепов. Они отзывались в такт моему гневу, резонировали с эмоциями, впитывали их и поддерживали. В горячем металле пульсировала сила, которая послушно втекала в мои вены, желая услышать заветный приказ. Выплеснуться магией, превратиться в смертельное заклинание.
А я не знала, что делать. Рейв умирал внизу, на траве, а я представления не имела, как ему помочь, потому что скоро и сама должна была последовать за ним.
Что будет с мертвецами, когда погибнет их создатель? Возможно, здесь начнется еще более кровавый хаос, чем сейчас.
— Рейв… — прошептала я сдавленно, в исступлении сжимая горячую цепь, — за что же ты меня покинул?..
Откуда-то со стороны раздались крики ужаса. Я обернулась назад и увидела, что ворота наконец открылись, а подъемный мост полностью опустился. Теперь по нему медленно выползали наружу толпы измененной нежити. Страшной, сильной, опасной. Даже отсюда было видно, как сверкают голодом их пустые глазницы. Как щелкают в пустоте зубастые рты.
Но мертвецы не спешили нападать. Не было более никого, кто мог бы отдать им приказ.
Меня начала накрывать паника. Я закрыла глаза и медленно, с усилием выдохнула.
Руки дрожали. Цепь в ладони дергалась, еле слышно гремя звеньями.
И вдруг за опущенными веками я увидела нити Тьмы. Сотнями и тысячами они тянулись от Рейва к подчиненной нежити. Дребезжали и натягивались, требуя приказа, который не мог поступить.
Но было еще кое-что. Почти незаметное. Почти невидимое.
Эти нити проникали через анарель Рейва в его браслет и каким-то неведомым образом соединялись с моей цепочкой.
Времени, чтобы обдумать действия, не было. И я просто сделала то, что первое пришло в голову.
Часто бывает так, что в критическую минуту идея, которая приходит вроде бы случайно, оказывается самой верной.
Со мной так и случилось.
Я обратилась к Тьме, чувствуя, как послушно повинуется прежде неподвластное мне сумеречное полотно. И резко втянула силу браслета в собственное сердце.
Магия ураганом ворвалась в тело, оглушая, дезориентируя. Ударила в голову, стянула виски свинцовым обручем, плеснула изнутри раскаленным оловом на ребра.
Кажется, я закричала. Не от боли — от разрывающего изнутри чувства наполненности. Всесильности.
Не знаю, что произошло. Но, похоже, наши с Рейвом источники вдруг объединились, и теперь я чувствовала его так, как никогда прежде…
Впервые в жизни передо мной предстало то, что всегда должен был ощущать некромант.
Сила. Власть. Вседозволенность.
Казалось, я могу свернуть горы. Заставить солнце померкнуть, залить его густой бурлящей Тьмой. Это и правда опьяняло. Не знаю, как Рейв еще не сошел с ума, обладая такой мощью.
Я снова посмотрела на моего некроманта, и сердце заколотилось с удвоенной силой. Увидев стрелу в его груди, я внезапно захотела уничтожить всех живых, кто был на поле. Всех, кто виноват. Мне хотелось пить их кровь и купаться в их страданиях, чтобы они чувствовали то же, что и я.
Чтобы агония стала им вторым именем.
Изо рта снова вырвался крик, когда я сжала виски, пытаясь вырвать эту боль из своей головы и эти желания из своей груди, пока они не разорвали меня изнутри.
И вот тогда-то мертвые и отозвались.
Браслет на руке Рейва и моя цепь-ошейник одновременно вспыхнули. Сотни мертвецов со всех сторон повернули ко мне головы и в ожидании открыли рты.
Когда я увидела тысячи мертвых глаз, глядящих только на меня, сердце в груди на несколько секунд остановилось. А в ушах стояла ватная тишина.
В тот момент я поняла, что могу приказывать мертвым.
Холодная слеза скатилась по моей щеке, даря странное освобождение. Все стало ясно…
Тогда я сделала то, что собирался совершить Рейв, перед тем как стрела пробила ему грудь и забрала его у меня.
Я приказала мертвецам играть ноктюрн, и через несколько десятков минут произошло невозможное.
Война действительно закончилась.

ЭПИЛОГ

Уже три месяца прошло с тех пор, как я стала королевой Альденора. Рейв большую часть этого срока провалялся в постели и только теперь начал вставать. Я же приняла на себя нелегкое бремя управления страной.
Сказать честно, мне приходилось несладко. Особенно по части решения конфликтов с тем небольшим количеством недовольных, что хотели видеть у власти кого-то другого. Но мне много помогали. Советники, маги, военачальники. Те, что перешли на нашу сторону, когда все немного успокоилось. Ведь тогда стало ясно, что права на престол за нами. Рейв был коронованным правителем, который не отказывался от короны. А я… я была бастардом Герхарда Айриса. Единственной незаконнорожденной дочерью недавно почившего короля.
Очень быстро об этом стало известно не только высокородным дворянам, но и простому народу. И не без помощи Аспера Глейна, как я полагаю.
А потому уже на следующий день после окончания едва начавшейся войны новый глава Совета Альденора принес мне официальную бумагу на подпись, в которой говорилось, что мои права как наследницы признаны и не оспариваются.
Мать, конечно, была против. Она что-то громко кричала и сопротивлялась. Говорила, что не для того сбежала из монастыря с помощью верных слуг. Настаивала, чтобы мне отрубили голову как предательнице.
Я не слушала ее. Мне уже не было больно. Глейн упрятал Мирию Клариан обратно в стены обители Северной звезды, откуда на этот раз ей было не сбежать, потому что теперь ее стерегли мертвые.
Еще через сутки провели нашу с Рейвом спешную коронацию одновременно со свадьбой. Во избежание смуты у Альденора должен был появиться правитель как можно быстрее. К сожалению, сам некромант пребывал в это время в глубокой коме, но я мысленно пообещала, что стоит ему прийти в себя, и от пышной свадьбы он не отвертится.
Меня больше не терзали сомнения. Как только я поняла, через какие муки совести и постоянного выбора между добром и злом всю жизнь проходил некромант, я больше ничего от него не требовала. Я была готова стать тем, кто ему нужен. И уже не видела иного пути, кроме как разделить с Рейвом и его бремя, и остаток жизни. Ведь без него эта самая жизнь для меня уже ничего не значила.
Таким образом, пока лекари старательно лечили его, я управляла государством и тренировалась в некромантии. Неожиданная связь с мужчиной через цепочки черепов еще сильнее увеличила мой возросший потенциал. И за последние недели я освоила такое количество заклинаний, которое и не снилось среднестатистическому выпускнику магической академии. Тьма текла в моих венах едва ли не вместо крови. Я чувствовала ее, ощущала огромную затаенную силу.
Именно с ее помощью у меня получалось управлять нежитью, которую поднял Рейв. Я распределяла ее на необходимые работы. Например, отправляла на достройку замка или починку поврежденных в ходе битвы стен. Конечно, мертвецы мало на что годились, но зато из них получались хорошие грузчики и охранники.
А еще теперь меня тоже называли «ваше темнейшество». Я тихо хихикала и качала головой. Но вообще-то мне нравилось. Теперь можно было на равных стоять рядом с Рейвом. Ведь в глубине души я боялась, что он будет стесняться такой жены, как я. Слабая девчонка, некромант-историк. Ошибка, а не маг. Только золотая кровь Ульфрика и делала меня не такой, как все. Но разве этого достаточно, чтобы сравниться со славой самого короля мертвых?
И вот прошло три месяца. Рейв уже пришел в себя и теперь ходил по дворцу с перемотанной грудью, до конца не веря, что он король. Я много раз рассказывала ему, как закончился бой. Как была подписана капитуляция армии Совета и как нас обоих короновали. Но не исчезающее изумление на лице мужчины продолжало меня веселить.
После всего случившегося у Рейва было много вопросов ко мне, и на все я исправно отвечала. Для меня же оставалось непонятным только одно. И сегодня я собиралась это выяснить.
После обеда я готовила Рейву небольшой сюрприз. Позвала его в свою комнату и, пока примеряла новое платье, шьющееся для воскресного бала, спросила:
— Как получилось, что тогда, перед битвой, твой фантом приходил ко мне во сне? Ты вообще помнишь это?
Рейв осторожно, чтобы не потревожить перевязанную грудь, сел на кровать и улыбнулся.
— Да. Но я вспомнил об этом не сразу.
А затем он рассказал мне нечто невероятное. То, о чем я догадывалась, но не могла поверить до конца.
Кольцо семьи Эриданов и впрямь раскололо его душу пополам. Когда Рейв отдал его мне, он провел первую часть древнего обряда венчания. Но не закончил его, разделив свой дух надвое. Та половина, что хотела быть только со мной, являлась по ночам. А другая, которая жаждала власти и могущества, оставалась в теле. Просьба выйти замуж объединила душу вновь, и на этот раз светлая половина вновь стала управлять жизнью короля мертвых.
— Но надолго ли я останусь вменяемым, Ангел? — качал головой Рейв, поднимая голову и рассматривая складки балдахина, пока я удерживала на груди твердый корсет. Платье было еще не закончено, пышная юбка не до конца скрывала ноги, да и другие места оставались полуобнаженными.
— Навсегда, — безапелляционно заявила я. — Неужели ты думаешь, что я снова позволю тебе слететь с катушек? Ну уж нет, дорогой. Мне хватило того, что твоим темным альтер эго оказался мой прапрапрадед. Неужели нельзя было выбрать кого-нибудь еще? Честное слово, ты мазохист.
Некромант улыбнулся и откинулся назад на локти, оглядывая меня с ног до головы.
Мне стало немного неловко от его прямого взгляда, хотя именно так мною и было задумано: приоткрытая в ходе примерки грудь, бедро, колено… Мне нравился голод в глазах Рейва, но он же меня и смущал.
— Кстати, ты так и не рассказала мне, как тебе удалось узнать про Ульфрика, — спросил мужчина. — Я уже привык думать, что ко мне приходит его дух, а ты одним махом развеяла все мои домыслы. Дала понять наконец, что он лишь плод воображения.
Я улыбнулась. Это был первый из моих собственных секретов, которые пора уже было раскрывать. Второй лежал в шкатулке на углу стола.
— Ты же знаешь, что последние недели я тренируюсь в некромантии как проклятая?
Рейв усмехнулся:
— А то. Моей жене просто необходимо быть хорошим некромантом. И хоть, я уверен, ты была бы славным друидом, с твоей-то золотой кровью, но не пойми меня превратно…
Я махнула рукой, прерывая эту нестройную речь:
— Да помню я, помню, светлая магия — это для слабаков, бла-бла-бла.
Рейв довольно улыбнулся:
— Да, что-то вроде того. Итак, Ульфрик…
— Точно. Ульфрик, — кивнула я, возвращаясь к теме. — Ты же помнишь, как я рассказывала тебе, что у нас в академии было много предметов? Таких, как история, философия, ментальная некромантия, психология и некромантия проклятий? Я вот некромант-историк.
Рейв кашлянул в кулак, подавляя смех.
— Конечно, помню, дорогая.
Я прищурилась.
— Так вот, одна из дисциплин, которой в твое время еще не существовало, — это ментальная некромантия.
Я подошла поближе к мужчине и оперлась о резную стойку для балдахина. Платье слегка сползло с плеч, еще сильнее оголяя тело.
Взгляд Рейва стал блуждающим и рассредоточенным. Ему больше не хотелось смеяться. Зато теперь смеяться хотелось мне, но я держала себя в руках.
— Так вот, ментальная некромантия не учит нас воздействовать на разум, — продолжала я. — Люди этого не умеют, по крайней мере пока. Но Тьма может помочь, например, затуманить взгляд. Или поделиться с кем-то сумеречным зрением, как это делал ты со мной…
— Малышка, мне это известно, — с мягким снисхождением перебил он, но я взмахнула рукой, и он замолчал.
— Есть еще один тип воздействия, и, похоже, ты, о многомудрый король, ничего о нем не знаешь. А именно — возможность проникнуть в голову объекту. Это никак не влияет на его действия, но помогает смотреть его глазами.
— Правда? — совершенно серьезно удивился Рейв, а я чуть не захлопала в ладоши. Но вовремя взяла себя в руки, сделав умный вид. Это было сложно, ведь мне удалось поразить самого короля мертвых!
— Да, — гордо ответила и, не в силах полностью себя контролировать, задрала нос. — Теперь у меня достаточно глубокий анарель, чтобы практиковать все то, чему нас учили и что прежде мне было совершенно недоступно. В общем, пару дней назад, когда ты уже пришел в себя после ранения, твой взгляд снова стал мутным и мрачным. Я решила провернуть эту штуку. Контроль зрения. Хотела понять, что тебя тревожит, и у меня все получилось. Я увидела мужчину со светлыми волосами в одежде друида. Не нужно было долго думать, чтобы понять, кто с тобой разговаривает. А потом дедуля и имя свое назвал, окончательно развеяв все сомнения.
Рейв покачал головой, снова уронив серьезный взгляд с моего лица на полуобнаженную грудь.
— Мне жутко повезло, что в прелестной головке моей жены скрывается еще и такой светлый ум. Но как ты поняла, что Ульфрик — не призрак, а плод моей фантазии?
Я немного нахмурилась, потому что с этим вопросом всплыли воспоминания недавнего прошлого, еще слишком яркие.
— Знаешь, в тот день, когда ты упал без чувств, я приказала мертвецам исполнять ноктюрн. И они запели, как ты и говорил. В тот день я видела настоящего Ульфрика Айриса…
— Да быть не может!
Я кивнула.
— Может. Когда мертвые открыли рты, земля наполнилась голосами самих Сумерек. Это было страшно и удивительно одновременно. С каждой секундой на поле появлялось все больше и больше призраков. Их количество росло и скоро превзошло численностью армию Совета. Одетые как воины, в древних кирасах и прочих доспехах, они гремели оружием, проносясь вокруг замерших войск наших врагов. Настоящие живые мертвецы в это время проходили сквозь их ряды, поддерживая песню, но не нападая. Очень скоро бойцы Совета начали бросать оружие и пятиться назад. Каждого из них окружало несколько призраков, они трясли мечами и подбирались ближе, словно одержимые жаждой убивать. — Я глубоко вздохнула, отгоняя наваждение, и продолжила: — А рядом со мной возник Ульфрик Айрис. Он представился, сама-то я не знала, как он выглядит. Друид грустно улыбнулся, положив мне руку на плечо, и назвал меня преемницей своего дара. А потом сказал еще кое-что…
Я сжала губы и неуверенно посмотрела на мужчину. Некромант слушал, сдвинув брови. Я не знала, как он воспримет следующие слова, но время скрывать прошло.
— Так что он сказал? — нетерпеливо взмахнул рукой мой король.
— Он сказал: «Береги его», — ответила я, не сводя взгляда с мужчины. — Я спросила: «Кого беречь? Ваш дар? Золотую кровь?» — а он с улыбкой проговорил: «Нет, береги Рейва…» — и исчез.
Некромант стиснул зубы и ничего не ответил. Кивнул и опустил голову, рассматривая завитки на ковре.
Не знаю, примет ли он раскаяние Ульфрика. Ведь я видела в глазах прапрапрадеда именно это. Признание вины и тоску. Но возможно ли вообще простить семьсот лет страданий?
Впрочем, это было решать не мне. Главное, чтобы темное альтер эго больше не появлялось и не смущало моего короля. Ведь теперь я точно знала, что происходит с Рейвом и что происходило всегда.
Призраки прошлого мучили моего мужа с того самого момента, как проклятая земля выпустила его наружу. Каждый день и каждый час он вспоминал, кем был. Яркие образы манили вернуть все, как было. Но теперь я знала, что в то же время Рейв хотел быть другим. Рядом со мной  он хотел быть другим. Это разрывало его на части. В нем боролись две сущности. Первая: воитель, сошедший с ума от крови и власти, тоталитарный правитель, без зазрения совести убивающий мужчин, женщин и детей, потому что из них получаются отличные зомби. И вторая: новый человек. Тот, который родился после семисот лет страданий и больше не хотел убивать. Которому был противен прежний король мертвых. Он чувствовал себя монстром и хотел стать другим, но не мог избавиться от прошлого. Раз за разом оно настигало его, будило старые желания, возвращая к власти прежнего, жестокого Рейва.
На границе этих эмоций, разных как два полюса, появился фантом Ульфрика Айриса, который одновременно и толкал некроманта во Тьму, и напоминал, каким чудовищем он был.
Но ничто из этого меня больше не пугало. Я любила своего мужа. Любила от начала и до конца. Несмотря на все тараканы в его голове. И даже если бы у него внутри было десять Ульфриков, для меня эти иллюзии — больше не загадка. А значит, Рейв сможет справиться со всем.
— Милый, ты знаешь, что все то время, пока ты провалялся в кровати, твоя женушка готовила тебе сюрприз? — с улыбкой спросила я, чтобы развеять дурные мысли мужчины.
Рейв поднял на меня темный взгляд, который довольно быстро начал проясняться, стоило ему скользнуть по оттопыренному корсету.
Правильно, лучше всегда смотри на меня, дорогой!
Некромант тряхнул распущенными волосами, на миг заставляя меня забыть о том, что я собиралась делать. Игривая улыбка осветила немного смуглое лицо, глаза дерзко блеснули.
— О, этого подарка я ожидаю уже битый час. Все то время, пока ты тискаешь это дурацкое платье. Честное слово, терпение почти на исходе, малышка. Давай снимай его и иди сюда!
Он распахнул руки и поманил меня к себе, едва не ухватив за подол.
Я ловко отскочила в сторону, а Рейв, не сумев меня поймать, разочарованно застонал, схватившись за перебинтованную грудь.
— Тьма и Сумерки, — выдохнул он.
— Ой, тебе больно?! — испуганно подбежала я обратно. Все же его рана до конца так и не зажила.
Но в этот момент мужчина схватил меня за талию и ловко усадил к себе на колени, заключив в кольцо рук.
— Попалась! — промурлыкал он, прикусывая меня за нижнюю губу и тут же за подбородок, за шею.
— Рейв…
Проклятье, стон сам собой прорвался в голос. И как я собиралась сказать ему, что прямо сейчас у меня не было в планах бурной страсти?
— Да… Вот так, называй меня по имени, — хрипло протянул некромант, легко опуская корсет и проникая руками под него. Обхватил грудь, аккуратно перекатывая в пальцах твердую вершинку. Спустился вниз губами и взял ее в рот.
— Рейв… Рейв, перестань, — через силу выдохнула я, чувствуя, как спазмом сводит живот, как горячий свинец разливается в груди, кружит голову. Как сердце пульсирует в висках и в горле.
— Не могу, я слишком долго не чувствовал тебя рядом…
— Ты еще не до конца поправился, Рейв, — простонала, когда он легко задрал пышные юбки и провел рукой по обнаженному бедру.
Мозги плавились, перед глазами вспыхнули разноцветные круги.
— Рейв, Рейв…
Я все-таки высвободилась из его захвата и выскользнула на середину комнаты. Платье осталось в руках некроманта, а на мне не было совершенно ничего.
Я подошла к столу и схватила шкатулку, которую приготовила для нашей сегодняшней встречи. Рейв не сводил с меня глаз, тяжело дыша.
— Ангелина, на мой раненый организм пагубно влияют твои побеги. Так и знай, я заболею и умру. — Он держался за грудную клетку, явно раздумывая, вскочить ли с кровати вслед за мной или еще немного посидеть. Резкие движения давались ему с трудом.
Я через силу улыбнулась, прикрывая грудь шкатулкой и немного нервно прикусывая нижнюю губу.
— Нет, еще более развратной быть просто невозможно… — хрипло бросил некромант и схватился за стойку балдахина, явно намереваясь встать и подойти ко мне. Но вдруг добавил, замирая: — А, нет, возможно…
И упал обратно на кровать, когда я поспешно открыла крышку, достала белую корону и надела ее на голову. Отбросила шкатулку и, распахнув руки в стороны, спросила:
— Ну, как?
Кажется, Рейв лишился дара речи. Я не смогла скрыть торжествующую улыбку.
— Что это? — удивленно спросил он.
Я сняла с головы украшение и подала ему. Затем, пока мой хищник отвлекся, натянула халат и обвязалась пояском.
Некромант крутил в руках мой первый в жизни и, как оказалось потом, самый сильный артефакт. Даже спустя много-много лет, тысячи часов обучения и огромное количество тренировок в магии я не смогла сотворить ничего подобного.
Но в тот момент я об этом не знала. Мне всего лишь хотелось сделать подарок мужу.
Он крутил в руках бледную костяную корону и хмурился.
— Что это?
— Тебе не нравится? — надула губы я.
Рейв скривился:
— Малышка, это что, кости Бьельна?
— Как ты догадался? — удивилась я.
— От них фонит его духом.
Я с восхищением посмотрела на мужчину, мысленно обводя каждую черту его лица.
Всегда забываю, насколько он сильный некромант…
— Дорогая, я, конечно, не против, чтобы ты развлекалась, но неужели нельзя было взять для экспериментов кого-то другого? Ты же знаешь, как я любил Бьельндевира. Да и вообще, где ты раздобыла его кости? От него остался один прах.
— Увы, Рейв, для моих нужд подходили исключительно кости, — пожала плечами я. — А нашла я их совершенно случайно, когда пыталась вызвать его дух.
— Ты пыталась?..
— Да-да, не перебивай, — махнула я рукой, присаживаясь на кресло напротив некроманта. — В общем, оказалось, что дух дракона вернулся в то самое озеро, где прежде лежал его скелет. А все потому, что много дней назад мы пробудили его не целиком. Почему-то не все кости склеились магией, и часть осталась на дне. Совсем немного. Как раз мне на корону.
Рейв снова скривился.
— Не надо было дарить тебе цепь с черепами. Тебя потянуло на чересчур мрачные украшения.
Я фыркнула и коснулась костяных шипов.
— Satrem!
Приказ на эшгенрейском звучал как никогда прежде властно и уверенно. У меня даже мурашки по спине пробежали.
И в тот же миг рядом со мной образовалась небольшая бледная тень, уже через пару секунд обретшая очертания…
— Бьельндевир! — воскликнул Рейв, распахнув глаза. На его лице появилась такая широкая улыбка, что я почувствовала себя по-настоящему счастливой.
— Прости, что чуть не откусил тебе голову, — проговорил маленький дух, разминая крылья. Настоящие, не костяные.
Дракон был высотой в человеческий рост и потому занимал теперь внушительное пространство. Однако этот размер не шел ни в какое сравнение с его прежними формами. Я знала, что теперь он может по желанию становиться больше или меньше.
— Шикарно, — протянул некромант и с трудом, но все же встал с кровати. Подошел к призраку и осторожно коснулся его крыла. Словно он был рядом во плоти. — Я и не обижался, друг.
Мне казалось, что Бьельн улыбнулся в ответ.
— И надолго ты тут? — спросил мужчина. — Что ты можешь в нашем мире? Как ты связан с короной?
Ну, точно. Бьельндевир хитро улыбался. Не знаю, как я поняла это по его драконьей морде, но не заметить было невозможно.
— Что угодно, Рейв. Теперь я — своего рода пленник этой дивной вещицы, — ответил дух. — Но мне грех жаловаться. Толкаться в Сумерках еще скучнее. А так я, считай, сам себе хозяин. Ну, почти.
— Давай проверим, на что ты способен, — проговорил некромант. — Милая, дай-ка мне корону.
Я сняла с головы артефакт и протянула мужчине. Он тут же надел ее, и мне даже стало немного не по себе. Его темные глаза сверкнули, а белые драконьи кости составляли настолько удивительный контраст с черными волосами мужчины, что титул «король мертвых» стал Рейву еще более подходящим.
— Бьельн, слетай, напугай немного нашего командира стражи и нового маршала. Глейну надо немного взбодриться, а то после того, как у нас тут наступил мир, он слишком уж размяк.
— Рейв, это жестоко! — воскликнула я.
Бедняга Аспер уже успел рассказать, как Рейв пугал его Могильной Тенью. А теперь вот еще и это.
— Ну хорошо, хорошо, — согласился мужчина, пока дух Бьельна переводил взгляд с меня на некроманта и обратно в ожидании решения. — Такой ты слишком страшный.
— Что?! — возмутился дракон.
— Ну ладно, ладно, красивый ты, красивый, — махнул рукой Рейв. — Но давай-ка уменьшайся. Еще, еще, ага, вот так.
Пока Бьельндевир не стал размером с чересчур пухлую и довольно нелепую летучую мышь, Рейв не успокоился. Дух взлетел ему на плечо и удобно уселся там, как домашняя зверушка. Вот-вот ласково цапнет за ухо.
— Отлично, — проговорил некромант. — А вот теперь лети и пугай.
В тот же миг Бьельн исчез.
— Рейв! — воскликнула я. — Так нельзя!
Но мужчина притянул меня к себе и зарылся носом в волосах за ухом.
Кожу обожгло горячим дыханием.
— Зато теперь мы снова вдвоем… — прошептал он, и его голос снова пронзил меня насквозь, отдаваясь дрожью по позвоночнику.
Я уже была готова сдаться и позволить ему сделать со мной все то, чего ему и мне так хотелось, но вдруг он резко отстранился, и его взгляд затуманился.
Я уже видела нечто подобное. Тут же прищурилась и проникла в его сознание взглядом некроманта-менталиста.
Само собой, рядом оказался Ульфрик. Ненастоящий. Злой Ульфрик.
— Раньше ты пугал людей не бестолковыми духами размером с белку, а настоящими драконами, — шептала призрачная тень, пытаясь перетащить Рейва на темную сторону. — А теперь балуешься детскими шалостями. Пора убивать по-настоящему…
Гадкий голос напоминал змеиный. У моего прадеда, насколько я помню, был совсем другой тембр. Ну, оно и не удивительно.
— Скажи дедуле, что в его возрасте нельзя нервничать. Пусть валит к бабке, — довольно громко сказала я, заставляя Рейва сперва вздрогнуть, а потом широко улыбнуться.
Ульфрик мгновенно исчез, растворившись черным дымом.
Рейв выдохнул и просто обнял меня, дыша куда-то в затылок. А потом раздался его тихий вопрос:
— Малышка, ты не расстраиваешься, что тебе пришлось стать женой короля мертвых?
А я ответила с усмешкой:
— Дорогой, кто же расстраивается, став королевой?
Рейв скопировал мою улыбку.
— Но ведь ты раньше не хотела быть некроманткой, помнишь? Бесполезная профессия, вся петрушка. А теперь ты не просто некромант, ты сильнейшая из них. Да и я, скажем так, не лучший муж. Я совершил столько ужасных вещей, что хватило бы на сотню маньяков.
Рейв не сводил с меня серьезного взгляда, а мне больше всего на свете хотелось стереть с его красивого лица эту скорбь, которая так не шла его насмешливым глазам.
— Все долги, которые набрал король мертвых, он же и выплатил, когда семь сотен лет лежал в могиле, полной саранчи, — жестко ответила я. — Твоя жизнь началась с нового листа, Рейв. И я — твое сокровище и спасение, так и знай!
Я потыкала его в грудь пальцем, пока он не начал смеяться, хватать меня за этот палец и притягивать к себе.
Он снова пребывал в хорошем настроении, и я поспешила сообщить ему еще одну новость:
— Милый, пока ты отдыхал в лазарете…
— Отдыхал? Я был в отключке несколько недель, Ангел! — Фыркнул мужчина, но я не обратила внимания.
— В общем, я еще кое-что сделала. Все исключительно для того, чтобы лишить тебя комплекса вины за прошлое.
— Ну, говори уже. — Рейв явно приготовился к худшему.
— Я открыла новую академию некромантии.
— Что ты сделала? — не понял он.
— То, чему меня учили в моей, никуда не годится, — начала объяснять я. — Эти знания — крохи по сравнению с реальной силой повелителей нежити. Так что с будущего года ты — один из преподавателей академии, дорогой! Будешь нести силу мертвых в массы одновременно с управлением государством. — А потом добавила чуть тише, совершенно серьезно: — Я верю, что однажды это сделает наше королевство великим.
Рейв прищурился, и мне казалось, что он готов схватиться за голову от нарисовавшейся перспективы.
— Но в Альденоре ненавидят некромантов! — возмутился он.
— Мы это исправим. Поверь, мы станем сильнейшей державой, которую будут бояться и уважать. И ты положишь этому начало.
Он все-таки зарылся пальцами в волосах, беспорядочно взъерошивая черные пряди.
— И мне надо будет преподавать?
— Ну, хотя бы раз в неделю. Думаю, мы сможем найти время.
Он глубоко вздохнул и, развернувшись, проговорил:
— Пойду выпью яду, дорогая.
Я фыркнула, скрывая смех:
— Ты же помнишь, что теперь я достану тебя и с того света?
Рейв театрально задрал голову и закатил глаза. А затем вдруг резко развернулся и схватил меня за талию, медленно развязывая поясок халата. В глазах мелькнуло что-то по-охотничьи хитрое.
— У меня для тебя важная новость, дорогая, — проговорил он.
— И какая же? — приподняла бровь я, чувствуя подвох. Так просто новость с университетом он не проглотит.
— Знаешь, я понял кое-что, — задумчиво протянул он, намертво приковывая мое внимание, как он всегда это умел. — Похоже, я люблю тебя гораздо сильнее Бьельндевира…
— Что?! А раньше ты, значит, думал иначе?! — воскликнула я, совершенно не ожидая такого подвоха. Хлопнула его ладонями по груди, только в последний момент вспоминая, что он весь перебинтован и до сих пор страдает.
Рейв застонал, что, впрочем, не мешало ему громко смеяться. А затем легко справился с халатом, крепко прижимая меня к себе и хрипло шепча в губы:
— Моя некромантка. Королева мертвых…

Через пять лет королевство Альденор было переименовано в Туманную империю.
Рейв и Ангелина получили титулы императора и императрицы. Еще через год у них родилась тройня — два мальчика и девочка. Все трое имели сильный темный дар к сумеречной магии. Со временем они получили образование в той самой академии, которую основала их мать. В ЦИАНИДе — Центральной императорской академии некромантии и демонологии.
Так королевская чета ввела новую моду на некромантов. С тех пор члены всех влиятельных семей империи мечтали отдать своих детей в ЦИАНИД, которую еще иногда шутливо называли «Мертвой академией».
Через двадцать лет некроманты стали основной боевой единицей армии Туманной империи. Ни одно из соседних государств не могло и помыслить о том, чтобы нарушить границы или иным способом оскорбить самую опасную империю континента.
Рейв периодически видел Ульфрика почти до самой смерти. Но, как признавалась его жена, эти «визиты» с каждым годом становились все реже. А однажды исчезли вовсе. В тот день Рейв простил друида.
В итоге получилось так, что старый друг, кровный враг, подвергший его участи, что была хуже смерти, сделал ему бесценный подарок. Семь сотен лет одиночества и агонии изменили жестокого короля мертвых. Приглушили в нем то, что было проклято. А со временем с помощью Ангелины и вовсе убили тот самый голод мертвецов, из поколения в поколение преследовавший род Эриданов. Проклятие, дающее чуть ли не безграничную власть над нежитью. Рейв стал почти нормальным человеком. Если можно назвать нормальным того, кто периодически видел иллюзию своего убийцы и был готов умереть от страха перед небольшой саранчой.
Однако одно оставалось неизменным до конца его дней: Рейв бесконечно любил свою королеву мертвых и больше никогда не был одинок.